Хлобустов О.М.: Госбезопасность России от Александра I до Путина. ч.2

 
 

Хлобустов О.М.: Госбезопасность России от Александра I до Путина. ч.2




‹ Часть II. Комитет государственной безопасности СССР. Вверх ХХ съезд КПСС и органы государственной безопасности СССР. ›


ХХ съезд КПСС и органы государственной безопасности СССР.

Поскольку ХХ съезд Коммунистической партии Советского Союза стал одним из важнейших событий истории ХХ века, и поскольку в нашем дальнейшем повествовании нам придется еще не раз возвращаться к его значению для истории нашей страны и ее органов государственной безопасности, представляется необходимым подробнее познакомить читателя с его работой и документами.

ХХ съезд КПСС, ставший вскоре отправной точкой отсчета нового этапа отечественной истории, «Оттепели",  как  его с легкой руки писателя И.Г.Эринбурга вскоре окрестили публицисты, начал свою работу в Большом Кремлевской Дворце утром 14 февраля 1956 г.

Его итоги, особенно "секретный" доклад Первого секретаря ЦК  КПСС  Н.С.Хрущева делегатам съезда 25 февраля, были встречены отнюдь неоднозначно как в нашей стране, так и за рубежом.

Как вспоминал по этому поводу бывший в то время заместителем  директора Центрального разведывательного управления США Рей Клайн, "Выступление Хрущева стало событием исторического значения, ибо документировано обличив сталинизм как невиданных размеров политическое зло, он был вынужден перейти к более мягким формам тоталитарного управления страной"[1].

        Неожиданный для делегатов доклад Первого  секретаря  ЦК  КПСС Н.С. Хрущева  о культе личности И.В.Сталина, уже после завершения работы съезда, расколол советское общество, а затем - и международное коммунистическое движение.

         Неоднозначность восприятия и оценки итогов ХХ  съезда КПСС показывает также полемика,  проявившаяся в материалах,  посвященных полувековому юбилею этого события.

         Нередко рефреном в ходе нее повторялись слова  о  том,  что-де мало еще известно как о подготовке самого ХХ съезда, так и о реализации принятых им решений,  что на наш  взгляд,  представляется  необоснованным.

         В то же время, учитывая то обстоятельство, что многие цитируемые нами далее  документы в силу целого ряда причин неизвестны современному молодому читателю,  или же являются ныне библиографическими раритетами,  нам представляется целесообразным  и оправданным прибегнуть к достаточно пространному воспроизведению значительных фрагментов некоторых из них.

        В самом Отчетном докладе ЦК КПСС делегатам съезда критика культа личности Сталина и порождавшихся им ошибок в государственном строительстве и управлении,  прозвучала лишь в третьей части доклада,  да и то достаточно обтекаемо. В частности, Н.С. Хрущев подчеркивал:

"Опыт показывает, что малейшее ослабление социалистической законности враги Советского  государства  пытаются  использовать  для своей подлой,  подрывной работы. Так действовала разоблаченная партией банда Берия,  которая пыталась вывести органы  государственной безопасности  из-под контроля партии и Советской власти,  поставить их над Партией и Правительством,  создать в этих органах обстановку беззакония  и произвола.  Во враждебных целях эта шайка фабриковала лживые обвинительные материалы на честных руководящих работников  и рядовых советских граждан.

Центральный Комитет проверил так называемое "ленинградское дело" и установил,  что оно было сфабриковано Берия и его  подручными для того,  чтобы ослабить ленинградскую партийную организацию, опорочить ее кадры. Установив несостоятельность "ленинградского дела", Центральный Комитет партии проверил и ряд других сомнительных дел.

ЦК принял меры к тому,  чтобы восстановить справедливость.  По  предложению Центрального Комитета невинно осужденные люди были реабилитированы.

Из всего этого ЦК сделал серьезные выводы. Установлен надлежащий контроль Партии и Правительства за работой органов  госбезопасности. Проведена  значительная  работа  по  укреплению проверенными кадрами органов  госбезопасности,  суда  и  прокуратуры.  Полностью восстановлен в своих правах и усилен прокурорский надзор.

Необходимо, чтобы наши партийные, государственные, профсоюзные организации бдительно стояли на страже советских законов,  разоблачали и выводили на чистую воду всякого, кто посягнет на социалистический правопорядок и права советских граждан, сурово пресекали малейшее проявление беззакония и произвола.

Следует сказать,  что в связи с пересмотром и отменой ряда дел у некоторых товарищей стало проявляться известное недоверие  к  работникам органов государственной безопасности. Это, конечно, неправильно и очень вредно.  Мы знаем, что кадры наших чекистов в подавляющем своем большинстве состоят из честных, преданных нашему общему делу работников, и доверяем этим кадрам.

Нельзя забывать,  что  враги  всегда пытались и будут пытаться впредь мешать великому делу построения коммунизма.  Капиталистическое окружение засылало к нам немало шпионов и диверсантов.  Наивным было бы полагать,  что теперь враги оставят свои  попытки  всячески вредить нам. Всем известно, что подрывная деятельность против нашей страны открыто поддерживается и  афишируется  реакционными  кругами ряда капиталистических государств.  Достаточно сказать, что США выделяют, начиная с 1951 года,  100 миллионов долларов  ежегодно  для подрывной деятельности  против  социалистических стран.  Поэтому мы должны всемерно поднимать в советском народе революционную бдительность, укреплять органы государственной безопасности".

В числе важнейших задач в Отчетном докладе ЦК КПСС предлагалось:

"…Бдительно следить за происками тех кругов,  которые не заинтересованы в смягчении международной напряженности, своевременно разоблачать подрывные  действия  противников  мира и безопасности народов.

Принимать необходимые меры для дальнейшего укрепления оборонной мощи нашего  государства,  держать нашу оборону на уровне современной военной техники и науки,  обеспечивающем безопасность нашего социалистического государства"[2].

При подготовке  текста предварительно не обозначенного в повестке дня работы съезда специального доклада о культе личности Сталина и его последствиях  Хрущев  опирался  на  материалы, представленные ему Прокуратурой СССР,  КГБ при СМ  СССР,  Комиссией П.Н.Поспелова и  А.Б.Арестова,  Комиссией  партийного  контроля  ЦК КПСС.

В отчете о работе последней за период с октября 1952 по 1 марта 1956 года отмечалось:

"...В результате разоблачения ЦК КПСС банды Берия и его сообщников выяснилось,  что они, злоупотребляя властью, творили вопиющий произвол, грубо  нарушали  социалистическую  законность - без всяких оснований зачисляли в число врагов народа честных и преданных  партийных работников,  пытались  поставить  органы госбезопасности над партией.... КПК проводилось расследование и рассмотрение дел на работников НКВД - МГБ, допускавших  фальсификацию  следственных материалов... установлено,  что бывшее руководство Прокуратуры СССР (т. Сафонов) и Главной военной прокуратуры (т. Васильев) не выполняло своей  первой партийной и государственной обязанности - высшего надзора за соблюдением социалистической  законности судебно-следственными органами. Давая санкции на арест советских граждан по политическим  обвинениям, они  слепо верили материалам следствия НКВД-МГБ и в дальнейшем не осуществляли контроля и надзора за следствием по этим делам, штамповали обвинительные заключения,  составленные фальсификаторами...       Военная Коллегия  Верховного Суда СССР...  глубоко не разбиралась, на каких конкретных материалах и доказательствах основаны эти обвинения, не изучала обстоятельства того или иного дела, в результате чего выносились неправедные приговоры... В ряде случаев приговоры Военной Коллегией выносились заочно, заявления подсудимых о невиновности не принимались во внимание, дела рассматривались в течение 10 - 15 минут, свидетели не опрашивались..."[3].

Необходимо сразу пояснить,  что сам текст доклада, без опубликования его  в печати,  после съезда в качестве закрытого документа ЦК КПСС был разослан во все партийные организации и зачитывался на партийных и  комсомольских  собраниях.  Было ознакомлено с ним и руководство зарубежных коммунистических партий.

Прежде чем познакомить читателей с отдельными его положениями, отметим следующее чрезвычайно важное обстоятельство.

Не смотря на то,  что текст доклада имел конфиденциальный  характер, уже  в  июне 1956 г.  его содержание стало широко известно по всему миру. К широкой публикации текста доклада Хрущева о культе  личности,  полученного,  как потом выяснилось, из Польши по каналам израильской разведки[4], приложили руку непосредственно государственный секретарь  и директор Центрального разведывательного управления США братья Джон Форстер и Аллен Даллесы.

Позднее в своей книге "Искусство разведки" в 1963 г.  А.Даллес писал:  "Я всегда рассматривал это дело как одну из  самых  крупных разведывательных операций за время моей службы в разведке. Поскольку доклад был полностью опубликован госдепартаментом, добывание его текста  было также одним из тех немногих подвигов,  о которых можно было сказать открыто, лишь бы источники и методы приобретения документа продолжали оставаться тайной"[5].

В США доклад Хрущева был опубликован газетой "Нью-Йорк таймс" 4 июня 1956 г., а затем зачитывался в передачах контролировавшихся ЦРУ радиостанций "Свобода" и "Свободная Европа".

Впоследствии текст этого доклада помешался за рубежом  во многих сборниках выступлений  и интервью Н.С.  Хрущева с пометкой "в соответствии с текстом,  переданным для ознакомления делегациям  зарубежных коммунистических партий"[6].

Обращаясь к  делегатам съезда,  Н.С.Хрущев пророчески предрек, что "сейчас речь идет о вопросе,  имеющем огромное значение  и  для настоящего, и для будущего партии"[7].

Первый секретарь ЦК КПСС  подчеркивал  необходимость  "серьезно разобраться и правильно проанализировать этот вопрос для того, чтобы исключить всякую возможность повторения даже какого-либо подобия того,  что  имело  место при жизни Сталина,  который проявлял полную нетерпимость к коллективности в руководстве и работе, допускал  грубое насилие над всем,  что не только противоречило ему,  но казалось ему... противоречащим его установкам".

Тот же руководитель,  кто старался доказать свою точку зрения, "тот был  обречен на исключение из руководящего коллектива с последующим моральным и физическим уничтожением".

В период 1935-1938 годов, неслось с трибуны партийного съезда, "сложилась практика массовых  репрессий  по  государственной  линии сначала против  противников  ленинизма,...  а затем и против многих честных коммунистов,  против тех кадров партии,  которые вынесли на своих плечах гражданскую войну, первые самые трудные годы индустриализации и коллективизации....  Это привело к  вопиющим  нарушениям революционной законности,  к тому, что пострадали многие совершенно ни в чем не виновные люди,  которые в прошлом  выступали  за  линию партии".

Вполне естественно,  что на партийном съезде Хрущев говорил  о репрессиях прежде всего против членов ВКП(б), хотя они непосредственно затронули и многих беспартийных граждан. Такая вполне объяснимая непоследовательность и недосказанность породили впоследствии немало вопросов, дискуссий и споров.

Для борьбы  с "инакомыслием",  продолжал докладчик,  «мнимыми и подлинными преступлениями была изобретена удобная формулировка, лишенная юридического содержания - "враг народ".

Сталин, констатировал первый секретарь ЦК КПСС,  отбросил "ленинский метод убеждения и воспитания, переходил на путь административного давления,  на путь массовых репрессий,  на путь террора. Он действовал все  шире и настойчивее через карательные органы,  часто нарушая при этом все существующие нормы морали и советские законы.      Произвол одного  лица  поощрял  и  допускал произвол других... Массовые аресты и ссылки тысяч и тысяч... порождали неуверенность в людях, вызывали страх и даже озлобление... Если бы в этой борьбе [ c "уклонистами" от партийной  линии  - О.Х.], был  проявлен  ленинский подход,  умелое сочетание партийной принципиальности с чутким и внимательным отношением к людям,  желание не оттолкнуть,  не потерять людей, а привлечь их на свою сторону, то мы, вероятно, не имели бы такого грубого нарушения революционной законности, применения методов террора в отношении многих тысяч людей...".

Хрущев информировал   съезд,   что   рассмотрение  ЦК  КПСС  в 1953 -1955 годах ряда уголовных дел в отношении репрессированных  лиц "обнаружило неприглядную  картину  грубого произвола,  связанного с неправильными действиями Сталина".

Признававшиеся "враги  народа" в действительности никогда врагами, шпионами, вредителями и т.п. не являлись. Но были оклеветаны, а иногда,  не выдержав зверских истязаний, сами на себя наговаривали (под  диктовку  следователей-фальсификаторов)   всевозможные тяжкие и невероятные обвинения….

Значительная часть этих дел сейчас пересматривается и  большое количество их прекращается как необоснованные и фальсифицированные. Достаточно сказать, что с 1954 г. по настоящее время Военная Коллегия Верховного Суда уже реабилитировала 7 679 человек,  причем многие из них реабилитированы посмертно...».

Репрессии, массовые аресты,  делал вывод докладчик, «нанесли огромный ущерб нашей стране, делу строительства социализма, активизировались всевозможные клеветники и карьеристы...

За последние годы,  когда мы освободились от порочной практики культа личности и наметили ряд мер в области внутренней  и  внешней политики, все  видят,  как  буквально  на глазах растет активность, развивается творческая инициатива широких масс трудящихся, как благотворно начинает сказываться это на результатах нашего хозяйственного и культурного строительства....

(Именно эта особая морально-психологическая атмосфера, возникшая в обществе после частичного обнародования на закрытых собраниях партийно-комсомольского актива и публикации соответствующего постановления ЦК в газете «Правда» 5 июля 1956 г., и получила, с легкой руки писателя Ильи Эренбурга,  наименование  «оттепели» - О.Х.).

«Нам нужно решительно,  раз и навсегда развенчать культ личности, - подводил итог Н.С.Хрущев, - сделать надлежащие выводы как в  области  идейно-теоретической, так и в области практической работы".

Для этого конкретно предлагалось:

- искоренить как чуждый духу марксизма-ленинизма и несовместимый с принципами партийного руководства и нормами  партийной  жизни культ личности,  вести  беспощадную  борьбу против всех и всяческих попыток возродить его в той или иной форме;

- последовательно и настойчиво проводить работу по строжайшему соблюдению во всех партийных организациях сверху  донизу  ленинских принципов партийного  руководства и прежде всего высшего принципа - коллективности руководства,  по соблюдению  норм  партийной  жизни, закрепленных Уставом КПСС, по развертыванию критики и самокритики;

- восстановить ленинские принципы демократизма,  выраженные  в Конституции СССР, вести борьбу против произвола лиц, злоупотребляющих властью.

По докладу Н.С.Хрущева съезд поручил  вновь  избранному  Центральному комитету  КПСС  "…последовательно осуществлять мероприятия, обеспечивающие полное преодоление чуждого марксизму-ленинизму культа личности, ликвидацию его последствий во всех областях партийной, государственной и идеологической работы,  строгое  проведение  норм партийной жизни и принципов коллективности руководства"[8].

Доклад Н.С.Хрущева,  отмечал его современник,  "произвел прямо-таки ошеломляющее впечатление.  Сразу воспринять  все  сказанное было просто невозможно, настолько тяжелыми и неожиданными оказались впервые обнародованные факты столь масштабных нарушений  законности и чудовищных репрессий... Нужно было как следует осмыслить все сказанное,  понять, как такое могло произойти в социалистической стране....  В  стратегическом плане выбранный курс был единственно верным, без него невозможно было здоровое развитие общества. Тактически  же  мы совершили серьезную ошибку,  пойдя на этот шаг без соответствующего пропагандистского обеспечения... Огромные же массы советских  людей оказались в положении без вины виноватых,  испытывая чувство горького разочарования и опустошенности"[9].

Дальнейшую конкретизацию комплекс мер по восстановлению законности и исторической правды и справедливости получил в  постановлении ЦК  КПСС "О преодолении культа личности Сталина и его последствий", опубликованном в центральном органе ЦК КПСС газете "Правда" 5 июля 1956 г.[10].

В данном постановлении,  в частности, отмечалось, что выдвинутые ХХ съездом КПСС "важные принципиальные теоретические положения о мирном сосуществовании государств с различным социальным  строем,  о  возможности предотвращения войн в новую эпоху, о многообразии форм перехода стран  к  социализму  оказывают благотворное влияние на международную обстановку,  содействуют разрядке напряженности, укрепляют единство действий всех сил, борющихся за мир и демократию".

В то же время  отмечалось,  что  в  капиталистических  странах развернута широкая пропагандистская антисоветская кампания, связанная с осуждением КПСС культа личности И.В.Сталина. При этом подчеркивалось, что  "организаторы  этой  кампании прилагают все усилия к тому, чтобы "замутить воду", скрыть тот факт, что речь идет о пройденном этапе в жизни Советской страны; они хотят замолчать и извратить то,  что последствия культа личности ликвидируются с  исключительной настойчивостью и решительностью....

Развертывая клеветническую кампанию,  идеологи буржуазии пытаются бросить  тень  на великие идеи марксизма-ленинизма,  подорвать доверие трудящихся к первой в мире стране социализма - СССР, внести замешательство в  ряды  международного коммунистического и рабочего движения.

Съезд поручил  ЦК  последовательно  осуществлять  мероприятия, обеспечивающие полное преодоление чуждого марксизму-ленинизму культа личности, ликвидировать его последствия во всех областях партийной, государственной и идеологической  работы,  строгое  проведение норм партийной  жизни  и  принципов коллективности партийного руководства...

Обнародованные партией факты нарушений социалистической  законности и  других  ошибок,  связанных с культом личности И.В.Сталина, естественно, вызывают чувства горечи и глубокого сожаления.  Но советские люди понимают, что осуждение культа личности было необходимо...

Советский народ видит, что партия за последние годы настойчиво осуществляет практические меры,  направленные на устранение последствий культа личности...".

В постановлении  также подчеркивалось,  что  органы  госбезопасности имели несомненные заслуги перед народом и страной, но "дело изменилось тогда,  когда контроль над ними со стороны партии и правительства был постепенно подменен личным контролем  Сталина,  а  обычное отправление норм  правосудия  нередко  подменялось его единоличными решениями", в результате чего были оклеветаны и невинно  пострадали многие честные  люди.                                      

Факты говорят о том,  что Сталин повинен во многих беззакониях, которые совершались особенно в последний период его жизни.  Однако нельзя вместе с тем забывать, что советские люди знали Сталина как человека, который вставал всегда в защиту СССР от происков врагов, боролся за дело социализма..."

Также отмечалось, что осуждение культа личности и его последствий "…вызвало одобрение и широкие отклики  во  всех братских коммунистических и рабочих партиях....  Они сплачивают и укрепляют связи и сотрудничество между собой.  Идейное сплочение и братская солидарность международного пролетариата,  рабочих и коммунистических  партий  разных стран тем более необходимы,  что капиталистические могикане создают свои  международные  агрессивные объединения и блоки,  подобные НАТО, СЕАТО, Багдадскому пакту[11], направленные против миролюбивых народов,  против  народно-освободительных движений, против рабочего класса и жизненных интересов трудящихся".

"В то время, - подчеркивалось в постановлении, - как Советский Союз многое сделал и делает для разрядки международной напряженности..., американский монополистический капитал продолжает ассигновывать  крупные суммы для усиления подрывной деятельности в социалистических странах.  В разгар "холодной войны",  как известно, американский Конгресс официально (помимо тех средств, которые отпускаются неофициально), ассигновал 100 миллионов долларов только для подрывной деятельности в странах народной демократии и в Советском Союзе.  Теперь, когда Советский Союз и другие социалистические страны делают  все  возможное  для ослабления международной напряженности, сторонники  "холодной  войны"  стараются  активизировать  действия, осуждаемой  народами  всего мира "холодной войны".  Об этом говорит решение американского Сената о дополнительном ассигновании 25  миллионов долларов на подрывную деятельность, которая цинично именуется "поощрением свободы за "железным занавесом".

Приводимая в цитируемом постановлении ЦК КПСС оценка американской внешней  политики  отражает  и  характеризует  содержание доктрины "отбрасывания коммунизма", разработанной госсекретарем США Д.Ф.Даллесом и официально  провозглашенной  президентом Дуайэтом Эйзенхауэром в начале 1953 г..

В то же время,  составитель "Энциклопедии российско-американских отношений XVIII-XX века" Э.А.Иванян подчеркивал,  что  "в последние годы в свете рассекреченных внешнеполитических документов  американские историки несколько пересмотрели традиционную репутацию Даллеса как твердолобого фанатика "пактомании"  и "блоковой" дипломатии... Выдвигается утверждение, что политика Даллеса предусматривала подталкивание советского руководства к взятию на себя непосильных обязательств по оказанию помощи другим странам, что нередко приводило к обострению противоречий между СССР и  этими странами"[12].

Далее в заключении Постановления ЦК отмечалось: "Мы должны твердо оценить этот  факт и сделать из него соответствующие выводы...  Все это свидетельствует о том, что нельзя допускать беспечность в отношении новых происков империалистической агентуры,  стремящейся проникнуть в социалистические страны,  чтобы вредить и подрывать достижения трудящихся...».

Представляется однако  необходимым пояснить современному молодому читателю некоторые идеологеммы и обстоятельства,  упомянутые в Постановлении ЦК КПСС от 5 июля 1956 г.

"Холодной войной" в исторической науке и политологии именуются периоды напряженности в советско-американских отношениях,  ассоциируемые с  противостоянием  двух  ядерных сверхдержав и двух мировых социально-политических систем,  условно  датируемые   1946-1972   и 1980-1992 годами.

Документы Совета Национальной безопасности США по первой доктрине «холодной войны» - стратегии «Сдерживания коммунизма» (1945-1953 годов), - были опубликованы в 1978 году в сборнике «Contaiment: DocumentsonAmericanPolicyandStragedy. 1945 – 1950. (New-York, ColumbianUnivercityPress, 1978).  В 2006 г., через 18 лет после начала перестройки в СССР, этот сборник был издан в нашей стране под названием «Главный противник: Документы американской внешней политики и стратегии. 1945 – 1950» (М., 2006).

Как отмечается  в  современной  "Энциклопедии российско-американских отношений XVIII - XX века",  "холодная война  велась  всеми средствами - дипломатическими,  политическими, пропагандистскими, - за исключением военных",  хотя последнее утверждение вызывает некоторые сомнения и нуждается в уточнении, особенно в свете событий 1980 – 1986 годов в Афганистане.

Окончание "холодной войны" связывают  с  годами  президентства Дж. Буша – старшего (1989-1993 гг.) 28 января 1992 г. президент Дж. Буш   заявил: "По божьей воле, Америка выиграла холодную войну".

В ходе первой встречи Дж. Буша  с президентом России Б.Н.Ельциным 1 февраля 1992 г.  было заявлено об "окончании  "холодной  войны",  и объявлено о том, что обе стороны не считают более друг друга потенциальным противником[13].

Как подчеркивает  составитель  "Энциклопедии  российско-американских отношений XYIII - ХХ века" Э.А.Иванян,  американские исследователи феномена "холодной войны" делятся на "правоверных",  обвиняющих в  ее развязывании Советский Союз,  и "ревизионистов" 60-х - 70-х годов, считающих основным ее виновником США".

Американский дипломат  и   историк   международных   отношений Дж.Ф.Кеннан считал,  что "холодная война" отражала "...долгое и дорогое политическое соперничество,  разжигаемое с обеих сторон нереальными и преувеличенными оценками намерений и мощи противоположной стороны"[14].

Термин "железный занавес" вошел в политический лексикон  после известного выступления  британского экс-премьера У.Черчилля с программной речью 5 марта 1946 г. в американском городе Фултоне.

Однако сам этот термин был заимствован им из секретной директивы германского министра иностранных дел и военного преступника Иоахима фон Риббентропа от 16 февраля 1945 г.

Определенное представление об обстановке в стране после ХХ съезда КПСС, предания частичной огласке материалов доклада Н.С. Хрущева о последствиях культа личности, дают выдержки из закрытого Письма ЦК КПСС

"Об усилении политической работы в массах и пресечении вылазок антисоветских враждебных элементов" от 19 декабря 1956 г.[15].

        В нем, в частности, отмечалось: "...Мы являемся сейчас свидетелями того, что международный империализм делает новые попытки предпринять атаки против социалистического лагеря,  развернуть наступление на коммунистическое и рабочее движение,  сорвать строительство социализма в странах  народной демократии и восстановить там капиталистические порядки".

В то же время подчеркивалось,  что "империалисты понимают,  что  в наше время  невозможно  открыто выступать за восстановление капиталистических порядков, ненавистных всем народам мира.... Под воздействием международной  реакции жалкие остатки антисоветских элементов в нашей стране,  будучи враждебными настроенными против социалистического строя,  пытаются использовать в своих гнусных целях все еще имеющиеся у нас трудности и недостатки, возводят злобную клевету на политику Коммунистической  партии  и Советского государства,  распространяют всякого рода провокационные  слухи,  пытаются  подорвать доверие народа  к партии и веру в могущество социалистических государств, нерушимость их братской дружбы...,  а свои враждебные действия прикрывают фальшивыми словами о критике и самокритике,  лозунгами борьбы "за демократию".

Нельзя не  видеть,  что  враждебным  элементам кое-где удается влиять на недостаточно  стойких  в  идейно-политическом  отношении, поддающихся воздействию  буржуазной  идеологии  людей,  которые под влиянием враждебной агитации теряют способность правильно оценивать международную и внутреннюю обстановку, становятся рупорами империалистической пропаганды,  повторяя  вслед  за   "Голосом   Америки", "Би-би-си" и "Свободной Европой" разного рода клеветнические измышления о советском строе... Это не дает нам никаких оснований для беспечности  и  благодушия".

В этой связи ЦК КПСС потребовал  от  партийных  организаций "мобилизоваться на решительную борьбу по пресечению вылазок антисоветских элементов".

В то же время указывалось и на недостатки в работе с молодежью:

"... Нельзя пройти мимо того, что среди некоторой части студенчества имеют  место  нездоровые настроения,  высказываются неправильные взгляды на нашу советскую действительность.  За последнее  время  в ряде высших учебных заведений в Москве, Свердловске, Курске, Таллине и некоторых других городов были прямые антисоветские и  националистические выступления... Активизировали свою деятельность антисоветские, националистические  элементы  среди  студенческой молодежи Литвы и Эстонии.  Этими элементами выдвигаются требования  буржуазно-националистического порядка,  всячески  разжигается национальная рознь, одобряются действия венгерских контрреволюционеров, высказываются суждения  о  ликвидации комсомола и замене его национальными молодежными организациями.  Имеются случаи,  когда среди  студентов распространяются антисоветские листовки.  Эти враждебные вылазки не всегда пресекаются и получают должную политическую оценку со стороны партийных организаций".

В этой связи партийным организациям предлагалось "...всемерно улучшить идейное  воспитание студентов,  глубоко разъяснять им политику нашей партии,  прививать студенческой молодежи нетерпимое отношение к проявлениям  буржуазной  идеологии.  Что же касается всякого рода антисоветских и враждебных вылазок,  то их надо  решительно  пресекать... Партия не раз указывала, что мирное сосуществование стран с различными социальными системами отнюдь не означает ослабления идеологической борьбы...  Наша идеологическая работа все еще носит зачастую оборонительный,  а не наступательный характер...  много  еще декларативности и  формализма,  нет  должной  политической остроты, между тем нельзя забывать, что там, где слабо работаем мы, создаются благоприятные  условия  для  разлагающего воздействия буржуазной идеологии, для оживления пережитков капитализма в  сознании  людей.

        Эти пережитки подогреваются реакционной зарубежной пропагандой, они усиливаются обывателями,  которые подхватывают заграничные радиопередачи, распространяют  разного рода слухи и сплетни и используются

антисоветскими, враждебными элементами.

        Партийные организации не всегда учитывают,  что  за  последнее время из мест заключения возвратилось значительное число амнистированных, реабилитированных, а также лиц, отбывших свой срок заключения. Большинство из них включилось в активную производственную и общественно-политическую жизнь,  добросовестно исполняет  гражданские обязанности, однако  есть и такие,  которые злобно настроены против Советской власти...  Они группируют вокруг себя антисоветские  элементы и  политически  неустойчивых  лиц,  пытаются возобновить свою враждебную, антисоветскую деятельность...  В отношении же тех  лиц, которые пытаются  проводить  антипартийную и антисоветскую деятельность, партийные организации и советские  органы  должны  принимать самые решительные  меры  пресечения и поступать так,  как мы всегда поступали с враждебными нашему строю людьми".

         Здесь нам  представляется необходимым подчеркнуть то обстоятельство, что уже более пятидесяти лет назад обращалось внимание на  взаимосвязь и взаимовлияние государств и процессов,  протекающих в разных странах и регионах мира, что позднее получило название глобализации.

         Так  же  в этой связи нам представляются беспочвенными и безосновательными заявления о том, что якобы «наша страна» в тот период времени «выпала из русла развития мировой цивилизации»,  являющиеся, по сути своей,  ничем иным как еще одной идеологической  формой мифологизации собственного исторического прошлого.

         Разумеется, взаимосвязь и взаимовлияние социальных систем  было далеко не столь элементарно-прямолинейно, как это определялось авторами цитируемого письма. Но  именно на такую схему и такой механизм "обработки" населения "стран за "железным  занавесом",  делали ставку зарубежные теоретики и проводники политики "холодной войны".

        Таким образом, как теоретические воззрения, так и практические действия вовлеченных  в  конфликтное  противоборство  сторон,  были адекватно-симметричными.

         В цитировавшемся  ранее письме ЦК КПСС содержалось и следующее послание, имевшее конкретного специального адресата:

        "Коммунисты, работающие  в  органах прокуратуры,  суда и государственной безопасности,  должны зорко стоять на страже  интересов нашего  социалистического государства,  быть бдительными к проискам враждебных элементов и, в соответствии с законами Советской власти, своевременно пресекать их преступные действия.

        Решительно разоблачая перед народом враждебную сущность вылазок антисоветских  элементов,  пресекая  их  зловещую деятельность, партийные организации в то же время должны учитывать, что часть советских людей  иногда  в  силу  недостаточной политической зрелости неправильно оценивает происходящие события и подпадает под  влияние чуждой пропаганды. Таких людей нельзя сваливать в одну кучу с враждебными элементами...".

         В этой связи следует также подчеркнуть, что в 1958 г. начальник УКГБ по Ленинградской области Н.Р.Миронов направил на имя Н.С.Хрущева письмо, в котором предлагал некоторые меры по улучшению деятельности  органов госбезопасности,  и в частности,  по расширению мер предупредительно-профилактического воздействия "по отношению к тем, кто в силу ряда  причин высказывал иногда нездоровые мнения и даже совершал наказуемые проступки".

Это предложение получило поддержку как у тогдашнего заведующего отделом административных органов ЦК КПСС, будущего председателя КГБ А.Н.Шелепина,  так и  у Первого секретаря ЦК КПСС Н.С.Хрущева.

В этой связи в Положении о КГБ при СМ СССР и  его  органах  на местах, утвержденном в январе 1959 г., подчеркивалось, что: "Органы госбезопасности обязаны непосредственно и через соответствующие организации  принимать  меры предупредительного характера в отношении тех советских граждан,  которые допустили политически  неправильные поступки в силу своей недостаточной политической зрелости", обязаны следить за тем,  "...чтобы ни один гражданин не подвергся необоснованному привлечению к ответственности.  Должны сурово пресекать нарушения социалистической законности и произвол как действия,  посягающие  на  социалистический  правопорядок  и права советских граждан"[16].

В заключение представляется необходимым отметить еще раз, что образование КГБ при СМ СССР знаменовало собой действительно новый подход к делу обеспечения государственной безопасности СССР, отказ от осужденных недопустимых методов действий, укрепление социалистической законности, чему в немалой мере способствовало и изменение уголовного и уголовно-процессуального законодательства страны.

Но, в то же время, не были полностью преодолены и элементы субъективизма и волюнтаризма в руководстве деятельностью правоохранительных органов, что негативным образом сказывалось на состоянии правопорядка в стране.


‹ Становление КГБ. Вверх 15 лет во главе КГБ. ›

15 лет во главе КГБ.

18 мая  1967 г.  на  должность председателя КГБ при СМ СССР был назначен Секретарь ЦК КПСС Ю.В. Андропов.

Юрий Владимирович  Андропов,  без сомнения,  является одной из крупнейших политических фигур в истории нашей страны прошлого века. Но мы не ставим перед собой задачу рассказать о личности председателя КГБ - об этом написано и еще будет написано немало, - мы попытаемся показать  Андропова  как руководителя советских органов безопасности, чьи мысли и установки во многом определяли направления  и  характер их деятельности.

Как представляется,  без  учета  мировоззрения Андропова и как публичного политика, а таковым он оставался и на посту председателя КГБ, и  как  руководителя органов государственной безопасности одно из крупнейших государств мира,  трудно понять и деятельность  возглавляемого им  ведомства.  В  этой связи представляется необходимым обратиться к ряду его публичных выступлений.

Однако необходимо одно важное замечание. Придя на пост руководителя советской спецслужбы, Андропов естественно должен был понять как назначение и задачи возглавляемого ведомства,  так и стратегические и тактические установки противостоящих ему иностранных разведок.

В этой связи ему пришлось досконально изучить воззрения на сущность деятельности и задачи современной разведки одного из наиболее авторитетных

«ассов» шпионажа бывшего директора ЦРУ США Алена Даллеса.

          В вышедшей в 1963 г. книге «Искусство разведки», адресованной, прежде всего, представителям политического  эстеблишмента  западных государств,

Делясь своими соображениями о необходимой  стартегии «отбрасывания    коммунизма», Даллес сознательно доходчиво раскрывал деятельность разведывательного сообщества США, стремясь сделать ее максимально понятной и оправданной.

Им  приводились слова президента  Дж. Кеннеди на церемонии открытия нового здания штаб-квартиры ЦРУ 28 ноября 1961 г.:  "О ваших успехах никогда не говорят,  а о ваших неудачах трубят повсюду. Ясно, что вы не можете говорить о тех операциях, которые идут хорошо. Те же, которые идут плохо, обычно говорят сами за себя".  И подчеркнул:  "Я уверен,  что вы понимаете,  как важна ваша работа  и  как  высоко  будут  оценены  в далеком будущем ваши усилия". (Здесь и далее нами, в целях передачи «духа эпохи», цитируется "прогрессовское" издание ограниченного распространения, с грифом "Рассылается по особому  списку", 1964 г..  Мы  рекомендуем читателям пользоваться изданием: Даллес А.  ЦРУ против КГБ: Искуство шпионажа.(М.,2000), поскольку издатели первого перевода 1992 г., оговаривались,  что  сделали купюры текста,  преследующие цель "по возможности  устранить  идеологические  наслоения  периода "холодной  войны"  и  явные анахронизмы»,   что значительно снизило ценность этого варианта как информационного источника. Рекомендуемое нами издание содержит  все приводимые нами цитаты с учетом  ньюансов  стиля переводчиков).

При этом сам Даллес признавал, что "Мы не находимся "в мире" с коммунистическими странами и не находились с тех пор, как коммунизм объявил войну нашему образу государственного управления и жизни".

В то  же  самое  время,  оправдывая   право США на «превентивные действия», бывший директор ЦРУ откровенно писал:  "Мы же со своей стороны должны много делать и немало делаем для того,  чтобы  укрепить позиции  слабых стран и не дать коммунистам возможности захватить их в свои руки.  Безусловно,  мы не можем ограничиваться  лишь оборонительными действиями;  в  ряде  случаев  мы берем инициативу в свои руки,  заставляя коммунистов отступать (здесь и далее по тексту выделено мной - О.Х.), и таких случаев должно быть больше".

Во многих  случаях,  скромно  признавался  Даллес,  "в гораздо большем числе,  чем это известно, у нас были успехи, причем некоторые из них существенные.  Однако, пожалуй, еще не время афишировать эти действия или те средства, которые были использованы".

Выделим для читателей следующий крайне важный для понимания филисофии действия американской разведки фрагмент сочинения: "Мы сами  должны  определять,  когда,  где  и каким образом мы должны действовать (надо полагать,  при  поддержке  других  ведущих стран свободного мира, которые смогут оказать помощь), учитывая при этом требования нашей собственной национальной безопасности... Важную  роль должны сыграть разведывательные службы с их особыми методами и средствами.  Это нечто новое для нынешнего поколения, тем не менее, весьма важное для успеха дела". Напомним, что писалось это всего лишь через год после Карибского кризиса и через два года после провала высадки кубинских  "контрас" на Кубу в заливе Плайя Херон, о чем мы уже говорили ранее.

Раскрывая глобальный характер разведки, ведущейся правительственными органами США,  бывший директор ЦРУ подчеркивал, что "В наши дни разведка  вынуждена вести постоянное наблюдение во всех районах мира, независимо от того,  к чему привлечено в данный момент внимание дипломатов или военных...  Обязанность разведки --  предупреждать о возникающих опасностях так,  чтобы правительство могло принять должные меры. В поисках  информации  теперь уже нельзя ограничиваться рамками лишь некоторых стран.  Ареной нашего конфликта является весь мир...  Наше правительство должно быть заблаговременно предупреждено  и вооружено.  Бдительность разведки, заблаговременное предупреждение ею об опасности уже  само  по  себе могло бы  явиться одним из наиболее эффективных средств сдерживания воинственных аппетитов потенциального противника...  Разведывательный анализ должен проводиться по всем странам,  где могут оказаться затронутыми наши интересы...  Естественно, для нас может иметь значение политическая, экономическая и социальная обстановка в различных странах. Обязанность разведки - объявлять тревогу до того,   как ситуация приобретает кризисный характер".

Работа Даллеса изобилует и явно комплиментарными характеристиками советских спецслужб:  "В лице Советского Союза мы имеем  перед собой противника, поднявшего искусство шпионажа на небывалую высоту. ...Информация, которую посредством секретных операций смогла добыть советская разведка во время Второй мировой войны, содействовала военным усилиям  Советов  и  представляла собой такого рода материал, который является предметом мечтаний для разведки любой страны".

Да и упоминавшиеся Даллесом имена советских разведчиков, действовавших на Западе в 50-е - 60-е годы - Абеля,  Лонсдейла,  Крогеров, Филби,  Фукса и других,  также свидетельствуют о весьма эффективной работе ПГУ КГБ СССР.

Отдавая должное техническим достижениям, появившимся в то время ЭВМ,  Даллес подчеркивал, что "то, для чего аналитику потребовалась бы неделя поиска и изучения архивных материалов,  машина может сейчас выполнить  в считанные минуты ...  Наука будет и впредь важнейшим средством разведки. Мы находимся в напряженнейшем соревновании с коммунистическим блоком, и особенно с Советским Союзом, в области развития науки и должны позаботиться о том,  чтобы   сохранить за собой первенство"(выделено у Даллеса - О.Х.).

"Хотя цели контрразведки  являются  оборонительными,  -  писал он далее, -  однако действует она преимущественно наступательными методами. Ее идеальной  целью является  раскрытие  планов  вражеской  разведки на самой ранней их стадии,  а не после того, как они начнут осуществляться и приносить вред. Чтобы  выполнить эту задачу,  контрразведка стремится проникнуть во внутренние сферы разведывательных служб  противника  вплоть до самого высокого уровня - туда,  где разрабатываются планы операций, где отбирают и готовят агентов; и если это достигнуто, то становится цель  привлечь  на свою сторону "инсайдеров" из лагеря противника".

Председателя КГБ заинтересовали и следующие характеристики перебежчиков из социалистических государств:  "Я не утверждаю, что все так называемые дезертиры (dezerters) бежали на Запад по идеологическим  мотивам.  Некоторые стали на этот путь потому,  что их постигла неудача в работе,  другие поступили так из  опасения,  что при  очередной  перетряске государственного аппарата они могут быть понижены или могут иметь еще худшие неприятности; были и такие, кого  привлекли  физические соблазны жизни на Западе - как моральные, так и материальные...  Жизнь в коммунистическом мире опротивела им, и они жаждут чего-то лучшего.  Вот почему применительно к таким людям я употребляю термин "дезертир" очень осторожно и заранее  извиняюсь. Я предпочитаю называть их добровольцами".

Обращаясь к своим западным коллегам,  дипломатам  и  государственным деятелям,  Даллес делился сокровенным, хотя эти его сентенции не могли не привлекли внимание также и шефа  КГБ:  "За  железным  занавесом имеется много  неизвестных  нам недовольных людей,  которые всерьез думают о побеге из своей страны... Таким людям можно помочь, убедив их в  том,  что  они будут тепло встречены и обретут у нас безопасность и счастливую жизнь. Всякий раз, когда вновь прибывший политический перебезчик, выступая в передаче "Голоса Америки", скажет что он уже находится у нас и что к нему хорошо относятся,  другие  люди за железным занавесом,  которые обдумывают такой же шаг,  наберутся решимости и вновь начнут обдумывать,  как бы получить назначение за границу...".

От государственных чиновников,  которым,  по сути дела и  была адресована эта книга Даллеса,  автор не считал нужным скрывать, что "Часть дезертиров со стороны коммунистов оказывается совсем не тем, за кого их можно принять.  Некоторые,  например,  в течение долгого времени работали за железным занавесом в качестве наших агентов "на месте" и  перебежали  на  Запад  лишь после того,  как они (или мы) пришли к выводу,  что дальше оставаться в им стране  стало  слишком опасно... Дезертирство кадрового разведчика противной стороны является, естественно,  большой удачей для контрразведки.  Ведь с точки зрения количества и содержания полученной при этом информации такой источник равноценен прямому проникновению на какой-либо срок в разведывательные штабы противника. Один такой доброволец-разведчик может буквально парализовать на несколько месяцев работу покинутой им разведслужбы. США  всегда  будут  приветствовать тех,  кто не хочет больше работать на Кремль".

Не могли не привлечь внимание Андропова и следующие  рассуждения автора о  вербовочной  работе в "странах железного занавеса",  то есть европейских социалистических государств: "В каждой коммунистической стране много людей, пострадавших от рук государственных органов или имеющих пострадавших среди близких им людей.  Таких людей  зачастую достаточно лишь слегка подтолкнуть, чтобы они согласились заниматься шпионажем против режима,  который не уважают,  который их обидел или в котором они разочаровались".

Но в тоже время опытный разведчик Даллес не мог  не  понимать, что "Среди людей,  берущихся за шпионаж, некоторые делают это потому,  чтоиспытывают финансовые затруднения, имеют долги, которые не могут выплатить,  либо растратили государственные средства... Человек, расчитывающий таким образом уйти от уголовной ответственности, сам запутывает себя в сети шпионажа,  и, вероятно, будет хорошо работать на разведку, поскольку не видит иного выхода. В конце концов разведка  всегда  может  найти способ разоблачить его в любое время перед его властями".

Отметим, что Даллес вовсе не говорил о возможной  идейно-политической основе  сотрудничества советского гражданина с разведкой США, видимо, хорошо  зная цену подобным «дезертирам».

Особое внимание нового председателя КГБ  привлекла  15  глава, озаглавленная "Роль разведки в "холодной войне"".

В ней Даллес раскрывал собственное видение содержания мирового противостояния и противоборства: "...На выборах за коммунистов голосует гораздо  большее  число людей, разделяющих  коммунистические  идеи,  но  не оформивших свое членство. Наиболее многочисленные коммунистические партии за  пределами коммунистического блока находятся во Франции,  Италии, Индии и Индонезии,  однако цифры в данном случае вовсе не отражают истинного положения дел. Для проведения подрывной деятельности  более  важным  фактором может оказаться  наличие прочного ядра преданных делу и дисциплинированных активистов, чем высокая численность партии....      К несчастью, коммунистические партии во многих странах превратились в крупнейшие политические организации, находящиеся в оппозиции к  правящим режимам.  Поэтому они привлекают к себе - не обязательно в качестве членов,  но сочувствующих,  - массы  избирателей, используя как националистические лозунги, так и лозунги движений за трезвость, реформы или же против атомного оружия.... Когда начинается предвыборная кампания,  аппаратчики компартии собирают под свои знамена всех этих людей и многих других,  ожидающих  перемен и наивно полагающих,  что эти перемены могут быть дос-

тигнуты только с помощью коммунистов.... Всемирный конгресс мира,  различные молодежные и женские организации и творческие союзы также  входят  в  число  замаскированных коммунистических структур.  Они пытаются завлечь в свои ряды доверчивых и легковерных, выступая с позиций солидарности и порядочности и используя лозунги "защиты мира" и "запрета на атомную бомбу".

Далее в качестве "подрывных" акций Даллес описывал  проведение Фестивалей молодежи и студентов, "коммунистическое проникновение" в профсоюзные движения,  радиовещание СССР, умалчивая, о внешнепропагандистской деятельности радиостанций "Радио "Свобода" и "Свободная Европа", в то время тайно финансировавшихся ЦРУ США.

"Собранные воедино, - продолжал идеолог американской разведки, - эти организации могут составить, так сказать, московский "оркестр ниспровержения" существующего  в  данном государстве строя.  Многие его инструменты в отдельности, а иногда и сразу весь оркестр, начинают действовать по знаку дирижерской палочки из Москвы, чтобы оказать давление на страну, которая избрана в качестве объекта подрывной деятельности.  Такой  "оркестр" играет даже в тех государствах, где процесс "захоронения капитализма" предвидится,  даже по оценкам Кремля, в весьма далеком будущем(например, в США). Так выглядит аппарат подрывных действий, которому мы противостоим ныне в "холодной войне", навязанной нам коммунистами".

Оставим на совести Даллеса подобные пассажи о могуществе  пресловутой "руки Москвы",  но в то же время отметим, что подобные сентенции не могли,  разумеется, не оказывать влияние на часть населения капиталистических государств,  в том числе и их элиты,  не способствовать нарастанию антикоммунистической истерии.

Гораздо важнее  рецепты от Даллеса по спасению западного мира: "К активным средствам против этой угрозы относится,  во – первых,  провозглашаемая нами внешняя политика, полную ответственность за которую несут Государственный департамент и президент.  Во - вторых, занимая оборонительную  позицию  можно убедить свободный мир,  что мы и наши союзники достаточно сильны и готовы решительно ответить на советские военные угрозы....

Третьим позитивным фактором  является  вклад,  который  вносит разведывательная служба. Она должна:

1). своевременно предоставлять правительству информацию о том, в каких странах коммунисты наметили начать подрывные действия;

2). внедрять агентуру в важные структуры их подрывного аппарата,... предоставлять  правительству анализ используемых средств,  а также данные о доверенных лицах противника, проникших в состав правительства;

3). помогать странам свободного мира,  насколько это возможно, в создании  собственных оборонительных структур против инфильтрации коммунистов и  заблаговременно  предупреждать  правительства   этих стран о характере и размерах угрозы, а также оказывать поддержку их службам безопасности.

В тех случаях,  когда это возможно,  - продолжал Даллес,  - «мы должны помогать правительствам, попавшим в подобного рода ситуации, и поддерживать  их  стремление к сопротивлению и уверенность в том, что они смогут выстоять против тоталитаризма… Западные разведки должны приступать к выполнению  своих  задач значительно раньше,  чем  этим займутся военные структуры,  то есть когда подрывные акции Советов еще  только  готовятся...  Для  того, чтобы мы  приступили  к активным военным действиям,  нам необходимо располагать надежными разведывательными данными о заговоре и  заговорщиках и  иметь  под  рукой  требуемые  средства для открытых или скрытых контрмер".

Порассуждав на тему "определенных рамок применения силы",  которое должно быть "санкционировано на высшем политическом  уровне", то есть президентом США,  Даллес в то же время подчеркивал, что "мы сами должны определить, когда, где и каким образом нам действовать, по возможности,  вместе  с другими ведущими государствами свободного мира, готовыми оказать такую поддержку".

         В цитируемой нами главе "Разведка в "холодной войне" Даллес  писал,   что  главным  ее орудием является разложение населения стран противника. "Неудачи, которые потерпели коммунисты, произошли не в  последнюю очередь в результате применения специальных средств разведки, и не только нашей,  но и наших друзей и союзников". Далее Даллес подробно  описывает  то,  что получило в дальнейшем название "экспорта контрреволюций".

         В заключительных  строках указанной главы  Аллена Даллеса подчеркивал:  "Стратегия и тактика государства... должны определяться дальнозоркой политикой,  учитывающей в первую очередь коренные национальные интересы, а не абстрактные принципы, какие высокие цели они  бы ни преследовали...».

Заместитель Даллеса на посту директора ЦРУ Рэй Клайн позднее писал, развивая мысли своего недавнего патрона:  "ученым известно,  что судьбы народов  формируются  комплексом трудноулавливаемых социальных, психологических и бюрократических сил. Обычные люди, чья жизнь - к худу ли, к добру ли, - зависит от игры этих сил, редко понимают это, разве что смутно и весьма поверхностно. Одной из таких сил – с начала 40-х годов стала разведка".

При Трумэне - мы цитируем русскоязычное издание  книги  Р.Клайна "ЦРУ от Рузвельта до Рейгана",  выпущенное в Нью-Йорке в 1988 г., - Совет национальной безопасности в декабре 1947 г.  возложил на  ЦРУ проведение тайных операций и акций психологической войны, хотя этой задачи ЦРУ и не было указано в законе о его  образовании,  принятом двумя месяцами ранее.

Понятно, что стратегические и тактические установки «главного противника» самым непосредственным образом влияли на содержание и тактику действий по отражению тайных подрывных акции.

И именно с учетом этих факторов стоит подходить к оценке деятельности органов государственной безопасности СССР.

В своих многочисленных публичных выступлениях, в частности, на торжественном собрании, посвященном 60-летию органов ВЧК – КГБ 19 декабря 1977 г., Ю.В.Андропов подчеркивал: "ныне источник угрозы безопасности СССР лежит вовне. Оттуда, извне, классовый противник  пытается  перенести на нашу территорию подрывную деятельность, активизировать и провоцировать идеологические  диверсии, расчитывая на отдельных неустойчивых людей".

В то же время,  органы государственной безопасности - это специальные органы,  которые призваны специфическими методами и средствами борьбы в пределах своей компетенции содействовать обеспечению нормальной жизни советских людей. Но при этом "деятельность органов государственной безопасности должна строго соответствовать  историческому процессу развития нашего общества и в первую очередь развитию и совершенствованию современной социалистической демократии.... Поддержка и помощь органам госбезопасности со стороны масс являлась и является важнейшим условием эффективности всей  чекистской деятельности"[1].

Задача чекистов,  неоднократно повторял председатель КГБ, "пресекать деятельность тех, кто становится  на  путь антигосударственных действий,  кто посянает на права советских людей, на интересы советского общества. В сегодняшних условиях обеспечение безопасности - это обеспечение безопасности не только государства,  но всего общества от посягательств классового противника"[2].

Как руководитель КГБ при СМ СССР,  Юрий  Владимирович не мог не обращать самое пристальное внимание на стиль работы своих подчиненных, на вопросы их  воспитания  и  профессиональной подготовки.  В этой связи он подчеркивал: "имея дело с законом, мы должны самым строжайшим образом соблюдать его и по духу,  и по форме. Здесь никаких отступлений быть не может.  Органы государственной безопасности должны подавать пример неукоснительного соблюдения законности, быть законопослушными. Быть законопослушным - значит не только строго соблюдать права и свободы советских граждан.  Это значит также решительно и  твердо принимать меры,  определенные советскими законами,  в отношении тех лиц, которые становятся на путь антисоветских враждебных действий". Но  решительно - это не значит безрассудно:  "нашим действиям,  как никогда прежде,  необходимы продуманность,  прицельность. Надо научится каждый раз бить точно,  без недолетов или перелетов,  а,  как говорится, в яблочко".

Говоря о  возрастании  значения  в  жизни страны общественного мнения, Андропов подчеркивал необходимость "учета реакции трудящихся на  деятельность органов госбезопасности.  Именно поэтому,  наши действия, наши шаги должны быть понятны массам. Мы должны добиваться того, чтобы трудящиеся понимали каждую нашу акцию, осознавали ее необходимость, оказывали нам необходимую поддержку.  Это само собой не приходит.  Нужна серьезная разъяснительная работа. Ее нужно проводить еще активнее,  чем мы делали до сих пор...  Нужно  думать  о том,  как тот или иной шаг будет воспринят советскими людьми. Нужно думать и принимать все меры к тому,  чтобы наши акции получали  поддержку масс"[3].

А в одном из своих первых  программных  выступлений, обращаясь к выпускникам Высшей школы КГБ СССР им.  Ф.Э.Дзержинского в июле 1967г.,  Андропов подчеркивал: "в  нынешних  условиях, когда борьба  с врагом происходит в особых условиях быстрого развития научно-технического прогресса и культуры во всех  ее  сферах... нужны глубокие знания, всесторонняя подготовка, умение разбираться в сложных переплетениях внутриполитической и внешнеполитической  жизни.  Сказанное имеет особое значение еще и потому, что за последнее время империализм все больше навязывает нам борьбу на фронте  идеологии...  Вот  почему  он пытается подтачивать советское общество с помощью средств и методов, которые с первого раза не укладываются в наше представление о враждебных проявлениях. Более того, можно сказать,  что противник ставит своей целью  на  идеологическом  фронте действовать так, чтобы по возможности не переступать статьи уголовного кодекса,  не переступать наших законов,  действовать в их рамках, и тем не менее действовать враждебно.   ...Нам надо беречь и укреплять доверие советских людей,  всего советского народа  к  органам государственной безопасности,  потому что это доверие - залог всех наших успехов"[5].

Чрезвычайно актуально и сегодня звучат следующие слова из того выступления председателя КГБ:  "важным средством завоевания доверия масс является гласность в чекистской работе. Советский народ должен быть больше и лучше информирован о подрывной деятельности иностранных разведок, зарубежных антисоветских центров, а также о подрывной деятельности антисоветских элементов внутри страны.  Советские люди должны больше знать о трудной и сложной работе чекистских органов".

Как нетрудно будет заметить далее,  Андропов  в  самом  начале своей деятельности  на  "чекистском поприще" во многом предвосхитил те задачи  и  проблемно-болевые  точки,  что останутся по-прежнему актуальными и более чем через два десятилетия, в годы перестройки.

17 июля 1967г.  по инициативе Ю.В.Андропова Политбюро ЦК КПСС приняло решение о создании в структуре  Комитета  самостоятельного Пятого управления по борьбе с идеологическими диверсиями противника,  куратором которого по линии руководства КГБ стал  первый заместитель председателя  С.К.Цвигун.

В записке в Политбюро ЦК по вопросу об образовании нового управления Ю.В.Андроповым,  в частности, отмечалось, что если в марте 1954 г.  в контрразведывательных подразделениях КГБ работало 25 375 сотрудников,  то в июне 1967 г.  - только 14 263 человека. И в этой связи новый председатель просил увеличить штат Комитета на 2 250 единиц, в том числе на 1 750 офицерских и 500 вольнонаемных должностей.

Деятельность КГБ в 1980-е годы подвергалась критике в основном именно по поводу существования 5 управления КГБ СССР. В написанной для «обычных нормальных людей» книге «Мина замедленного действия: Политический портрет КГБ»(М., 1992) ее автор Е.М.Альбац писала «парадоксальным образом, именно функции тайной полиции»(в действительности, в значительной мере гипертрофированные «разоблачениями 1988 – 1991 гг., -- О.Х.), в наибольшей степени и составили «славу» этому ведомству в собственной стране». Именно поэтому подробнее о деятельности 5 Управления КГБ СССР мы расскажем в следующей главе.

20 декабря 1967 г. Андропов впервые в качестве председателя КГБ выступил перед широкой аудиторией в Кремлевском дворце съездов с докладом о 50-летии образования советских органов государственной безопасности.

В этом политически важном, знаковом  выступлении новый председатель КГБ дал  ретроспективно-содержательный анализ деятельности органов безопасности СССР с момента их образования.

Указав на  важнейшие  принципы работы ЧК:  беззаветную преданность делу революции,  тесную связь с народом,  непоколебимую  верность партии  и  Советской власти,  твердость в борьбе с классовыми врагами и высокий пролетарский гуманизм,  Андропов подчеркнул,  что "эти демократические  принципы были и остаются основой деятельности чекистов"[5].

Мы не вправе забывать, также подчеркивал он, что имевшие место извращения  и  беззакония  нанесли серьезный ущерб интересам нашего государства, советским людям и самим органам госбезопасности. Но "нет и не может быть возврата к каким бы то ни было нарушениям социалистической законности.  Органы государственной  безопасности стоят и будут стоять на страже интересов Советского государства, на страже интересов советских людей".

Обращая внимание на то, что спецслужбам иностранных государств отводится важная роль в осуществлении  их  внешнеполитической стратегии, Андропов отмечал, что изменились характер, масштабы и содержание разведывательного противоборства с  происками  противников СССР, а органы государственной безопасности решают задачи по разоблачению и срыву его замыслов.

Залогом успешной работы органов КГБ, обращал внимание присутствовавших Андропов,  "гарантией правильного  подхода  к  выполнению возложенных на  них  задач  являются последовательное осуществление ленинских принципов, неукоснительное выполнение директив и указаний Коммунистической партии,  строгое соблюдение законов социалистического государства,  постоянная и самая тесная  связь  с  трудящимися массами".

В то же время председатель КГБ подчеркивал,  что "было бы  неверно закрывать глаза на то, что у нас имеются еще отдельные случаи антигосударственных преступлений, враждебных антисоветских действий и поступков,  которые совершаются нередко под воздействием враждебного влияния из-за рубежа...      В соответствии  с лучшими чекистскими традициями органы госбезопасности ведут большую  работу  по  предупреждению  преступлений, убеждению и воспитанию тех, кто допускает политически вредные проступки. Это помогает устранять причины,  могущие порождать антигосударственные преступления.

Борьба партии и Советского государства с фактами нарушения законных прав трудящихся, с пренебрежением к их нуждам, с бюрократизмом, а также воспитание людей в духе социалистического патриотизма, честного выполнения  своих  гражданских  обязанностей  способствуют устранению почвы для антиобщественных поступков.  Этому содействует и повышение благосостояния трудящихся,  дальнейшее развитие советской демократии,  рост уровня культуры и сознательности масс в нашей стране".

21 декабря доклад Ю.В.Андропова был опубликован в «Правде» и здесь же было помещено обращение ЦК КПСС,  Президиума Верховного Совета и Совета министров СССР к сотрудникам органов КГБ в котором, в частности, говорилось: "...Воспитанные и закаленные Коммунистической партией, под ее непосредственным, повседневным руководством,  работники органов государственной безопасности верно служат советскому народу, не жалея сил и жизни ведут борьбу с врагами Советского государства, с происками империалистических разведок.

В настоящее время, когда империалисты расширяют подрывную деятельность против СССР и братских социалистических стран,  советские органы государственной безопасности призваны проводить  решительную борьбу с  подрывными  действиями иностранных государств,  пресекать враждебную деятельность их разведок и вместе  с  воинами  Советской Армии и  Военно-Морского  Флота надежно охранять труд советских людей, строящих коммунизм.

Непременными условиями успешного выполнения этих задач являются повседневное руководство Коммунистической партией органами государственной безопасности,  их неразрывная связь с народом,  строгое соблюдение социалистической  законности,  повышение   революционной бдительности и совершенствование чекистского мастерства".

А вот  как  информировал Ю.В.Андропов ЦК КПСС об итогах работы КГБ (N 1025-А/ОВ от 6 мая 1968 г.):

"...Основное внимание органов КГБ было сосредоточено на усилении прежде всего внешнеполитической разведки,  с тем, чтобы она активно способствовала успешному осуществлению советской внешней  политики, надежно обеспечивала своевременное выявление, срыв и разоблачение подрывных планов империалистических государств и их  разведывательных органов...".

В этом документе отмечалось,  что всего зарубежными резидентурами КГБ было получено 25 645 информационных материалов,  и  еще  7 290  материалов поступило в порядке обмена материалами от разведок социалистических государств. Наиболее сильными и результативными специальными службами в 70--80-е годы считались разведки Германской Демократической Республики (Управление "А" МГБ ГДР),  а также Чехословакии и Польши.

Особо оговоримся, что здесь и далее в подлиннике документа, до самого недавнего времени имевшего гриф "Совершенно секретно. Особой важности",   все цифровые данные были вписаны от руки в оставленные  пропуски машинописного текста, что свидетельствует об их особо секретном содержании и значении.

На основании полученных ПГУ КГБ СССР материалов в ЦК КПСС было направлено 4 260 информационных сообщений,  дополнительно  в  линейно-функциональные отделы ЦК КПСС было направлено 4 728 сообщений,  в МИД СССР – 4 832, в министерство обороны и ГРУ – 4 639. Дополнительно членам  Политбюро были направлены 42 бюллетеня внешнеполитической развединформации.

Помимо этого, в  различные  министерства и ведомства СССР было направлено 1 495 информаций, 9 910 материалов и 1 403 образца техники, по заданиям Военно-промышленной комиссии было добыто 1 376 работ по 210 темам и более 330 образцов техники.

По линии   контрразведки  "среди  сотрудников  дипломатических представительств и приезжающих в СССР туристов,  коммерсантов, членов различных делегаций (в 1967 г.  их насчитывалось свыше 250 тысяч человек), установлены 270 иностранцев, подозреваемых в причастности к специальным службам противника. За разведывательную деятельность, проведение акций идеологической диверсии,  контрабанду,  незаконную валютную деятельность и нарушение норм поведения выдворено из СССР 108 и привлечено к уголовной ответственности 11 иностранцев.

Аппаратами военной контрразведки КГБ совместно с органами  безопасности ГДР разоблачено 17 агентов западных разведок,  проводивших шпионскую работу против Группы советских войск в Германии....

Исходя из того, что противник в своих расчетах расшатать социализм изнутри делает большую ставку на пропаганду национализма, органы КГБ  провели  ряд  мероприятий по пресечению попыток проводить организованную националистическую  деятельность  в  ряде   районов страны....

В 1967 г.  на  территории СССР зарегистрировано распространение 11 856 листовок и других антисоветских документов...  Органами  КГБ установлено 1 198 анонимных авторов.  Большинство из них  встало  на этот  путь в силу своей политической незрелости,  а также из-за отсутствия должной воспитательной работы в коллективах, где они работают или учатся.  Вместе с тем отдельные враждебно настроенные элементы использовали этот путь для борьбы с Советской властью. В связи  с возросшим числом анонимных авторов,  распространявших злобные антисоветские документы в силу своих враждебных убеждений, увеличилось и количество лиц,  привлеченных к уголовной ответственности за этот вид преступлений: в 1966 г. их было 41, а в 1967 году - 114 человек...

Характеризуя состояние оперативных учетов органов КГБ, следует отметить,  что в количественном отношении они продолжают сокращаться,  хотя  и  в незначительной степени.  По данным на 1 января с.г. контрразведывательными аппаратами ведется разработка 1 068  человек, разыскивается 2 293 человека,  осуществляется наблюдение за 6 747 человек.

В 1967 г.  органами  КГБ привлечено к уголовной ответственности 738 человек,  из них 263 человека за особо опасные и 475 - за  иные государственные преступления.  В числе привлеченных к уголовной ответственности 3 человека, совершивших диверсии, 121 человек являются предателями  и  карателями периода немецко-фашистской оккупации, 34 человека обвинялись в измене Родине и покушении  на  измену,  96 человек -  в  антисоветской агитации и пропаганде,  221 человек – в нелегальном переходе границы,  100 человек - в  хищениях  государственного и  общественного  имущества в крупных размерах и взяточничестве, 148 человек - в контрабанде и нарушении правил  о  валютных операциях, один иностранец и один советский гражданин арестованы за шпионаж....

Следственными аппаратами КГБ пересмотрено по заявлениям  граждан 6 732  архивных  уголовных дела на 12  376 человек;  по 3783 делам вынесены заключения о их прекращении(что,  добавим от себя,  влекло за собой освобождение или реабилитацию проходящих по ним лиц - О.Х.).

Важное значение придавалось мерам профилактического характера, направленным на  предупреждение  государственных  преступлений.   В 1967 г. органами КГБ было профилактировано 12 115 человек,  большинство  из которых допустили без враждебного умысла проявления антисоветского и политически вредного характера....

Контрольно-пропускными пунктами пограничных войск и следственными аппаратами  КГБ у контрабандистов и валютчиков изъято в 1967 г. золота в слитках и монетах около 30 кг,  изделий из драгоценных металлов и камней, иностранной валюты и разных товаров на общую сумму 2 миллиона 645 тысяч рублей.

...на работу в органы и на службу в войска КГБ  принято  11 103 человека, из них 4 502 - на офицерские должности.  Одновременно уволено 6 582 человека,  из которых 2 102 являлись офицерами. Чекистские кадры  пополнились  в  отчетном году 470 работниками,  прибывшими с партийной, комсомольской и советской работы".

Но в то же время в отчете подчеркивалось,  что "разведывательной службой КГБ еще не создано  необходимых  агентурных  позиций  в правительственных, военных, разведывательных органах и идеологических центрах противника, что не дает возможности добывать информацию о его  планах  и замыслах,  заблаговременно ориентировать ЦК КПСС и Советское правительство о наиболее важных  действиях  империалистических государств  по  главным направлениям их внешней и внутренней политики. По этой же причине разведывательная служба КГБ еще  слабо влияет на развитие политических событий в кризисных ситуациях в выгодном для Советского Союза направлении,  не всегда использует слабости в лагере империализма и противоречия между капиталистическими странами.

Контрразведывательная служба КГБ, располагая данными о наличии в СССР вражеской агентуры,  не добилась в отчетном периоде ощутимых результатов в  разоблачении  этой агентуры,  в выявлении и закрытии всех возможных каналов утечки государственных секретов....

Слабо используются  контрразведывательные возможности для противодействия попыткам противника осуществлять акции  идеологической диверсии, склонять  политически  и  морально неустойчивых лиц к невозвращению на Родину.  В значительной мере этим недостатком объясняется тот  факт,  что в 1967 году 17 человек остались за границей; не удалось также предотвратить 3 случая измены Родине  военнослужащими Советской Армии"[6].

Подобная форма и структура отчетов в "инстанции",  как на профессиональном языке именовались ЦК КПСС и Совет министров, сохранилась и в дальнейшем,  дополняясь новыми блоками информации по вновь открывавшимся направлениям оперативной работы или в связи с образованием иных структурных подразделений органов госбезопасности.ода времени, внимание председателя КГБ и сотрудников его разведывательного управления в первую очередь привлекали следующие операции и сражения «холодной войны»:

-- война США против народов Южного Вьетнама и Демократической Республики Вьетнам (1964 – 1975 гг.);

-- «шестидневная война» 4 – 10 июня 1967 г., начавшееся нападением армии Израиля на египетские войска на Синайском полуострове и приведшая к разрыву дипломатических отношений СССР с Израилем;

-- обострение советско-китайских отношений 1968 – 1969 гг.;

-- свержение в результате государственного переворота правительства Народного единства в Чили в сентябре 1973 г.;

-- «октябрьская» арабо-израильская война 1973 г.;

-- Исламская революция в Иране 1979 г.;

-- ввод Ограниченного контингента советских войск в Демократическую республику Афганистан в декабре 1979 г.;

-- обеспечение безопасности организации и проведения XXIIлетних Олимпийских игр в июле – августе 1980 г. в Москве….

И многие, многие другие….

Напомним, что в числе внешнеполитических проблем того пер

Выступая на собрании партийного актива  КГБ  26 апреля 1971 г. Ю.В.Андропов так характеризовал политичекую обстановку в мире:  "Ареной исторического противоборства между социализмом и капитализмом является весь мир,  все сферы общественной жизни - экономика,  идеология,  политика...  Потерпев провал  в расчетах  добиться глобальной победы над социализмом "с позиции силы",  международная реакция... стала делать ставку на подрыв социализма и коммунизма изнутри.

Враги не жалеют усилий,  чтобы путем распространения  клеветы, идеологической диверсии  и особенно путем инспирирования проявлений национализма дискредитировать марксистско-ленинскую идеологию,  подорвать роль  коммунистических  партий  в социалистических странах, вбить клин в отношения между этими странами. Империалисты не перестают искать слабые звенья в социалистическом фронте,  пытаются  использовать в своих интересах трудности,  возникающие внутри отдельных стран, и разногласия во взаимоотношениях между ними"[7].

Однако на годы пребывания Андропова на посту председателя  КГБ СССР также  приходится начало политики "детанта" (разрядки) в Европе, начало которой положил первый визит  в  Москву  президента  США Р.Никсона в июне 1972 г.,  последующая активизация двусторонних советско-американских,  советско-западногерманских отношений,  "хельсингского" процесса,  приведшего к кардинальному изменению международных отношений, выразившемуся в подписании 1 августа 1975 г. Заключительного  акта совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе.

И все  это  на фоне непрекращающегося противоборства спецслужб двух мировых социально-политических систем государств в духе  "холодной  войны",  обоюдной  активно-наступательной стратегии  и  сохраняющейся  сверхподозрительности...

Как отмечал недавно доктор исторических  наук  В.Н.Хаустов,  с началом процесса  "разрядки  международной  напряженности"   многие спецслужбы  иностранных государств и зарубежные антисоветские организации и центры значительно активизировали свою подрывную деятельность,  рассчитывая извлечь максимум выгоды из изменившейся международной обстановки и международных отношений.  Они, в частности, активизировали засылку в СССР своих представителей - "эмиссаров",  по терминологии КГБ тех  лет,  -  под  видом  туристов,  коммерсантов, участников различных видов научного,  студенческого,  культурного и спортивного обмена. Только в 1972 г. было выявлено около 200 подобных эмиссаров.

В отдельные годы число выявлявшихся только на территории  СССР эмиссаров антисоветских организаций и центров превышало 900 человек[8].

Появление новых подразделений в структуре органов КГБ СССР  было связано как с изменениями  в оперативной обстановке в стране и на межгосударственном уровне,  так и с постановкой руководством страны перед КГБ дополнительных задач. По устоявшейся в то время традиции, подобные организационно-штатные решения принимались Политбюро ЦК КПСС и оформлялись постановлениями Совета министров, после чего следовал приказ председателя КГБ.

Помимо 5 управления КГБ СССР, о котором мы подробно расскажем далее, 13 марта 1969 г.  было создано 15 управление,  основной задачей которого являлось "обеспечение постоянной готовности к немедленному приему укрываемых ( то есть руководства СССР - О.Х.), в защищенные пункты (объекты) и создание в них  условий,  необходимых  для нормальной работы в особый период".

26 ноября 1969 г.  было образовано "Бюро связи КГБ с издательствами и другими средствами массовой информации",  чаще именовавшееся "Пресс-бюро КГБ", в мае 1990 г. преобразованное в Центр общественных связей со значительным расширением его функций и изменением методов работы.

Дальнейшая реорганизация  КГБ проводилась в направлении укрупнения и усиления некоторых подразделений  конттразведывательного  - Второго  главного  управления - путем преобразования их в самостоятельные управления ( всего к 1980 г.  в его структуре имелось 17 отделов).

В сентябре 1981 г.  управление "Т"  2-го  Главного  управления, осуществлявшее контрразведывательную работу по обеспечению безопасности транспортных отраслей страны,  было преобразовано в самостоятельное 4 управление КГБ СССР.

15 октября 1982 г.  было образовано 6 управление  -  по  защите экономики. Ранее, с 1967г. эту задачу решали 9, 19 и 11 отделы ВГУ, а с сентября 1980 - Управление "П" в составе Второго  Главного  управления КГБ СССР.

13 августа 1983 г. для контрразведывательной защиты органов МВД в  составе  3  Главного управления КГБ и его органов на местах было создано Управление "В".  Ранее, в соответствии с решением Политбюро ЦК КПСС от 27 декабря 1982г., на укрепление аппарата МВД из КГБ было командировано более 2000 сотрудников, в том числе 100 офицеров из "числа  опытных  руководящих оперативных и следственных работников".

Эти меры стали важным шагом на пути активизации борьбы с преступностью и коррупцией, укрепления законности и правопорядка, защиты законных прав и интересов советских людей.

Важным направлением  деятельности Андропова на посту руководителя КГБ являлось определение кадровой политики этого специфического правоприменительного ведомства.  И, учитывая общественную значимость этой проблемы для понимания истории нашей страны, представляется необходимым подробнее остановиться на этом вопросе.

Еще в июле 1967 г.,  Андропов подчеркивал, "в органах государственной безопасности должны работать хорошо подготовленные, высококультурные кадры чекистов"[9].

Выступая на собрании комсомольцев центрального аппарата КГБ 23 октября 1968 г., председатель КГБ обращал внимание на следующие обстоятельства: "В такой работе как наша,  в силу оказанного нам доверия, в силу того, что эта работа дает нам немалые полномочия и в то же время она в определенной мере закрыта от публичной критики,  довольно легко зазнаться,  утратить трезвое,  критическое отношение к себе. Вот  почему надо быть особенно бдительным.  Вот почему скромность есть и всегда будет у нас одним из  важных  критериев  оценки работников.

...Что значит быть на высоте требований?  Это значит...  уметь воспитать в  себе и пронести через всю жизнь такие высокие качества, как честность,  чуткость к окружающим,  умение видеть  в  людях  не только плохое, но и хорошее. Об этом важно помнить, так как в нашей работе часто приходится сталкиваться с изнанкой жизни,  самыми неприглядными ее чертами. Все это у людей нестойких может породить известный перекос в мировоззрении,  в характере и в отношении к человеку. Для  нашей  работы такой перекос - дело недопустимое.  Чекист без веры в советского человека,  подменивший настоящую острую  бдительность болезненной подозрительностью, видящий во всем одно только плохое - это плохой чекист"[10].

Для Андропова  была характерна высокая требовательность к кадрам. "Четкость,  конкретность, оперативность - неоднократно подчеркивал он, - должны сочетаться у нас с нетерпимостью ко всякого рода нарушениям и расхлябанности, не взирая на то, какое служебное положение занимает то или иное лицо"[11].

Много внимания  как председатель КГБ Андропов уделял также проблемам повышения профессионального уровня чекистских кадров. "Но профессиональный уровень - это не какая-то "постоянная величина", -- подчеркивал Ю.В.Андропов. -- Он должен расти по мере того,  как меняются и усложняются условия  борьбы  со спецслужбами противника. Только в этом случае мы сможем быть на высоте. Мало быть хорошо обученным. Тут надо выстоять и победить, мобилизовав  для  этого  все своих волевые и интеллектуальные качества...  Надо беззаветно верить в справедливость нашего дела, не поддаваться на провокации, в какой бы форме они не проявлялись, не забывать,  что классовый враг всегда остается врагом, какими бы елейными словами он ни прикрывался. И еще один вопрос, имеющий самое прямое отношение к воспитанию чекистов. Партия,  государство  дали нам большие полномочия,  право решать в ряде случаев судьбы людей...  Мы всегда говорили и говорим о том,  что действовать надо осмотрительно,  что данные нам права и полномочия использовать надо разумно.  Это  заставляет  нас  с  еще большей требовательностью относиться ко всем нашим действиям"[12].

Выступая 1 сентября 1981 г.  перед личным составом Высшей Школы КГБ Ю.В.Андропов  наметил  целую  программу повышения эффективности подготовки чекистских кадров.  В частности,  он отмечал:  "было  бы правильным теперь, опираясь на этот большой опыт и хорошие традиции школы, подумать над тем,  как повысить уровень научной,  учебной  и воспитательной работы, чтобы выпускники школы и в профессиональном, и в морально-политическом отношении в полной мере отвечали  бы  тем возросшим требованиям,  которые  предъявляются к чекистам развитием советского общества, а также усложнившимся характером борьбы с противником....

Из школы выпускники должны вынести необходимую  сумму  знаний. Но это  только одна сторона дела.  Одних книжных знаний недостаточно... Чтобы быть на высоте партийных, политических требований, чтобы умело  применять полученные знания на практике,  выпускник школы должен обладать еще и чекистским характером. ...Важно, чтобы чекистская наука умела глубоко заглянуть в будущее, чтобы выпускники школы унесли с  собой  знания,  необходимые для решения задач не только сегодня, но и завтра...

От чекиста требуется высокая нравственная и моральная чистота. Он должен  во  всех  своих  поступках и действиях руководствоваться благородными принципами  и  нормами  социалистического   общежития. Вместе с  тем решительно бороться со всем,  что чуждо нашему социалистическому образу жизни.  Здесь не может быть никаких компромиссов со воей совестью. От чекиста требуются активная жизненная позиция, боевой чекистский характер"[13].

Важной составляющей подготовки и воспитании чекистских кадров являлся вопрос  об отношении к гражданам,  в том числе переступившим,  или балансирующим на грани нарушения закона. В многочисленных обращениях Андропова к чекистским коллективам мы можем найти немало указаний на этот счет.

"Решительно пресекая враждебную деятельность, - подчеркивал он еще в апреле 1971 г., - мы должны вместе с тем избегать однобокости, уметь отделять  от врага тех лиц,  кто случайно попал во враждебную среду, политически заблуждаются или используются противником".

На одном из совещаний руководящего состава органов КГБ в  феврале 1979 г. Ю.В.Андропов обращал внимание на то, что "чекисты призваны бороться за каждого советского человека,  когда он  оступился, чтобы помочь  ему  встать на правильный путь.  В этом и заключается одна из важнейших сторон деятельности органов госбезопасности.  Она имеет большую политическую значимость, вытекающую из самой гуманной сущности нашего строя,  отвечает требованиям идеологической  работы партии"[14].

Здесь необходимо сказать об еще одной чрезвычайно важной инициативе КГБ СССР.

25 декабря 1972 г. Президиум Верховного Совета СССР принял указ "О применении органами государственной безопасности предостережения в качестве меры  профилактического  воздействия".

Однако, при всей своей важности и актуальности, этот законодательный акт имел один чрезвычайно важный недостаток.  А именно:  по трудно объяснимой причине,  он имел гриф "Не для печати",  что  существеннейшим  образом снижало эффективность его предупредительного воздействия.

В этой связи этот Указ,  а также инструкция по его применению, объявлялись приказом КГБ при СМ СССР N 0150 от 23 марта 1973 г.

Сама процедура вынесения предостережения включала в себя  подготовку мотивированного  заключения  о  вынесении профилактируемому лицу официального предостережения в связи с совершением  им  противоправных проступков.  Далее  при вызове профилактируемого в органы КГБ ему оглашалось данное заключение и предлагалось расписаться  за ознакомление с ним. В случае отказа гражданина от подписания заключения, сотрудниками КГБ составлялся протокол об объявлении ему официального предостережения.

Профилактируемому лицу также сообщалось,  что заключение  это, вместе с протоколом объявления официального предостережения,  будут переданы в прокуратуру и,  в случае привлечения его к уголовной ответственности за подобные действия в будущем, будут иметь силу процессуального доказательства неоднократности совершения инкриминируемых ему противоправных деяний.

С одной стороны,  процедура эта оказывала серьезное сдерживающее значение  на профилактируемых лиц,  с другой стороны – предоставляла им право и возможность обжаловать вынесенное официальное  предостережение  в  органы прокуратуры.

Лиц, привлекавшихся к уголовной ответственности после объявления им официального предостережения от имени органов КГБ,  насчитывается буквально единицы.

К сожалению,   после   реорганизации системы органов  безопасности  в 1991-1992 гг. их предупредительно-профилактическая работа вообще  не имеет законодательного регулирования,  что самым негативным образом сказывается как на ее эффективности, так и содержании, масштабах.

Возможно, описанная  законодательно  установленная  процедура, вызовет критику со стороны некоторых читателей.  Я же привел ее как пример и реальный исторический факт.  И,  при этом, как юрист, буду настаивать на гуманистическом значении данного способа предупреждения дальнейшей враждебной деятельности, ибо речь шла уже о совершении противоправных (уголовно наказуемых) действий небольшой  общественной опасности.

К числу важнейших новаций, связанных с именем Андропова, можно отнести также образование  Курсов  усовершенствования  оперативного состава (КУОС), просуществовавших до 1993 г.  На их базе позднее была организована подготовка сотрудников спецподразделений КГБ СССР.

Не менее  важное значение имело также создание в КГБ подразделений специального назначения для решения оперативно-боевых задач.

Первым из них стала легендарная ныне группа антитеррора "Альфа".

Отделение "А"  7  управления  КГБ,  как официально именовалось это подразделение, было образовано по предложению Андропова  и  на  основании соответствующего  решения  Политбюро  ЦК КПСС приказом Председателя КГБ от 14 июля 1974 г.

Его задачами являлись борьба с терроризмом, захват вооруженных преступников, силовое прикрытие проведения оперативных мероприятий.      Спецподготовку сотрудники  "Альфы"  проходили  на  базе КУОС КГБ,  созданных годом ранее.

Вобравшая в себя лучшее из опыта как советских сил  специального назначения,  так и аналогичных зарубежных подразделений, "Альфа" со временем стала элитным подразделением КГБ.

Первоначально ее штат составлял 30 человек,  но к лету 1991 г. он увеличился почти до 500 бойцов,  что  обусловливалось  реальными изменениями в  оперативной  обстановке  и потребностями оперативной практики.

Бойцы группы принимали участие в десятках операций по освобождению заложников, силовому пресечению противоправных действий и задержанию преступников.

При этом за одиннадцать лет существования группа «А» потеряла лишь трех бойцов:  Дмитрия Васильевича Волкова, Геннадия Егоровича Зудина, Виктора Васильевича Шатских.

Капитаны Д.В.Волков  и Г.Е.Зудин погибли 27 декабря 1979 г.  в Кабуле, а лейтенант В.В.Шатских - 13 января 1991 г. в Вильнюсе.

Командирами этого элитного подразделения спецназа  КГБ  в  советский период были: Герой  Советского  Союза  Виктор   Дмитриевич   Бубенин   (в 1974-1977 годах); оберт Петрович Ивон (1977); Герой Советского Союза Геннадий Николаевич Зайцев (1977-1988 и 1992-1995 годы); Герой  Советского Союза Карпухин Виктор Федорович (1988-1991).

Впоследствие  подразделения спецназа органов безопасности  России возглавляли: Михаил Васильевич Головатый (1991-1992), Геннадий Николаевич Зайцев (1992-1995);  Александр Владимирович Гусев (1995-1999), Александр Иванович  Мирошниченко (1999-2000),  Валентин  Григорьевич Андреев (1999-2003)[15].

В отличие от призванной действовать на территории, преимущественно, собственной страны "Альфы",  группа спецназначения ПГУ "Вымпел" была  образована 19 августа 1981 г.  для решения сложных  оперативно-боевых задач за границей.  Одним из непосредственных ее организаторов стал Ю.И.Дроздов, а  ее первым командиром - Герой Советского Союза,  начальник КУОС Э.Г.Козлов.  Оба они являлись участниками операции  по захвату президентского дворца Тадж-Бек в Кабуле 27 декабря 1979г.

Не останавливаясь подробно на деятельности "Альфы"  и  "Вымпела", подчеркнем только, что их создание было абсолютно обоснованным и оправданным,  и что в дальнейшем они доказали высочайший  уровень профессиональной подготовки и решения поставленных задач[16].

Приведем еще один важный документ, направленный Ю.В.Андроповым в ЦК  КПСС  24  января 1977 г.,  но получивший огласку только в июле 1991 г.:
 

"О планах ЦРУ по приобретению агентуры

  влияния среди советских граждан
 
По достоверным  данным,  полученным  Комитетом государственной безопасности, последнее время ЦРУ США на основе анализа и  прогноза своих специалистов  о  дальнейших путях развития СССР разрабатывает планы по актививзации враждебной деятельности, направленной на разложение советского  общества и дезорганизацию социалистической экономики.

В этих  целях американская разведка ставит задачу осуществлять вербовку агентуры влияния из числа советских граждан,  проводить их обучение и  в  дальнейшем  продвигать в сферу управления политикой, экономикой и наукой Советского Союза.

ЦРУ разработало  программы  индивидуальной  подготовки агентов влияния, предусматривающей приобретение ими навыков шпионской  деятельности, а также их концентрированную политическую и идеологическую обработку.  Кроме того,  один из важнейших аспектов  подготовки такой агентуры - преподавание методов управления в руководящем звене народного хозяйства.

Руководство американской  разведки  планирует целенаправленно и настойчиво, не считаясь с затратами,  вести поиск лиц, способных по своим личным  и  деловым качествам в перспективе занять административные должности в аппарате управления и выполнять сформулированные противником задачи.  При этом ЦРУ исходит из того, что деятельность отдельных, не связанных между собой агентов влияния,  проводящих  в жизнь политику  саботажа и искривления руководящих указаний,  будет координироваться и направляться из  единого  центра,  созданного  в рамках американской разведки.

По замыслу ЦРУ,  целенаправленная деятельность агентуры влияния будет способствовать созданию определенных трудностей внутриполитического характера в Советском Союзе,  задержит  развитие  нашей экономики, будет вести научные изыскания в Советском Союзе по тупиковым направлениям.  При выработке  указанных  планов  американская разведка исходит из того, что возрастающие контакты Советского Союза с Западом создают благоприятные предпосылки для их реализации  в современных условиях.

По заявлениям американских разведчиков,  призванных непосредственно заниматься  работой  с такой агентурой из числа советских граждан, осуществляемая в настоящее время американскими спецслужбами программа будет способствовать качественным изменениям в различных сферах жизни нашего общества,  и прежде всего в экономике,  что приведет в конечном счете к принятию Советским Союзом многих западных идеалов.

КГБ учитывает  полученную информацию для организации мероприятий по вскрытию и пресечению планов американской разведки.

 Председатель Комитета                                           Ю. Андропов"[17].
 
Отметим, что до недавнего времени многие не только журналисты, историки и политологи, но и политические деятели, пытались поставить под сомнение достоверность этой информации, высказывая сомнение в наличии агентуры влияния и называя ее «досужими вымыслами КГБ» или «лично Андропова, Крючкова и т.д.».

Однако наличие и деятельность агентуры влияния отнюдь не является "изобретением", артефактом КГБ и Андропова лично.

Подобные операции влияния описывались еще в отчете …. Ш Отделения С.Е.И.В.К. за 1829 год!

Хорошо известные за рубежом «операции влияния» разведок применительно к 1915 году еще в 20-е годы прошлого века описывались в закрытом учебном пособии для офицеров разведывательного управления РККА К.К.Звонаревым. Ныне же любой желающий может познакомиться с этой работой[18].

Начальник отделения контрразведки при штабе Петроградского военного округа Б.В. Никитин так же в своих мемуарах, изданных в 1937 г. в Париже,  рассказывал о деятельности в России в мае-июне 1917 г. "агента влияния" Германии некоего К.[19].

Как писали американские авторы  Норман  Палмер  и  Томас  Ален, "агент влияния - лицо, используемое для оказания тайного влияния на государственных чиновников, средства массовой информации или активную часть населения в интересах и для достижения целей,  преследуемых иностранной державой"[20].

Вспомним при этом то, что писалось о задачах разведки А.И.Куком, С.С.Турло, зарубежными теоретиками тайных противоборств, в частности, А.Даллесом.

Так что ответ на вопрос об "агентуре влияния",  на наш взгляд, дан исчерпывающий.

В своей повседневной деятельности председателю КГБ СССР приходилось заниматься и вопросами,  связанными с возникновением различного рода чрезвычайных ситуации внутри страны.

Одной из них явились события 7-8 ноября 1975 г.  в порту Риги  и на акватории Балтийского моря,  связанные с захватом и попыткой угона военного судна ВМФ СССР в Швецию.

Бурные ветры политических перемен,  ворвавшиеся в нашу  жизнь в начале 90-х годов, изменили до неузнаваемости многие представления о должном и невозможном, о предательстве, морали, долге и иных непреходящих человеческих и нравственных ценностях.

Возвеличили предательство, предали забвению подлинных, пусть и неизвестных героев истории России.

Подобные мысли  возникают при знакомстве с некоторой учебной и иной литературой,  адресованной подрастающему поколению граждан нашей страны. Чтобы не быть голословным приведу несколько примеров.

В "Энциклопедии для детей" читаем о том,  что 8 ноября 1975 г. "…на большом  противолодочном корабле "Сторожевой" вспыхнуло восстание под руководством замполита  капитана  3-го  ранга  В.Саблина... Офицеры и мичманы его не поддержали и были арестованы восставшими". Причем Саблин представлен эдаким героем-тираноборцем[21].

И - ни слова о намерении угнать военный корабль в Швецию.  Что доказывается маршрутом и обстоятельствами движения корабля (в  скобках также отметим,  что Саблин, в отличие от других замполитов, обладал навыками кораблевождения, что позволяло ему единолично пролагать курс и вести корабль).

Несколько слов "герою" посвящены и в школьном учебнике истории. Так, девятиклассники читают: " ...Саблин сумел вывести корабль из Риги в Ленинград,  с тем чтобы обратиться к руководству страны с воззванием против "казнокрадства и демагогии,  показухи и лжи", царящих в обществе". Поднятые в воздух бомбардировщики остановили корабль. Саблин  был расстрелян за "измену Родине"[22].

     И - ни слова о том, что в апреле 1994 г. Военная коллегия Верховного Суда России, рассмотрев уголовное дело в отношении В.М.Саблина и помогавшего ему матроса Шеина, признала указанных лиц виновными в совершении воинских преступлений: Саблина в превышении власти, неповиновении и сопротивлении начальнику, а Шеина - в соучастии в указанных преступных деяниях,  правда, смягчила приговоры(Шеину - до 5 лет лишения свободы, отбытых им). В определении Военной коллегии от 12 апреля 1994 г.  указано, что ни Саблин, ни Шеин не подлежат реабилитации.

В уже упоминавшейся энциклопедии для детей также  читаем,  конечно, с  оценкой "плюс",  что "одним из самых необычных участников диссидентского движения оказался капитан КГБ Виктор Орехов[23].

Конечно, повествуя о том, как в 1977-1978 гг. Орехов передавал служебную информацию, что, понятно, является воинским преступлением - такие у нас сегодня "герои" и "образцы для подражания" молодежи!, - авторы статьи не упоминали - да и не могли знать!, - что сей "герой" предлагал себя на роль исполнителя или организатора  террористических актов в Москве!

Да и зачем писать о том, что благодаря его предательству – будем называть вещи своими именами!, - десятки человек (в том числе и автор этих строк), оказались под подозрением? Да что душой кривить? - были взяты в оперативную разработку своими коллегами!

И авторам подобных слащавых сентенций о "чекисте-диссиденте", конечно, невдомек, что 25 августа 1978 г. Орехов был арестован только после того, как контрразведке стало известно, что уже запланирована его встреча с  сотрудником  спецслужб  "одной  иностранной державы", специально приехавшим в нашу страну на сей раз по паспорту гражданина США.

O tempora,  o morale! - "О,  времена,  о нравы!" - восклицали в подобных случаях римляне. Но подобный вывод кажется нам очень актуальным и сегодня.

Особенно, если задуматься о том,  чему  и  на каких примерах  учим мы сегодня нашу молодежь.  Надо ли только, после этого, удивляться полученным результатам?

Как известно, в начале 70-х годов международные отношения развивались в русле "политики разрядки",  апофеозом которой явилось подписание 1 августа 1975 г.  Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (так  называемого Хельсингского акта). Но через 4 года начался период очередного обострения отношений,  связанный с вводом Ограниченного контингента  советских  войск  в республику Афганистан (ОКСВА). Не  касаясь подробно этого вопроса,  поскольку он освещался многими как непосредственными участниками этих событий, так и руководителями КГБ, приведем лишь некоторые, возможно, не известные современному читателю факты.

Психологам давно и хорошо известно, что потребителям информации - читателям, зрителям,  слушателям,  далеко не безразлично, информацию из какого  именно  источника они получают,  что самым непосредственным образом влияет на их оценку и  степень доверия конкретному информационному сообщению.

В этой связи скажем сразу,  что приводимые факты почерпнуты из документального сериала  британской  Би-би-си  "Шпионские страсти", посвященного лишь нескольким страницам забытой,  а кое-кому из современных читателей и полностью неизвестной,  истории "холодной войны", показанного по российскому телевидению в октябре 2000 года.

Впрочем, об этом также рассказывает  интересная  книга  Петера Швейцера "Победа: Роль тайной стратегии администрации США в распаде Советского Союза и социалистического  лагеря», пардоксальным образом не   получившая должного общественного резонанса в нашей стране[24].

Как известно, в 80-е годы многие отечественные СМИ немало критиковались за "идеологизацию" выпускаемой информации,  что подразумевало  ее  чуть ли не фальсифицированность,  стремление непременно манипулировать чувствами,  настроениями, то есть сознанием ее адресата. То есть давать ему недостоверную и необъективную картину происходящего в мире.

При этом нередко,  если не отрицалось,  то,  по крайней  мере, подвергалось  сомнению  наличие "холодной войны",  осуществлявшейся против СССР на заключительном этапе его  существования  со  стороны стран Запада.  В этой связи "исторической ревизии" были подвергнуты и многие события, связанные с присутствием в Афганистане ограниченного контингента советских войск (ОКСВА).

А что же показал своим зрителям, а это многомиллионная  аудитория во всем мире, создатель фильма Дэвид Роуз?

В нем официально  признавалось,  что  спецслужбы западных государств в 60-90-е годы вели тайную войну против СССР и стран Восточной Европы в различных формах.

Например, в конце 70-х годов,  после  проведения  совещания  в Хельсингки, когда в Европе начало расти и шириться мощное антивоенное и,  в частности,  антиядерное движение,  в Великобритании  была создана  организация  под  названием  "Ядерное  разоружение в Европе"(ЯРЕ), представлявшая,  по словам одного из его бывших руководителей, "четко антисоветское движение",  призванное расколоть единый антимилитаристский фронт.

ЯРЕ активно поддерживала британская разведка МИ-6,  которая не только получала  от активистов этой организации всю интересующую ее информацию, но и ставила перед ней конкретные задачи по...  поддержанию "диссидентов" в странах Восточной Европы.

Однако деятельность  ЯРЕ не представляла секрета для социалистических государств, поскольку в узком кругу ее руководителей находился агент МГБ ГДР, который освещал практику использования антимилитаризма в разведывательных целях британского эстеблишмента.

В то же время британской контрразведкой МИ-5 свой  агент  был  внедрен  в "Кампанию  за  ядерное разоружение",  считавшуюся "неблагонадежной" организацией, связанной с социалистическими государствами.

Автор фильма - дословная цитата, - прямо заявляет, что "диссиденты" в странах Восточной Европы стали пятой колонной крестоносцев "холодной войны".

В нарушение всех международных норм, британские дипломаты принимали активное участие в "воспитании" и руководстве  деятельностью "диссидентов" в таких странах как Чехословакия, ГДР и Польша.

Чешский студент Ян Кавен,  обучавшийся в Лондоне,  организовал нелегальную засылку  в Прагу 15 тонн разного рода литературы и инструкций.

Для работы с "диссидентами" американскими и британскими спецслужбами специально создавались "независимые" организации,  работавшие на ниве "расширения и углубления" международных контактов.  Так в  середине 80-х бывший офицер ЦРУ Уолтер Реймонд по личной просьбе президента США Р.Рейгана возглавил "Национальный демократический фонд" (НДФ),  основной задачей  которого  и была поддержка "диссидентов" в странах «советского блока". Как признавался Реймонд авторам фильма, НДФ проводил специальные операции, подобные операциям спецслужб по поддержанию связи со своими агентами.

Другой "независимой",  но  связанной с ЦРУ и финансируемой им, организацией  являлся  нью-йоркский   "Международный   литературный центр".

Эмиссары этих и других подобных им организаций создали в Праге подпольный "Свободный университет", выпускникам которого даже выдавались дипломы. В сентябре 1989 г., признают авторы фильма, выпускники "Свободного университета" возглавили диссидентское движение  в ЧССР.

Очередной виток этой незримой,  "холодной" войны был  начат  в декабре 1979 г. после ввода Советских войск в Афганистан.

Уже 28 декабря 1979 г.  тогдашний госсекретарь  США  Александр Хейг заявил, что "СССР должен заплатить высокую цену за свою инициативу".

Причем первые операции по поставкам оружия афганской оппозиции проводились британской МИ-6 уже 28-29 декабря 1979 г..

Президент США  Джими  Картер  сделал  усиление давления на СССР в связи с вводом войск на территорию ДРА главной доминантой своей международной политики в последний год пребывания в Белом доме. Одновременно он предоставил ЦРУ карт-бланш (свободу действий) в отношении  СССР, включая создание вооруженных отрядов антиправительственной оппозиции и активизацию военных действий против советских  военнослужащих  Ограниченного контингента в Афганистане.

Участие в отражении антиправительственных атак непосредственно на территории Афганистана,  помимо  сотрудников  посольской резидентуры в Кабуле, принимали и военные  контрразведчики  Особых  отделов  40-й  Армии (начальник ОО 40 А генерал-майор С.И.Божков), которые морозными ночами декабря входили в горную страну вместе с военнослужащими  Ограниченного контингента маршем "на броне", и сотрудники оперативных групп КГБ "Зенит",  "Каскад" и "Омега"[25],  советники, прикомандированные к отделам ХАД (афганского Министерства государственной безопасности).

Сразу же после инагурации новый президент США Р.Рейган  в  январе 1981 г. санкционировал дополнительное вооружение антикармальской оппозиции в Афганистане по каналам ЦРУ и связанных с ним спецслужб  Пакистана  и Великобритании.

При этом условием вовлеченности ЦРУ в развязывание войны в Афганистане,  как и в поддержку оппозиции в Польше, Рейганом выдвигалось требование следовать "методу активного отрицания" собственного участия в  противоправной,  нелегальной  деятельности  в  названных странах.

Неназванные авторами британского документального фильма  "Шпионские страсти",  о котором мы говорили ранее, офицеры ЦРУ подробно рассказывали зрителям о ходе операции,  которой лично руководил  директор ЦРУ Билл Кейси,  согласный с мнением Рейгана о том, что "авторитет США надо защищать любой ценой".

После ввода  на  территорию  ДРА Ограниченного контингента советских войск (ОКСВА)  за  пределами Афганистана сложилась,  по сути дела, международная коалиция по поддержанию боеспособности незаконных вооруженных формирований (НВФ) "моджахедов",  в которую входили Саудовская Аравия,  Иран,  Пакистан,  Египет, КНР, Великобритания и США.  Помимо  этого финансовую,  материальную и военную помощь "исламским повстанцам" оказывали и иные государства мира.

Ведущую роль в организации боевой подготовки "моджахедов"  в  Афганистане играли  Межведомственное  разведывательное управление (МРУ) Пакистана и резидентура ЦРУ в этой стране.

Помимо этого, британская СИС (МИ-6) готовила "моджахедов"- инс-трукторов для партизанской войны в Афганистане на ... секретных базах в Шотландии!

Кстати сказать,  сегодня  многие  западные аналитики признают, что Запад, и прежде всего ЦРУ США, во многом повинны в искусственном синтезировании  и  взращивании  гомункула  исламского экстремизма и терроризма,  одним из представителей которого является движение Талибан  и ныне объявленный "террористом N 1" современности Усама бин Ладен.  Последний непосредственно поддерживал связи с офицерами СИС и ЦРУ, действовавшими в регионе афганского конфликта.

ЦРУ также  регулярно получало отчеты МИ-6 о подготовке афганских боевиков,  а также об операциях британской разведки в самом Афганистане.

Но первоначальные неудачи в боевых действиях "моджахедов" потребовали увеличения "афганского бюджета ЦРУ", что и было произведено в 1984 году.

     По мнению Майкла Бирдена,  бывшего резидентом ЦРУ в Исламабаде,

только с началом поставок через МИ-6 в сентябре 1986 г. моджахедам  переносных зенитных ракетных комплексов "Стингер",  что означало фактический отказ США от  принципа  "отрицания  участия  в войне", начался перелом в ходе боевых действий в Афганистане.

При этом  бывшие  агенты ЦРУ  в Пакистане откровенно признавали  создателям документального сериала Би-би-си,  что в планы ЦРУ  не  входила  возможность "мирного и достойного вывода Советских войск из Афганистана".

Отличительной особенностью этого периода международных отношений стал  невиданный  размах специальных тайных операций,  осуществлявшихся ЦРУ с целью подрыва международного престижа и экономического потенциала СССР.

После серии забастовок,  вспыхнувших весной 1980 г.  в Польше, Рейган, как подчеркивают авторы фильма, заявил, что "коммунистический режим нельзя оставлять безнаказанным".  Следствием этого  стали массовые  поставки  оппозиции  в  Польше  и Чехословакии ксероксов, компьютеров,  принтеров,  минитипографий  для  издания  нелегальной прессы и даже средств радиосвязи.

Бывший начальник  11  отдела  польской контрразведки Александр Маковский заявлял создателям фильма, что уже к декабрю 1981 г. были вскрыты  подлинные масштабы вмешательства ЦРУ в управление деятельностью "Солидарности".  Для создания видимости "дистанцирования" от польской оппозиции ЦРУ использовал для своих акций прикрытие американских, прежде всего АФТ-КПП, европейских и британских профсоюзов.

В принципе, подобные  откровения  не  содержат ничего нового. Но здесь важно другое: ЦРУ и его союзники по "холодной войне", отказавшись от "ложной скромности",  открыто заявили о своей роли в сокрушении неугодных  им режимов в суверенных государствах.  Авторы фильма с гордостью констатировали,  что "Запад выиграл идеологическую войну у Востока".

А в  СССР  в мае 1982 г.  Ю.В.Андропов был избран Секретарем ЦК КПСС. Новым председателем КГБ СССР стал  В.В.Федорчук,  а  в  дальнейшем этот    пост    занимали    В.М.Чебриков (1983-1988гг.)   и   В.А.Крючков(1988-1991гг.).

Бесспорен тот факт,  что Андропов, как никто другой из руководителей страны того времени, пользовался большим авторитетом, доверием, популярность, и даже любовью подавляющей части населения.

Однако ныне в печати подчас высказывается мнение,  о том,  что Ю.В.Андропов был интриганом, рвущимся к власти. Некоторые неизвестные широкой аудитории факты биографии Андропова, связанные с проведением западными спецслужбами специальной операции по дискредитации председателя КГБ, позволяют, однако усомниться в обоснованности подобных заявлений.

Действительно, кто сейчас помнит и знает, что еще в марте 1976 г. Москву посетила группа из 9 эмиссаров зарубежных антисоветских центров,  в которую, между прочим, входили два конгрессмена США, которая прямо поставила перед "лидерами" советских "диссидентов" вопрос о  том, кто станет  преемником  Л.И. Брежнева на посту генерального секретаря ЦК КПСС?

"Лидеры" обещали «подумать» над этим вопросом. И лишь на четвертый день объявили свой вердикт - Андропов! По-видимому, такой прогноз не устраивал заокеанских "кремленологов".

И действительно,  в 1979-1980 годах в зарубежной печати появились статьи,  в которых констатировались рост авторитета и популярности Андропова,  и  высказывались предположения,  что он не только является реальным конкурентом престарелому генсеку, но и  может, при желании, конечно,  сместить  его с этого поста,  используя реальные властные рычаги, находящиеся в его руках. И вновь вспомним в этой связи высказывания о роли  и назначении «активной разведки» С.С.Турло и А.Ф.Даллеса!!

Естественно, эта информация была доведена до Брежнева,  и последний решил, по-видимому, "от греха подальше" перевести Андропова на административную  должность в аппарат ЦК КПСС,   чем и объясняется его избрание секретарем ЦК в мае 1982 г.

Между тем, скажем правду, многие мои коллеги даже после смерти Брежнева, не  верили в возможность избрания Андропова на пост Генерального секретаря ЦК КПСС.

"Недавний шеф КГБ,  - писал его библиограф Р.А.Медведев, - сумел не  только быстро консолидировать власть,  но и завоевать несомненное уважение значительной части населения",  при этом с его деятельностью на  новом поприще связывали "разные и противоречивые надежды. Одни ждали быстрого наведения порядка в  виде  прежде  всего жестких мер против разгулявшейся преступности и мафии,  искоренения коррупции и усиления расшатавшейся трудовой дисциплины"[26].

Об отношении населения к Андропову свидетельствует и следующий факт. В  I квартале 1983 г.  объем промышленного производства в СССР вырос на 6,3%,  а производительность труда - на 4,7% по сравнению с предыдущим годом[27].

В середине апреля 1983 г.  совершенно  ошарашенный  комментатор "Би-би-си" сообщил советской слушательской аудитории, что эти факты "свидетельствуют о колоссальных потенциальных возможностях, которые таит в себе социализм, и о чем, похоже, не подозревали сами его руководители".

Тем не менее, Андропов навсегда останется в памяти народов нашей страны человеком,  который не успел завершить очень многие свои начинания.

Однако, поскольку с именем Андропова связывают,  и  совершенно справедливо, создание "идеологического" управления КГБ СССР, представляется необходимым подробнее рассказать  об  этом  подразделении советской контрразведки.


‹ ХХ съезд КПСС и органы государственной безопасности СССР. Вверх То самое, 5-е Управление. ›

То самое, 5-е Управление.

В 1967 г.,  когда председателем КГБ стал Ю.В.Андропов, в структуре КГБ были образованы специализированные подразделения по борьбе с идеологическими диверсиями иностранных государств.  Хотя  сам  по себе этот термин представляется недостаточно четким, и речь, по сути дела,  шла и идет о  политических диверсиях, нередко облачавшихся в "деполитизированную" форму "идеологических" дискуссий и исканий.

В то же время,  на наш взгляд, нельзя согласиться со следующим утверждением Р.А.Медведева о том, что ""понятие "идеологическая диверсия"  с трудом поддается или не поддается вовсе однозначному определению". Тем более,  что сам же он далее признает, что "в юридической  литературе  и комментариях к уголовному кодексу РСФСР можно было прочесть следующее:  "Идеологическая диверсия - это такие способы воздействия на сознание и чувства людей, которые направлены на подрыв,  компрометирование и  ослабление  влияния  коммунистической идеологии,  на  ослабление  или  раскол революционного и национально-освободительных движений и социалистического строя и осуществляются  с использованием клеветнических,  фальсифицированных или тенденциозно подобранных материалов как легальными, так и нелегальными путями  с  целью  причинения идеологического ущерба" (См.:  Михайлов М.П.,  Назаров В.В. Идеологическая диверсия - оружие империализма. М.,1969, С.16)"[1].

Следует отметить,  что зарубежными теоретиками скрытого противоборства и разведывательно-подрывного воздействия на Советский Союз идеологическая  диверсия рассматривалась не только как составная часть "психологической войны", но и как важнейший инструмент реализации политики "холодной войны",  нацеленной на  достижение  победы над геополитическим противником.

По нашему мнению,  идеологические диверсии представляют  собой подрывные акции в сфере политических отношений,  осуществляемые методами и силами спецслужб иностранных  государств.  Это  -  система взаимосвязанных и взаимоподчиненных разведывательно-подрывных,  политических,  пропагандистских и иных действий одного государства  - причем  в их реализации принимают участие не только спецслужбы,  но различные иные государственные органы и неправительственные организации, - направленных против национальных интересов и целей другого государства,  на дискредитацию его политики как внутри  собственной страны, так и за рубежом.

Тактическими целями  идеологических диверсий является создание внутриполитических трудностей,  сужение социальной  базы  поддержки политики правительства,  а стратегическими - изменение "неугодного" политического курса государства-объекта воздействия.

В этой связи идеологические диверсии - их даже правильнее было бы назвать политическими диверсиями,  - являются прямым, а подчас и грубым вмешательством  во внутренние дела другого суверенного государства. В том числе  с  использованием  запрещенных  международным правом методов - сотрудников и агентов спецслужб,  наемников, материального стимулирования радикальных оппозиционных сил, прибегающих к насильственным методам, банального подкупа и тому подобных.

Впрочем, я не призываю на слово верить в справедливость  всего сказанного.  И любой читатель может попытаться опровергнуть сказанное,  но для этого нужны аргументы, факты и знания. Ведь, как говорили римляне - ignjrantum non argumentum est, то есть  незнание – не  есть аргумент.

Советуем только еще раз вспомнить о уже приводившихся нами стратегических и тактических заветах Алена Далесса своим коллегам и продолжателям «холодной войны».

Однако, сознательно не вдаваясь далее в углубленное исследование вопроса о назначении и сущности,  структуре и аппарате осуществления идеологических диверсий, что неизбежно увело бы нас далеко в сторону от рассматриваемого предмета,  остановимся лишь на  истории образования  и  деятельности  пятых подразделений органов КГБ СССР. Поскольку история,  назначение и деятельность 5 управления КГБ СССР вызывала,  да,  по-видимому, и поныне вызывает значительный общественный интерес.

Попытаемся рассказать объективно, как рекомендовал основоположник римской исторической науки Тацит, "без гнева и пристрастия", не вдаваясь в излишнюю полемику по поводу некоторых из  высказывавшихся в печати точек зрения по этому вопросу.  Предоставляя, в то же время, читателю право и возможность самому делать выводы из приводимых фактов.

Ныне, многие авторы,  ставя в вину Андропову создание 5-го управления КГБ, которое они называют "идеологическим", указывают на появление при нем так называемых "диссидентов", которые также нередко именуются "правозащитниками".

Не вдаваясь  в  пространные филолого-терминологические изыскания,  не слишком важные для предмета нашего анализа, отметим, что сам по себе термин диссидент отнюдь не является новацией социально-политического лексикона ХХ века, а присутствовал в нем не одно столетие. Согласно Большой Советской Энциклопедии,  "Диссиденты (от лат. dissideo - не соглашаюсь,  расхожусь) - лица, отступающие от учения господствующей церкви (инакомыслящие)"(Большая   советская   энциклопедия,   2-е   издание.  Том 14.М.,1952, с. 469).

Другой из  недавно вышедших энциклопедических словарей уже так трактует это понятие: " Диссиденты (от лат.  dissides несогласный) - название участников движения против тоталитарного режима в СССР  с конца 50-х годов (выделено мной,-О.Х.). Д. в разных формах выступали за соблюдение  прав  и  свобод  человека и гражданина (правозащитники), против преследования инакомыслия, протестовали против ввода советских войск в Чехословакию (1968г.),  Афганистан (1979г.). Подвергались репрессиям со стороны властей" (Отечество: История, люди, регионы России. Энциклопедический словарь. М., 1999, с. 182).

И действительно, лица, не соглашавшиеся с политикой советского правительства по тем или иным вопросам  внутренней  или  международной жизни, в определенном смысле слова были "инакомыслящими".

Однако мы категорически против распространения  этого  термина применительно  к лицам,  привлекавшимся к уголовной ответственности за конкретные уголовно наказуемые деяния.

Поскольку в основе привлечения к уголовной ответственности лежали не убеждения,  мнения,  суждения и оценки, а именно совершение конкретных и определенных действий, признававшихся в то время законодательными органами общественно-опасными деяниями.

Так что «советское диссидентство» появилось отнюдь не при Андропове.

Это теперь любой школьник может прочитать,  что "движение инакомыслящих (диссидентов) вобрало в себя правозащитные, национально-освободительные и  религиозные  течения".  Что деятельность национальных движений в СССР  поддерживалась  зарубежными  эмигрантскими центрами,  такими  как  Антибольшевистский блок народов,  различные исследователькие центры,  которые оказывали участникам движений  на терриитории СССР материальную поддержку.[2].

При этом мы оставляем за скобкой весьма актуальный  и  до  сих пор открытый вопрос,  а до какой степени такие поддержка и оказание материальной помощи соответствуют общепризнанным принципам и нормам международного права? -  ведь  рассмотрение  его требует проведения специального  правового  анализа.

А в конце 60-х ситуация,  естественно, выглядела и воспринималась по-другому.

Опять-таки, исторической правды ради, отметим, что как отмечают очень многие писавшие о деятельности "диссидентов" в СССР,  например,  Л.М. Алексеева и О.А.Попов, очень узок был круг этих "революционеров",  и крайне далеки были они от народа, от его повседневных нужд и забот.  Хотя и поднимали столь "актуальные" проблемы как защита прав геев и лесбиянок в Советском Союзе!

По данным архивов КГБ СССР,  за период 1967 - 1971 гг. было выявлено 3  096 "группировок политически вредной направленности", из числа участников которых было профилактировано 13 602 человека. (В 1967  г.  было выявлено 502 таких группы с 2 196 их участниками, в последующие годы, соответственно, в 1968 г.   -- 625 и 2 870,  в 1969 г. - 733 и 3 130,  в 1970 г. -- 709

и 3102, в 1971 г. 527 и 2304[3].  То есть колличество участников названных  "групп  политически  вредной направленности", практически, не превышало 4 - 5 человек.

Опять-таки, исторической правды ради, отметим, что возникновение "инакомыслия"  и  "диссидентства"  в СССР было связано в равной мере как с пропагандой зарубежных радиостанций,  так и решениями ХХ съезда КПСС,  вскрывшего многочисленные преступления сталинизма. Мы уже приводили выдержки из отчета КГБ в ЦК КПСС по этому вопросу.

В приказе  КГБ  при  СМ СССР "Об усилении борьбы органов государственной безопасности с враждебными  проявлениями  антисоветских элементов" N 00175 от 28 июля 1962 г. подчеркивалось, что "...в советском обществе пока еще имеются антиобщественные элементы,  которые под  влиянием враждебной пропаганды извне становятся на антисоветский путь, возводят злобную клевету на политику партии и Советского государства,  распространяют  различного  рода  провокационные слухи с целью подрыва доверия народа к партии  и  правительству,  а при определенных  условиях пытаются использовать временные трудности, возникающие в ходе  коммунистического  строительства,  в  своих преступных целях,  подстрекая при этом политически неустойчивых людей к массовым беспорядкам. Несмотря на это, органы госбезопасности не всегда принимают активные меры в отношении лиц, допускающих различные антисоветские проявления...".

В этой связи всему руководящему и оперативному составу органов КГБ предписывалось "...не ослабляя борьбы с подрывной деятельностью разведок капиталистических стран и их агентуры,  принять меры к решительному усилению агентурно-оперативной  работы  по  выявлению  и пресечению враждебных действий антисоветских элементов внутри страны".

В то же время органы КГБ обязывались "... знать происходяшие среди молодежи и интеллигенции процессы,  вовремя  и  правильно определять их характер,  с тем,  чтобы совместно с партийными и общественными организациями предотвращать  перерастание  политических заблуждений и идеологически вредных ошибок в антисоветские проявления".

Руководители подразделений КГБ обязывались четко информировать  партийные органы  - от ЦК компартий республик до райкома КПСС "...  по всем наступающим сигналам о готовящихся  и  совершенных  враждебных проявлениях, а также о фактах и явлениях, могущих привести к массовым беспорядкам, и принимать своевременные и конкретные меры к предупреждению подобных эксцессов"[4].

В то же время нельзя не сказать и о том,  что частью населения с тревогой и озабоченностью воспринимался тот факт,  что из переиздававшихся учебников истории исчезали или сокращались разделы, посвященные ХХ съезду КПСС,  критике культа личности И.В.Сталина и его последствий, что воспринималось как попытка "реабилитации сталинизма".

Следует однако заметить,  что подобные текстовые изменения могут быть объяснены не только "ползучей ресталинизацией", как это трактовали некоторые современники тех событий, но и объективным ходом и течением исторического времени. Когда казалось, что уже единожды пережитая тяжелая  "болезнь" миновала и стала безвозвратным достоянием прошлого. Хотя, безусловно, правдивая и объективная информация по столь трагическому для истории нашей страны вопросу была необходима как тогда, так и теперь.

Другое дело, что эта проблема выгодно обыгрывалась зарубежными пропагандистами, в то время как советский партийно-пропагандистский аппарат явно не мог соперничать с ними по этому вопросу.

В то же время,  партийная  номенклатура  ставила  определенные препоны развитию критики и самокритики, расширению гласности, принципов самоуправления,  демократизации общественной  жизни,  что  не могло не вызывать тревоги и озабоченности у части социально и политически активного населения страны.

Эта обеспокоенность  не могла не найти каких-либо форм своего внешнего проявления.

Вот как информировал ЦК КПСС В.Е.Семичастный 15 марта 1966 г. о появлении в среде интеллигенции одного из коллективных писем:

"... в Москве распространяется письмо, адресованное первому секретарю ЦК КПСС, подписанное 25 известными представителями советской интеллигенции  (в  том  числе   П.Л.Капицей,   И.М.Майским, К.Г.Паустовским, В.П.Катаевым,     К.И.Чуковским,    М.М.Плисецкой, М.И.Роммом, Г.А.Товстоноговым и др.), в котором выражалось опасение в связи  с  обозначившейся  - по мнению подписантов,  тенденцией на частичную или полную реабилитацию Сталина, на пересмотр в этой части решений XX и XXII съездов КПСС.

Авторы письма выражали мнение, что "реабилитация" Сталина приведет к  расколу между КПСС и компартиями Запада,  к серьезным расхождениям внутри советского общества,  вызовет волнение интеллигенции, осложнит обстановку среди молодежи, а также в области международного сотрудничества. Инициатором письма  и  автором  является  член Союза писателей С.Н. Ростовский (Эрнест Генри)...".

Далее председателем  КГБ при СМ СССР по данному письму,  получившему в дальнейшем название "Письма 13-ти", отмечалось,  что фактом его появления "усугубляются слухи о намечающемся якобы повороте к "сталинизму" и усиливается неверное понимание отдельных выступлений и статей, направленных на восстановление объективного, научного подхода к истории советского общества и государства,  создается напряженное,  нервозное  настроение  у  населения  перед съездом" (XXIIIсъездом КПСС, - О.Х)[5].

Подчеркнем и тот факт, что рассмотрение и принятие мер по данному "письму интеллигенции" входило в компетенцию Отдела пропаганды ЦК КПСС, возглавлявшегося в то время А.Н.Яковлевым.

Вот на фоне каких событий и имевшихся в КГБ при СМ СССР материалов родилась инициатива создания нового подразделения в структуре Комитета.

17 июля 1967 г.  по инициативе Андропова Политбюро ЦК КПСС приняло  решение об образовании в КГБ  самостоятельного 5 управления по борьбе с идеологическими диверсиями противника.

В записке  в ЦК КПСС с обоснованием целесообразности создания этого органа от 3 июля 1967г. N 1631-А Ю.В.Андроповым подчеркивалось: "имеющиеся в Комитете государственной безопасности материалы свидетельствуют о том,  что реакционные силы империалистического лагеря,  возглавляемые правящими кругами США,  постоянно наращивают свои усилия в плане активизации подрывных действий против Советского Союза. При этом одним из важнейших элементов общей системы борьбы с коммунизмом они считают психологическую войну...

Замышляемые операции на идеологическом фронте противник  стремится переносить непосредственно на территорию СССР, ставя целью не только идейное разложение советского общества,  но и создание условий для приобретения у нас в стране источников получения политической информации.

Пропагандистские центры, спецслужбы и идеологические диверсанты, приезжающие в СССР,  внимательно изучают происходящие в  стране социальные процессы и выявляют среду, где можно было бы реализовать свои подрывные замыслы.  Ставка делается на создание  антисоветских подпольных групп,  разжигание националистических тенденций, оживление реакционной деятельности церковников и сектантов.

В 1965-1966гг.  органами госбезопасности в ряде республик было вскрыто около 50 националистических групп,  в которые входило свыше 500 человек.  В Москве, Ленинграде и некоторых других местах разоблачены антисоветские группы,  участники которых  в  так  называемых программных документах  декларировали  идеи  политической реставрации.

Судя по имеющимся материалам,  инициаторы и  руководители  отдельных враждебных  групп на путь организованной антисоветской деятельности становились под влиянием буржуазной идеологии,  некоторые из них поддерживали, либо стремились установить связь с зарубежными эмигрантскими антисоветскими организациями,  среди которых наибольшей активностью отличается т.н. Народно-трудовой союз (НТС).

За последние годы органами госбезопасности на территории  СССР захвачено несколько эмиссаров НТС, в том числе из среды иностранцев….

Под влиянием чуждой нам идеологии у некоторой части политически незрелых советских граждан,  особенно из числа  интеллигенции  и молодежи, формируются настроения аполитичности и нигилизма, чем могут пользоваться не только заведомо антисоветские элементы, но также политические  болтуны и демагоги,  толкая таких людей на политически вредные действия..."[6].

В этой  связи  в цитировавшейся записке предлагалось создать в центральном аппарате КГБ самостоятельное управление (пятое), возложив на него функции:

- организации работы по выявлению и изучению процессов,  могущих быть использованными противником в целях идеологической  диверсии;

- выявления и пресечения враждебной  деятельности  антисоветских, националистических  и церковно-сектантских элементов,  а также предотвращения (совместно   с  органами  МООП - Министерств охраны общественного порядка, так в тот период, именовалось МВД)  массовых  беспорядков;

- разработки  в  контакте  с  разведкой идеологических центров противника, антисоветских эмигрантских и националистических организаций за рубежом;

- организация контрразведывательной работы  среди  иностранных студентов, обучающихся в СССР,  а также по иностранным делегациям и коллективам, въезжающим в СССР по  линии  Министерства  культуры  и творческих организаций.

При этом предусматривалось также создание соответствующих подразделений "на  местах",  то есть в Управлениях и городских отделах КГБ СССР.

Эта записка  была рассмотрена Политбюро ЦК КПСС 17 июля 1967 г. и был одобрен проект Постановления Совета министров  СССР,  которое было принято в тот же день(N 676-222 от 17 июля 1967 г.).

Согласно приказу  N 0096 от 27 июля 1967 г.  штат образованного 5-го управления КГБ составил 201 должностную единицу, а его куратором  по  линии руководства стал первый заместитель председателя КГБ С.К.Цвигун.

Как отмечалось в записке Андропова в  ЦК  КПСС  от  17  апреля 1968 г.,  "в  отличие  от  ранее имевшихся в органах госбезопасности подразделений (секретно-политический отдел,  4 Управление  и  др.), которые  занимались  вопросами  борьбы  в  идеологической области с враждебными элементами,  главным образом, внутри страны, вновь созданные  пятые подразделения призваны вести борьбу с идеологическими диверсиями, инспирируемыми нашими противниками из-за рубежа.

В решении Коллегии основное внимание обращается на своевременное разоблачение  и срыв враждебных происков империалистических государств, их разведок,  антисоветских центров за рубежом в  области идеологической борьбы  против  Советского  государства,  а также на изучение нездоровых явлений среди отдельных слоев  населения  нашей страны, которые могут быть использованы противником в подрывных целях... Коллегия исходила из того,  что результатом профилактической работы должно быть предупреждение преступлений,  перевоспитание человека, устранение причин, порождающих политически вредные проявления. Задачи  борьбы против идеологической диверсии противника будут решаться в тесном контакте с партийными органами в центре и на местах, под их непосредственным руководством и контролем"[7].

Как вспоминал генерал армии,  Ф.Д.Бобков,  один из главных руководителей 5-го управления, поясняя ему задачи создаваемого подразделения КГБ, Андропов подчеркивал,  что чекисты должны знать планы и методы работы противника, "видеть процессы, происходящие в стране, знать настроения людей... Необходимо постоянно сопоставлять данные контрразведки относительно замыслов противника и его действий в  нашей  стране  с данными о реальных процессах,  которые у нас происходят. Такого сопоставления до сих пор никто не делал:  никому не хотелось брать на себя неблагодарную  задачу  - информировать руководство об опасностях, таящихся не только в строго засекреченных,  но  и  в  открытых пропагандистских акциях противника"[8].

На наш  взгляд,  наиболее  полное и адекватное представление о задачах деятельности и назначении нового  управления  КГБ  дает  ряд выступлений Андропова перед чекистскими аудиториями.

Так, 23 октября 1968 г. он подчеркивал: "враг не брезгует никакими средствами. В своем стремлении ослабить социалистические страны, союз между социалистическими государствами, он идет на прямую и косвенную поддержку контрреволюционных элементов, на идеологическую диверсию, на создание  всевозможных  антисоциалистических,  антисоветских и  иных  враждебных организаций,  на разжигание национализма... В идеологической диверсии империалисты делают ставку на идейное разложение  молодежи,  использование  недостаочного  жизненного опыта, слабую идейную закалку отдельных молодых людей. Они стремятся... противопоставить ее старшему поколению, привнести в советскую среду буржуазные нравы и мораль...  Средства подрывной деятельности становятся более изощренными и замаскированными"[9].

26 апреля 1971г.  председатель КГБ указывал на обязанность чекистов "видеть  реально  существующие явления и процессы,  быстро и оперативно реагировать на изменения в обстановке,  пресекать разведывательные операции  вражеских  спецслужб,  находить  действенное противоядие против идеологических диверсантов,  срывать попытки перенести враждебную деятельность на нашу территорию.      ...было бы неверно закрывать глаза на то,  продолжал Андропов, - что у нас встречаются еще отдельные люди,  которые теряют классовую ориентацию, пасуют перед трудностями,  обнаруживают нездоровые настроения,  вступают в конфликт с нормами и законами советского общества.  Чекисты обязаны правильно оценивать  обстановку и видеть,  что...  кое-где в стране есть еще элементы, на которые расчитывают наши враги, и которые они хотели бы поставить на службу своим подрывным целям.  Поэтому понятие высокой бдительности для всех советских людей и  сегодня,  несмотря на  наши  огромные  успехи,  не  является  понятием абстрактным"[10].

Интересующиеся читатели могут также познакомиться с  выступлением Ю.В.Андропова на совещании в КГБ СССР,  посвященном специально вопросам борьбы с идеологическими диверсиями противника[11].

А вот  что  председатель  КГБ говорил о замыслах противника на Пленуме ЦК КПСС 27 апреля 1973 г.:  "общее усиление позиций социализма заставили  империалистов отказаться от попыток сломить социализм путем "лобовой атаки".  Эти перемены,  безусловно, отвечают нашим интересам. Вместе с тем нельзя не видеть того, что противник не отказался от своих целей. Теперь, особенно в условиях разрядки, он ищет и будет искать иные средства борьбы против социалистических стран,  пытаясь вызвать в них "эрозию",  негативные процессы, которые бы размягчали, а в конечном счете - ослабляли социалистическое общество.

В этом плане немалые надежды возлагаются империалистическими силами на подрывную деятельность, которую империалистические заправилы осуществляют через свои спецслужбы.  В одной из секретных инструкций американских спецслужб в этой связи прямо говорится: "В конечном счете  мы должны не только проповедывть антисоветизм и антикоммунизм, но заботиться о конструктивных изменениях в странах  социализма".

Ю.В.Анроповым были  приведены  слова  сотрудника  американской разведки, одного из руководителей "Комитета "Радио свобода"[12]: "Мы не в состоянии захватить Кремль, но мы можем воспитать людей, которые могут это сделать,  и подготовить условия, при которых это станет возможным". Вообще, говорит он: "Зачем мы изучаем Советский Союз и положение в этой стране?...  Одной наукой освободиться от коммунизма невозможно, нужны действия. Значит, за нами должны быть силы, которые в состоянии действовать".

Далее председатель  КГБ  познакомил участников Пленума ЦК КПСС с  планом ЦРУ в этом направлении: "На первоначальном этапе предусматривается установление контактов с разного  рода  недовольными  лицами в Советском Союзе и создание из них нелегальных групп. На последующем этапе намечается консолидировать такие группы и превратить их в "организацию сопротивления", то есть в действующую оппозицию.

...Недавно некий Аллен фон Шарк в  книге,  посвященной  борьбе против нашего государства,  писал: "если государство (т.е. Советский Союз), предпримет какие-либо шаги  против  подобного  рода  отщепенцев (обратите внимание, - подчеркивал Ю.В.Андропов, - он сам называет их отщепенцами - О.Х.),  необходимо как можно  шире  афишировать эти меры,  как несправедливые, что бы вызвать, с одной стороны, сочувствие к ним,  к отщепенцам,  а,  с другой стороны,  недовольство коммунистической системой".

Империалистическим разведкам неважно,  что люди,  которых  они поднимают на щит, подонки и отщепенцы, важно, что это дает им повод лишний раз выступить с нападками на нашу систему,  бросить тень  на нашу партию, а в этом и состоит их главная цель.

В последнее время органами КГБ проведены профилактические  мероприятия в отношении ряда лиц,  вынашивавших враждебные политические намерения в форме злейшего национализма.

На Украине,  в Литве,  в Латвии,  в Армении ряд  националистов привлечены к уголовной ответственности за откровенную антисоветскую деятельность.  Почти во всех этих случаях, как теперь признают сами виновные и профилактированные нами лица, их деятельность инспирировалась подрывными центрами,  находящимися  на  Западе...  Только  в прошлом году была выявлена и пресечена деятельность свыше 200 таких эмиссаров,  направленных в Советский Союз для передачи своим  подопечным инструкций, денег, средств тайнописи и печатной техники.

Идеологическая диверсия  осуществляется в самых различных формах: от попыток создания антисоветских подпольных  групп  и  прямых призывов к  свержению Советской власти (есть еще и такие) до подрывных действий, которые проводятся под флагом "улучшения социализма", так сказать, на грани закона"[13].

Конечно, можно  попытаться  оспорить  подобные  аргументы  "из прошлого", указать автору на недопустимость использования в полемике приема  "подавления авторитетом" известного политического деятеля.  Тем не менее,  нам кажется,  что в приводимых словах Андропова содержится большая доля исторической правды.

В этой  связи  приведем  еще ряд вполне доступных современному читателю источников,  напрямую корреспондирующих с высказывавшимися Андроповым мыслями.

На вэб-сайте Фонда Форда - www.fordfound.org - любой заинтересованный читатель может прочитать,  что "с 1950 г. Фонд Форда начал поддерживать проекты,  ориентированные на Советский Союз  и  страны Восточной Европы. В 1950-1988 гг. около 60 млн. долларов было выделено на анализ ключевых проблем взаимоотношений Востока и Запада, поддержку свободы слова, культурного плюрализма и соблюдения прав человека.  В 1989 г. фонд  принял решение о прямой поддержке «прогрессивных» организаций в Советском Союзе, Польше, Венгрии, чтобы ускорить процесс  демократизации  и  экономического  реформирования  этих государств.  На эти цели в 1989-1994 гг.  было направлено приблизительно 30 млн. долларов США". Подчеркнем при этом, речь идет о деятельности и расходах лишь одной из организаций,  оказывавших "помощь" социалистическим странам,  при этом само содержание такой "помощи" в  "поддержке свободы слова" и так далее не расскрывается.

А вот что писал по этому поводу в конце 2003 г.  О.А.Попов,  ныне проживающий в  США  активный  участник  "правозащитного движения" в СССР:  "А может,  действительно справедливы обвинения в адрес  российских  правозащитников,  что  главный смысл их деятельности – это создание в стране инфраструктуры  и  атмосферы,  благоприятных  для проведения успешной идеологической и психологической войны, которую вот уже более 50 лет ведут против нашей страны США?

Что же касается защиты прав,  жизненно важных для  подавляющего числа советских  граждан,  таких  как право на  безопасность (здесь и далее выделено у автора - О.Х.), на труд, на образование, на  жилье, то эти социальные права правозащитников, как можно судить по их заявлениям и выступлениям, не слишком заботили...

В мае 1969 г. только недавно образовавшаяся Инициативная группа по защите прав человека в СССР (ИГ) - отправила в ООН письмо с жалобами на "непрекращающиеся нарушения законности" и просила "защитить попираемые в Советском  Союзе  человеческие  права",  в  том  числе "иметь  независимые  убеждения  и распространять их всеми законными способами"[14].

Из этого следует,  делал обоснованный  вывод  О.А.Попов,  что "правозащитники" не  рассматривали советский народ в качестве социальной базы своего движения. Более того, "обращение правозащитников за помощью  к Западу привело к отчуждению и фактической изоляции их от народа и даже от значительной части интеллигенции, симпатизаирующей правозащитникам.  Сами же правозащитники стали превращаться из неформальной ассоциации советских граждан,  озабоченных нарушением  законности  в  своей стране,  в отряд некоего "всемирного правозащитного движения", в небольшую группу, получавшую моральную, информационную, а с середины 70-х годов - материальную и политическую поддержку с Запада... Замкнутые на себе, оторванные от  1народа 0 и абсолютно чуждые его повседневным интересам и нуждам, эти группы не имели никакого веса и влияния в советском обществе, если не считать ореола "народного заступника", который стал складываться в 70-е годы вокруг имени А.Д.Сахарова"[15].

По нашему мнению,  стоит задуматься и над следующим признанием бывшего " диссидента":  "Я,  автор этих строк, в течение нескольких лет  собирал и обрабатывал материалы для правозащитных неподцензурных изданий....  И хотя я отвечаю за  правдивость  и  достоверность приведенных в документах фактов,  однако это обстоятельство не снимает с меня политической ответственности за фактическое участие  на стороне США в идеологической и пропагандистской войне с СССР. ...Разумеется, правозащитники  и  диссиденты,  включая  автора этих строк,  отдавали себе отчет в том,  что подрывали имидж СССР и именно к этому стремились.

Что они,  хотят того или нет, принимают участие в информационной и  идеологической  войне,  которую США и государства стран НАТО ведут против СССР с начала 50-х годов.

До конца 60-х, как писал Дэвид Лове, "засылка советников, оборудования и денег на поддержку оппозиционных сил и  организаций"  в социалистических странах была основным методом идеологической войны (DavidLoveIdeaToReality%:  ABriefHistoryoftheNational  Endowment  for  Democracy,  www.ned.org.).  Когда же выяснилось (и это стало достоянием прессы),  что в эту активность было вовлечено ЦРУ, президент  Л.Б.Джонсон  приостановил ее"[16],  и до середины 70-х годов шел поиск новых методов и подходов в подрыве социалистических государств (как тут не вспомнить доктрину "наведения мостов",  начало которой положил Д.Ф.Кеннеди!- О.Х.)

И тогда основной упор был сделан на гуманитарные проблемы, содержавшиеся в  третьем разделе ("корзине") Заключительного акта Европейского совещания  по  миру  и  безопасности   в   Европе (август 1975 г.)".

Действия образованных вскоре после его  подписания  московской "хельсингской группы",  как  и "действия членов остальных советских Хельсингских групп,  - подчеркивает О.А.Попов,  - носили  антигосударственный характер"[17].

"Автору этих строк, - признается он далее, - понадобилось несколько лет жизни в США,  чтобы понять, что  истинной целью идеологической  войны  было не улучшение состояния дел с правами человека в Советском Союзе и даже не установление в  СССР  демократического  и правового государства, а уничтожение или по крайней мере ослабление геополитического соперника США,  как бы он ни назывался - СССР  или Россия".

Администрацией Дж.Картера,  объявившего "защиту прав человека" центральным элементом своей внешней политики, в стратегию "борьбы с коммунизмом" был включен пункт о "поддержке борьбы за права человека в СССР и странах Восточной Европы".

В 1977 г., после создания Хельсингских групп в СССР, в Нью-Йорке был образован комитет по наблюдению за выполнением Советским Союзом Хельсингских соглашений (Helsiky Watch Committe).

Задача комитета - собирать информацию о нарушениях прав  человека в  СССР,  доводить ее до сведения американского правительства, американской общественности и международных организаций и  институтов, в первую очередь ООН, требовать от американского правительства и Конгресса принятия "соответствующих мер против СССР».

Задачей образованной в 1983 г.  NationalEndowmentforDemocracy (NED), становится "оказание помощи всем, кто борется за свободу и самоуправление" в социалистических странах.

Как отмечала И.А.Куклина, зарубежные неправительственные организации (НПО),  ориентированные на "защиту прав человека  в СССР",  в условиях, когда "эти НПО могли опираться на постоянно совершенствующуюся систему государственной поддержки,  это  означало, что их деятельность, по сути, являлась продолжением государственной политики, ... продолжением борьбы двух идеологий[18].

При этом  подчас  эта  деятельность далеко выходила за пределы той самой "третьей корзины" (проблематику защиты прав человека, - О.Х.), ссылками на которую она непременно оправдывалась, представляла собой нарушение норм международного права и грубое и циничное вмешательство во внутренние дела суверенных государств".

Заканчивая на этом полемику по вопросу о содержании  идеологических диверсий,  возвратимся непосредственно к истории 5-го управления КГБ СССР.

Первоначально в нем были сформированы 6 отделов,  а их функции были следующие:

1 отдел  - контрразведывательная работа на каналах культурного обмена,  разработка иностранцев, работа по линии творческих союзов, научно-исследовательских  институтов,  учреждений  культуры и медицинских учреждений;

2 отдел - планирование и  осуществление  контрразведывательных мероприятий совместно с ПГУ, против центров идеологических диверсий империалистических государств,  пресечение деятельности НТС, националистических и шовинистских элементов;

3 отдел - контрразведывательная работа на канале студенческого обмена, пресечение  враждебной деятельности студенческой молодежи и профессорско-преподавательского состава;

4 отдел  -  контрразведывательная  работа в среде религиозных, сионистских и сектантских элементов и против зарубежных религиозных центров;

5 отдел - практическая помощь местным органам КГБ по  предотвращению массовых антиобщественных проявлений;  розыск авторов антисоветских анонимных документов и  листовок;  проверка  сигналов  по террору;

6 отдел - обобщение и анализ данных о деятельности  противника по осуществлению идеологической диверсии; разработка мероприятий по перспективному планированию и информационной работе.

Помимо перечисленных отделов в штат управления входили  секретариат, финансовый  отдел,  группа  кадров и группа мобилизационной работы, а первоначальная общая численость его сотрудников составляла 201 человек.

При этом предусматривалось также создание соответствующих подразделений -  отделов-отделений - "на местах",  то есть в республиканских комитетах,  областных управлениях, в городских или районных отделах КГБ СССР.

Начальниками управления  за  период  его  существования   были А.Ф.Кадышев, Ф.Д.Бобков (с 23 мая 1969 г.  по 18 января 1983 г., когда он был назначен первым  заместителем   председателя   КГБ),   И.П.Абрамов, Е.Ф.Иванов, который  позднее стал также первым начальником управления "З"("Защиты конституционного строя"), созданного на основе 5 Упраления КГБ СССР.

В августе 1969 г. был образован 7 отдел, в который были выведены из 5 отдела функции выявления и розыска авторов  анонимных  антисоветских документов, содержащих угрозы террористического характера,  а также оперативной разработки  и  предупреждения  враждебной  деятельности лиц, вынашивавших террористические намерения.

В июне 1973 г. был образован 8 отдел по борьбе с подрывной деятельностью зарубежных сионистских центров, а в следующем году – 9 отдел

с задачей оперативной разработки антисоветских группирований,  имеющих связи с зарубежными центрами идеологической диверсии и  10-й  отделы.  Последний отдел, совместно с ПГУ КГБ, занимался вопросами проникновения, выявления планов и замыслов зарубежных спецслужб и центров и  осуществлением мероприятий по парализацией их деятельности.

В июне  1977 г.,  в  преддверии  проведения XXIIОлимпийских игр в Москве, был  создан  11 отдел,  призванный проводить "осуществление оперативно-чекистских мероприятий  по  срыву  идеологических  акций противника и враждебных элементов в период подготовки и  проведения летних Олимпийских игр в Москве".

Отдел этот  тесно  контактировал свою работу с 11 отделом ВГУ, также занимавшимся борьбой с международным терроризмом.

На 12 отдел 5 управления позднее была возложена задача обеспечения безопасности проведения  массовых общественных мероприятий в Москве - фестивалей, форумов, разного рода конгрессов, симпозиумов и т.д.

В феврале 1982 г. был образован 13 отдел для выявления и пресечения "негативных процессов,  имеющих тенденцию к перерастанию в политически вредные проявления",  в том числе изучения нездоровых молодежных формирований - мистических, оккультных, профашистских, рокеров, панков, футбольных "фанатов" и им подобных.

14 отдел занимался предотвращением акций идеологической диверсии, направленной в среду журналистов,  сотрудников СМИ, общественно-политических организаций.

В связи с образованием новых отделов, штат управления к 1982 г. увеличился до 424 человек[19].

Всего же, как вспоминал Ф.Д.Бобков, по линии 5-го управления в СССР служило 2,5 тысячи сотрудников. В среднем в области в 5 службе или отделе работало 10 человек.  Оптимальным был и агентурный аппарат, в среднем на область приходилось 200 агентов[20].

В одной из статей довелось прочитать ("Новости разведки  и  контрразведки",  2003,  N 7-8, с.30), о том, что "по оценкам самого Андропова, "потенциально враждебный контингент" в СССР составлял 8,5 млн.  человек".

При вполне понятном скептицизме в отношении подобных оценок, в то же время следует признать,  что он,  этот "потенциально враждебный контингент", составлял ничтожное меньшинство населения страны.

И при этом,  безусловно, речь не идет о числе граждан, якобы взятых "на оперативный учет" (точное их число давным-давно известно  лицам, подобным В.В.Бакатину,  Г.П.Якунину, О.Д.Калугину, но не оглашается исключительно вследствие абсолютной "невыигрышности" этой цифры для противников КГБ).

Следует подчеркнуть,  что фактически к сфере деятельности 5-го управления,  помимо решения вышеуказанных задач,  относилась  также борьба с преступлениями против государства,  и прежде всего с антисоветской  агитацией  и  пропагандой (статья  70  Уголовного   кодекса РСФСР), и организационной антисоветской деятельностью (статья 72).

Как отмечал  в этой связи Ф.Д.  Бобков,  если до образования 5 управления,  в 1956-1960 годах,  за антисоветскую агитацию и пропаганду ( по статье 58-10 УК РСФСР 1928г.) было осуждено 4 676 человек, в 1961-1965гг. (по статье 70 УК РСФСР 1960г.) - 1 072, то в 1966-1970 гг. годы - 295, а в 1981-1985 гг. - 150 человек[21].

Сошлемся также на данные известного правозащитника С.А.Ковалева, отмечавшего  по  этому поводу,  что всего с 1966 по 1986 год по статьям 70 ("Антисоветская агитация и пропаганда") и 190 ("Распространение заведомо ложных сведений, порочащих советский государственный и общественный строй") Уголовного кодекса РСФСР были осуждены 2 468 человек.  В то же время 18 декабря 1987 г.  КГБ СССР обратился с предложением в ЦК КПСС освободить от уголовной ответственности  401 осужденного и 23 подследственных по этим же статьям[22].

Но следует также отметить,  что в их числе был и Затикян, осуществивший с единомышленниками известный террористический акт 8 января 1977 г.  в Москве,  и некий Никитенко,  также осуществивший ряд подрывов в  Московской  области накануне игр XXIIОлимпиады в Москве.

Но в уже упоминавшейся книге Дж.Баррона "КГБ сегодня"  они  названы лишь "безвинными жертвами КГБ".

Нередко ранее,  да и сейчас еще, говорится о якобы преследовании "диссидентов" за инакомыслие,  ущемлении права  на  собственное мнение, свободу его выражения и распространения информации.

Однако следует заметить нашим соотечественникам,  что  свобода слова и распространения информации, вопреки широко распространенному, но ошибочному, мнению, отнюдь не безграничны.

Часть 3 статьи 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, ратифицированного Президиумом Верховного Совета СССР 18 сентября 1973 г., устанавливает, что пользование правом на свободу слова "налагает особые обязанности и особую ответственность. Оно может быть,  следовательно, сопряжено с такими ограничениями, которые, однако, должны быть установлены законом и являться необходимыми:

     а) для уважения и репутации других лиц;

     b) для охраны государственной безопасности,  общественного по-

рядка, здоровья или нравственности населения"[23].

Еще более категорична на это счет часть 2 статьи 10  Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Она гласит:

"Пользование этими свободами, поскольку это согласуется с обязанностями и ответственностью,  может быть предметом таких формальностей, условий, ограничений или наказаний, предусмотренных в законе и  необходимых в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или публичного порядка в  целях  предотвращения беспорядков и преступлений,  для защиты здоровья и морали,  а также для защиты репутации  или  прав  других лиц, для  предотвращения утечки информации,  полученной конфиденциально, или  поддержания  авторитета  и  беспристрастности  правосудия"[24].

Так что вряд ли можно говорить о "нелегитимности" деятельности КГБ, скорее, речь можно вести лишь о несовершенстве законодательной базы, и,  в частности, диспозиции статьи 70 УК РСФСР, о возникавших в этой связи трагических судебных ошибках.

Отметим также и то обстоятельство, что и ныне, более чем через тридцать лет  вопрос  этот также в полной мере не урегулирован российским законодательством.

В той критике,  которая звучала в последующие годы в адрес КГБ СССР и лично в адрес Ю.В.Андропова, именно "идеологическая" составляющая в работе "органов" занимала главное место.

В то же время, как справедливо отмечал Р.А.Медведев, в многогранной работе Андропова на посту председателя КГБ СССР "тема диссидентов" не была главной и единственной.  Это была составляющая, "мучительная составляющая" его работы в КГБ, где 9/10 времени занимали другие не менее важные аспекты обеспечения государственной безопасности. Об этом со всей убедительностью свидетельствует и отчет КГБ за 1967 г., выдержки из которого мы приводили ранее.

В первом, после Апрельского (1985г.) пленума ЦК КПСС, на котором был  провозглашен  курс  на коренную реорганизацию всей системы общественных отношений в нашей стране,  официальном выступлении  на страницах журнала "Коммуниств" председатель КГБ СССР, член Политбюро ЦК КПСС В.М.Чебриков подчеркивал,  что "не исключены факты антигосударственных  действий отдельных враждебных нашему строю элементов,  становящихся на такой путь под влиянием извне, ...действующих  в интересах разведок и антисоветских центров.  Борьба с такими элементами ведется твердо, в полном соответствии с законом, но она носит  характер  не классового подавления,  как это было в переходный период от капитализма к социализму, а защиты нашего государственного и общественного строя от преступных действий отдельных лиц".

По поводу активно ведшейся в то время дискуссии о правах человека,  абсолютно справедливо и в  полном соответствии с международно  признанными «стандартами» того,  да и сегодняшнего дня, председателем КГБ подчеркивалось,  что "использование гражданами  прав  и  свобод  не должно  наносить  ущерба интересам общества и государства,  а также правам других граждан",  а органы  госбезопасности  последовательно руководствуются принципом связи с массами, опоры на трудящихся.

При этом В.М. Чебриков отмечал: "Противник наращивает ее (идеологической диверсии -О.Х.) масштабы,  стремясь распространить свою подрывную деятельность на все формы общественного сознания -  политику и правосознание,  философию,  мораль,  науку, искусство, религию"[25], а применяемые в этой связи меры защиты советского  государства и общества соответствуют как международным правовым нормам, так и международным обязательствам,  принятым на себя СССР, в частности,  содержащимся в Международных пактах о гражданских и политических правах и об экономических, социальных и культурных правах».

Свое завершение  история  5-го  управления  КГБ СССР получила в 1985 -1989 годы, вошедшие в историю страны как период перестройки, о чем мы расскажем далее.


‹ 15 лет во главе КГБ. Вверх Тайны Олимпиады – 80. ›

Тайны Олимпиады – 80.

Малоизвестной, но незабываемой стороной деятельности КГБ стало его участие в обеспечении безопасности проведения в Москве и Таллине  XII летних Олимпийских игр 1980 года.

Еще за полгода до официального объявления в октябре 1974  года решения Международного Олимпийского комитета (МОК) о проведении состязаний Олимпиады-80  в  столице  и других городах СССР, разведка

КГБ доложила о благоприятном для Москвы раскладе мнений членов МОК.

После официального  решения  МОК,  определившего  столицу  игр XXII Олимпиады,  23 декабря 1975 г. было принято закрытое постановление ЦК  КПСС  и  Совета  министров СССР о подготовке к проведению этого престижного международного спортивного  форума.  В  целом  на проведение Олимпиады бюджетом страны выделялось 2 миллиарда рублей.

Одним из  направлений  подготовки  к  Олимпийским играм в СССР стало обеспечение безопасности их участников  и  гостей  -  слишком свежа еще  была в памяти сентябрьская трагедия 1972 г. в Мюнхене, когда террористы уничтожили 13 членов израильской спортивной команды.

Да и в целом обстановка в мире не располагала к благодушию, о чем свидетельствовали многочисленные акты политического насилия в мире:

- 8 января 1977 г. три взрыва прогремели в центре Москвы - самый крупный и "громкий" - в прямом и  переносном  смысле слова, - теракт  в СССР, в  результате  которого погибли 7 и ранения получили более 40 человек;

- летом того же года террористами был захвачен самолет  немецкой Люфтганзы;

- в мае 1978 г. в Италии был убит террористами из «Красных бригад» бывший премьер Альдо Моро;

- а с осени 1978 г.  неизвестный террорист  распространял  самодельные мины-ловушки в Подмосковье...

Напомним также  и  то немаловажное обстоятельство,  что многие страны мира содрогались в то время от террористических атак Ирландской республиканской  армии (ИРА),  баскской ЭТА,  "Японской Красной армии" (КАЯ) и западногерманской «Фракции Красной армии» (РАФ).  Причем эти и другие террористические группировки  осваивали "боевые" действия не только на собственной территории, но и за  ее пределами...

Со временем к этому добавилось осложнение международных отно- шений в связи с вводом советских войск в Демократическую республику Афганистан 27 декабря 1979 г.,  и далеко не однозначная  реакция  в мире на  этот шаг советского руководства,  который вызвал серьезный всплеск панисламской солидарности.

Функция обеспечения безопасности участников, гостей и зрителей Олимпиады,  жителей городов была возложена на Штаб по подготовке  и проведению  Олимпиады,  а  в участвующих в подготовке ее проведения ведомствах,  включая и правоохранительные органы СССР - ведомственные штабы.

28 октября 1975 г. в МВД было создано "олимпийское" управление, включившееся в разработку системы мер безопасности ее участников и гостей.

Для ознакомления с опытом организации подобной работы за рубежом  делегация представителей правоохранительных органов,  в которую были официально включены  и  представители КГБ СССР,  выезжала в 1976 г.  в Монреаль, который в тот год стал столицей Олимпийских игр. Группу представителей КГБ в составе этой делегации возглавлял заместитель начальника 5 Управления КГБ СССР И.П.Абрамов.

В июне  1977  г.  для координации всей работы по линии КГБ в 5 Управлении был образован 11 отдел,  задачей которого являлось "осуществление оперативно-чекистских мероприятий по срыву подрывных акций противника и враждебных элементов в период подготовки и  проведения летних Олимпийских игр в Москве". Аналогичный отдел был образован и в  5 Службе  Управления КГБ СССР по г. Москве и Московской области.

Впоследствии многие сотрудники этого отдела, а также оперативные работники  УКГБ  имели  официальную  аккредитацию  на различных олимпийских объектах как официальные сотрудники СБП - "службы безопасности  проведения",  дававшую право почти повсеместного прохода по всем охраняемым зонам и олимпийским объектам, а последних в Москве было 99.

В "олимпийский"  отдел 5 управления КГБ стекалась вся информация,  затрагивавшая вопросы безопасности проведения  Олимпиады,  от  кого бы она не поступала:  от разведки, контрольно-пропускных пунктов погранвойск,  органов военной контрразведки  и  территориальных органов  КГБ,  информация  "от друзей" - от органов госбезопасности союзных с СССР государств,  а также    МИД СССР,  ТАСС, МВД, и других министерств и ведомств.

Благодаря созданным КГБ заблаговременно контрразведывательным позициям советское руководство располагало информацией о том, что зарубежные спецслужбы и поддерживаемые ими различные антисоветские  организации планируют, используя массовый въезд туристов в нашу страну, провести многочисленные враждебные акции.

Вот как  об этом информировал ЦК КПСС  КГБ  в спецсообщении N 1213-А от 16 июня 1978 г.:

          "Комитет госбезопасности при Совете Министров СССР располагает сведениями о том, что спецслужбы капиталистических государств и находящиеся на их содержании зарубежные националистические, сионистские, клерикальные  и  иные  антисоветские  организации  вынашивают враждебные замыслы  в связи с XXII летними Олимпийскими играми 1980 года в Москве.

По достоверным данным,  западные спецслужбы изыскивают возможности для включения в составы  национальных  олимпийских  делегаций лиц, связанных  с НТС и другими формированиями,  ведущими подрывную работу против Советского Союза. Вопрос о подборе и внедрении членов НТС в  олимпийские команды некоторых стран в качестве переводчиков, мастеров-ремонтников, конюхов,  врачей и т.п. специально обсуждался на заседании совета НТС в ноябре 1977 года.

... Одновременно установлено,  что западные спецслужбы,  зарубежные антисоветские  организации и подрывные идеологические центры придают большое значение использованию канала международного туризма для инспирации враждебных проявлений на территории СССР в период подготовки и проведения Олимпийских игр.  Противник  планирует  использовать этот канал для засылки в нашу страну террористов,  эмиссаров и агентов различных враждебных организаций,  а  также  бывших советских граждан,  выдворенных  или  выехавших ранее из Советского Союза. Предполагается их использование в осуществлении  террористических актов, массовом распространении антисоветской и клеветнической литературы,  пропаганде антисоциалистических и  антикоммунистических идей, склонении некоторых советских граждан к выезду в капиталистические страны,  провоцировании антиобщественных и враждебных проявлений, сборе материалов о "нарушении прав человека", а также о некоторых негативных явлениях...".

Далее в этом сообщении приводились выявленные факты подготовки  враждебных действий конкретными зарубежными организациями ("Эстонским национальным советом", Международной организацией молодых христиан (ИМКА), "Латышским национальным фондом" и другими),  а заканчивалось оно следующим образом:

"...О возможном совершении террористических и иных экстремистских акций во время Олимпийских игр в Москве распространяются  различные сообщения с помощью средств массовой информации капиталистических государств.

КГБ СССР  учитывает  изложенные выше данные при выработке мер, направленных на обеспечение безопасности в период подготовки и проведения XXII Олимпийских игр 1980 года. Об этих мерах будет доложено ЦК КПСС".

Еще более чем за полгода до  ввода  Ограниченного  контингента советских войск  в  республику Афганистан,  25 апреля 1979 г.  Ю.В. Андропов так информировал ЦК КПСС "О враждебной  деятельности  противника в связи с Олимпиадой – 80» ( регистрационный N 819-А):

"... Если в 1977 году и первой половине 1978 года наиболее характерными для его деятельности являлись призывы бойкотировать московскую Олимпиаду,  то в последнее время на первый план выдвигается идея использовать  Олимпийские  игры 1980 года для осуществления на территории СССР террористических, диверсионных и иных подрывных акций экстремистского характера.  Особую активность в этом плане проявляют главари "Народно-трудового союза" (НТС),  сионистских и других зарубежных  националистических формирований и антисоветских организаций....

Зарубежные украинские,  литовские,  эстонские, крымско-татарские, дашнакские и прочие националистические организации,  различные "комитеты" и "союзы", тесно сотрудничающие с разведывательно-диверсионными службами капиталистических государств,  также ведут активную подготовку своих эмиссаров и вынашивают намерения включить их в состав ряда национальных делегаций и туристических групп для поедки в СССР в период подготовки и проведения Олимпиады - 80. Перед эмиссарами и связанными с ними враждебными элементами из числа  советских граждан противник ставит задачу по изучению обстановки и созданию условий для проведения провокационных акций. В этих целях рекомендуется..."

Да простят меня читатели,  но они понимают, что, по определенным этическим и профессиональным соображениям, совесть не позволяет мне цитировать выработанные  зарубежными  спецслужбами  рекомендации по подготовке и осуществлению преступных действий на территории нашей страны.

Далее в цитируемом документе отмечалось:   

"... Комитетом госбезопасности получены сведения  о  том,  что Русский отдел  МИД Израиля в декабре 1978 года внес в правительство предложение об использовании Олимпийских игр в Москве  для  ведения сионистской пропаганды на территории СССР, разжигания националистических настроений среди граждан еврейской  национальности.  В  этих целях предполагается  максимально использовать олимпийского атташе, а также спортивную делегацию и туристические группы Израиля, в состав которых  планируется включить представителей израильских спецслужб и лиц,  известных своей антисоветской  деятельностью,  которые должны будут  организовать встречи с националистически настроенными лицами, собирать тенденциозную информацию,  передавать  инструкции, деньги, литературу и проводить иные враждебные акции.

Для дискредитации XXII Олимпийских  игр  в  Москве  спецслужбы противника и  зарубежные  антисоветские центры по-прежнему пытаются использовать различного рода инсинуации "о нарушениях прав человека в СССР".  В отдельных случаях им удается инспирировать провокационные действия со стороны антиобщественных элементов  внутри  страны, толкнуть некоторых из них на безответственные заявления клеветнического характера,  способствующие раздуванию антисоветской истерии на  Западе..."[1].

Теперь, по прошествии более четверти века с тех пор, нельзя объективно не  признать,  что  все  эти  потуги и инсинуации вокруг Олимпиады в Москве не имели никакого отношения к спортивным  состязаниям и международному Олимпийскому движению, а преследовали сугубо корыстные,  узко корпоративные цели и интересы,  были направлены лишь на  использования Игр в качестве повода для своих провокационных действий.

И нельзя не отметить того факта, что Международный олимпийский

комитет во главе с Хуаном Антонио Самаранчем,  понимая надуманность обвинений и требований, выдвигавшихся против СССР, пытался противодействовать  им,  попыткам вовлечения МОК в подобные сомнительные и нечистоплотные игры, последовательно заявляя, что спорт и олимпийское движение вне политики, призваны способствовать укреплению дружбы, а не недоверия и розни между народами.

Особенно лицемерными и циничными в свете сегодняшних событий в мире выглядят предпринимавшиеся в то  время акции "по выяснению положения с правами человека, подавлением и угнетением национальных меньшинств в Советском Союзе",  когда  в  целом ряде бывших союзных республик СССР эти проблемы уже давно перестали быть секретом и  вызывают  вполне  обоснованную обеспокоенность международной общественности.

В одном из последующих сообщений в ЦК КПСС,  а о всех излагаемых в спецсообщениях КГБ фактах информировался  председатель  государственного Оргкомитета "Олимпиада - 80" И.Т.Новиков, Андропов писал (N 1455-А от 30 июля 1979 г.):

"...Противник не  останавливается перед оказанием прямого психологического давления на западную общественность.  Примером  этому служит опубликованная  недавно в США книга Дж. Петтерсона под названием "Инструкция по совершению террористических актов",  в  которой обыгрывается провокационная версия о захвате группой террористов во время Московской Олимпиады заложников-спортсменов".

Фактически, по оценкам специалистов, это был своеобразный инструктаж для потенциальных террористов. И что могло подтолкнуть экстремистски настроенных и психически неуравновешенных лиц на  совершение  аналогичных  описываемым в книге действий,  или к поискам иных путей достижения провокационных целей.

Не навязывая читателю собственного  мнения,  предоставляю  ему самостоятельно судить о нравственной допустимости подобного  "творчества" -  особенно в свете современной ситуации в области борьбы с терроризмом, и мерами,  предпринимаемыми правительствами после  известных трагических  событий  2001-2007 годов.  И о возможности его политико-коммерческой эксплуатации  в  собственных  политических  и иных целях.

Помимо прямого  инспирирования и стимулирования возможных противоправных действий,  подобные публикации преследовали цели и сократить  приезд  иностранных  туристов  в СССР на период Олимпийских игр, тем самым подорвав законные расчеты на прибыль для компенсации  затрат на  создание  олимпийских объектов и инфраструктуры (экономическая составляющая "большого" спорта и олимпийского движения  ныне ни для кого не является секретом).

Предпринимались для этого недругами СССР  за  рубежом  и  иные действия, о  которых  так  сообщал Ю.В.Андропов (N 1455-А от 30 июля 1979 г.  "О враждебной деятельности противника в связи с Олимпиадой - 80"):

"... В последнее время на Западе отмечается значительное  увеличение масштабов пропагандистских кампаний, направленных на разжигание антисоветских настроений среди  зарубежной  общественности  в связи с Московской Олимпиадой. Инспираторы пропагандистской шумихи, широко используя весь арсенал средств массовой информации, стремясь вызвать недоверие к Советскому Союзу, как организатору Игр, искусственно заостряют внимание западного обывателя на второстепенных или надуманных вопросах.  Многие  органы  буржуазной  печати дали своим сотрудникам задание приступить к сбору и  подготовке  материалов  о "недостатках в советской экономике,  торговле,  сфере обслуживания, строительстве олимпийских объектов",  которые якобы могут  представить "серьезную угрозу для проведения Игр на должном уровне...

В акциях по психологической обработке населения  стран  Запада задействован широкий  спектр антисоветчиков всех мастей - от парламентариев и членов правительств до деградировавших отщепенцев...

Спецслужбы противника, зарубежные центры идеологических диверсий продолжают активно использовать во враждебной деятельности против нашей страны затасканный лозунг "защиты прав человека в Советском Союзе". В этой связи за рубежом в последнее время в большом количестве возникают  так  называемые "комитеты" и "группы" антиолимпийской направленности...".

Мы не будем ворошить прошлое, ставя в неловкое положение некоторых весьма известных на Западе да и в нашей стране политиков,  отметим  лишь,  что  в этом письме  в ЦК КПСС КГБ представлялась информация о деятельности подобных "антиолимпийских" групп в Великобритании, Бельгии, Голландии, ФРГ, Франции, Швейцарии...

А заканчивалось это спецсообщение следующими словами:

"Спецслужбы США,  правая реакция Запада не прекращают кампанию за аккредитацию на Олимпиаде-80 представителей подрывных радиостанций "Свобода" и "Свободная Европа".  В последнее время США предприняли  ряд  шагов  по  втягиванию НАТО в финансирование деятельности указанных антисоветских центров.  На совещании руководства  радиостанций в Мюнхене председатель Совета по международному радиовещанию Гроноуски заявил,  что ему удалось заручиться согласием ответственных  работников аппарата НАТО обратиться с соответствующей просьбой к правительствам стран-участниц блока об оказании содействия в аккредитации  корреспондентов  "Свободы"  и "Свободной Европы" на Московской Олимпиаде.

Комитет государственной безопасности с  учетом  складывающейся обстановки принимает  меры по выявлению и срыву замыслов противника в отношении Олимпиады-80"[2].

Разумеется, в мероприятиях по обеспечению безопасности в период проведения  в СССР Олимпиады участвовали далеко не только органы КГБ и их сотрудники.

Для срыва возможных противоправных действий, в том числе недопущения  и пресечения попыток осуществления террористических акций, локализации их последствий,  в городах,  где находились олимпийские объекты, были созданы отряды милиции особого назначения (ОМОНы).

Московский отряд  ОМОНа  начал подготовку по специальной программе в январе 1979 г., а уже в июне он провел перед Штабом по проведению Олимпиады показательные выступления по освоенной программе.

В рамках мероприятий по  обеспечению  безопасности  проведения Олимпиады осень 1979 г. УКГБ по г. Москве и Московской области была проведена крупномасштабная операция "Огни Москвы",  целью которой являлось выявление  и ликвидация всевозможных криминальных и криминогенных очагов столицы.

В частности,  в ходе этой  операции  были ликвидированы две  банды "таксистов" (поскольку подставные "липовые" машины играли в  комбинациях  аферистов,  действовавших  под  видом "сотрудников КГБ",  немаловажную  роль) - всего в них входило около 60 участников.

Еще одной особенностью данной операции явилось то обстоятельство,  что от иностранцев, пострадавших  от  рук  грабителей  -  мнимых "офицеров КГБ", - не поступило ни одного официального заявления или жалобы...

Между тем международный предолимпийский  фон  продолжал  накаляться. Вот как складывавшаяся вокруг Олимпиады-80 обстановка характеризовалась в записке отделов пропаганды и  внешнеполитической прапаганды  ЦК  КПСС "О враждебной кампании против летних Олимпийских игр 1980 года в Москве" к заседанию Секретариата ЦК 29  января 1980 г.:

"Президент США Картер,  используя как предлог оказание Советским Союзом помощи Афганистану,  выступил с требованием бойкота летних Олимпийских игр в Москве.  По этому вопросу конгресс США принял соответствующую резолюцию. Враждебная акция администрации США нашла на государственном уровне поддержку 9 правительств (Великобритании, Канады, Чили, Саудовская Аравия, Египет, Австралия, Новая Зеландия, Пакистан, Голландия).  Прямое давление Картера на НОК США  вынудило Национальный комитет  (НОК) этой страны принять решение просить МОК о переносе летней Олимпиады 1980 года в другое место,  отложить или отменить ее вообще.

Администрация Картера стремится также побудить  другие  страны поддержать идею бойкота. С соответствующими личными посланиями президент США обратился к главам правительств более ста стран.

Единственной организацией в олимпийском движении,  которая может принять решение об отмене Игр или их переносе,  является Международный олимпийский комитет.  До настоящего времени ни один из его 89 членов не высказался в поддержку предложения  Картера.  Большинство из них,  в том числе президент МОК Килланин, не видят никаких оснований для отмены или переноса Игр из Москвы.

С решительным  осуждением  нынешней  враждебной кампании администрации США выступил МОК,  руководители 21 международной спортивной федерации, национальные олимпийские комитеты подавляющего большинства стран,  в том числе и тех,  правительства которых  публично заявили о поддержке идеи Картера.  Правительство и НОК Франции первыми решительно высказались за участие в Московской Олимпиаде. Правительства ФРГ,  Японии  и  некоторых других стран занимают выжидательную позицию.

Вопрос о бойкоте предлагается обсудить  в  рамках НАТО и ЕЭС.

В прошлом принципиальная позиция МОК всегда  состояла  в  том, чтобы оберегать олимпийское движение от воздействия на него политических событий. Так было во времена разгула антисоветизма в связи с событиями в Венгрии в 1956 г.  (Олимпиада в Мельбурне), событиями в ЧССР в 1968 г. (Олимпиада в Мехико).

Западная печать  не исключает возможных санкций со стороны МОК в отношении США,  если они не прекратят попыток бойкотировать Олимпиаду в Москве.  Директор МОК Д.Берлю заявила,  что в случае,  если НОК США поддастся оказываемому на него нажиму и поддержит  кампанию по бойкоту Московской Олимпиады,  то МОК может аннулировать решение о проведении летних Олимпийских игр в Лос-Анжелесе в 1984 г.

Есть основания полагать,  что попытки срыва Олимпиады в Москве продолжатся и усилятся после завершения в феврале этого года зимних Олимпийских игр в Лейк-Плэсиде (США)...

Отделы ЦК  КПСС  считают  целесообразным  рекомендовать  нашим средствам массовой информации занимать выдержанную, спокойную позицию в вопросе о призывах к бойкоту  Московской  Олимпиады,  приводя высказывания противников   бойкота,   заявления   видных  спорстменов..."[3].

Если 4  января  президент США Джими Картер только высказывался за приостановление связей с СССР,  то после проведения  игр  зимней  Оолимпиады в американском Лейк-Плейссиде,  в апреле 1980 г.  он объявил о бойкоте США московской Олимпиады и призвал другие страны мира поддержать эту его демонстартивно-политическую акцию.

МОК,  кстати сказать, отреагировал на нее негативно, придерживаясь того мнения, что спорт не должен быть заложником политики.

Для выяснения мнения советских "диссидентов" о  предполагаемых шагах американского  правительства  в отношении СССР 22 января 1980 г. на квартире жены А.Д.Сахарова состоялось  "собрание",  участники которого высказались  в  поддержку  бойкота московской Олимпиады. Хотя даже многие зарубежные антисовесткие центры, например НТС и его руководитель А.Редлих, делавшие ставку на осуществление в этот период в Советском Союзе  собственных  акций,  возражали против целесообразности бойкота Олимпиады, но были вынуждены подчиниться диктату "заказчика музыки".

В последнем из четырех пространных обзорных спецсообщений  КГБ в ЦК  КПСС  по поводу обеспечения безопасности проведения Олимпиады подчеркивалось (N 902-А от 12 мая  1980 г.):

"... Особенно  активизировалась  эта враждебная деятельность в связи с беспрецедентной антиолимпийской кампанией,  развязанной администрацией Картера.  Отказ  США от участия в Играх XXII Олимпиады может подтолкнуть экстремистские элементы  к  совершению  подрывных акций на территории СССР.

С учетом имеющихся материалов о подрывных замыслах  противника Комитетом госбезопасности разработан и осуществляется комплекс мер, направленных на обеспечение безопасности Олимпийских игр, выявление и срыв готовящихся враждебных акций. Основное внимание уделено противодействию устремлениям противника.  Для этого, в частности, подготовлен альбом  с  установочными  данными  на  3  тысячи известных участников международных террористических организаций, который направлен всем заинтересованным органам КГБ,  на контрольно-пропускные пункты въезда иностранцев в  СССР,  а  также  органам  безопасности стран социалистического  содружества  с целью предотвращения въезда этих лиц в нашу страну.

Закрыт въезд в нашу страну 6 тысячам иностранцев, представляющим опасность с точки зрения  возможного  осуществления  враждебных акций во время Олимпиады. Работа по выявлению иностранцев указанной категории и закрытию им въезда в СССР продолжается....

Комитетом госбезопасности  организован  усиленный  контроль за лицами, подозреваемыми в совершении особо  опасных  государственных преступлений, а также пытавшимися незаконно приобрести  огнестрельное оружие, взрывчатые и отравляющие вещества, высказывавшими намерения совершить особо опасные  государственные  преступления.  Совместно  с  МВД  СССР усилен контроль за состоянием учета и хранения огнестрельного оружия,  взрывчатых, радиоактивных и отравляющих веществ, активизированы мероприятия по розыску похищенного оружия.

В целях предупреждения возможных дерзких антиобщественных проявлений со стороны душевнобольных лиц, вынашивающих агрессивные намерения, совместно с органами МВД и здравоохранения принимаются меры к превентивной изоляции таких лиц на период проведения  Олимпиады-80.

К числу основных мер  обеспечения  безопасности  участников  и гостей XXII Олимпийских игр относятся и такие, как...(и далее в документе приводились 6 направлений этой работы - О.Х.).

Кроме того, предусматриваются специальные меры охраны израильской делегации,  а также делегаций КНР,  Чили  и  некоторых  других стран, в случае их прибытия на Олимпийские игры.

В процессе разработки мероприятий по обеспечению  безопасности Игр XXII Олимпиады большое внимание уделено прогнозированию возможных чрезвычайных ситуаций и других нежелательных проявлений,  определены различные варианты действий по их предотвращению и локализации, подготовлены специальные оперативные  группы  для  действий  в случае возникновения такого рода ситуаций....

Комитет госбезопасности,  местные органы КГБ всю оперативную и организационную работу  по обеспечению безопасности в период подготовки и проведения Московской Олимпиады проводит  в  тесном  взаимодействии с  органами МВД СССР.  В целях практического руководства и координации оперативной деятельности созданы объединенные оперативные штабы  КГБ-МВД на всех олимпийских объектах.  Руководители объединенных штабов организуют и направляют работу по обеспечению  безопасности и общественного порядка на вверенных им объектах.

В интересах обеспечения безопасности во время Олимпийских  игр КГБ СССР  налажено взаимодействие с органами безопасности стран социалистического содружества. 7 - 10 апреля с.г. проведена (в рамках совещания по  борьбе с идеологической диверсией противника) рабочая встреча представителей органов безопасности НРБ,  ВНР,  ГДР,  ЧССР, СРВ, МНР и Республики Куба на уровне заместителей министров, в ходе которой обсуждены практические вопросы,  связанные  с  обеспечением безопасности на завершающей стадии подготовки и во время проведения Московской Олимпиады.

С согласия  ЦК  КПСС,  по инициативе Комитета госбезопасности, МИД СССР сделаны соответствующие  обращения  к  руководителям  ряда арабских государств  с  просьбой  об оказании всемерного содействия нашей стране в проведении XXII Олимпийских игр в духе принципов гуманизма и  мира  между народами,  принятия необходимых мер для предотвращения въезда в Советский Союз лиц,  причастных к  террористическим и экстремистским организациям.

Одновременно КГБ СССР сделаны обращения к руководителям  органов безопасности некоторых развивающихся стран с просьбой о получении и передаче информации о подрывных замыслах  спецслужб  империалистических государств в отношении Московской Олимпиады.

Работа по выявлению и срыву враждебных планов противника,  совершенствованию системы мер безопасности в период подготовки и проведения Олимпиады-80 продолжается с учетом изменяющейся международной и оперативной обстановки в мире".

Понятно, что в свете изложенных обстоятельств, подразделениями КГБ  вскрывались  и  брались  на учет конкретные враждебные замыслы извне и внутри страны - к маю 1980 г.  на контроль по  въезду  было поставлено более 2 700 лиц, подозревавшихся в причастности к подготовке террористических и иных экстремистских акций.

В проверку были взяты более 400 человек, высказывавших намерение совершить террористические действия.

Мы не будем подробно раскрывать все меры по обеспечению  безопасности на состязаниях Олимпиады, отметив только что для участия в ней прибыли 5 283 участника, более 6 тысяч журналистов, сотни тысяч туристов, к  обслуживанию которых были привлечены 115 тысяч советских граждан. Непосредственно к обеспечению безопасности москвичей и гостей столицы  были привлечены около 15 тысяч сотрудников правоохранительных органов, в том числе и чекистов.

Накануне открытия  Олимпиады МВД также пошло на экстраординарные меры.  В одно июльское утро  оперативники  МУРа  задержали  все двадцать известных  "воров  в законе" и криминальных "авторитетов", которые на автобусах были доставлены на Огарева, 6 в здание ... МВД СССР.

Здесь перед ними выступили министр Н.А.Щелоков и его первый  заместитель Ю.М.Чурбанов, высказавшие требование "избавить столицу от нежелательных эксцессов в период Олимпиады". Подобные пожелания официальных лиц были  встречены присутствовавшими «с полным пониманием сути текущего момента».

Несмотря  на многочисленные упреки зарубежных СМИ в "недемократическом характере" "зачистки" Москвы накануне Олимпиады, шеф полиции Мюнхена  настойчиво рекомендовал члену Оперативного штаба КГБ

по обеспечению безопасности ее проведения  Ф.Д.Бобкову  "не  поддаваться давлению  прессы"  и  предпринимать все необходимые меры для предотвращения нежелательных эксцессов.

          А накануне открытия Олимпиады в США появился бестселлер "Москва - 1980", в котором вновь смаковались возможные кровпролитные акции в столице Олимпиады….

          Вместо ожидавшихся 18 тысяч туристов из США в  Москву на Олимпиаду  приехали  лишь чуть более тысячи американцев.

          В связи  с  неучастием  в московских играх ряда команд - всего в них приняла участие 81 иностранная спортивная делегация,  что на  11  стран  меньше предыдущей монреальской Олимпиады, - в последующие годы и в нашей стране, и за рубежом немало говорилось о якобы "незаслуженной" победе  советской  сборной  на  этих состязаниях в неофициальном "командном зачете".

          Но вряд ли для этого есть основания, поскольку и на двух предыдущих Олимпиадах  - 1972 г.  в Мюнхене и 1976 г.  в Монреале именно советские спортсмены становились лидерами.

          Всего же  с 1956 по 2004 год советская, а затем российская сборная становилась победителем 7 раз - а сборная стран СНГ стала им и на XXV Олимпийских играх в Барселоне,  - в то время как американская сборная, вышедшая на первое место по количеству  завоеванных  медалей  в  1984  г.  в Лос-Анжелесе  в  условиях отсутствия спорсменов из социалистических стран, добивалась такого успеха лишь 5 раз.

          ... в  один  из  предпоследних  Олимпийских вечеров освещавшие состязания спортивные журналисты решили выяснить,  какая же из  команд показала себя в Москве наилучшим образом?

          Но все из них согласились с тем,  что лучшей на Олимпиаде стала  "команда Андропова", под которой всеми присутствовавшими понимались те сотрудники правоохранительных органов,  что  обеспечивали  безопасность спорсменов и гостей Москвы, Киева, Минска и Таллина.

          И это еще один факт безусловного  международного  признания  и оценки Юрия Владимировича Андропова на посту председателя КГБ.

На заседании Секретариата ЦК КПСС 12 августа 1980 г.  с  удовлетворением отмечалось,  что  "…Московская Олимпиада явилась большим морально-политическим успехом Советского Союза. Подготовка и проведение Олимпийских  игр  -  крупная  внешнеполитическая  акция нашей страны в борьбе за продолжение разрядки в мире….

Успешное проведение Игр нанесло серьезный удар по амбициям администрации США,  пытавшейся ради нагнетания международной напряженности сорвать Олимпиаду в Москве,  развалить международное олимпийское движение.

Важным политическим  итогом борьбы вокруг Московской Олимпиады является тот факт,  что большинство западных европейских  стран  - союзников США  по  НАТО,  вопреки грубому нажиму американской администрации, направили на Игры  представительные  спортивные  делегации...".

Кто знает,  какой именно вклад в достижение  этих  результатов внесли члены незримой "команды Андропова"?


‹ То самое, 5-е Управление. Вверх Из истории борьбы с терроризмом в СССР. ›

Из истории борьбы с терроризмом в СССР.

Складывается впечатление,   небезосновательно  писал  недавно бывший первый заместитель председателя КГБ  СССР  Филипп  Денисович Бобков,  что террор, терроризм растет параллельно с развитием мировой цивилизации, если даже не опережает его[1].

Наибольшего распространения террористические воззрения и доктрины получили с середины XIX века. Причем это "вселенское" увлекающее заблуждение не обошло и Россию, где приверженность "террористической борьбе" пустила немалые корни, о чем мы уже писали ранее[2].

Новая вспышка политически мотивированного насилия,  терроризма произошла в России после Октябрьской революции 1917 г.,  а затем  в 30-е годы[3]. На борьбу с террористическими проявлениями были направлены советские органы государственной безопасности.

После окончания Великой Отечественной войны для борьбы с  терроризмом  в структуре нового  министерства государственной безопасности (МГБ) в 1946 г. был образован специальный отдел "Т" («борьба с террором»).

Все подразделения МГБ,  получавшие соответствующую информацию о наличии террористических замыслов или намерений, должны были передавать ее в этот отдел,  который определял дальнейший ход расследования - принимался за него самостоятельно,  или давал по нему указания подразделению, первым получившим исходные данные.

Немалое количество дел и сигналов,  а  также  террористических акций в  конце 40-х - начале 50-х годов приходилось на западные районы Украины и Белоруссии,  а также республики Прибалтики, где сохранились и  продолжали  действовать  националистические  подполья и связанные с  ним  "повстанческие"  группы   "сопротивления" ("лесных братьев").

Нередко "акции" "групп сопротивления" принимали характер бое- столкновений с милицией и гарнизонами РККА,  в ходе которых гибли мирные жители,  включая детей, женщин и стариков.  Поскольку некоторые из указанных "повстанческих групп" имели связи со спецслужбами иностранных государств  - в первую  очередь Великобритании,  работа на этом направлении контрразведывательной деятельности  направлялась  отделом  2-Н  Второго главного управления МГБ СССР.

После образования в марте 1954 г. Комитета государственной безопасности при Совете министров СССР этот отдел стал 2-м отделом 4 управления.

Позже, при реорганизации структуры КГБ в феврале 1960 г.  штат и функции этого отдела,  как и иных подразделений управления,  были переданы

во 2 Главное управление.

         Задача борьбы с возможными террористическими проявлениями была поставлена перед всеми подразделениями органов КГБ, но единого учетно-координационного органа по организации  противодействия терроризму в центральном аппарате Комитета не стало.

Эти реорганизации  свидетельствуют  о  том,  что  количество и масштаб проявлений был незначителен (бывали правда, отдельные факты попыток покушений  на выборных партийных работников,  председателей колхозов и сельсоветов,  других местных  номенклатурных  "государственных или общественных деятелей, представителей власти", что первоначально могло квалифицироваться как "террористический акт",  однако впоследствии при исследовании  субъективной стороны  этих деяний они,  как правило, получали иную уголовно-правовую квалификацию), и что это направление оперативной работы органов КГБ отходило на задний план.

Общей установкой в плане противодействия террористическим проявлениям являлась  организация  работы по недопущению хищения и розыск похищенного  оружия  и боеприпасов,  их незаконного оборота на территории СССР,  которая ставилась перед всеми подразделениями органов КГБ.

Одной из первых акций террора после создания КГБ стал расстрел присутствовавших на  праздничной трибуне  на  демонстрации в Архангельске 1 мая 1955 г.

Еще одним бессмысленным кровопролитным актом драмы стала бойня, учиненная 8 сентября 1968 г. двумя дезертирами на железнодорожном вокзале в Курске, в результате которой погибли 8 человек, включая 4 заложников.

В тот же день «Радио «Свобода» сообщила, что якобы эта преступная акция является «восстанием несогласных с вводом войск Варшавского Договора в Чехословакию».

Следующей и получившей значительную огласку акцией терроризма стал обстрел В.Ильиным кортежа автомашин с космонавтами в декабре 1968 г. у Боровицких ворот Кремля[4].

Однако еще  до  этого трагического происшествия,  в результате которого погиб водитель автомашины,  в системе КГБ в его 5-м управлении  в июле 1967 г. был образован 5-й отдел,  на который возлагалась функция предупреждения и пресечения террористических акций и намерений.

При этом руководство КГБ исходило из того, что подобные жестокие бездумные акции преступников могут являться следствие иностранного идеологического воздействия на социальные группы и отдельных граждан,  вовлеченных в разного рода негативные социальные процессы.

На наш  взгляд,  следует  отметить,  что именно на этот период времени середины 60-х годов прошлого века приходится и активизация  террористической  деятельности за  рубежом  различных террористических организаций (ЭТА в Испании, "Красных бригад" в Италии,  "Фракции Красной армии" в ФРГ, КАЯ в Японии,  "Аксиьон директ" во Франции,  ИРА в Великобритании и тому подобных),  пример и демагогические призывы и воззвания  которых, по оценкам чекистов,  могли вызвать "подражательность" и в нашей стране.

Что свидетельствовало как о значительной интернационализации всех социально-политических процессов в мире, так и о необходимости их учета в интересах обеспечения национальной и государственной безопасности страны.

Лишь через тридцать с небольшим лет это объективно существовавшее и существующее явление получило название "процесса  глобализации",  и доныне вызывающего немало тревог, волнений и споров.

Отметим, однако,  что уже тогда Ю.В.Андроповым  была  осознана эта всепланетарная зависимость и взаимосвязь Советского Союза со всем миром.

И, к сожалению, подобные неблагоприятные прогнозы начинали оправдываться.

3 июня 1969 г. вооруженной группой из трех антисоветски настроенных жителей Ленинграда был захвачен самолет "Ил-14",  совершавший внутренний рейс по маршруту Ленинград – Таллин (о данном факте в советской печати в то время не сообщалось, поскольку теракция была быстро пресечена силами самого экипажа самолета. Все четыре члена экипажа были награждены орденами Красного Знамени и Красной Звезды).

15 июня 1970 органами КГБ в ленинградском аэропорту  "Пулково" была пресечена подготовленная при участии израильских спецслужб акция по вооруженному захвату и угону за границу пассажирского  самолета[5].

Подчеркнем, что, на наш взгляд, обращению к терроризму во  всем  многообразии  его деятельностно-криминальных проявлений,  предшествуют  глубокие  духовно-нравственные и  психологические  трансформации личности,  что необходимо учитывать для организации  эффективной  системы  противодействия  и криминологической профилактики терроризма.

При образовании 5 управления согласно приказу председателя КГБ от 25 июля 1967 г. N 0096 на его 5 отдел были возложены задачи:

- оказания практической помощи местным органам КГБ по предотвращению массовых антиобщественных проявлений;

- розыск  авторов  анонимных антисоветских документов - листовок,  "воззваний", "обращений", инструкций и т.п., - содержащих угрозы или призывы к совершению государственных преступлений, насильственных противоправных действий;

- проверка и организация работы по сигналам о вынашивании террористических намерений.

По поводу  розыска  авторов анонимных документов,  содержавших угрозы осуществления террористических действий, Ф.Д.Бобков отмечал, что, как показывал опыт, к ним следовало относиться серьезно, поскольку нередко их исполнители извещали о своих намерениях рассылкой анонимных  требований или ультиматумов. С рассылки анонимных угроз начал В.Ильин, в декабре 1968 г.  осуществивший покушение на кортеж Л.И.Брежнева.  С этого же  начал  и А.Шмонов,  стрелявший в М.С.Горбачева на Красной площади 7 ноября 1990 г.[6].

Организация работы  по  сигналам  о возможных террористических действиях со стороны иностранных граждан по-прежнему оставалась  за ВГУ КГБ (в конце 70-х годов она была возложена на 11 отдел, который нередко осуществлял оперативные мероприятия совместно с 7 отделом 5 управления).

Позднее, в августе 1969 г. на базе "антитеррористического" отделения 5 отдела был образован самостоятельный 7 отдел, функции которого были определены как "выявление и проверка лиц,  вынашивающих намерение применить взрывчатые вещества и взрывные устройства в антисоветских целях"[7].

В его составе имелось отделение по розыску  авторов  анонимных документов,  содержавших  угрозы осуществления террористических акций, отделение проведения непосредсвенного противодействия реализации преступных замыслов,  а также контроля за организацией этой работы в территориальных управлениях и отделах органов КГБ.

В 7 отделе  5 Управления сосредотачивалась вся база  данных,  поступавших  в органы КГБ  по различным каналам,  касавшихся террористических настроений, намерений и действий.  Хотя,  справедливости ради следует  сказать, что объем  его работы не идет ни в какое сравнение с тем валом террористических угроз, который пришелся на Россию с 1992 г.

В 70-е годы, по-видимому, не без влияния сообщений отечественных и зарубежных СМИ, стал меняться характер террористических покушений: участились попытки вооруженных захватов и угона за рубеж самолетов, вместо  огнестрельного  оружия  все  чаще  стали  появляться взрывные устройства.

Переходя к тактике применения "слепого",  то есть деперсонифицированного, "безадресного" терроризма, его организаторы и исполнители рассчитывали вызвать панику, страх среди населения, недовольство политикой и действиями органов власти.

Так, в 1972 г. три взрыва были организованы в городах Грузии - Сухуми, Тбилиси и Кутаиси, - их организатор, некто Жвания впоследствии был розыскан и привлечен к  ответственности.  В  том  же  году взрыв также был организван в Баку (Азербайджанская СССР).

Органами КГБ  проверялись  также версии возможной причастности зарубежных спецслужб и антисоветских организаций,  в том числе связанных с  разведками эмигрантских организаций, к террористическим акциям на территории нашей страны - косвенная связь с одной из них группы некоего Затикяна впоследствии была  установлена следствием.

Также со спецслужбами была установлена связь преступной группы, готовившей в 1970 г.  захват пассажирского самолета в аэропорту  в Ленинграде(группа Э.Кузнецова и  Э.Дымшица).

И для подобных подозрений имелись необходимые оперативные данные.

Это и ставшие  ныне достоянием гласности многочисленные  факты  причастности ЦРУ, СИС и разведывательных служб других государств к международному терроризму, не исключая подготовку, обучение, вооружение банд «моджахедов» («воинов Аллаха») в Афганистане. Одним из таких перспективных агентов ЦРУ являлся молодой саудит бин Ладен, ставший ныне «террористом  № 1» Усамой бин Ладеном.

В тогда же, в 70-80-е годы прошлого века, "свободная" зарубежная пресса предпочитала  не распространяться на эти темы.

"Террористические операции  для  воздействия  на  общественное мнение являются для ЦРУ обычным делом",  писал уже в 2003 г. бывший министр ФРГ А. фон Бюлов, курировавший в Бундестаге (парламенте) деятельность западногерманской разведки,  и.  соответственно,  хорошо осведомленный в этих вопросах в книге "ЦРУ и 11 сентября.  Международный терроризм и роль секретных служб"[8].

Позднее, западной  общественности стали известны факты и участия сотрудников ЦРУ не только в сокрытии  информации  о  подготовке покушения, но  и в убийстве премьер-министра Испании Карлоса Бланко в марте 1975 г.  в Мадриде,  и о нахождении агента ЦРУ  в  "Красных бригадах" в Италии,  осуществивших похищение и убийство премьер-министра А.Моро в 1975 г..  Имеются и другие многочисленные  факты  и свидетельства участия  западных спецслужб,  в том числе Израиля,  в осуществлении террористической деятельности[9].

Не говоря уже об участии сотрудников ЦРУ США и СИС  Великобритании, спецслужб  других государств в подготовке и обучении афганских "муджахетдинов",  в организации и планировании  совершения  ими

диверсионо-террористических акций   против   контингента  советских войск в Демократической республике Афганистан.

Как впоследствии признавался один из "свежеиспеченных" американских экспертов в области контртеррористической борьбы Марк Сейджмен, в 1987 - 1989 годах в Исламабаде (Пакистан), он непосредственно занимался  подготовкой,  обучением  и  обеспечением деятельности исламистских боевиков, и по его словам "на протяжении этого времени под моим крылом были многие командиры моджахедов"[10].

К внешним источникам террористической угрозы мы еще  вернемся, теперь же  отметим,  что  наибольшую известность в то время в СССР, помимо случаев захвата самолетов в 1970 г. в Батуми[11] и в 1983 г. в г.Тбилиси,  приобрела серия взрывов, осуществленная на улицах и в метро Москвы группой Затикяна в субботу 8 января 1977 года. [12].

Хотя имели место случаи взрывов и в других  городах  -  Свердловске, Москве,  -  в  результате которых даже имелись человеческие жертвы, хотя,  как оказалось в результате расследований,  они и  не имели характера терроризма.

Так, 8 августа 1980 г. в поселке Чолпон-Ата невдалеке от Фрунзе  (ныне г.Бишкек, Киргизия),  был убит председатель  Совета  министров этой республики  С.Ш.Ибраимов, что первоначально также было квалифицировано как "террористический акт" (в действительности же, как установило следствие,  он  стал  жертвой психически больного человека).

11 сентября   1973  г.  террорист-смертник  осуществил  подрыв взрывного устройства у мавзолея В.И.Ленина на Красной площади.

Наибольшее количество  сигналов  о террористических намерениях появилось в предверии проведения летом 1980 г. в Москве XXII летних Олимпийских игр.

Например, накануне Олимпиады,  с осени 1978 г. Управлением КГБ по  г.  Москве и Московской области усилено велся розыск "взрывника", подбрасывавшего взрывные устройства в Клину, Химках и других районах области.

Жертвой этого  террориста,  более  полугода терроризировавшего Подмосковье в канун предстоящей Олимпиады, стал один человек, а еще несколько были ранены.

Правды ради отмечу также, что в одной из книг Дж. Баррона этот террорист - не называю фамилию этого человека сознательно,  потому, что  его преступная деятельность была следствием психического заболевания, а у него есть семья,  дети,  - назван "безвинной  жертвой" советских органов госбезопасности...

Этого "подпольщика" искали около года.  А уходя в отпуск, начальник УКГБ по г.  Москве и  Московской  области  В.И.Алидин пожелал себе, что бы, по его возвращению, ему доложили об аресте этого неуловимого террориста.

И в первый же рабочий день 6 октября 1979 г.  остававшийся "на хозяйстве" его заместитель Юрий Михайлович Денисов  радостно  доложил:

- Товарищь генерал!  Ваше указание выполнено! Террорист розыскан! Арестован, изобличен полученными при обысках доказательствами, дает показания!...

В первом  пространном  спецсообщении в ЦК КПСС "О замыслах западных спецслужб и зарубежных антисоветских организаций в  связи  с "Олимпиадой - 80" от 16 июня 1978 г. председателем КГБ отмечалсоь:

"... от одного из наших источников получены  сведения  о  том, что в  ФРГ и ряде других капиталистических стран якобы ведется подготовка террористов для засылки в СССР в период Олимпиады в качестве туристов для совершения террористических актов".

Такого рода информация, безусловно, требовала самой тщательной проверки и соответствующего реагирования на потенциальные угрозы.

Помимо этого,  как вспоминал Ф.Д.Бобков,  задолго до  Олимпиады-80 почти одновременно вышли книги бывшего разведчика Роберта Вача в Англии и Джеймса Петтерсона в США,  в которых в  беллитристрической  форме  красочно  описывались как якобы совершенные во время Олимпийских игр в Москве террористические акции,  так и содержалось детальное "техническое описание" хода их подготовки. Фактически, по оценкам специалистов,  это был своеобразный инструктаж для потенциальных террористов. И что могло подтолкнуть экстремистски настроенных и психически неуравновешенных  лиц  на  совершение  аналогичных описываемым действий.

Разумеется, по этой информации  была  организована  тщательная проверка и устранение обстоятельств,  которые реально могли бы быть использованы злоумышленниками.

В период подготовки к проведению игр XXII летней  Олимпиады  в Москве и других городах,  работа по предотвращению террористстических действий складывалась из  выявления  экстремистски  настроенных лиц, планировавших посетить нашу страну, и предотвращению их въезда в СССР,  поиска и выявления возможных террористов среди  въезжающих иностранцев, работе по сигналам, в частности, о хищениях и пропажах оружия и боеприпасов, о вынашивавшихся враждебных намерениях.

Нередко ныне авторы,  пишущие о проблемах противодействия террористической угрозе в нашей стране,  указывают как на противостоящий ей фактор наличие "морально-политического единства новой  исторической общности людей - советского народа", существовавший  в 60-е - - 80-е годы прошлого века.

Отнюдь не сбрасывая со счетов этот весьма значимый социально-психологический фактор и феномен, наличие которого подтверждается многими эмпирическими социологическими исследованиями,  отметим только, что в тот период времени имелась и достаточно эффективно функционировала система административно-разрешительных режимов, которая оказалась первоначально деформированной, а впоследствии и полностью размытой в начале 90-х годов.

И ликвидация  этого заслона на пути потенциальных преступников неминуемо привела к "обвалу",  а в действительности - к невиданному ранее росту  преступных  посягательств на права граждан,  в том числе на первое среди них - на право на жизнь.

Впрочем, с  особенностями современной криминогенной ситуации в России,  читатели хорошо знакомы по собственному опыту.

А в августе 1985 г.  к осуществлению террористических действий во время  проведения  в  Москве международного фестиваля молодежи и студентов готовились афганские моджахеды,  за год до  его  открытия заброшенные и легализовавшиеся в СССР.

С середины 80-х годов, в связи с изменениями социально-политической и оперативной обстановки  в  стране  и  мире,  количество сигналов и дел с террористической окраской стало возрастать.

Здесь же необходимо отметить,  что как впервые признал  в  интервью, опубликованном 26 октября 1989 г.  газетой "Известия", тогдашний председатель КГБ СССР В.А.Крючков,  в 70-е - 80-е годы органами госбезопасности  были  выявлены  и профилактированы свыше 1 500 человек, вынашивавших террористические намерения.

Занимались также  органы КГБ розыском и выдворением с территории СССР иностранцев,  подозревавшихся в причастности к террористической деятельности.

В отчете  КГБ  об  итогах оперативно-служебной деятельности за 1989 г. сообщалось, что в течение года взяты под контроль в связи с высказыванием террористических намерений 130 граждан СССР, пресечены три попытки захвата пассажирских самолетов, контролировалось поведение 140 граждан, высказывавших намерения по захвату самолетов.

Не был допущен въезд в СССР 384 иностранцев, являвшихся членами международных террористических организаций. На основе полученной информации были поставлены на контроль по въезду еще 899  иностранных граждан....

По поводу  установления и розыска  авторов анонимных документов,  содержавших угрозы осуществления теракций, Ф.Д.Бобков отмечал, что, как показывал опыт, к ним следовало относиться серьезно, поскольку нередко их исполнители извещали о своих намерениях рассылкой анонимных  требований или ультиматумов. С рассылки анонимных угроз начина В.Ильин, в декабре 1968 г.  осуществивший покушение на кортеж Л.И.Брежнева.  С этого же  начал  и А.Шмонов,  стрелявший в М.С.Горбачева на Красной площади 7 ноября 1990 г.[13].

В заключение  представляется необходимым назвать руководителей   контртеррористического подразделения 5 Управления КГБ СССР, благодаря

выдержке   и мастерству которых многие годы советские люди жили не зная страха, не опасаясь за жизнь и безопасность своих родных и близких.

     Его последовательно возглавляли полковники:

- Чириков Лев Николаевич - впоследствии  генерал-майор,  возглавлявший КГБ  Башкирской  АССР и ставший заместителем начальника 5 управления  КГБ СССР (в июле - августе 1980 г.  он руководил Службой безопасности Олимпийской деревни на Юго-Западе Москвы);

- генерал-майор Звезденков Валентин Владимирович (впоследствии -первый  заместитель председателя КГБ Литовской ССР);

- генерал-лейтенант Головин Владимир Александрович  (председатель КГБ  Узбекской  ССР);

- Зязин Евгений Дмитриевич, ветеран Великой Отечественной войны, кавалер Ордена Славы[14].

Приобретенный под их руководством бесценный, буквально наработанный потом и кровью, опыт противодействия террористическим проявлениям востребован сотрудниками органов государственной безопасности многих  государств мира и сегодня.

И об этом не стоит забывать, оглядываясь на наше относительно недавнее прошлое.



На переломе эпох: КГБ СССР в годы перестройки.

1985-1991 годы вошли в историю нашей страны под названием "перестройки".  Объективно они стали последними  годами существования Советского Союза, а также КГБ СССР.

В этой  связи  понятен значительный  интерес к работе органов государственной  безопасности именно в этот период времени в  стремительно изменявшихся внутриполитических и международных условиях.

В уже упоминавшейся ранее статье в главном теоретическом  органе  ЦК КПСС журнале  "Коммунист" на заре перестройки, в  июне  1985г.  председатель  КГБ  СССР В.М.Чебриков подчеркивал,  что "острие  деятельности  органов  госбезопасности направлено против внешней опасности, против враждебных планов и замыслов империализма, разведывательно-подрывных  акций  его специальных служб и зарубежных антисоветских центров". Также он отмечал,  что, в соответствии со статьей 32 Конституции СССР (1977 г.),  "разрабатывается и осуществляется  общегосударственная система защитных мер организационно-политического, правового,  воспитательного и иного характера,  направленных на ограждение Советского государства и общества от подрывной деятельности империализма".

Под мерами "иного  характера"  понимались  контрразведывательные действия органов КГБ,  ныне получившие официальное название оперативно-розыскной и контрразведывательной деятельности.

В этой программной статье  подчеркивалось, что "в Комитете разработана и последовательно осуществляется долгосрочная научно обоснованная  программа действий  по  защите  советского  государственного  и общественного строя от разведывательно-подрывной деятельности противника".

Такая программа  действительно  существовала,  но,  в условиях последующей утраты ясных ориентиров социально-экономического и  политического развития  общества,  страны  она  сначала начала давать сбои, а в последствии оказалась и вовсе ненужной и неактуальной,  в чем, однако,  по  нашему  мнению,  заключается крупная политическая ошибка руководителей СССР, приведшая в конечном итоге к распаду великого государства.

А ныне нередко приходится слышать именно об отсутствии  научно обоснованной стратегии  и  программы  защиты безопасности личности, общества и государства,  что самым неблагоприятным образом сказывается на  эффективности деятельности как российских органов безопасности (ФСБ), так и всей правоохранительной системы России.

Касаясь непосредственных условий политической обстановки и работы КГБ его председатель отмечал,  что "активизируя разведывательно-подрывную деятельность своих спецслужб против стран  социализма, всех прогрессивных  сил,  империалистические  государства стремятся придать ей тотальный характер. В этих целях они используют разнообразные методы, весь арсенал средств "тайной войны", начиная с прикрытых "фиговым листком" филантропии... и кончая откровенно диверсионными с широким участием платных наемных убийц,  проведением политики государственного терроризма".

Теперь, с учетом информации, ставшей доступной в последние годы о содержании и характере деятельности зарубежных спецслужб против СССР и Демократической Республики Афганистан (ДРА) в частности, становится понятным, что слова председателя КГБ отражали суровую реальность глобального геополитического противоборства, навязанного нашей стране ее политическими противниками. И эти мои слова нельзя расценивать как «не политкорректные», ибо администрация США Р.Рейгана официциально сформулировала своей целью «сокрушение «империи зла», как именовался Советский Союз и его союзники.

В статье В.М.Чебриковым подчеркивалось,  что попытки иностранных спецслужб и  зарубежных центров по установлению "конспиративных связей с враждебными элементами в целях подталкивания их к антигосударственной  деятельности и т.д.,  представляют собой преступные действия,  ответственность за которые предусмотрена нашим  уголовным  законодательством. Эти  действия  неправомерны  и  с  точки зрения международного права"[1].

Одной из ключевых международных проблем середины  80-х годов прошлого века являлось развитие ситуации в Афганистане. Причем, помимо действовавших с советской стороны МИДа, министерства обороны и ГРУ, в развивавшийся здесь  конфликт напрямую были вовлечены также  внешнеполитические ведомства и специальные службы Пакистана, Ирана,   США, Великобритании, Королевства Саудовской Аравии(КСА), Объединенных Арабских эмиратов(ОАЭ) и Китая...

В ходе проводившихся ОКСВА разведывательных и военных операций в Афганистане,  к 1985 г.,  отмечает в своей недавно вышедшей книге "Против всех  врагов"  бывший советник президента США Ричард Кларк, аналитики возглавлявшейся им группы "со все  большим  беспокойством отмечали, что ситуация изменилась в пользу Москвы".

И это  потребовало  активизации помощи формированиям афганских "моджахедов". Что нашло  свое выражение как в общем увеличении объема поставок вооружения "моджахедам",  так и в его  качественном  улучшении, включая передачу секретных американских переносных зенитно-ракетных комплексов "Стингер", и использования для наведения на цели ракет класса  "земля-земля"  американской  спутниковой  навигационной системы "GLOSNAR"[2].

Как отмечал бывший резидент ЦРУ в Пакистане Майкл Бирден,  непосредственно в 1986-1989 годы "курировавший" все операции в регионе против ДРА, годовой объем передававшейся "повстанцам" помощи достигал 60 тысяч тонн(!), для переброски которой в Афганистан использовалось более 300 наземных маршрутов.

При этом ЦРУ и СИС в проведении операций против ДРА работали в тесном контакте с МРУ (Межведомственным разведывательным управлением) Пакистана. "Главное условие, которое пакистанцы поставили перед нами, - откровенничал в  интервью  российскому  журналисту  Марк Сейджмен,  в 1987-1989 гг. являвшийся резидентом ЦРУ в Исламабаде,  - это чтобы вся помощь шла через них, потому что они не хотели дестабилизации.... Прямые контакты с моджахедами поддерживали пакистанские спецслужбы, и  до 1986 г. мы почти  не были вовлечены в войну...".

Отметим, что здесь Сейджмен, откровенно называет операции ЦРУ в регионе войной, войной против афганского правительства и ОКСВА.

Но, подобно многим своим коллегам, он лукавил, заявляя, что "никакого центрального штаба ЦРУ в Пакистане не было,  что контактами с моджахедами и их подготовкой занимались  пакистанцы"[3].

Это  его  утверждение  опровергает в своих мемуарах как бывший резидент ЦРУ М.Бирден, так и  высокопоставленный сотрудник администрации

США, отвечавший за «афганские операции»  Й.Бодански[4].

Также к  этому периоду времени относятся попытки исламских "муджехетдинов" установить контакты с населением Среднеазиатских  республик СССР и перенести подрывную деятельность против светских властей на их территорию. Эти операции также «курировались» МРУ Пакистана. По крайней мере, в одном случае, им это удалось.

В силу  целого ряда причин,  о которых будет сказано далее,  в советском обществе в конце 80-х годов прошлого века сложилось  неадекватное представление об истории,  назначении и деятельности отечественных органов государственной безопасности,  что находило свое отражение как непосредственно в выступлениях руководителей КГБ, так и в задававшихся им вопросах.

Для объективного освещения всего круга вопросов обеспечения государственной безопасности,  как тогда именовалась национальная безопасность СССР,  руководством Комитета госбезопасности было принято решение более активно информировать население  страны о деятельности КГБ, разъясняя  как  особенности современного положения в стране и в мире, так и задачи и вклад органов безопасности в решение встававших перед  государством разнообразных проблем.

Как отмечалось в редакционном предисловии к сборнику "КГБ лицом к народу",  содержание и сущность деятельности органов безопасности в условиях перестройки активно  обсуждались не только в  чекистских  коллективах, - и это сущая правда,  свидетельствую об этом как очевидец и современник, - так и народными депутатами,  органами исполнительной власти, представителями различных общественных организаций и СМИ[5].

Этот сборник был подготовлен в целях объективного информирования народных депутатов СССР по всему комплексу вопросов деятельности органов КГБ, а затем планировалось его издание массовым тиражом. Последнему проекту осуществиться было  не  суждено.  Вследствие его малого тиража в 1 тысячу экземпляров и адресного характера издания, этот сборник, ставший ныне библиографической редкостью, и сегодня является  для  историков ценным источником информации о деятельности органов КГБ в 1985-1991 годы.

Многие вошедшие в сборник выступления последнего председателя КГБ В.А.Крючкова в 2006 г. были опубликованы в его книге «Без срока давности».

Следует сказать также и о той информационно-пропагандистской атаке,  которой органы госбезопасности СССР подверглись  в конце 80-х годов[6].

В ходе  развернутой с 1987 г.  пропагандистской кампании органы КГБ сознательно и целенаправленно,  но, как мы показали, безосновательно, отждествлялись со своими предшественниками -  НКВД  и  МГБ, политическая и правовая оценка деятельности которых была уже давно дана.

В то же время в информационной атаке на КГБ явно и целенаправленно

игнорировались все правовые нормы,  регламентировавшие его  деятельность, грубо и целенаправлено искажались факты, возрождались и создавались  новые  пропагандистские  мифы,   призванные дискредитировать деятельность чекистов.

Начало этой ныне забытой странице эпохи  перестройки  положила крупная информационно-пропагандистская кампания,  задуманная и направлявшаяся  с Запада,  сущность и содержание которой в полной мере раскрывает лозунг,  под которым  она  проводилась:  "Превратим  год празднования 70-летия Октябрьской революции в год 50-летия «большого террора» 1937 года!".

В ходе нее активно использовались опубликованные  за  границей материалы, в  том  числе  и  перебежчиков из КГБ и ГРУ (Г.Агабекова, О.Гордиевского, В.Резуна и др.), а также известного тесными связями с ФБР США издателя "Ридерз дайжеста" Джона Д.Баррона,  выпустившего в 1974 г.  книгу "КГБ:  секретная работа секретных советских  агентов" (в России издана в начале 90-х годов).

Тогда же  известность  в  нашей  стране получила книга Роберта Конквеста "Большой террор",  появившаяся на западе в конце 70-х годов и переизданная в России в конце 80-х годов.

Именно эти  весьма  фундаментальные  работы  стали основой для многочисленных публикаций в  отечественной  прессе,  "разоблачавших происки госбезопасности".

Следует однако подчеркнуть, что книга Д.Баррона являлась зеркальным отображением работы известного историка  из  ГДР  Юлиуса Мадера "Whu is Whu in CIA?" ("Кто есть кто в ЦРУ?"),  изданной более чем на десять лет ранее,

Хорошо известной на Западе, но не публиковавшейся в Советском Союзе.

Для правильного  понимания масштабов и интенсивности проводившейся информационно-пропагандистской  кампании,   направленной   на дискредитацию органов КГБ, необходимо отметить и тот факт, что в тот период  времени значительно возросли тиражи и популярность так называемых "центральных», издававшихся в Москве газет и журналов, которые распространялись по всей стране, в связи с чем их возможности по оказанию заданного эмоционально-психологического  воздействия на читательскую аудиторию также существенно возросли. Тоже касается и передач радио и телевидения.

Чтобы не быть голословным, приведем пример "профессионального становления" одного из "независимых экспертов" по отечественным спецслужбам.

После опубликования  на рубеже 90-х годов в "Московских новостях" серии статей о КГБ, основанных на упомянутой книге Дж.Баррона, корреспондент Е.М.  Альбац  была приглашена на шестимесячную стажировку в  США одним из влиятельных изданий этой страны.  А вернулась она оттуда уже со статусом "эксперта" по вопросам  деятельности  советских спецслужб.

О своем  негативном  отношении к органам государственной безопасности, а также ко всему комплексу проблем обеспечения национальной  безопасности,  откровенно  писали впоследствии многие активные деятели периода перестройки. Так К.Н. Боровой в своей книге "Путь к свободе" прямо указывал, что "нашей целью была ликвидация КГБ".

Эту политическую  установку впоследствии реализовал В.В.Бакатин,  в своих мемуарах "Избавление от КГБ"  признававший,  что  целью его деятельности являлось "изживание чекизма".

Необходимо отметить,  что направляя удар в первую очередь против некоторых сторон деятельности исторических предшественников  КГБ, все эти «разоблачители» в действительности  наносили удар не только по государственной,  но и по национальной безопасности страны, национальным интересам Советского Союза, Российской  Федерации.

Что со всей очевидностью непредвзятым людям станет понятно через несколько лет. Как  отмечал  по  этому поводу известный философ А.А.Зиновьев, "они целились в коммунизм, а попали в Россию".

Завершая краткий обзор "информационно-пропагандистской атаки на госбезопасность",  нельзя  не упомянуть  и  о провокаторской деятельности некоторых отщепенцев из КГБ, главное место среди которых, бесспорно, принадлежит разжалованному генералу О.Д. Калугину.

Вот что о нем писали американские авторы Норман Полмер и Томас Б. Аллен:  в 1988-1989 годы,  выйдя в отставку,  "он на всю  страну клеймил КГБ как "сталинистскую организацию". В сентябре 1990 г. Калугин избирается в парламент депутатом от  Краснодарского  края.... После  провала  переворота (21 августа 1991 г.-О.Х.),  Калугин стал советником у председателя КГБ В.Бакатина.... Получив, наконец, полную  возможность  открыто высказывать свое мнение,  Калугин заявил, что в будущем КГБ не будет брать на себя "политических" функций. До сих пор Калугин упорно продолжает выступать (как в России,  так и в Соединенных Штатах),  за  более  строгий  контроль  за  российскими спецслужбами". В 1992 г.,  получив вид на жительство в США, Калугин опубликовал свою очередную книгу "Сжигая мосты"[7].

Однако, как бы не показалось это парадоксальным, ныне этот экс-генерал КГБ активно подвязался на ниве воспитания "американского патриотизма", выполняя ту же функцию,  что в 60-е годы  прошлого  века выполнял другой перебезчик из КГБ майор А.Голицин.

Калугин активно выступает в мероприятиях проводимой ежегодно с 1986 г.  "недели национальной разведки", служащей делу воспитания у населения уважения к отечественным спецслужбам и привлечения его  к оказанию им помощи. Эти мероприятия, по мнению администрации, нужны для того, чтобы "американский народ осознал, что разведка действует на передовой линии обороны США и что эффективность разведывательных возможностей страны составляет жизненно важный ресурс  безопасности и процветания Соединенных Штатов".

Раздававшиеся в то время трезвые голоса тонули в мощном  пропагандистском хоре атаки на органы госбезопасности.

Практически неуслышаными остались и слова известного  "диссидента" и правозащитника А.Д.  Сахарова о том, что при всей неоднозначности роли органов госбезопасности в истории нашего  государства, "именно КГБ оказался, благодаря своей элитарности, почти единственной силой,  не  затронутой  коррупцией  и  поэтому  противостоящей  мафии"[8].

В 1989 году автору этих строк довелось принять участие в  проведении контент-анализа  ряда публикаций центральных и региональных изданий - всего около 900 статей, по вопросам освещения деятельности  органов  госбезопасности на различных этапах их существования.      По принятой в такого рода исследованиях  классификации,  около 70%  анализировавшихся публикаций имели ярко выраженный негативный, "разоблачительный" характер в отношении деятельности органов госбезопасности,  причем в основном они касались периода 30-х - 50-х годов.  20% составляли "нейтральные" публикации  и около  10% - "позитивные" материалы о современной деятельности органов КГБ.  Последние, как правило, были подготовлены при участии подразделений общественных связей  органов КГБ СССР.

Естественно, что подобные диспропорции в информационном  потоке, в сочетании с его интенсивностью и тиражами, не могли не сказываться на формировавшихся у читательской аудитории  представлениях  и отношении  к органам КГБ, на чем подробнее мы остановимся далее.

Нельзя также не отметить,  что в тот период времени большое значение для правдивого и объективного освещения деятельности  органов  безопасности имели принятие и реализация решения Коллегии КГБ от 21 апреля 1989 г. "О развитии гласности в деятельности органов и  войск  КГБ  СССР" .

Немалый вклад в расширение связей журналистов с представителями органов КГБ внесли  бывший начальник пресс-службы УКГБ по г. Москве и Московской области, а впоследствии - Центра общественных связей (ЦОС) МБ-ФСК-ФСБ, ныне  генерал-майор в отставке А.Г.  Михайлов,  а также сменивший его генерал-лейтенант А.А.Зданович.

В качестве лишь нескольких примеров расширения гласности в деятельности органов КГБ назовем проведение "Дней открытых дверей"  в  Высшей школе им. Ф.Э. Дзержинского, а также специально подготовленные Высшей школой уникальные издания "КГБ лицом к  народу" (1990),  "Органы государственной безопасности  СССР  В  Великой  Отечественной  войне" (М., 1995-2004), "Белая книга российских спецслужб" (1995, 1996).

По иронии судьбы,  первой телевизионной съемочной группой, посетившей Высшую школу КГБ в сентябре 1989 г.  стала бригада  токийского

телевидения.

Следует также отметить, что объективно расширяющаяся гласность в деятельности  КГБ имела и определенный международный резонанс.  Так, в частности, в июле 1993г. впервые в истории  страны,  британская МИ-5 издала открытую брошюру "Служба безопасности", в  которой был опубликован ее устав,  а также освещались структура и задачи деятельности этой организации.

Во исполнение  решения  Коллегии  КГБ от 21 апреля 1989 г.  "О развитии гласности в деятельности органов и войск КГБ СССР" руководители  и сотрудники комитета активно встречались с представителями СМИ,  трудовыми коллективами, отвечали в печати и прямых эфирах радио и телевидения на многочисленные вопросы различных аудиторий.

Проведенный нами контент-анализ выступлений руководителей  КГБ СССР в 1988-1991годы показывает, что основными вопросами, вызывавшими наибольший общественный интерес, являлись (по мере сокращения частоты их появления в вопросах корреспондентов СМИ):

     - цели  и задачи,  правовое регулирование деятельности органов госбезопасности;

     - проблемы политических репрессий 20-х - 50-х годов и реабилитации их жертв, гарантий от произвола и защиты прав граждан;

     - соблюдение законности и контроль за деятельностью КГБ;

     - перестройка и демократизация в деятельности КГБ;

     - проблемы борьбы с преступностью, прежде всего - организованной;

     - бюджета и численности личного состава органов КГБ.

В процессе  общения  с журналистами,  руководством органов КГБ также, ввиду их актуальности и политической значимости, поднимались вопросы:

     - расширения  гласности и проблемы объективного информирования

населения о деятельности органов госбезопасности;

     - привлечения  населения  к более активному участию в борьбе с преступными проявлениями;

     - расширения угроз терроризма,  незаконного оборота наркотиков и распространения радиоактивных материалов.

Опуская те из этих вопросов,  ответы на которые  уже  известны читателям, постараемся  дать ответы на другие из задававшихся вопросов.

Как позднее подчеркивал в одном из своих интервью председатель КГБ СССР В.А.Крючков,  в свете политики перестройки органы госбезопасности были "нацелены на расширение демократии и гласности в  работе,  укрепление правовых основ чекистской деятельности,  усиление борьбы с организованной преступностью,  дальнейшее укрепление связи с  трудящимися,  депутатским  корпусом.  Необходимость нашей работы должна быть понятна всем советским людям - ведь у Комитета госбезопасности  нет  других  интересов,  кроме интересов советского народа" ("Литературная газета", 1990, 3 января).

Важной вехой  в  реализации  планов перестройки всей государственной системы стало выступление в начале июля 1989 г. В.А.Крючкова на заседании  Верховного Совета СССР с докладом об основных направлениях и задачах деятельности органов госбезопасности.

Следует подчеркнуть,  что  на этом заседании Верховного Совета (ВС)СССР решался вопрос о назначении председателя КГБ СССР.  Ранее, в октябре 1988г.,  Крючков был назначен на эту должность совместным постановлением ЦК КПСС и Совета министров СССР.  Таким образом  его выступление  стало  также  своеобразным  отчетом о работе КГБ перед высшим законодательным органом страны. Несколько ранее Крючков выступал  перед членами Комитета по вопросам обороны и государственной безопасности ВС СССР - нового органа в структуре парламента и органов  государственной  власти и его кандидатура на пост председателя КГБ была предложена этим комитетом.

Одновременно выступление В.А.Крючкова на заседании Верховного Совета транслировалось по Центральному телевидению, вследствие чего с ним могла познакомиться многомиллионая зрительская и читательская аудитория[9].

В своем докладе Верховному Совету СССР Крючков охарактеризовал и работу внешней  разведки КГБ:  "главнейшая задача разведывательной деятельности - всячески содействовать обеспечению мира,  укреплению безопасности  Советского государства, его внешнеполитических позиций и интересов".

Несколько позднее,  конкретизируя деятельность ПГУ,  председатель  КГБ в интервью корреспонденту еженедельника "Новое время" отмечал:

"Сам факт того,  что мы участвуем  в  разработке  отдельных внешнеполитических проблем, требует от нас ответственности, говорит о том, что с нами считаются. А вообще должен сказать, что нет такой страны, где бы с разведкой не считались. Иногда мы выступаем инициаторами тех или иных шагов в сфере внешней политики. Однако, на мой взгляд,  в  этой  области у нас одна организация – законодательница мод - Министерство иностранных дел ...

Задача разведки – обеспечить руководителей  страны  объективной информацией для того,  чтобы они могли принять оптимальное решение" ("Новое время", 1989, N 32)[10].

В выступлении на заседании Верховного Совета 14 июля В.А.Крючков подчеркивал, что "одним из главных направлений деятельности органов госбезопасности является контрразведка,  то есть защита наших интересов,  секретов". А позднее, отвечая на многочисленные вопросы депутатов - всего в ходе заседания ему было задано 96  вопросов,  - добавил:

- То,  что происходит в нашей стране, интересует, и весьма,  специальные службы западных стран,  некоторых других стран,  и особенно всякого рода организации, которые часто занимают антисоциалистические,  антисоветские позиции. Мы это чувствуем по пропаганде,  по приезду сюда их эмиссаров,  по той литературе,  которую они привозят сюда.  Есть еще одно направление, так называемое исламское фундаменталистское. Это очень опасная вещь, учитывая фанатичность и неразборчивость в методах и средствах. Думается, что это вопрос органов госбезопасности, и правовых органов, и наших организаций, занимающихся пропагандистской работой...

Конечно, на той стороне не бездействуют,  они пытаются активно влиять на положение дел в нашей стране.  Но,  товарищи, давайте искать причины прежде всего в своем родном доме,  у себя. Искать причины в себе, где мы когда-то неправильно поступили... Я как председатель КГБ,  как бывший начальник разведки могу сказать, что там не бездействуют. Мы это видим.  Им представляется, что Советский Союз, когда он выглядит как мощный фактор,  это одна ситуация, невыгодная для них. И Советский Союз как фактор ослабленный - это другая ситуация, выгодная для них.  Хотя и там находятся трезвые люди, которые понимают, что это совсем далеко не так".

Как показали события последующих лет, эти слова оказались пророческими в полном смысле этого слова.

Несколько позже в одном из своих интервью Крючков уточнял, что КГБ  "должен получать и доводить (до руководящих инстанций - О.Х.), объективную информацию,  подчеркиваю - объективную,  по возможности упреждающую" ("Новое время", 1989, N 32).

Хорошо понятно,  что добиться получения именно упреждающей информации бывало  не  всегда возможным. Поскольку КГБ,  как и любая другая спецслужба мира, работал в условиях противоборства с реальным и потенциальным противником, стремящимся как скрыть, замаскировать свои подлинные цели и намерения,  так и проводящим специальные дезинформационные и отвлекающие кампании.

Этими обстоятельствами и объясняются бывающие неудачи и провалы в деятельности спецслужб,  в том числе и  КГБ  СССР.

На том знаковом заседании ВС СССР в июле 1989 г. Крючковым было также заявлено, что КГБ ведет борьбу с терроризмом,  в том числе и международным.

Хотя, до середины 90-х годов тема эта казалась неактуальной не только для широкой аудитории, но и некоторым политическим деятелям той эпохи.

Но чекисты  уже тогда  реально осознали,  почувствовали эту угрозу и деятельно готовились к ее отражению,  и не их вина,  что менее  чем через 20  месяцев  КГБ падет жертвой политических интриг и противоборств. А еще их жертвой станут безопасность и население нашей  Родины.

По вопросу сущности и содержания  перестройки  в  деятельности органов госбезопасности председатель КГБ В.А.Крючков пояснял: "Мы считаем, что должны  быть  сформулированы  и  претворяться в жизнь качественно новые принципы соотношения государства и безопасности.  Не  интересы  общества  и государства должны приспосабливаться к деятельности органов госбезопасности и их специальных служб,  а наоборот, органы КГБ и  их службы должны неукоснительно подчиняться интересам общества и государства, исходить из них".

В ходе  ответов  на многочисленные вопросы депутатов,  Крючков пояснил, что сфера деятельности органов госбезопасности определяется,  в частности, уголовным и уголовно-процессуальным законодательством Союза ССР и союзных республик - статьей 126 УПК РСФСР 1960 г.  и соответствующими  статьями  уголовно-процессуальных кодексов союзных республик СССР.

В соответствии с этой статьей УПК РСФСР  к  подследственности органов КГБ были отнесены 18 составов особо опасных и иных государственных преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом РСФСР 1960 г., и еще по 15 составам преступлений была предусмотрена альтернативная подследственность совместно с органами прокуратуры.

Также Крючковым подчеркивалось, что с момента образования КГБ при  СМ СССР контроль за его деятельностью осуществлялся ЦК КПСС (в частности, Отделом административных органов, в который поступали все жалобы и заявления граждан в отношении действий сотрудников КГБ,  адресованные в партийные инстанции, и который организовывал их проверку и рассмотрение), Советом министров и Генеральной прокуратурой СССР, а также некоторыми другими государственными органами, например, министерством финансов.

Сразу же подчеркнем, что, в связи с реорганизацией всей системы государственного управления в СССР в 1989 г.,  право контроля  за деятельностью  КГБ  было предоставлено также Верховному совету СССР как непосредственно,  так и через его Комитет по вопросам обороны и государственной  безопасности,  а  также  Комитету конституционного надзора, что представляло собой чрезвычайно важные новеллы правового характера.

По вопросу об участии органов КГБ  в  работе  по  реабилитации жертв сталинских репрессий было отмечено,  что эта работа "означает необходимость и даже потребность нового поколения чекистов, не причастных к трагическому периоду прошлого,  пройти через боль злодеяний и утрат,  понесенных народом,  да и самими органами госбезопасности, политически  и  эмоционально пережить боль,  чтобы никогда и ничего подобного не допустить в будущем".

Следует также отметить, что ввиду большой общественной, правовой, политической  и  исторической  значимости вопроса о незаконных массовых репрессиях 28 сентября 1987 г.  была образована специальная Комиссия  Политбюро ЦК КПСС по дополнительному изучению материалов, связанных с репрессиями,  имевшими место в период 30-х - 40-х и начала 50-х годов.

Только в 1988 г.  органами КГБ было рассмотрено более 10  тысяч заявлений  граждан  о реабилитации и судьбах репрессированных родственников, а в первом квартале следующего года было рассмотрено уже свыше 12 тысяч подобных заявлений.

На основании  изучения архивных документов КГБ выступил с инициативой принять специальный указ Президиума Верховного Совета СССР об отмене решений несудебных инстанций - "двоек",  "троек", Особых совещаний при наркомах НКВД, который и был принят 16 января 1989 г.

При этом  действие указа не распространялось на изменников Родины, фашистских карателей, участников бандформирований и их пособников, лиц,  совершивших умышленное убийство и иные уголовные преступления.

В соответствии с Указом  "О дополнительных мерах по  восстановлению  справедливости в отношении жертв репрессий,  имевших место в период 30-х - 40-х и начала 50-х годов" были отменены решения несудебных органов ОГПУ-НКВД в отношении 29 111 человек.

Всего же в 1988-1991 годах честное имя  было  возвращено  1 060 тысячам человек, причем пересмотру подлежали все уголовные и следственные дела,  вне зависимости от  наличия  заявлений  и  обращений граждан.  В  то же время только в 1988-1989 гг.  в реабилитации было отказано 8 378 гражданам.

А всего с 1954 по 1991 г. в СССР были реабилитированы 1 миллион 967 тысяч человек, ранее осужденных за "контрреволюционные" и государственные преступления. По-видимому, эта цифра останется окончательной. Если, конечно, не считать участников подпольных бандформирований и бывших фашистских пособников,  реабилитированных новыми органами юстиции бывших союзных республик СССР в 1993-1994 годы.

Завершая тему репрессий  в истории нашей страны, приведем  еще  и  такой  исторический факт.

Выступая 4 ноября 1993 г. на исторической конференции на тему "Что это было?",  приуроченной к годовщине  Октябрьской  революции, академик П.В.Волобуев, отвечая на выпады оппонентов Советской власти заявил:

- Вы,  господа,  рукоплескавшие расстрелу Верховного Совета РСФСР 4 октября 1993 г.,  не  имеете  морального права рассуждать о репрессиях сталинского периода трагической истории нашей страны!...

После этих слов известного историка в зале воцарилась звенящая тишина, внезапно взорванная аплодисментами.  Конечно,  аплодировали далеко не все, но и реплик возмущения не было.

Выступая в июле 1989 г. в Верховном Совете СССР председатель КГБ подчеркивал,  что важнейшей гарантией от произвола, нарушения законных прав и интересов граждан,  должна являться "...реализация принципов демократии и гласности во всей деятельности органов  госбезопасности.  Советские люди вправе знать о деятельности,  характере работы органов КГБ.  В этом заинтересованы и сами органы, поскольку это поможет формированию  объективного представления об органах государственной безопасности, их долге, обязанностях и правах.

Важно сделать постоянными и эффективными связи органов  госбезопасности с общественностью, трудовыми коллективами. В этом случае можно рассчитывать на поддержку трудящихся в решении задач обеспечения государственной безопасности... Это можно сделать только вместе с народом, повседневно опираясь на общественность...".

В этом  же  выступлении  В.А.Крючков  коснулся и объективных и субъективных трудностей, указал недостатки и недоработки в деятельности органов КГБ в меняющихся условиях: "мы нередко не даем вовремя достаточно  острой принципиальной оценки назревающим тяжелым ситуациям, не проявляем принципиальности и настойчивости в постановке вопросов перед местными,  да и центральными органами власти. Сказываются и чисто психологический барьер, робость, вызванная целым рядом политических,  социальных событий и обстоятельств...  неумением разглядеть в бурно развивающихся в целом  конструктивных  процессах негативные, настораживающие моменты. Особенно непросто приходится в случаях, когда речь идет о конфликтных ситуациях на межнациональной основе при возникновении массовых беспорядков".

Следует отметить,  что именно в конце 80-х годов в целом  ряде регионов СССР возникали массовые беспорядки, в том числе с применением оружия.  И именно в этих,  вовремя не разрешенных  конфликтах, коренятся  причины многих кровопролитных столкновений 1991-1994 годов,  принимавших уже форму вооруженных конфликтов немеждународного характера (внутренних вооруженных конфликтов,  по международно принятой терминологии),  в новых независимых государствах - бывших Союзных республиках СССР.

Немало вопросов руководителям КГБ задавалось  по  поводу  5-го управления.

Характеризуя деятельность 5 управления, председатель КГБ СССР В.А.Крючков в интервью газете "Известия" 26 октября 1989 г.  впервые официально признал, что органами госбезопасности в 70-е - 80-е годы было выявлено и профилактировано более 1500 лиц,  вынашивавших террористические намерения.

Были в  истории  последних десятилетий  СССР и отдельные факты терроризма,  наиболее известным из которых является серия взрывов в Москве 8 января 1977 г., организованных группой С.Затикяна[11].

Однако еще имел место ряд взрывов, убийство в августе 1980 г. в поселке Чолпон-Ата председателя Совета министров Киргизии С.Ш.Ибраимова,  которое также первоначально квалифицировалось как террористический акт.

В то же время, в связи с происходящими в стране изменениями, а также изменениями в уголовном законодательстве,  летом 1989 г.  было принято решение об упразднении 5-го управления и образовании Управления КГБ СССР по защите советского конституционного строя (Управления "З").

Законодательные изменения,  в  частности,  касались диспозиции статьи 70 УК РСФСР. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 11 сентября 1989 г.  правовая норма об уголовной ответственности за антисоветскую агитацию и пропаганду была  упразднена.  Вместо  нее  в этой  же  статье  УК  была установлена уголовная ответственность за призывы к насильственному изменению конституционного строя.

В записке  председателя  КГБ в ЦК КПСС в обоснование необходимости упразднения 5-го управления и создания  нового подразделения от 4 августа 1989 г. подчеркивалось:

"В условиях  революционного  обновления  советского  общества, расширения демократизации и гласности,  специальные службы  капиталистических стран и связанные с ними зарубежные антисоветские центры и другие организации переводят свою подрывную деятельность  против СССР на новую стратегическую и тактическую платформу.

По своим целям и формам она приобретает характер борьбы против конституционных основ Союза ССР.

Путем оживления национализма, шовинизма, клерикализма западные спецслужбы  и антисоветские организации активно пытаются инспирировать очаги общественной напряженности,  антисоветские проявления  и массовые  беспорядки,  подстрекать враждебные элементы к действиям, направленным на насильственное свержение советской власти.

С особой настойчивостью они стремятся сформировать легальные и нелегальные группировки  антиконституционной  направленности,  осуществлять непосредственное руководство ими,  оказывать материальную и идейную поддержку, подстрекать к экстремистским акциям".

В то же время антисоциальные элементы, "используя некоторые из самодеятельных образований,  вызванных к жизни политической  активностью  граждан,  прикрываясь лозунгами демократизации,  обновления советского общества,  они в антиконституционных целях ведут  работу по  созданию  оппозиционных  КПСС структур,  других организационных формирований. Особенно резко активизировалась их подрывная деятельность  с использованием национализма и шовинизма.  В ряде мест возникшие на этой основе группировки и  движения  открыто  проповедуют насильственные  методы  изменения  общественного и государственного строя СССР,  организуют массовые беспорядки, совершают опасные экстремистские действия,  террористические проявления, другие акты насилия против должностных лиц и граждан,  в том числе с  применением оружия.

Изложенные обстоятельства настоятельно требуют усиления работы по надлежащей защите конституционного строя союзного советского государства, ограждению советского общества от подрывной деятельности западных спецслужб,  зарубежных антисоветских организаций и их единомышленников внутри страны....

В этой связи оперативную деятельность вновь создаваемого контрразведывательного управления имеется в виду сосредоточить на решении следующих основных задач:

     - срыве замыслов специальных служб капиталистических стран  по созданию  и использованию в антиконституционных целях организационных антисоциалистических группирований;

     - пресечении преступной деятельности антисоциалистических элементов, пытающихся насильственным путем свергнуть советскую власть;

     - предупреждении и пресечении террористических акций;

     - предотвращении и локализации  массовых  беспорядков  и  иных противозаконных групповых действий экстремистского характера;

     - выявлении и нейтрализации  антисоветских  националистических проявлений"[12].

Выступая в прямом  эфире  программы  центрального  телевидения "Личность и  общество"  9 декабря 1989 г.  заместитель председателя КГБ В.П.Пирожков прямо перечислил все  задачи,  поставленные  перед управлением "З" КГБ СССР.

Как отмечал по этому поводу  первый  заместитель  председателя КГБ СССР генерал Армии Ф.Д.Бобков,  "может показаться странным, но органам госбезопасности действительно впервые за всю историю страны гласно и ясно поручена задача защиты конституционного строя" ("Родина", 1989, N 11).

Перечисляя задачи  нового управления,  Ф.Д.Бобков назвал также борьбу с организованной  преступностью (одновременно  эту  задачу  в системе  КГБ СССР решало также управление "ОП" - борьбы с организованной преступностью, созданное в декабре 1990 г.).

По существовавшей в то время технологии принятия  политических и организационно-кадровых решений,  записка председателя КГБ 11 августа  была рассмотрена Политбюро ЦК КПСС и по его итогам был одобрен проект соответствующего Постановления Совета министров СССР  (N 634-143 от 13 августа 1989 г.).  На этой правовой основе 29 августа был издан приказ председателя КГБ N00124 об упразднении  5  управления  и образовании управления "З".

Начальником нового управления стал  Е.Ф.Иванов,  а  30  января 1990 г. его сменил В.П.Воротников.  Нарушая хронологический порядок, отметим, что 25 сентября 1991 г. приказом ставшего председателем КГБ В.В.Бакатина Воротников был освобожден от должности,  а вскоре было ликвидировано и само управление.

Впоследствии фактическими правопреемниками управления "З" стали вначале Управление по борьбе с терроризмом (УБТ) Министерства безопасности Российской федерации (1992-1993 гг.),  а затем -  Департамент по  защите  конституционного  строя и борьбе с терроризмом ФСБ России.

Ретроспективно оценивая деятельность Управления "З" КГБ с  позиций сегодняшнего дня,  следует объективно признать, что многие из поставленных перед ним задач оно не выполнило,  в чем,  однако,  заключается вина  не только его сотрудников и руководства,  но и,  прежде всего, политического руководства страны, проявлявшего непоследовательность и нерешительность как в защите Конституции страны,  так и в претворении в жизнь собственной политической линии,  что было порождено как отсутствием  реальной продуманной концепции развития общественных отношений,  так и все возраставшим давлением на него со стороны антисоветских и антиобщественных элементов, связанных, в частности, как с многочисленными антисоветскими  центрами,  так  и  организованной преступностью.

В обращении  участников  собрания представителей подразделений Центрального аппарата КГБ СССР к генеральному  секретарю  ЦК  КПСС, Председателю Верховного Совета СССР М.С.Горбачеву, Верховному Совету и народным депутатам СССР от 23 февраля 1990 г.  в связи со складывающейся в стране общественно-политической обстановкой подчеркивалось:

"...В чекистских коллективах выражается недоумение  по  поводу того, что руководящие органы страны,  располагая упреждающей информацией о назревающих негативных явлениях, явно запаздывают с принятием жизненно важных политических решений, проявляют медлительность и нерешительность,  не используют силу действующих  ныне  законодательных актов. Затягивается принятие ряда важных для общества законов, в том числе по вопросам усиления борьбы с организованной преступностью, о Комитете государственной безопасности СССР, о преступлениях против государства,  о преступлениях против мира и  безопасности человечества.  Отсутствие этих законов лишает правовой основы борьбу с наиболее  опасными  формами  организованной  преступности, коррупцией, с  преступлениями  в сфере внешнеэкономической деятельности, не позволяет эффективно обеспечить безопасность  государства и граждан....

Мы решительно заявляем,  что  нынешнее  поколение  сотрудников госбезопасности служит  интересам  своего  народа и не имеет ничего общего с преступлениями времен сталинизма,  безоговорочно,  как все честные люди,  их  осуждает.  Мы твердо стоим на позициях неукоснительного соблюдения закона,  уважения к человеческой личности, торжества социальной  справедливости.

Мы склоняем головы перед многочисленными жертвами репрессий, в том числе и среди чекистов.

В то же время мы отвергаем огульные, беспочвенные попытки противопоставить деятельность органов государственной безопасности интересам рабочего   класса,   трудового   крестьянства,  интеллигенции..."[13].

Также во многих выступлениях руководителей органов госбезопасности отмечалось,  что рост и видоизменение преступности в стране - в конце 80-х нередко с гордостью подчеркивалось, что тогда еще уровень преступности не достиг уровня других государств, ситуация кардинально изменится на рубеже 1992-1993 годов,  - требуют расширения участия органов КГБ в борьбе с ее наиболее опасными формами, что, в свою очередь,  требует принятия соответствующих политических решений и законодательных актов. Но в целом этот процесс шел крайне медленно.

     Вот как характеризовала динамику изменения криминогенной  обстановки в  стране президент Российской криминологической ассоциации А.И.Долгова при помощи среднего за  пятилетие  коэффициента  уровня преступности, то есть количества зарегистрированных преступлений на 100 тысяч жителей России:

     1976 - 1980 годы -  664 зарегистрированных преступления;

     1981 - 1985  - " -    901;

     1986 - 1990  - " -    982;

     1991 - 1995  - " – 1 770 [14].

К сожалению,  приходится  констатировать,  что и в последующие годы продолжался рост этого объективного криминологического показателя. Так,  по данным ВНИИ МВД в 2003 г.  он составил уже 1 926 преступлений  на 100 тысяч жителей,  а с поправкой на количество совершеннолетних граждан страны, т.е. старше 16 лет, - уже 2 124[15].

Наряду с общим увеличением числа уголовных деяний в конце 80-х годов прошлого века шел рост и консолидация организованной преступности,  характеризующейся более высоким уровнем криминального "профессионализма", организационной   сплоченности,   конспиративности, технической оснащенности,  масштабности и наличием связей в органах административно-хозяйственного  управления,  а  также с зарубежными преступными группировками.

 Отмеченный с  середины  80-х годов рост преступности в стране, обострение криминогенной ситуации на рубеже 90-х,  требовал как определенных организационно-штатных изменений, так и соответствующего нормативно-правового регулирования. И основу ему положило постановление Верховного  Совета  СССР  от 4 августа 1989 г.  "О решительном усилении борьбы с преступностью".

Одной из особенностей развития криминогенной ситуации и оперативной обстановки в стране явилось разрастание экономической  преступности, ее  срастание  с  обще уголовной и насильственной преступностью, образование преступных сообществ мафиозного типа,  что сопровождалось коррумпированием государственных чиновников, фактически встававших на сторону служения преступным кланам.

В одном из своих интервью В.А.Крючков отмечал, что "надо действовать очень энергично, чтобы восстановить порядок, уничтожить порождающие преступность причины.  Этого можно достичь двумя способами: экономическими и финансовыми мерами;  усилением борьбы с  преступностью", но,  в  то же время,  "одним правоохранительным органам этой задачи не решить".

Организованные преступные группировки как приобретали международные криминальные  связи,  опыт и "вес",  так и политизировались, активно включались в подрыв основ государственной власти в стране.

По данным правоохранительных органов,  в 1989 г. в стране действовали около 700 преступных формирований, а их годовой оборот составлял астрономическую сумму - более 100 миллионов рублей.

Как отмечал   позднее  в  выступлении  на  XYIII  съезде  КПСС В.А.Крючков, только на основании материалов органов КГБ в 1989 г.  к уголовной ответственности были привлечены участники около 300 организованных преступных формирований,  в доход государства было обращено  незаконно приобретенных  валюты и ценностей на сумму более 170 миллионов рублей.

          Не смотря на раздававшиеся предупреждения, они, к сожалению, не были услышаны и восприняты должным образом, вследствие чего  в последующие годы организованная преступность  вырвалась на "оперативный простор".

          И немалую лепту в это внесли скоропалительные решения сентября 1991 г. о ликвидации 6 управления МВД и Управления "ОП" КГБ СССР.

В своих последующих интервью представителям СМИ и иных публичных выступлениях,  председатель КГБ уточнял характеристику целей  и задач органов госбезопасности.

В частности,  касаясь вопроса о деятельности внешней разведки, подчеркивалось, что  ее  задачей  является содействие претворению в жизнь внешнеполитического курса руководства страны.  В то же время, "получение  объективной  информации,  точное знание положения дел в мире, планов и устремлений западных стран по отношению к Советскому Союзу,  владение информацией - это долг чекистов, долг органов госбезопасности" ("Правительственный вестник", 1989, NN 14-15).

Говоря о приоритетах,  основных направлениях и  принципах  перестройки в работе органов госбезопасности В.А.Крючков определил их как Закон, Правда и Гласность.

Первый из  них  понимался  как совершенствование всей правовой базы как обеспечения безопасности страны,  так и деятельности органов КГБ СССР.

И действительно, отсутствие законов о контрразведывательной и оперативно-розыскной деятельности делало  ситуацию  патовой, остро  ставило  вопрос  о  законодательных основах работы всех правоохранительных органов, включая и КГБ.

Комитет по вопросам обороны и государственной безопасности ВС СССР, совместно с КГБ, Генеральной прокуратурой и другими государственными органами  начал  работу  по подготовке проектов законов "О

государственной безопасности",  "О преступлениях  против  государства", об органах  КГБ.

При этом предполагалось, что в последнем будут раскрыты вопросы о принципах деятельности, задачах и функциях КГБ, месте Комитета в комплексной   системе  обеспечения  государственной  безопасности страны, поскольку в ее реализации участвовали и многие  другие министерства и  ведомства, отношениях  с  другими  государственными структурами и общественными организациями, а также  о правах и обязанностях их сотрудников,  порядке обжалования тех или иных их действий.

Эти планы  и  были  реализованы в законе "Об органах государственной безопасности  в  СССР",  принятом  Верховным Советом 16 мая 1991 г.

В то же время, не смотря на предпринимавшиеся шаги по расширению демократизации  и  гласности в деятельности органов госбезопасности, они оставались объектом яростных нападок во многих  отечественных и зарубежных СМИ.  По поводу этой целенаправленной пропагандистской кампании в одном из своих интервью председатель  КГБ  СССР отмечал, что  "смысл  всего этого ясен:  вбить клин между народом и органами безопасности...  Поэтому мы можем  поставить  риторический "вечный" вопрос:  "Кому  это выгодно?"[16].

Вместе с тем,  отмечал заместитель председателя КГБ  М.И.Ермаков 5 декабря 1989 г.,  "надо признать,  что советские граждане  все еще мало знают об органах ВЧК - КГБ. Порой мы запаздываем с освещением событий.  Иногда делаем это поверхностно.  Все это мы видим  и принимаем меры к устранению недостатков".

А вот  что  докладывал  председатель  КГБ  об итогах оперативно-служебной деятельности в 1989 г.  Председателю Верховного  Совета СССР М.С.Горбачеву  под грифом "Особой важности"(N 313 - К/ОВ от 14 февраля 1990 г.):

"Комитет госбезопасности  во всей своей деятельности руководствовался политической  линией  Коммунистической  партии,  решениями высших органов  власти  и постановлениями Совета Министров СССР.  В рамках реализации внешнеполитического курса Советского  государства Комитет направлял свои усилия на содействие созданию благоприятного климата в международных отношениях, формированию всеобъемлющей системы международной безопасности, разоружению, расширению сферы экономического и гуманитарного сотрудничества  между  государствами  и народами.

Наряду с традиционными направлениями  работы  по  отслеживанию военно-стратегической ситуации в мире,  заблаговременному обнаружению предпосылок прорыва противника в военно-технической области Комитет госбезопасности обеспечивал получение сведений о планах и замыслах правящих кругов США и их союзников в  связи  с  событиями  в Восточной Европе  и  развитием внутриполитических процессов в нашей стране.

Тщательно анализировалась ситуация, складывающаяся в Европе, в частности в свете изменений в германо-германских отношениях,  положение в НАТО и ОВД[17].

Внесены существенные коррективы в работу на афганском  направлении после вывода из Республики Афганистан советских войск, по Китаю, в связи с нормализацией отношений с этой страной,  а также  по Японии, Южной  Корее  и  ряду других стран.  Повышена эффективность разведывательного обеспечения  переговоров  в  рамках  СБСЕ[18]  по ядерному и космическому разоружению. Активизирована борьба с международным  терроризмом,  наркобизнесом и контрабандой,  налаживается сотрудничество в этих сферах со спецслужбами капиталистических  государств.

В решении  внутриполитических  проблем  Комитет концентрировал внимание на всемерном содействии перестроечным процессам, обеспечении контроля  за обстановкой в стране,  дестабилизированной многими нерешенными вопросами в экономической и политической областях. Особое внимание  уделялось  слежению за действиями вышедших на политическую арену националистических,  антисоциалистических, экстремистских сил,  локализации  межнациональных конфликтов,  сепаратистских процессов, антиконституционных и иных деструктивных проявлений.

Последовательно осуществлялись  меры по расширению гласности в деятельности Комитета,  органов и войск КГБ СССР.... Налажен выпуск открытого информационного  бюллетеня  о работе КГБ.  В политическом отношении одно из ведущих  мест  занимала  работа  по  реабилитации граждан, необоснованно  репрессированных  в период 30-40-х и начале 50-х годов.  В 1989 г.  органы КГБ приняли  участие  в  реабилитации  838 630 граждан.

Динамичное развитие ситуации в стране и  мире  потребовало  от Комитета госбезопасности активизации работы по обеспечению информацией высшего руководства государства,  правительства СССР и заинтересованных ведомств. В инстанции направлено большое число записок и шифртелеграмм. Особое внимание уделялось  подготовке  материалов  к переговорам советских руководителей с лидерами США, Великобритании, ФРГ, Франции,  Италии,  КНР и Индии и к обсуждению международных  и внутренних проблем Верховным Советом СССР и Политбюро ЦК КПСС.

Важное значение придавалось добыванию документальных секретных материалов руководящих  органов  капиталистических  государств и их военно-политических блоков,  в том числе путем перехвата и дешифрования корреспонденции, проходящей по различным системам связи.

Осуществлен ряд крупномасштабных активных мероприятий в  целях оказания долговременного выгодного воздействия на влиятельные зарубежные круги,  в решении ключевых проблем в  области  международной безопасности, ядерного, химического и обычного разоружения, в продвижении концепции "общеевропейского дома".

Реализован широкий  комплекс мероприятий по нейтрализации вмешательства Запада в развитие внутриполитических процессов  в  СССР, оказанию влияния  на  позиции  руководителей  и парламентариев ряда стран, в частности в их подходах к событиям в республиках Советской Прибалтики....

Активные мероприятия в экономической области имели своей целью укрепление сотрудничества СССР с ведущими развитыми странами,  создание благоприятной коньюктуры для советского  экспорта,  получения доступа к новейшей технологии. Проведенные акции оказали определенное положительное  влияние на подходы администрации и конгресса США к торговым отношениям с СССР,  на принятие рядом стран решений  использовать советскую  космическую  технику.  Некоторые  мероприятия позволили избежать крупных финансовых потерь при  заключении  контрактов, создать благоприятные условия для ряда важны торгово-экономических сделок.

На научно-техническом  направлении  разведке  Комитета удалось добыть ряд остро необходимых для оборонных отраслей  промышленности образцов и  документальных материалов,  внести существенный вклад в решение народнохозяйственных проблем, в ускорение фундаментальных и прикладных исследований, в развитие новой техники и технологии....

Расширены возможности проведения разведывательной работы с нелегальных позиций  и  с территории страны.  Несколько повысились ее качество и оперативность.

Обеспечивалась безопасность  советских учреждений и граждан за рубежом. Сорвано большое число провокационных акций спецслужб  противника, в  том числе направленных против сотрудников разведки.  По информации КГБ досрочно отозваны из-за границы 274 советских  гражданина. Не  удалось  предотвратить  невозвращение на Родину 118 советских граждан.

Вместе с  тем  в  работе разведки имели место и недостатки.  В частности, качество разведывательной информации еще не в полной мере отвечает  сегодняшним требованиям.  Это обусловлено прежде всего недостаточными оперативными возможностями в наиболее важных  объектах разведывательного проникновения. Еще остро стоит вопрос повышения эффективности активных мероприятий разведки, приобретения новых надежных каналов их реализации.

Контрразведывательная деятельность Комитета была направлена на пресечение попыток спецслужб противника и антисоциалистических элементов использовать в  подрывных  целях  расширение  международного сотрудничества, процессы обновления в стране, серьезные трудности в межнациональных отношениях, экономике и других сферах жизни советского общества.

Контрразведка действовала в условиях значительного  расширения контактов СССР с США и другими странами НАТО... Среди граждан стран НАТО, посетивших советские оборонные объекты, около трети составляли сотрудники спецслужб.

Разведчики стран НАТО, работающие в СССР под прикрытием дипломатов и журналистов, совершили 2 267 поездок по стране (в 1988 году - 1 478). Органами госбезопасности пресечено более 200 попыток их проникновения к  военным  объектам.  19 человек за противоправную деятельность выдворены из СССР....

Предотвращены попытки ряда советских граждан,  в том числе военнослужащих и секретоносителей из числа гражданских  лиц,  инициативно установить  связь  с иностранными разведками в преступных целях.

Усилена борьба  с  терроризмом,  не допущен въезд в страну 384 членов международных террористических организаций. На основе достоверных данных  о  причастности  к  таким организациям поставлены на контроль въезда 899 иностранцев.  Взяты под контроль в связи с высказываниями террористических намерений 130 граждан СССР.  Пресечены три попытки захвата и  угона  за  границу  пассажирских  самолетов. Контролировалось поведение  140  граждан,  высказывавших  намерения захвата воздушных судов.

Большое внимание  уделялось предотвращению утечки к противнику данных о важнейших программах создания вооружений, других государственных секретов,  его  дезинформации по этим вопросам,  отвлечению

внимания и усилий на ложные цели. В то же время в организацию защиты секретов  внесены  существенные  коррективы....  Им [государственным ведомствам СССР - О.Х.] оказана необходимая помощь в работе по рассекречиванию  документов, снятию неоправданных ограничений.

В сфере экономики контрразведкой  предотвращен  ряд  подрывных торгово-экономических акций.  Наиболее  крупная  из  них  - попытка иностранных фирм при посредничестве московского  кооператива  "Альков", эстонского совместного предприятия "Эстек" и других советских организаций приобрести в СССР по курсу  "черного  рынка"  несколько миллиардов рублей.  Сорваны намерения ряда должностных лиц выдать в корыстных целях коммерческую тайну. Совместно с таможенными органами задержано предметов контрабанды на сумму более 76 млн. рублей. В экономической зоне СССР наложены штрафы на иностранные суда на сумму около 1 млн. инвалютных рублей.

Последовательно осуществлялись  мероприятия по дальнейшему совершенствованию оперативно-штатной структуры КГБ,  более рациональному использованию имеющихся сил и средств. В соответствии с основными принципами построения правового государства в Комитете образовано Управление по защите советского конституционного строя,  в органах на местах созданы соответствующие подразделения.  Они включились в  работу  по стабилизации обстановки,  особенно в республиках Закавказья и Прибалтики,  в Молдавии и ряде  других  регионов,  где последнее время  сложилась  наиболее напряженная ситуация.  Большая работа указанными подразделениями проводится в Москве и Ленинграде, особенно по  вскрытию  и  нейтрализации подрывных акций иностранных спецслужб, пытающихся  активизировать  деятельность  экстремистских организаций. Несколько  улучшилась  информационная  работа  на этом направлении.

В связи  с ростом преступности по стране Комитет более активно использовал свои силы в борьбе с ее организованными  формами.  Осуществлен ряд успешных операций в отношении контрабандистов, коррумпированных элементов,  взяточников  и  вымогателей.  За  совершение преступных деяний  в составе организованных групп привлечено к уголовной ответственности 282 человека.  Значительное число  материалов по этим вопросам передано в органы МВД и прокуратуры, многие мероприятия проведены совместно с ними.

Оценивая итоги контрразведывательной работы,  Комитет госбезопасности видит,  что ее эффективность существенно отстает от требований обстановки.  Результативность  многих  чекистских мероприятий остается невысокой. Работа по борьбе с организованной преступностью развертывается еще медленно.

С учетом обстановки в стране главное внимание органы КГБ  уделяли общей  профилактике,  усилению воспитательной функции Комитета госбезопасности....

Наряду с  профилактической работой применялись меры уголовного преследования. За особо  опасные,  другие  государственные  и  иные преступления к уголовной ответственности привлечено 338 человек.

С учетом сложной обстановки в стране органы КГБ принимали  необходимые меры по обеспечению общественно-политических мероприятий, охраны руководителей партии и государства,  высоких зарубежных гостей. Устойчиво работала правительственная связь.

Осуществлен ряд мер по перестройке охраны госграницы,  упрощению порядка ее пересечения жителями пограничных районов, уменьшению территории пограничных зон.  Предотвращен ряд враждебных  акций  на советско-афганском участке границы. Вскрыты и контролируются каналы заброски в СССР агентуры противника и средств подрывной деятельности, наркотиков  и контрабанды.  Изъято около 2 тысяч единиц огнестрельного и холодного оружия, более 200 тысяч штук различных боеприпасов, 58 кг наркотических веществ.

Выполнена программа  технического  перевооружения  органов   и войск КГБ. Создано и внедрено 119 видов новой специальной техники.

Сотрудничество с  органами  безопасности   восточноевропейских стран, Кубы  и  ряда дружественных стран Азии строилось в соответствии с линией нашего государства и партии на  сохранение  связей  с этими странами,  с учетом происходящих в них изменений. Осуществлялась советническая,  материально-техническая  и  финансовая  помощь спецслужбам некоторых развивающихся стран.

Комитет государственной безопасности при  активной  помощи  ЦК КПСС добивался достижения качественно нового уровня в работе с кадрами, укрепления морально-политической  сплоченности  чекистских  и воинских коллективов,  повышения уровня правового воспитания и профессионального обучения сотрудников, всемерного расширения гласности и демократических начал в решении кадровых и социальных вопросов.

Выделенные Комитету государственные ассигнования позволили успешно решать  оперативно-служебные  задачи.  Осуществлялись меры по повышению финансовой дисциплины и ресурсосбережению, усилению контроля за  использованием топливно-энергетических и других материальных ресурсов.

Критически оценивая итоги работы в минувшем году, Комитет госбезопасности предусматривает дополнительные меры по оказанию  действенной помощи высшим органам государства в реализации внутренней и внешней политики,  в обеспечении безопасности страны.  В этих целях будут последовательно  осуществляться мероприятия по строгому обеспечению законности, расширению гласности, укреплению доверия народа к деятельности  органов госбезопасности.  В повышении боеспособности органов и войск КГБ,  укреплении правовой  базы  чекистской  работы значительную роль  сыграет принятие Верховным Советом СССР Закона о КГБ СССР.

Председатель Комитета                                                    В.Крючков[19]".

Следует отметить,  что органы КГБ СССР в силу ранее отмеченных причин и обстоятельств оказались  в  центре   общественного мнения населения страны. Немало,  причем далеко не всегда объективно, писалось о них в прессе, говорилось по радио и телевидению.

По этому поводу 2 июля 1990 г.  председатель КГБ СССР отмечал в выступлении на  XXYIII съезде КПСС:  "Комитет государственной безопасности, защищая интересы государства,  общества,  нуждается в морально-политической поддержке  народа.  Чекисты находятся на остром участке борьбы,  и,  видимо,  вы заметили, подвергаются откровенным попыткам шельмования и дискредитации. Как, впрочем и наши Вооруженные Силы.  В некоторых СМИ публикуются материалы,  искажающие  деятельность КГБ,  причем у нас они появляются даже чаще, чем за рубежом. Какие только предложения при этом не выдвигаются: и расчленить органы, и выделить из КГБ отдельные звенья с передачей в другие ведомства, и просто устранить этот институт как  таковой.  Уж  больно кому-то мы мешаем!".

Здесь уместно рассказать еще об одной стадии операции по дестабилизации общественно политической обстановки в стране, по дискредитации органов КГБ СССР.

Имеется ввиду деятельность летом 1990 г. экс-генерала КГБ О.Д.Калугина.

Начался этот этап «Операции «Олег Калугин» с выступления отставного генерала на конференции «Демократической платформы в КПСС» 16 июня 1990 г.

«Детонатором» и катализатором общественного резонанса стала публикация его текста в самом массовом еженедельнике того времени «Аргументах и фактах» (М., 1990, № 26).

Как писал 11 июля 1990 г. «Московский комсомолец», выступления Калугина «заметно оживили общественную дискуссию о роли КГБ в жизни нашего общества».

И именно в этом качестве – идеолого-информационной основы атаки на органы госбезопасности, выступления эти, условно называемые нами «Операцией «Олег Калугин», заслуживают самого пристального внимания и анализа.

Как обосновано подчеркивалось в заявлении Центра общественных связей КГБ СССР, в выступлениях Калугина «много фальши, передержек, создается искаженное представление о перестройке в КГБ, моральных и деловых качествах сотрудников» (Каждый выбирает свою судьбу сам. // Правда, 28 июля 1990 г. С. 48).

Следующим шагом «Операции «Олег Калугин» стал выход эпатажной брошюры  «Вид с Лубянки: «Дело» бывшего генерала КГБ. Месяц первый. (М., 1990), анонсированный тираж которой составлял якобы  100 тысяч экземпляров.

Она представляет собой эксклюзивную  статью и ряд интервью О.Д. Калугина, к тому времени лишенного указом президента СССР М.С. Горбачева пенсии, звания и прочих наград.

Составлена она профессиональными журналистами[20], да и сам Калугин

имел журналистское образование, вследствие чего мы имеем право говорить о спланированной,  продуманной и реализованной пропагандистской (PR) акции, хотя сам этот термин  «пиар» получил распространение значительно позднее.

Анализируя выступления Калугина середины 1990 года – по «чисто случайному» совпадению они начались накануне открытия ХХVШ съезда КПСС, - «КоммерсантЪ» 2 июля делал очень своевременный вывод: экс-генерал «…обвинил своих бывших коллег в узурпации полномочий конституционной власти…»(?).

Группа народных депутатов СССР от ВЛКСМ  выступила с требованием проведения «независимого расследования изложенных фактов», а в ходе самого расследования предлагалось изучить «…следующие аспекты деятельности КГБ СССР

а) о бюджете Комитета – статьи расходов, кем и как рассматривается и утверждается бюджет;

б) о штатах Комитета – целесообразность существующих структур, перспективы сокращения;

в) о реальной подчиненности Комитета – структура принятия решений в центре и на местах, кто является потребителем информации, какова  роль руководства КПСС;

г) информация о конкретных направлениях деятельности Комитета:

 – насколько соответствуют действительности утверждения генерала Калугина о существовании в нашей стране политического сыска, несовместимого с принципами демократического государства;

- по чьим указаниям проводится прослушивание телефонных разговоров и используется специальная техника;

- характеристика предыдущей деятельности 5-го и 9-го управлений КГБ СССР;

- существует ли сегодня практика физического устранения политических противников;

- используется ли органами КГБ метод дезинформации через средства массовой информации;

- деятельность Комитета в отношении оппозиционных партий, общественных организаций, стачечных комитетов – внедрение и вербовка агентуры, дискредитация и т.д.;

- соответствие деятельности международным нормам прав человека – ведение слежки, досье и т.д.» (Здесь и далее в скобках указываются страницы названной брошюры, сс. 73 – 75).

Следует особо подчеркнуть, что заявление этих депутатов о том, что  они «…не имеют никакой информации об аспектах работы КГБ и от Комитета Верховного Совета СССР по вопросам обороны и государственной безопасности», как мы показали ранее, мягко говоря, «не соответствовали действительности». Такое действительно было возможно в том случае, если подписавшиеся депутаты не проявляли интереса к своим непосредственным обязанностям, не посещали заседания, не знакомились с направлявшимися  им документами….

Еще раз подчеркну:  ответы на очень многие из поднимавшихся в заявлении депутатов вопросы уже были даны в многочисленных выступлениях руководителей органов КГБ,  в том числе в цитировавшемся нами издании «КГБ лицом к народу».

На наш взгляд, именно игнорирование составителями рецензируемой брошюры самого факта наличия многочисленных выступлений представителей КГБ в СМИ, создавших принципиально новую для того времени информационную ситуацию в обществе, равно как и высказывавшихся иных компетентных мнений по поднимавшимся Калугиным вопросам, и указывает на «заказной», целенаправленно дезинформационный характер этого издания.

Отметим и еще одно немаловажное обстоятельство – очередной раунд «атаки на КГБ» разворачивался не только синхронно по времени, но и с использованием методик по ликвидации Министерства государственной безопасности Германской Демократической Республики[21].

Вернемся непосредственно к хронологически-содержательному анализу «операции Калугина», которая, на наш взгляд, представляла собой лишь одну из «серых» операций информационно-психологической войны против нашей страны.

Хотя ранее, в ходе встречи на «высшем уровне» на Мальте в ноябре 1989 г. президент США Р.Рейган заверил Горбачева, что США более не рассматривают СССР в качестве противника и прекращают «холодную войну» против СССР. Тем более парадоксально, что через год с небольшим, 1 февраля 1992 г. на ранчо в Кемп Дэвиде, те же самые слова Рейган повторил теперь уже президенту России Б.Н.Ельцину. Хотя, казалось бы, после предыдущей декларации «о прекращении «холодной войны» против СССР», в этом уже не было необходимости. В том случае, если бы эти заверения соответствовали действительности!

Как отмечал еженедельник «Новое время», выступления Калугина «создали беспрецедентную  доселе ситуацию. Прежде подобное мы слышали от сотрудников КГБ, ушедших на «ту сторону» (с 1980 г., по данным Калугина, таких было 20 человек)… Ситуация эта стала возможной в последние годы и объясняется не успешными усилиями врагов по подрыву строя, а изменениями взглядов на роль государства в целом и КГБ как одного из его институтов» (С.88).

Оставив на совести экс-генерала изложенную им версию «мотивов» его перевода в Ленинград из разведки КГБ[22], обратимся непосредственно к выдвинутым им «обвинениям» в адрес КГБ.

По словам Калугина, в Ленинграде он пришел к выводу, что «органы КГБ, которые призваны обеспечивать безопасность, по сути дела замазывали многие процессы, происходившие в городе», «нет ни единой сферы жизни в нашей стране, в которой бы не присутствовали рука или тень КГБ (экономика, культура, наука, спорт, религия)»(с.5).

Думается, однако, что этот упрек безоснователен, поскольку подобную функцию выполняют практически все известные спецслужбы мира – от БФФ (Ведомства по защите конституции) ФРГ до ФБР США. Но, только в тех случаях, когда есть правовые основания для подобного «присутствия», и когда есть признаки состава преступлений, обнаружение, предотвращение и расследование которых и составляет задачи деятельности органов госбезопасности.

Следующим регулярно повторяющимся «обвинением» Калугина являлось «наши органы государственной безопасности по численности превышают все органы, вместе взятые, Европы, Америки и Азии». («Без Китая», подчеркивал он, дабы продемонстрировать неосведомленному читателю объективность и поразить его воображение «глубиной» своих безосновательных сентенций).

          Не полемизируя с этим абсурдным утверждением Калугина, подчеркну только,  что ему, как бывшему начальнику внешней контрразведки (Управления «К» ПГУ КГБ), не могло не быть известно, что в то время только численность ЦРУ США примерно в 2,5 раза превышала численность сотрудников советской разведки. А численность только сверхсекретного Агентства национальной безопасности (АНБ) США превышала 140 тысяч сотрудников.

           Фактически утративший связь с чекистскими коллективами отставник Калугин утверждал, что реорганизация деятельности органов КГБ играет роль «наложения косметики, наведения румян на весьма жухлое лицо сталинско-брежневской школы. Основы, практика – остались старыми. Это вербовка агентуры в рядах политических противников и организаций; это засылка своей агентуры, это дискредитация активистов движений; это нейтрализация организаций, их разложение как конечная цель» (с. 6).

           Оставляя без комментариев утверждение Калугина о «сталинско-брежневских основах»,  отметим, что, конечно же, генерал КГБ не мог не знать что основы и методы деятельности всех  без исключения спецслужб мира  во многом идентичны.

         Отметим также и то, что «дело», или «операция Калугин», в целом разворачивалось по тому же сценарию, что и скандалы, связанные с  разоблачением противозаконной деятельности ЦРУ и ФБР в США, заканчивавшиеся созданием специальных комиссий по ее расследованию Палаты представителей и Сената этой страны.

         Эти обстоятельства лишь подтверждают версию о том, что за кулисами «дела Калугина»  стояли опытные и вдумчивые организаторы (в публицистике их принято называть «кукловодами»). Обосновывая данную версию, автор однако не призывает читателей бездумно принимать ее на веру, еще раз оговариваясь, что это только его личное убеждение.

       Приводимые отступления были необходимы для того, чтобы перейти к следующему обвинению, выдвигавшемуся Калугиным против «родного ведомства»: госбезопасность «манипулировала огромным контингентом внутри страны и за границей…».

         Столь туманно-невнятные формулировки «обвинения», естественно, не могли не порождать всевозможных подозрений, домыслов и слухов, как говорится, «в меру собственной испорченности».

        Позволим себе заметить, что профессиональный журналист Олег Калугин, целенаправленно смешивал понятия, стремясь ввести в заблуждение не слишком искушенных в психологии людей.

        Поскольку любое информирование, то есть доведение определенной информации до сведения людей, аудитории, предполагает стремление воздействовать на их разум, чувства, мнения и поведение.

        Манипулирование же сознанием и поведением людей преследует те же цели, но осуществляется скрытно, под прикрытием иных, официально декларируемых целей, за счет использования специальных технологий подбора, подготовки и распространения информации.

        И в «книге Калугина» присутствует немало элементов подобных технологий: гипертрофия некоторых второстепенных вопросов, игнорирование или замалчивание уже обнародованных фактов,  наличие ответов на якобы «безответные» вопросы, массированная и многоканальная ретрансляция однотипных информационных сообщений с приданием им характера «новизны», «актуальности» и «чрезвычайной значимости»….

        Чтобы не быть голословным, приведем перечень основных вопросов-тезисов, составлявших главный информационно-возбуждающий пафос выступлений Калугина:

        - сталинско-брежневская школа КГБ;

        - применение агентуры в целях «политического сыска»;

        - «раздутые штаты» КГБ;

        - распространение дезинформации, манипулирование общественным мнением как внутри СССР, так и за рубежом;

        - предательства сотрудников КГБ.

       Примечательно, что экс-генерал никак не реагировал на аргументы  представителей руководства КГБ, которые ранее давали ответы на его «безответные» риторические вопросы, – предположение о том,  что профессионал не следил за подобными выступлениями, не знал о них, представляется абсурдным и неуместным.

Разумеется, нет особого смысла досадовать по поводу того, что происходило в нашей стране более 17 лет назад, но из анализа конкретной информационно-пропагандистской кампании эпохи «холодной войны»  должно сделать соответствующие выводы на сегодня и на будущее….

Именно так поступают на Западе те многочисленные исследовательские центры, которые неустанно, с опорой на подлинные документы эпохи «холодной войны», занимаются изучением и реконструкцией послевоенной истории ХХ века. В нашей стране, насколько нам известно, подобные исследования не проводятся….

Справедливо отмечая, что разворачивавшаяся в то время в нашем обществе идейно-политическая борьба «привела к определенному расслоению и дезориентации внутри самого аппарата», который-де «не привык мыслить», Калугин, явно подстраиваясь под появившуюся тогда политическую «моду» прибегал к тем самым 15% лжи, которая и  составляет сердцевину, смысл и назначение любого дезинформационного материала, не мнимого, а реального манипулирования общественными настроениями,  речь о чем шла ранее.

«КГБ по-прежнему остается самой закрытой организацией в стране», объявлял Калугин, передергивая, или, по крайней мере, преувеличивая факты: ныне в этом легко убедится каждый, ознакомившись с недавно вышедшим двухтомником  «Без срока давности», включающим интервью и выступления председателя КГБ СССР В.А.Крючкова с 1 октября 1989 по 17 июля 1991 года.

Хотя, подчеркнем это особо, было много и других публикаций и выступлений по всему кругу поднимавшихся Калугиным вопросов.

Таким образом, Калугин, вопреки ошибочно бытовавшему мнению некомпетентных интерпретаторов его слов, не был «срывателем покрова тайны» с организации, призванной оберегать безопасность наших сограждан.

С учетом приведенных нами фактов, представляется необходимым еще раз пристальнее взглянуть на многие события тех уже далеких от нас лет, говоря строго юридическим языком, «в связи с открывшимися  новыми обстоятельствами «дела Калугина».

Следует однако заметить, что Калугин был по сути прав, заявляя, что «аура таинственности, окружающая КГБ, предназначена в основном для внутреннего потребления: на Западе его секреты доступны всем». Если отбросить некоторый максимализм данного высказывания, вполне объяснимый полемическим задором, тем не менее, нельзя не согласиться с тем, что за рубежом из уст перебежчиков были известные некоторые стороны деятельности советских спецслужб.

При анализе статьи Калугина  не может не привлечь внимания тот факт, что бывший начальник внешней контрразведки КГБ лишь вскользь упоминает о борьбе с иностранным шпионажем, хотя понятно, что она являлась одним из главных направлений деятельности данного государственного ведомства.

Также наводит на размышления и вызывает немало вопросов тот факт, что весьма информированный ветеран КГБ ни разу не упомянул о стратегических задачах и установках, ставившихся перед ЦРУ США президентами Джонсоном, Никсоном, Фордом, Картером, Рейганом  и Дж. Бушем-старшим, якобы «бессознательно» обращая деятельность КГБ в «бой с собственной тенью».

И вряд ли, с учетом названных обстоятельств, «анализ» Калугина можно считать объективным.

В написанной специально для анализируемого сборника статье Калугин уже в полной мере мог использовать приемы суггестивного (внушающего) воздействия на читателей, основанного на созданном ему «ореоле» опального специалиста, подвергающегося незаслуженным гонениям за обнародованную правду.

Поэтому, отдавая должное «…когорте героев, озаренных великой мечтой о всемирном братстве», он, тем не менее, не вполне объективно подходил к анализу 37 лет существования КГБ СССР. При этом Калугин не мог не знать, что для читателей он уже аттестован «заслуженным ветераном, боевым генералом», почти ровесником КГБ, а в психологии пропаганды данный прием называется «использованием эффекта ореола».

Он утверждал, например, - а несостоятельность этих утверждений сегодня уже доказана в свете опубликованных документов,  - что «был доведен до совершенства аппарат политического сыска, сделавшего моральный террор нормой», и при этом «общество жило в атмосфере запуганности в отношении каждого, кто вел себя неординарно, выделялся своими суждениями и внешним видом…».

  Чтобы не быть голословным, укажем, что по имеющимся у нас данным,  за 36 с половиной лет существования КГБ к уголовной ответственности было привлечено 25 095 человек. При этом в 1954-1959 годы  по статье 58 УК 1936 г. за «контрреволюционные преступления» были осуждены 9 406 человек.

В 1960-1990 годы всего по более чем 18 составам преступлений, отнесенным к подследственности КГБ, осуждены были 14 689 человек, 5 483 из них – за особо опасные государственные преступления. В том числе 2 781 – якобы за «инакомыслие» - по статьям 70 и 190-1 УК РСФСР.

Калугин заявлял о стремлении «разрушить стереотипы» о сотрудниках КГБ как «необъективные и не соответствующие действительности», однако лишь ознакомление с результатами социологического опроса, проводившегося в декабре 1991 – январе 1992 годов,  показывают, что и в этом  плане «Операция «Калугин»» не дала ожидавшихся  результатов.

Отметим и еще одно немаловажное обстоятельство, не привлекшее внимание читателей. «С ученым видом знатока» рассуждая о «развале советской разведки», Калугин не мог предполагать, что, ставшие известными в последующие годы факты со всей очевидностью будут свидетельствовать об обратном, о том, что приобретенная КГБ СССР репутация «одной из сильнейших разведок и спецслужб мира» являлась отнюдь не безосновательной.

Можно задать обоснованный вопрос, а удалась ли «Операция «Олег Калугин» ее организаторам в целом?

Увы! – придется признать, что многие ее цели оказались достигнутыми, равно как и были решены ставившиеся перед ней задачи…

3 сентября 1991 г. Калугин был назначен «консультантом» к новому председателю КГБ В.В.Бакатину. Понятно, что для непрофессионала Бакатин подобные Калугину «консультанты» были весьма серьезным подспорьем для развертывания работы по «реформированию органов госбезопасности»….

Известно также, что в последующие годы Калугин выступил в США на суде свидетелем обвинения против одного американского гражданина, обвинявшегося в сотрудничестве с советской разведкой.

А ныне же экс-генерал КГБ, заочно осужденный в июне 2001 г., подвязался в США на ниве…. воспитания «американского патриотизма»!

Вернемся однако к драматической хронике лета 1990 г.

Характеризуя дальнейшее   развитие  оперативной  обстановки  в стране,  выступая на съезде КПСС 2 июля 1990 г. В.А.Крючков отмечал (отметим и то обстоятельство, что прямые трансляции заседаний съезда делали эту информацию доступной для самой широкой зрительской аудитории):

- Рост сепаратизма, межнациональные столкновения, гибель людей - все это и человеческая боль,  и фронт каждодневной работы чекистов.  Людей убивают только за то, что они другой национальности.

В мирное время появились сотни тысяч беженцев...  Читая сообщения о сотнях убитых, тысячах раненых, новых десятках тысяч изгнанных, испытываешь состояние далекое от того,  чтобы чувствовать себя счастливым человеком.  Если волне насилия немедленно не положить  конец, то последствия станут непредсказуемыми.

Безусловно, есть упущения в работе правоохранительных органов, но, согласитесь,  основа борьбы с подобными  негативными  явлениями должна покоиться на принципиальных политических подходах….

Нет ни одного государства в мире, в котором демократия и гласность действовали бы в отрыве от правопорядка. У нас же здесь обозначился серьезный разрыв. И с каждым днем он обходится все дороже.

Нельзя выступать за всемерное развитие демократии и вместе с тем не выступать за правопорядок,  за торжество Закона.  Общество, которое позволяет глумиться над Законом, уже по этой причине больно.

Нередко задают вопрос:  куда, мол, смотрит КГБ? ...Общество не может терпеть вмешательства в наши внутренние дела,  позволять безнаказанно разворовывать и  увозить  за  рубеж  народное  достояние, красть военные и государственные секреты,  за которыми труд и интересы миллионов людей...

На Западе открыто говорят, что не намерены свертывать разведывательную работу по Советскому Союзу,  причем выделяют  на  нее  во много раз больше средств, чем можем себе позволить мы.

Опыт пяти лет перестройки показывает,  что социализм, демократия нуждаются в защите. Экстремисты действуют все более дерзко, широко используют оружие,  подстрекают людей к  совершению  государственных преступлений. Пресечение преступной деятельности экстремистов мы рассматриваем как свою важную задачу….

Радикально настроенные  лица из некоторых политизированных общественных структур стали скатываться к прямому разжиганию межнациональной розни.  Получаемая  органами  КГБ информация о назревавших межнациональных конфликтах, как правило, своевременно доводилась до сведения советских, партийных, правоохранительных органов - так было по событиям в Душанбе,  и в Ошской области... Упреждающая информация не помогла. Вину органов вижу в том, что не проявлялась должная настойчивость.  Главное, мы упускали момент, когда в урегулировании назревающих конфликтов могут дать результаты политические методы"[23].

Позднее Верховный Совет СССР об изменениях в обстановке в стране  и мире в 1991 г. информировали   начальник   Аналитического   управления  КГБ Н.С.Леонов и В.А.Крючков[24].

В своем выступлении 17 июня 1991 г.  на закрытом заседании Верховного Совета СССР в  Кремле  В.А.Крючков  подчеркивал:

- Реальность такова, что наше Отечество находится на грани катастрофы. То, что я буду говорить вам,  мы пишем в наших  документах  Президенту  и  не

скрываем  существа проблем,  которые мы изучаем.  Общество охвачено острым кризисом, угрожающим жизненно важным интересам народа, неотъемлемым  правам  всех граждан СССР,  самим основам Советского государства...".

Именно тогда и было озвучено ранее приводившееся спецсообщение Ю.В.Андропова в ЦК КПСС о планах ЦРУ по использованию  в  подрывной деятельности против СССР агентуры влияния.

 В вышедшей в августе 1992 г. тиражом 100 тысяч экземпляров книге «Кремлевский заговор: версия следствия», бывшие в то время генеральным прокурором России В.Г.Степанков и его заместитель Е.К.Лисов глубокомысленно, по их мнению, замечали что «по данным социологического опроса, лишь 20% граждан поверили, что ЦРУ внедрило в высшие эшелоны власти советского руководства своих агентов».

Данное утверждение представляется нам некорректным, поскольку записка Ю.В. Андропова об агентуре влияние в то время не публиковалась, равно как и выступление Крючкова в Верховном Совете СССР имело закрытый характер и не публиковалось в прессе[25].

А далее в своем выступлении на заседании Верховного Совета 17 июня 1991 г. председатель КГБ СССР подчеркнул:

- Через несколько дней будет ровно полвека,  как началась война против  Советского  Союза, самая тяжелая война в истории наших народов. И вы, наверное, сейчас читаете в газетах,  как разведчики информировали тогда  руководство страны о том, что делает противник, какая идет подготовка и что нашей стране грозит война.

Как вы знаете, тогда к этому не прислушались. Очень боюсь, что пройдет какое-то время,  и историки, изучая сообщения не только Комитета госбезопасности, но и других наших ведомств, будут поражаться тому, что мы многим вещам, очень серьезным, не придавали должного значения. Я думаю, что над этим есть смысл подумать всем нам"(выделено мною, -О.Х.).

А в  завершении этого выступления подчеркивалось:  "нет такого принципиального вопроса,  по которому мы не представляли бы  объективную,  острую, упреждающую, часто нелицеприятную информацию руководству страны и не вносили бы совершенно  конкретное  предложение. Однако, разумеется, нужна адекватная реакция"[26].

Но не всегда эта адекватная политическая реакция на происходящее в стране следовала со стороны ее высшего руководства страны.

Как известно,   22   августа   1991 г.  Председатель  КГБ  СССР В.А.Крючков был арестован за участие в  подготовке  и  деятельности Государственного Комитете СССР по чрезвычайному положению (ГКЧП).

     В этой  связи  представляется  необходимым  привести следующий фрагмент из показаний В.А.Крючкова  в  судебном  заседании  Военной Коллегии Верховного Суда Российской Федерации 30 ноября 1993г.:

"... Не  признаю  и  предъявленного мне обвинения в превышении власти - мой долг в качестве руководителя  такого  учреждения,  как Комитет государственной безопасности СССР, состоял в том, чтобы охранять безопасность нашей страны, обеспечивать соблюдение законности, в том числе и Основного закона СССР - его Конституции.

Неуклонно проводившаяся определенными силами линия на незаконное, насильственное изменение существовавшего тогда конституционного строя и вынудила меня вместе с товарищами по работе  предпринять необходимые меры по пресечению этих противоправных действий.

Действовал я строго в соответствии со своими  обязанностями  - на основе Конституции СССР в условиях крайней необходимости.

Упрекнуть себя могу лишь в том,  что нам не удалось  выполнить свои обязанности  и  уберечь страну и народ от тех жестоких испытаний, в которые они ввергнуты политическими авантюристами..."[27].

Как известно, В.А.Крючков, а равно другие лица, проходившие по «Делу ГКЧП" были амнистированы постановлением Государственной думы  Российской  Федерации от 23 февраля 1994 г.

Заканчивая краткий обзор истории и деятельности органов  КГБ СССР, пришло время дать ответы на вопросы, муссировавшиеся СМИ и недругами органов госбезопасности  в годы период перестройки.

Прежде всего это касается численности сотрудников КГБ СССР.

Весьма информированные  и авторитетные зарубежные исследователи Норман  Полмер и Аллен Б. Томас приводят ту цифру, что к концу 80-х годов прошлого века в органах и войсках КГБ работали и проходили службу около  400 тысяч человек.  При этом численность пограничных войск  эти  авторы оценивали в пределах от 230 до 250 тысяч военнослужащих, и около 50 тысяч - войск правительственной связи[28].

На оперативные подразделения КГБ,  вместе с разведкой, контрразведкой, радиоконтрразведкой,  службой охраны, шифровально-дешифровальной службой и оперативно-техническими подразделениями,  таким образом, приходилось около 100 тысяч военнослужащих и лиц гражданского персонала.

При этом те же авторы указывали,  что с 1954 по 1989 г. при исполнении служебных обязанностей "по оказанию военно-технической помощи другим странам" в общей сложности погибли 572 сотрудника КГБ.

Не будем утверждать,  что последняя цифра верна.  Возможно,  в действительности она намного больше.

Наконец, из мемуаров «последнего председателя» КГБ В.В.Бакатина, стало известно, что в 1991 г. численность сотрудников КГБ составляла около 480 тысяч человек[29]. Называя эту цифру, В.В.Бакатин уточнял, что 220 из них были военнослужащими пограничных войск КГБ. Около 50 тысяч насчитывали войска правительственной связи.

Наконец, в январе 1991 г. в оперативное подчинение КГБ были переданы 3 дивизии ВДВ и отдельная мотострелковая бригада, общей численностью 23 767 человек.

Как указывал Бакатин, 180 тысяч сотрудников КГБ являлись офицерами, 90 тысяч сотрудников работали в республиканских КГБ. Оперативный состав, - по нашим подсчетам, - составлял около 80 тысяч человек.

Для сравнения, Альбац называла цифру сотрудников ФБР США – 21 тысяча сотрудников. Следует только уточнить, чего она не делала: в штаб-квартире ведомства в Вашингтоне, не считая сотрудников еще более 400 отделений ФБР по стране….

Альбац называла также цифру бюджета КГБ в 1991 г. – 4,9 млрд. в марте, 6,5 млрд. рублей в октябре. Для сравнения она также указывала бюджет разведсообщества США – 32 млрд. долларов, бюджет ФБР – 1 млрд. долларов[30].

По данным Комитета по разведке Конгресса США за октябрь 2006 г., на разведывательную деятельность этой страны тратилось 44 миллиарда долларов в год. Бюджет ЦРУ – 5 млрд. долларов, АНБ – 6-8 млрд., Национального управления космической разведки – 7 млрд., военной разведки – 1 млрд.

Согласно исследовательского центра AmericanEmpireProjеct бюджеты и численность личного состава большинства из 16 федеральных ведомств, входящих в разведывательное сообщество США, засекречены[31].

Только в ноябре 2006 г. тогдашний директор ЦРУ Дж. Негропонте заявил, что в целом национальную безопасность США в разведывательной сфере защищают около 100 американских граждан. Речь при этом идет о штатных, «кадровых» сотрудниках спецслужб США.

Выполняя свое обязательство читателям представлять только правду о деятельности КГБ СССР, ответим и на столь интересующий многих вопрос об агентурном аппарате и о количестве оперативных дел.

Например, из отчета о деятельности КГБ при СМ СССР за 1968 следует, что весь его агентурный аппарат насчитывал около 260 тысяч негласных сотрудников, а всего по различным делам оперативного учета проходили 10 008 человек[32]. Причем, как советских граждан, так и иностранцев.

Позднее, со ссылкой на Бакатина,  Е.М.Альбац называла цифру 400 тысяч

негласных сотрудников КГБ в 1991 г. Для сравнения она также указывала, что МГБ ГДР имело 180 тысяч агентов (правда, 38 тысяч из них являлись иностранными гражданами, проживавшими за пределами республики), а МВД Чехословакии – 140 тысяч агентов.  Она также указывала, что по линии Управления «З» («Защиты конституционного строя») в 1991 г. в КГБ было 2 500 оперативных дел[33].

И Е.М.Альбац, и В.В.Бакатин в своих книгах подчеркивали якобы существовавший у большинства населения «страх перед КГБ», что представляется значительным преувеличением.

Характерная деталь: парадоксальным образом, пишет Альбац, «функции тайной полиции», - в действительности, в значительной мере гипертрофированные «разоблачениями» 1989 – 1991 годов, - «в наибольшей степени и составили «славу» этому ведомству в собственной стране».

Но следует объективно признать, что у КГБ были недоработки, в том в числе и в плане информирования населения о целях и задачах своей деятельности.

3 сентября 2004 г. тридцатилетний журналист  А.Е.Хинштейн, вспоминая  о последних годах перестройки, в «Московском комсомольце» написал: «Мы сами довели свои спецслужбы до ручки…. Ходили на митинги и шествия, трясли плакатами «Долой КГБ!», требуя суда над всеми, кто служил в органах… Что посеяли, то и пожали. Хотели избавиться от КГБ? Избавились.

Надо иметь мужество признать: мы сами, собственными руками уничтожили и развалили спецслужбы – некогда лучшие в мире.

… А потом на их ведомство – а что такое ведомство? – в первую очередь люди!, - начали спускать всех собак, будто это они, контрразведчики 70-х – 80-х были виновными в преступлениях сталинского режима!»

Приведем также слова, характеризующие судьбу КГБ СССР, Джонатана Брента, главного редактора издательства Иельского университета,  из предисловия к  совместному труду бывших советских и американских разведчиков:

«Можно сказать, что советских людей предали их лидеры. Почему?

Потому что идеологические обязательства и всепоглощающее стремление удержать власть были для лидеров главным и мешали смотреть правде в глаза. Как говорил Мэтью Арнольд, «поглощены собой они». И хотя информации у них часто было больше, использовать ее с максимальной отдачей им не удавалось. Выигрывая сражение за сражением, они проиграли войну…»[34].

         22 августа  1991 г.  Комитет  государственной безопасности СССР вступил в полосу длительного  реформирования,  следствием  которого стала его ликвидация. Но об этом – далее.

Представляется однако необходимым коснуться еще одного, неизвестного широкой общественности вопроса.

В связи с рассмотрением в Конституционном Суде РСФСР вопроса по иску «КПСС против президента России» («Дело КПСС»), специальной комиссией, представлявшей интересы ответчика, были отобраны и изучались документы КГБ – сообщения в ЦК КПСС, призванные доказать «преступный характер деятельности» этих организаций.

Ныне, рассекреченные , они являются одним из фондов Российского государственного архива новейшей истории (РГАНИ) - «Документы, рассекреченные Специальной комиссией по архивам при Президенте РФ в 1992 – 1994 гг.».

Как справедливо подчеркивал по поводу этой коллекции заместитель директора РГАНИ М.Ю.Прозуменщиков, некоторые из этих документов, «…отбиравшихся для Конституционного Суда как подтверждение «преступной» деятельности КПСС и КГБ, после 15 лет «демократических» преобразований стали выглядеть сейчас скорее как забота о таких изрядно подзабытых понятиях, как интересы государства, борьба с преступлениями в сфере экономики и т.п.»[35].


‹ Из истории борьбы с терроризмом в СССР. Вверх Часть III. КГБ был. Есть? И будет? ›

На путях реформирования.

Трагические события 19 -- 22 августа 1991 года остро поставили в повестку дня вопрос о судьбе и будущем единого союзного государства.  От  однозначного ответа на него зависело и будущее  органов  государственной безопасности страны.

Вряд ли кто сегодня,  с учетом опыта последующих лет,  возьмет на себя смелость утверждать, что в августе-сентябре 1991 -г. у правящих элит страны – и Российской Федерации, и других союзных республик СССР, имелась продуманная,  логически обоснованная и выверенная концепция рациональных государственно-политических  и  административных  преобразований.  А ее отсутствие самым неблагоприятным образом сказалось на состоянии не  только  безопасности, но и страны и общества в целом.

Со всей убедительностью об этом свидетельствует длительная череда преобразований  и  реформирований ранее существовавшей системы обеспечения национальной безопасности.

21 августа 1991 г. за участие в подготовке образования и в деятельности  Государственного  комитета  по   чрезвычайному   положению (ГКЧП) был арестован председатель КГБ В.А.Крючков. Уголовные дела в этой связи были  возбуждены  также  в  отношении  заместителей председателя   КГБ  Г.Е.Агеева  и  В.А.Пономарева,  начальника  ВГУ В.Ф.Грушко,  начальника  и  заместителя  начальника  службы  охраны Ю.С.Плеханова и В.В.Генералова,  начальника УКГБ по г.Москве и Московской области В.М.Прилукова.

23 августа последним председателем КГБ был назначен В.В.Бакатин, бывший до декабря 1990 г. министром внутренних дел СССР и отстраненный от должности по требованию народных депутатов ввиду неудовлетворительной организации работы министерства.

Указом президента СССР  М.С.Горбачева от 28 августа была образована Государственная комиссия для расследования деятельности  органов  государственной безопасности,  которую  возглавил депутат Верховного Совета

РСФСР С.В.Степашин.  А 28 ноября она была преобразована в Государственную комиссию по реорганизации органов государственной  безопасности.

25 сентября  ставшим последним председателем КГБ В.В.Бакатиным был уволен 31 руководящий работник КГБ СССР и еще 13 из них было  указано  "на

проявленную  политическую незрелость и недальновидность в действиях по выполнению распоряжений вышестоящих начальников,  способствовавших  деятельности путчистов"[1].

Уже само назначение нового руководства КГБ - "советниками" некомпетентного В.В.Бакатина  стали известные оппоненты КГБ О.Д.Калугин и Г.П.Якунин, - повлекло кадровую "чистку" центрального аппарата.

Добровольно  увольнялись и те сотрудники КГБ,  для которых оказался утраченным смысл их предыдущей служебной деятельности в органах госбезопасности СССР.

Эти обстоятельства  объективно  не могли не породить в будущем неминуемых кадровых  проблем для вновь создаваемых органов безопасности страны.

Начался процесс необратимого обрушения системы обеспечения государственной и национальной безопасности СССР и России.

Уже 29  августа  на  базе 3-х управлений КГБ – правительственной связи, 8-го главного и 16-го был образован Комитет  правительственной связи  - впоследствии, до июля 2003 г.  - Федеральное агентство правительственной связи и информации (ФАПСИ).

Постановлением Государственного  совета  СССР  от  22  октября 1991 г.  КГБ СССР был упразднен, а на его базе планировалось организовать:

- Центральную службу разведки (ЦСР);

- Межреспубликанскую службу безопасности (МСБ);

- Комитет по охране государственной границы СССР.

В существовавший, скорее на бумаге, нежели в действительности, КГБ РСФСР - в мае 1991 г. весь его штат в 14 человек располагался в 4 кабинетах в здании Верховного Совета РСФСР, - 1 ноября были переданы: 7  управление,  12  отдел,  следственный изолятор и ряд служб Оперативно-технического управления КГБ СССР.

     Указом президента РСФСР от 26 ноября 1991 г. N 233 КГБ РСФСР был  преобразован в Агентство федеральной безопасности (АФБ) РСФСР,  а  уже 19 декабря Б.Н.Ельциным был подписан указ об образовании Министерства безопасности и внутренних дел - МБВД,  - в которое должны  были войти ЦСР,  МСБ,  АФБ и структуры министерств внутренних дел СССР и РСФСР,  министром которого  был  назначен  кадровый  сотрудник  МВД В.П.Баранников.

Но и  этот указ остался нереализованным:  уже 22 января 1992 г. Конституционным Судом РСФСР он был признан не соответствующим Конституции, в  связи с чем указом президента  России 24 января было образовано Министерство безопасности РСФСР (МБ РФ)[2].

Затянувшийся период   спорадического   реформирования   вызвал увольнение со службы многих опытных офицеров-контрразведчиков.

При этом количество квалифицированных оперативных работников с опытом работы 7-15 лет в новых органах безопасности России сократилось в 7 раз![3].  Можно сказать,  что, как и в результате массовых «чисток" 1937-1938 годов, на что обращал внимание доктор исторических наук В.В.Коровин,  "нарушился принцип  преемственности  поколений"[4], и опыта, практики сложной оперативной работы.

В то  же  время,  в  органы безопасности пришло немало молодых сотрудников,  не имевших должного представления о характере, содержании и методах контрразведывательной работы. Тем более, в сложных, меняющихся,  динамичных условиях оперативной  обстановки,  неясного правового статуса,  отсутствия необходимой правовой базы и пробелов в отечественном законодательстве.

6 августа, с самовольного захвата здания Верховного Совета Чеченской республики и насильственного лишения полномочий его депутатов, началось завязывание тугого узла, связанного с утверждением личной власти Д.Дудаева, приведшего впоследствии к многолетнему кровопролитию.

В то  же время реформирование,  многочисленные организационные изменения с выведением сотрудников "за штат" реально вели к  приостановке дел  и проведения мероприятий,  потере оперативных позиций, времени и возможностей.

Короче говоря,  создали  весьма  комфортные условия для работы реальных противников нашего государства, нашей страны.

Оперативные базы не только ЦРУ США, но и спецслужб других государств мира увеличились и включились в активную работу по сбору информации о происходящих в нашей стране процессах не только в бывших социалистических государств Европы, но и в столицах бывших союзных республик Советского Союза.

Всего же  реформированные  органы  госбезопасности Российской Федерации  возглавляли  В.В.Иваненко (КГБ РСФСР - АФБ),  В.П.Баранников (МБ  РФ), Н.М.Голушко (МБ РФ - ФСК), С.В.Степашин (ФСК -ФСБ), Н.М.Барсуков(ФСБ), Н.Д.Ковалев, В.В.Путин, Н.П.Патрушев.

То есть за 16 лет сменилось 9 их руководителей! Причем профессиональными контрразведчиками из  них  были  только  Н.Д.Ковалев  и Н.П.Патрушев. В  то время как за 37 лет существования КГБ сменилось только 7 его председателей.

Понятно, что  каждый  новый руководитель выдвигал свои приоритетные задачи,  в связи с чем изменялись парадигмы  контрразведывательной деятельности, влекшие за собой и организационно-штатные изменения в их структуре.

Следует однако отметить одно важное обстоятельство: в рекордно короткие сроки был разработан и уже 8 июля 1992 г.  Верховным Советом РСФСР был принят закон "О федеральных органах государственной безопасности".  Этому,  бесспорно,  способствовала  работа, проведенная Верховным  Советом  СССР  по разработке законодательной основы деятельности КГБ.

Однако через 23 месяца после своего образования, под влиянием октябрьских событий 1993 г. в Москве, Министерство безопасности было  ликвидировано  "вследствие его неспособности к реформированию",  причем об этом не без специального  расчета  было объявлено 19 декабря,  хотя соответствующий указ президента об образовании Федеральной службы контрразведки (ФСК) появился только через два дня.

Правовой основой деятельности нового федерального органа стало лишь Положение о ФСК,  в котором были определены ее задачи и полномочия, структура,  правовое положение военнослужащих,  утвержденное указом президента России от 5 января 1994 г. N 19[5].

Возвращение к регулированию деятельности органов госбезопасности страны подзаконными актами по сути  дела означало шаг назад в утверждении принципов законности и укрепления правопорядка в стране.

И лишь  принятие  Государственной Думой России в апреле 1995 г. федерального закона "Об органах Федеральной службы  безопасности  в Росссийской Федерации"  вновь  вернуло  прочную правовую основу для деятельности органов госбезопасности.

Но в это закон впоследствии также вносились,  подчас весьма серьезные, новации в 1999 – 2002, 2003 и 2006 годах, вследствие чего изменилось даже его название. В редакции федерального закона от 30 июня 2003 г. N 86- ФЗ он называется "О федеральной службе безопасности"[6],  на некоторых основных положениях которого мы еще остановимся далее.

Не менее серьезные пертурбации переживали и  спецподразделения органов госбезопасности СССР - "Альфа" и "Вымпел".

Первое из них после августовских событий  1991 г. было подчинено напрямую президентам СССР и РСФСР, а в декабре 1991 г. "Альфа", лишившаяся к этому времени многих своих сотрудников, вошла в состав Главного управления Охраны  (ГУО) России.

После отказа выполнить приказ о штурме "Белого дома" 4  октября1993 г. "Альфа" была расформирована а ее личный состав был передан в МВД.  При этом около половины ее личного состава отказались сменить форму и присягу[7].

В апреле 1996 г. остатки "Альфы" вошли в состав Антитеррористического центра (АТЦ) ФСБ как Управление "А".

Иной была одиссея "Вымпела".  В 1991 г. он успел побывать в подчинении Межреспубликанской службы безопасности, Агентства Федеральной безопасности РСФСР,  с тем чтобы в январе следующего года войти в структуру Министерства безопасности. А в июле 1993 г, он был передан  в ГУО, принявшего на себя функции бывшего 9-го управления КГБ СССР.

При последующей передаче «Вымпела» в состав МВД в декабре 1993 г.  из него уволилась треть его личного состава,  а еще 150 человек изъявили желание перейти на службу в ФСК,  СВР, Службу безопасности президента и МЧС России. В августе 1995 г. остатки "Вымпела" из МВД были возвращены в ФСБ, где составили костяк управления "Вега" АТЦ ФСБ.

Понятно, что вся эта совокупность сложных и запутанных проблем приема-передачи дел, неясности правового статуса и нормативной базы функционирования новых  структур породили серьезный сбой в отлаженном механизме функционировании разведывательного и контрразведывательного механизмов, в которых образовались невосполнимые бреши.

     Назовем в этой связи только неопределенный статус режима въезда-выезда иностранных граждан, резкое изменение линии государственной границы и необустроенность ее охраны.

Понятно также, что в это время разведки иностранных государств  не брали «тайм-аут»  в  своей разведывательной и подрывной деятельности,  направленной на проникновение к секретам павшего геополитического колосса.

Хотя на встрече с президентом Российской Федерации Б.Н.Ельцыным в Вашингтоне 1 февраля 1992 г. президент США Дж. Буш-старший и заявил «об окончании «холодной войны».

Отмеченные изменения  и  тенденции  в оперативной обстановке в стране и мире и определили основные направления и  задачи  новых российских органов государственной безопасности.

Следует также отметить, что массированная информационно-пропагандистская атака   на   органы  госбезопасности,  проводившаяся  в 1987-1991 годы не могла,  конечно, не отразиться и на отношении населения нашей страны к органам КГБ и их сотрудникам.

В этой  связи целесообразно ответить на вопрос,  а что,  собственно говоря, думали наши сограждане о роли деятельности органов КГБ и его предшественников в судьбе России,  и о задачах,  встающих перед его право- преемниками?

Ответы на эти крайне важные вопросы дают результаты социологического  опроса на тему "Общественное мнение о службе государственной безопасности" проведенного по  заказу  Межреспубликанской  службы  безопасности  Институтом  социологии Академии наук СССР. Опрос прводился в декабре 1991 - январе 1992  года  и всего  в ходе него вопросы задавались 1 530 гражданам 9 бывших союзных республик СССР[8].

По мнению  большинства опрошенных,  сотрудник КГБ - это прежде всего профессионал (64% ответов респондентов), умный (52%), сильный (46%) человек долга (45%).

В то же время около 30%  респондентов считали,  что они лично, либо их  родственники  пострадали в разные годы от действий органов НКВД-МГБ-КГБ.

25% опрошенных полагали, что и они сами  «находились под наблюдением КГБ».  Разумеется, при всей очевидной абсурдности этой цифры, тем не менее,  подобные настроения также являлись характеристикой массового общественного сознания того периода времени.

В этой связи,  если 17,9% опрошенных считали, что деятельность органов госбезопасности СССР с 1917 г.  принесла стране в основном пользу, то 33,6% оценивали ее отрицательно. Однако, как легко заметить, почти половина  респондентов  не имела собственного мнения по этому вопросу, затруднившись с ответом на него.

Примечательно при этом, что 22% тех,  кто считал себя пострадавшим от действий КГБ, оценивали деятельность органов госбезопасности в целом позитивно.

По мнению опрошенных,  приоритетными для  деятельности преемников КГБ должны были стать:

     - борьба с мафией, наркобизнесом, терроризмом (82% ответов);

     - охрана  военных  объектов и государственных секретов (75%);

     - противодействие вооруженному захвату власти (73%).

В то же время 40% опрошенных считали, новые органы госбезопасности страны должны были бороться с идеологическими диверсиями спецслужб иностранных государств.

При этом 34% респондентов полагали, что деятельность иностранных спецслужб представляет большую угрозу для их страны, а 33% из них были уверены, что «западные спецслужбы ставят подрывные задачи по отношению к странам СНГ», а 16% полагали, что «страна находится во враждебном окружении».

Руководитель этого исследования профессор О.В.Крыштановская полагала, что эти оценки – проявление остатков «оборонного сознания», внушавшегося населению страны официальной пропагандой.

Определенные уроки и итоги деятельности Министерства  безопасности Российской  Федерации  и задачи,  встающие перед образованной Федеральной службой контрразведки,  определила межведомственная научно-практическая конференция "Безопасность личности, общества, государства и спецслужбы России",  прошедшая 5-7 апреля 1994 г.[9].

Следует подчеркнуть,  что сам по себе факт проведения подобной открытой научной дискуссии стал  новой формой определения  приоритетов,  задач  и направлений деятельности органов безопасности и всей правоохранительной системы России.

Одной из целей конференции было максимально широкое ознакомление  научной общественности с проблемами обеспечения  национальной безопасности  страны с учетом реальных намерений и планов руководства  иностранных государств и их разведывательных и специальных служб.

Эту же цель преследовало и издание на основе выступлений на конференции "Белой книги российских спецслужб",  ставшей важным событием как в истории отечественных органов госбезопасности, так и в политической истории страны в целом.

Проведение конференции знаменовало собой как продолжение политики гласности в деле обеспечения национальной безопасности, мобилизации  общественного  потенциала на этом направлении государственного управления,  так и продолжение поиска научно обоснованных путей совершенствования и повышения эффективности защиты общественных и государственных интересов.

В докладе на конференции директора ФСК С.В.Степашина было подчеркнуто, что имевшая место в последние годы дискуссия о роли органов  госбезопасности  в обществе и в обеспечении национальной безопасности страны высветила как реальные недостатки и упущения  в  их работе, так и поразительную неосведомленность общества по этим важным вопросам общественно-политической жизни.

Тем более,  что  переживавшийся  страной  после августа 1991 г. многоплановый кризис породил немало новых угроз  безопасности  личности,  общества и государства,  как внутренних, так и внешних. Что предполагает необходимости выработки новых форм и механизмов противодействия им.

В числе  "внутренних факторов риска" были названы и раскол общества по социально-политическому признаку,  и активизация преступности, и  сращивание  организованной  преступности с отдельными общественно-политическими движениями, что превращало ее в весьма влиятельную политическую силу в стране.

К числу важнейших проблем построения системы обеспечения национальной безопасности  страны было отнесено также неоднозначное понимание, даже на уровне некоторых государственных органов, реальных источников угроз стабильности и развитию страны.

В числе приоритетных направлений деятельности ФСК ее  директор назвал:

- своевременное информирование руководства государственных органов о возникающих угрозах национальным интересам;

- упреждающее воздействие на источники этих угроз совместно  с другими государственными органами;

- непосредственное противодействие этим угрозам специфическими "методами и средствами контрразведки".

В числе внешних источников угроз безопасности страны называлась активизация разведывательной деятельности иностранных спецслужб на территории России по сбору разноплановой информации о происходящих в ней процессах.

Причем только  перечень  технологий  российских   предприятий, представлявших приоритеты для американской разведки,  имел объем 12 машинописных листов.

При этом  отмечалось  расширение  традиционных возможностей по ведению разведки,  в том числе за счет увеличения  числа  субъектов разведки против России, а также числа их оперативных баз как за рубежом, так и непосредственно на территории России.

Подчеркивалась активизация разведывательной работы таких "нет-радиционных" для российских условий спецслужб, как Королевства Саудовская Аравия,  Турции, Ирана, Пакистана и некоторых других государств, включая и бывших союзников из Восточной Европы.

Была подчеркнута также опасность "этнической экспансии",  особенно соединенной с некоторыми геополитическими планами  по  перекройке существовавших  границ,  причем  эти планы и проекты получали поддержку на уровне государственной политики некоторых  сопредельных России государств (например,  образования "Великого Турана",  до сих пор не списанный в исторический архив).

По-прежнему угрозу  национальной безопасности России представляет контрабанда и незаконное распространение оружия,  боеприпасов, наркотиков и нелегальная миграция.

78% опрошенных участников конференции,  положительно  оценивая сам факт ее проведения, высказались за продолжение подобного метода мониторинга проблем национальной безопасности в тех или иных формах - предметно-тематических конференций,  "круглых  столов",  совместных разработок концептуальных и нормативно-правовых документов.

Сразу отметим, что предлагавшаяся практика получила значительное распространение в последующие годы.

Представляют интерес  и  итоги  проведенного  среди участников конференции экспертного опроса,  особенно с учетом того,  что около 70% из  них  составляли  сотрудники спецслужб и других правоохранительных органов России.

Так 66% опрошенных полагали, что ФСК в целом удовлетворительно выполняла функцию  информирования  высших  органов  государственной власти. Противоположного мнения придерживались лишь 18%  респондентов.

Однако при  ответе на вопрос об эффективности выявления,  предупреждения и  пресечения  разведывательно-подрывной   деятельности иностранных спецслужб  доля удовлетворительных оценок понизилась до 58%, а негативных соответственно возросла до 33% ответов.

Только 44%  респондентов  положительно оценивали степень защищенности государственных секретов России.

Удовлетворительно деятельность  по противодействию угрозе терроризма оценивали 45,5% респондентов, при 44,8% из них, оценивавших ее как неудовлетворительную.

При общем уровне  в  62,4%  респондентов,  неудовлетворительно оценивавших участие  ФСК  в борьбе с коррупцией,  среди сотрудников спецслужб этот показатель составлял 65%.  В то же время только 27,3% респондентов в целом оценивали вклад органов ФСК в борьбе с коррупцией позитивно.

94% опрашивавшихся сотрудников спецслужб видели главный резерв повышения эффективности их деятельности в совершенствовании ее правового обеспечения.

Небезынтересен и тот факт,  что 28% опрошенных допускали ведение оперативного наблюдения за всеми партиями и движениями без исключения, в то время как 43,5%  cчитали его  возможным  в  отношении только тех субъектов, что не исключают использование насильственных методов достижения собственных политических целей.

Недопустимым такое наблюдение в принципе считали 11,7%  респондентов в среднем по выборке,  и в том числе 21%  сотрудников спецслужб.

Можно сказать, что определенный итог многолетней дискуссии в обществе по вопросу о роли и назначении органов государственной безопасности России подвел президент Б.Н.Ельцын, сначала своим указом в 1995 г. восстановивший профессиональный праздник День работников органов безопасности, а 19 декабря 1997 г. выступивший с радиообращение по случаю 80-летия образования ВЧК.

Поскольку этот  документ  подводил  определенную  историческую и логическую черту в дискуссией о роли органов ВЧК - КГБ в истории нашего государства и общества, представляется необходимым процитировать его:

-  Завтра,  20 декабря, традиционно отмечается День работников органов безопасности, больше известный как "День чекиста".

Именно в этот день 80 лет назад была образована ВЧК.  Организация, сменившая много названий - НКВД, ОГПУ, МГБ, КГБ. И оставившая глубокий и одновременно трагический след в судьбе страны.

... Без них ни одно государство не могло защищать свои интересы, да и просто сохраниться. Наверное, поэтому профессия разведчика издавна привлекает к себе интерес и пользуется уважением.

Не случайно нашу молодежь воспитывали на примерах подвигов Николая Кузнецова,  Дмитрия Медведева, Рудольфа Абеля, Конона Молодого, ставшего прототипом героя популярного фильма "Мертвый сезон".

Но среди чекистов были не только герои. Наряду с разведчиками и контрразведчиками работали и карательные органы.  Миллионы россиян, среди которых было немало и самих  сотрудников  органов,  стали жертвами жестокой  машины  госбезопасности.  Они  пострадали в годы репрессий, прошли через лагеря ГУЛАГа, лишились семей и Родины.

Может быть, поэтому в летописи истории российских чекистов был еще и такой незабываемый эпизод - август 1991 года...

Но каким  было государство - такими были и его службы безопасности.

Оглядываясь назад,  я вижу - в разоблачении преступлений органов безопасности мы чуть было не перегнули палку. Ведь в их истории не только черные периоды,  но и славные страницы, которыми действительно можно гордиться.

Давайте вспомним лишь некоторые из них.

Именно разведка  предупредила руководство страны о точной дате вторжения фашистов.  Да и многие ключевые битвы Отечественной войны были выиграны  во многом благодаря детальной и своевременной информации. В мире спецслужб признано,  что сведения,  которые  получали советские разведчики накануне и в период войны были "предметом мечтаний любой разведки мира".

Не в последнюю очередь именно спецслужбы помогли ускорить разработку отечественного ядерного оружия.  Создав атомный противовес, мы -  и  об  этом можно прямо сказать - предотвратили третью мировую войну.

Да и  потом  разведка  не раз своевременно информировала руководство страны о кризисах в разных регионах мира.  Помогала и помогает вовремя реагировать на угрозы новых войн и конфликтов.

И это далеко не все успехи,  которые составляют гордость  отечественной разведки. Но в том и специфика этой службы, что говорить о ее победах вслух мы не можем и сейчас - спустя многие годы. Как и не можем назвать имена всех участников специальных  операций.  Даже тех, кого уже давно нет в живых.

В 1991 г.  много спорили о том, нужно ли в новой России оставлять Комитет государственной безопасности. Кое-кто предлагал вообще ликвидировать эту структуру. Но было очевидно, что она жизненно необходима стране.  Что большинство ее рядовых сотрудников  поддержат демократические преобразования.  Поэтому  и был выбран трудный путь реформирования КГБ...

Пожалуй, ни  один  государственный орган не прошел через такую жесткую реорганизацию. Сегодня Конституция России исключает возможность возрождения политической полиции.

Никогда больше спецслужбы не будут "цепными  псами"  партийных идеологов и государственных вождей.  Не будут решать за народ – как и о чем ему можно думать и говорить. Не будут преследовать людей за убеждения.

Сегодня перед этими службами стоят другие задачи:

- защита национальных,  в том  числе  экономических  интересов страны;

- защита прав и свобод граждан.

Несмотря на позитивные перемены, которые произошли после окончания "холодной войны",  в мире все еще идет жесткая борьба. Усиливается погоня за новыми технологиями,  за ресурсами,  за геополитическое влияние.

По-прежнему не ослабевает деятельность иностранных разведок на территории России....

Страшную угрозу для общества сегодня представляет терроризм.

За последние  годы  мы создали подразделения для борьбы с ним. На их счету десятки обезвреженных взрывных устройств, десятки освобожденных заложников....

Так уж повелось,  что День работников органов безопасности  не отмечается ни шумными торжествами,  ни пышными приемами: об их деятельности не принято много и громко говорить. Таковы законы этой службы.

Наверное, это правильно. Люди занимаются своим делом и не вмешиваются в политику.  Принципы демократии и работа органов безопасности у нас не противоречат друг другу.

Сегодня в  рядах  наших  спецслужб - подлинные патриоты своего дела. Эти люди работают не за славу и награды, а - не побоюсь этого слова - за идею.  За безопасность государства. За мир и покой наших граждан.

И мы  должны с уважением относиться к труду сотрудников спецслужб. К  их  нелегкой  и  зачастую - героической работе"[10].

В заключение представляется необходимым остановиться на вопросе правового регулирования деятельности органов ФСБ России в настоящее время с учетом изменений и дополнений, внесенных в российское законодательство с момента выхода в свет первого издания данной книги.

Ныне действующий федеральный закон "О федеральной службе  безопасности" (в  редакции  от  30  июня 2003г. № 86-ФЗ и  от 27 июня 2006 г.  N 153-ФЗ ) имеет в своей структуре разделы (главы)

     - общие положения

     - основные направления деятельности органов ФСБ;

     - полномочия органов ФСБ;

     - силы и средства ФСБ;

     - контроль и надзор за деятельностью органов ФСБ России.

К числу  принципов  деятельности  органов ФСБ России статьей 5 закона отнесены:

     - законность;

     - уважение и соблюдение прав и свобод человека и гражданина;

     - гуманизм;

     - единство системы органов федеральной службы  безопасности  и пограничных войск, а также централизация управления ими;

     - конспирация, сочетание гласных и негласных методов и средств деятельности.

Согласно статье  8  указанного  закона, "Деятельность органов федеральной службы безопасности осуществляется по следующим основным направлениям:

-- контрразведывательная деятельность ( ст. 9);     

-- борьба с терроризмом ( ст.  91 );

-- борьба с преступностью  ( ст. 10);

-- разведывательная деятельность ( ст. 11);

-- пограничная деятельность (ст. 111 );

-- обеспечение информационной безопасности ( ст. 112  )".

Подконтрразведывательной деятельностью понимается деятельность, осуществляемая органами ФСБ или их подразделениями,  должностными лицами указанных органов посредством проведения контрразведывательных мероприятий в целях выявления, предупреждения и пресечения разведывательной и иной деятельности специальных служб и организаций иностранных государств, а также отдельных лиц, направленной на нанесение ущерба безопасности Российской Федерации.

           Основаниями для проведения органами ФСБ контрразведывательных мероприятий являются:

       а) наличие данных о признаках разведывательной и иной деятельности специальных служб и организаций иностранных государств, а также отдельных лиц, направленной на нанесение ущерба безопасности Российской Федерации;

       б) необходимость получения сведений о событиях или действиях, создающих угрозу безопасности Российской Федерации;

       в) необходимость обеспечения защиты сведений, составляющих государственную тайну;

       г) необходимость изучения (проверки) лиц, оказывающих или оказывавших содействие органам федеральной службы безопасности на конфиденциальной основе;

       д) необходимость обеспечения собственной безопасности;

       е) запросы специальных служб, правоохранительных органов и иных организаций иностранных государств, международных организаций в соответствии с международными договорами Российской Федерации.

        Перечень оснований для проведения контрразведывательных мероприятий является исчерпывающим и может быть изменен или дополнен только федеральным законом.

Контрразведывательные мероприятия могут иметь как гласный, так и негласный характер, а порядок их подготовки и проведения определяется правовыми нормативными актами ФСБ России.

Проведение контрразведывательных мероприятий, затрагивающих законодательного гарантированные личные права граждан, на чем мы остановимся подробнее далее, допускается только в случаях, предусмотренных законодательством, и на основании постановления суда (статья 9 федерального закона о ФСБ).

О борьбе с терроризмом как чрезвычайно важном и актуальном направлении деятельности органов ФСБ подробнее будет сказано далее.

Статья 12 закона определяет круг обязанностей - компетенцию  органов ФСБ России,  а статья 13 - их права. Статья 15 закона определяет основы взаимодействия органов ФСБ как  с  российскими  государственными учреждениями,  так и межгосударственного сотрудничества.

Следует подчеркнуть,  что чрезвычайно важным вопросом деятельности органов государственной безопасности  России,  как  и  любого другого государства, в современных условиях является проблема обеспечения и защиты конституционных прав и свобод граждан  в  процессе осуществления оперативно-розыскной и контрразведывательной деятельности.

Вопросы эти  регулируются федеральным законодательством с учетом принятых на себя  Российской  Федерацией  международно-правовых обязательств.

Фундаментом правового положения  и  деятельности  органов  ФСБ  являются Конституция Российской Федерации 1993 г., а правовую основу их деятельности составляют иные федеральные  законы  и  иные нормативные правовые акты Российской Федерации.  В частности,  Концепция национальной безопасности  Российской  Федерации (в  редакции Указа президента Российской Федерации от 10 января 2000 г. N 24).

При этом Концепция национальной безопасности представляет  собой  официально  признанную  систему взглядов на обеспечение в Российской Федерации безопасности личности,  общества и государства от внешних и внутренних угроз во всех сферах ее жизнедеятельности[11].

Помимо этого правовую основу деятельности органов безопасности Российской Федерации по обеспечению национальной безопасности страны образуют федеральные законы "О безопасности", "Об оперативно-розыскной дейтельности",  Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Российской Федерации и ряд других законодательных актов.  Например, Кодекс  Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г.

А также - международные договоры,  конвенции  и соглашения, участницей которых является Российская Федерация. ( Напомним, что часть 4 статьи 15 констатирует, что "Общепризнанные принципы и нормы международного  права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы").

В частности,  одним из таких документов является заключенная 26 мая  1995  г. Конвенция Содружества  Независимых  Государств  о правах и основных свободах человека (ратифицированная Российской Федерацией 4 ноября  1995  г.).

Учитывая чрезвычайную актуальность и важность проблемы защиты и обеспечения прав и свобод граждан в деятельности органов ФСБ России, остановимся подробнее на этом вопросе.

Конституция Российской  Федерациипровозглашает,  что "признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства" (статья 2 ).

Вопросам правового  статуса  человека  и  гражданина посвящена глава вторая  -- статьи 17 - 64 Конституции Российской Федерации.

Часть 2 статьи 55 Конституции констатирует,  что "в Российской Федерации не  должны  издаваться  законы,  отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина".

В то же время часть 3 данной статьи также устанавливает, что "права и свободы человека и гражданина могут быть  ограничены федеральным  законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности,  здоровья,  прав  и  законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства".

Статья 18 Конституции России устанавливает, что права и свободы человека и гражданина  "...определяют  смысл,  содержание  и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием".

При этом государством гарантируется "равенство прав  и  свобод человека и  гражданина  независимо от пола,  расы,  национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям,  а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности" (часть 2 статьи 19 Конституции Российской Федерации).

В то же время часть 2 статьи 29 Конституции России устанавливает, что "не допускаются  пропаганда или агитация,  возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть или вражду.  Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства".

Помимо этого,  обеспечение  национальной  безопасности  России предполагает действенную реализацию изложенных  в  Основном  законе страны принципов суверенитета, территориальной целостности, федерализма и народовластия.

В Концепции  национальной  безопасности Российской Федерации в разделе "Национальные интересы России" подчеркивается, что "интересы  личности состоят в реализации конституционных прав и свобод,  в обеспечении личной безопасности, в повышении качества и уровня жизни, в  физическом,  духовном и интеллектуальном развитии человека и гражданина.

Интересы общества состоят в упрочении демократии,  в  создании правового, социального государства,  в достижении и поддержании общественного согласия, в духовном обновлении России.

Интересы государства  состоят  в незыблемости конституционного строя, суверенитета и территориальной целостности России, в состоянии экономической и социальной стабильности,  в безусловном обеспечении законности и поддержке правопорядка, в развитии равноправного и взаимовыгодного международного сотрудничества".

В Концепции национальной безопасности России также отмечается, что "приоритетное значение имеет формирование системы мер действенной социальной  профилактики  и воспитания законопослушных граждан. Эти меры должны быть направлены на защиту прав и свобод, нравственности, здоровья и собственности каждого человека, независимо от расы, национальности,  языка,  происхождения,  имущественного и должностного положения,  места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям,  а также от других обстоятельств".

По поводу соблюдения и защиты прав человека в правоохранительной деятельности в Концепции также указывается,  что "решения и меры,  принимаемые органами государственной власти в  области борьбы с преступностью, должны быть открытыми, конкретными и понятными каждому гражданину,  носить упреждающий характер, обеспечивать равенство всех перед законом и неотвратимость ответственности, опираться на поддержку общества".

Представляется  также необходимым  подробнее остановиться на пределах допустимых ограничений прав и свобод граждан,  основанных на международных соглашениях Российской Федерации, и имеющих непосредственное отношение к обеспечению национальной безопасности страны.

Так, статья 12 Международного пакта  о  гражданских  и  политических правах устанавливает,  что каждый гражданин, законно находящийся на территории какого-либо государства, имеет право на свободное передвижение и свободу выбора места жительства,  включая право  покидать свою страну и возвращаться в нее.  Часть 3 этой статьи гласит,  что эти права "не могут быть объектом никаких ограничений,  кроме  тех, которые предусмотрены законом,  необходимы для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности  населения или прав и свобод других и совместимы с признаваемыми в настоящем Пакте другими правами".

Аналогичные оговорки   имеются   также   в   отношении  статей 18, 19, 21, 22  данного  Пакта,  определяющих,  соответственно,  права граждан на свободу мысли,  совести и религии,  на свободу выражения мнений, на собрания, на ассоциации.

Часть 2 ст.22,  однако, указывает на возможность законодательного ограничения права на вхождение в ассоциации для военнослужащих и сотрудников полиции.

При этом предполагается,  что все государства,  участвующие  в данном пакте,  разрабатывают собственные внутригосударственные системы обеспечения,  соблюдения и защиты прав человека,  при  наличии международного сотрудничества,  и в определенных случаях - и международного контроля.

Как уже отмечалось, еще одним важным международно-правовым документом  является   Европейская  конвенция о защите прав человека и основных свобод.  Данная Конвецния более детализирует право граждан на свободу и безопасность (ст. 5), принцип правоприемлемости обвинений,  выдвигаемых  против  привлекаемого к ответственности лица (п. 7),  право иметь "...действенные средства защиты... вне зависимости от того, что нарушение было совершено лицами, действующими в официальном качестве" (ст. 13),  равно как и право пользования указанными в Конвенции свободами без дискриминации (ст. 14).

Однако, подчеркивается  в статье 16 Конвенции "ничто в статьях 10,  11 и 14 не должно рассматриваться в качестве  препятствия  для Высоких  Договаривающихся Сторон по введению ограничений на политическую деятельность иностранцев".

Помимо этого, также как и ранее названные Международные пакты, Европейская конвенция о защите прав человека  и  основных  свободах предусматривает  возможность законных ограничений изложенных в ней прав "...в интересах национальной безопасности и общественного  порядка или экономического благосостояния страны,  в целях предотвращения беспорядков или преступлений, защиты здоровья или морали или в целях защиты прав и свобод других" (часть 2 ст. 8).

В соответствии с этими конституционными нормами и положениями   статья 6 закона об органах ФСБ " Соблюдение прав и свобод человека и гражданина в деятельности Федеральной службы безопасности "  гласит:

"Государство гарантирует соблюдение прав и свобод человека и  гражданина  при  осуществлении Федеральной службой безопасности своей деятельности. Не допускается ограничение прав и свобод человека  и  гражданина,  за  исключением случаев, предусмотренных федеральными конституционными и федеральными законами.

Лицо, полагающее,  что органами Федеральной службы безопасности, пограничными войсками либо их должностными лицами нарушены  его права  и  свободы,  вправе  обжаловать действия указанных органов, войск и должностных лиц в вышестоящий орган Федеральной службы  безопасности,  прокуратуру или суд".

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 6 данного  закона  должностные лица учреждений и предприятий, независимо от форм собственности,  "а также общественные объединения и граждане вправе в соответствии  с законодательством Российской Федерации получать разъяснения и информацию от органов  Федеральной  службы  безопасности  и пограничных войск в случае ограничения своих прав и свобод.

Предприятия, учреждения,  общественные  объединения и граждане вправе требовать от органов Федеральной службы безопасности и  пограничных войск  возмещения материального ущерба и морального вреда, причиненного действиями должностных лиц органов Федеральной  службы безопасности при исполнении ими служебных обязанностей".

Часть 6 данной статьи устанавливает также,  что в случаях обращения граждан  по  поводу ущемления их прав и свобод сотрудниками ФСБ, руководитель соответствующего органа Федеральной службы  безопасности, прокурор или судья  обязаны принять меры  по восстановлению этих прав и свобод,  возмещению причиненного ущерба  и  привлечению виновного к ответственности, предусмотренной законодательством Российской Федерации.

Согласно части  7  указанной статьи,  должностные лица органов ФСБ и пограничных войск,  допустившие злоупотребление  властью  или превысившие служебные полномочия, несут ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации.

В то  же  время  статья  10 федерального закона "О Федеральной службе безопасности" устанавливает,  что  органы  ФСБ  осуществляют оперативно-розыскные мероприятия по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию шпионажа,  террористической деятельности, организованной преступности,  коррупции,  незаконного оборота оружия  и наркотических средств,  контрабанды и других преступлений, дознание и предварительное следствие по которым отнесены законом к их  ведению  (согласно статье 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации),  а также по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию  деятельности незаконных вооруженных формирований,  преступных групп,  отдельных лиц и общественных  объединений,  ставящих своей  целью  насильственное  изменение конституционного строя Российской Федерации.

При этом правоприменительная деятельность органов  Федеральной службы безопасности  должна  осуществляться  в соответствии с федеральным законом "Об оперативно-розыскной деятельности", Уголовным и Уголовно-процессуальным кодексами Российской Федерации.

Также представляется  необходимым подчеркнуть,  что принятый в Российской Федерации 5 января 1999 года закон "О внесении изменений и  дополнений в Федеральный Закон "Об оперативно-розыскной деятельности" устанавливает (статья 5),  что "органы  (должностные  лица), осуществляющие  оперативно-розыскную  деятельность,  при проведении оперативно-розыскных  мероприятий  должны  обеспечивать  соблюдение прав  человека  и  гражданина  на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну,  неприкосновенность жилища и тайну корреспонденции".

Статья 8 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" гласит,  что "проведение  оперативно-розыскных  мероприятий, которые ограничивают конституционные права человека и гражданина на тайну переписки,  телефонных переговоров,  почтовых,  телеграфных и телетайпных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи,  а также право на неприкосновенность жилища, допускается на основании судебного решения и при наличии информации:

- о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного  деяния,  по которому производство предварительного следствия обязательно;

- о лицах,  подготавливающих, совершающих или совершивших противоправное деяние...;

- о событиях или действиях,  создающих угрозу государственной, экономической или  экологической  безопасности  Российской  Федерации"[12].

Новая редакция  статьи 12 Закона "Об оперативно-розыскной деятельности" устанавливает,  что "оперативно-служебные документы, отражающие результаты оперативно-розыскной деятельности, предоставляются суду (судье), прокурору, осуществляющему надзор за законностью оперативно-розыскной деятельности, следователю и органу дознания, в производстве которых находится уголовное дело, другим органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, в порядке и случаях, которые установлены настоящим Федеральным законом".

Следует также подчеркнуть,  что часть 2 статьи 21 федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" предоставляет  специально  уполномоченным прокурорам право полного контроля за оперативно-розыскной деятельностью соответствующих субъектов ее проведения.  Причем, "неисполнение законных требований прокурора, вытекающих из его полномочий по надзору за  оперативно-розыскной  деятельностью, влечет за собой установленную законом ответственность".

Коротко комментируя это положение,  следует сказать, что таким образом, специально  уполномоченным Генеральным прокурором Российской Федерации прокурорам предоставлено право  полного  контроля  за оперативно-розыскной деятельностью органов ФСБ России, а также других правоохранительных и правоприменительных государственных  органов.

Что, как было отмечено ранее, не исключает возможность и судебного обжалования конкретных действий правоохранительных органов.

Рассмотрев современное  правовое  положение российских органов безопасности, представляется необходимым также кратко осветить  такое крайне актуальное направление их деятельности, как противодействие современному терроризму, в том числе и в плане международного сотрудничества с правоохранительными органами и спецслужбами иностранных государств.

Непосредственно в структуре ФСБ задачи антитеррористической деятельности решаются Департаментом по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом (ДЗКСБТ, Департамент № 2 ФСБ России).

Отсутствие заметного числа террористических преступлений в СССР объясняется как существовашей нашей стране значительной идейно-политической консолидацией населения, с одной стороны, так и действенностью и эффективностью различных административно-правовых режимов, направленных на обеспечение безопасности общества и государств, то есть той компоненты системы национальной безопасности страны, размывание и разрушение которой началось задолго до августа 1991 г.

Как отмечалось по этому поводу в появившемся в 2005 г. докладе Национального разведывательного совета (НРС) США,  развал СССР дал " ...возможность разгореться пожару этнической и националистической вражды".[13].

И хотя одним из первых актов терроризма в истории новой России можно

 считать покушение 3 мая 1993 г. на специального представителя президента в Северной Осетии В.Н.Поляничко, опасность возникновения организованного систематического терроризма в полной мере изначально осознавалась специалистами правоохранительных органов.

Со всей очевидностью об этом свидетельствует факт проведения в июне 1992 г. Министерством безопасности Российской Федерации первой межведомственной конференции по проблемам противодействия терроризму с участием представителей ГРУ и министерства обороны, Генеральной прокуратуры, Главного управления охраны и МВД  РСФСР.

В целом же 1991 – 1996 годы характеризовались беспрецедентным ростом числа насильственной преступности, в связи с чем даже стал употребляться недостаточно корректный и нечетко определенный термин уголовный,  криминальный терроризм.

В отличие от идейно-политически мотивированного насилия при совершении террористических акций, эти корыстно мотивированные преступные деяния - рэкет, уничтожение имущества, заказные убийства, в том числе путем организации взрывов, поджогов, нападений, обстрелов и т.п.,   по объективной  стороне, то есть способам совершения (modus  operandi), имели немалое сходство с "классическим" политическим терроризмом, и нередко воспринимались населением именно в качестве последнего.

Ибо цели и мотивы преступлений, вскрываемые, как правило, на стадии завершения  следствия,  для  сознания граждан и особенностей оценки ими состояния собственной защищенности особого  значения  не имели и не имеют.

В числе важнейших внутри российских криминогенных факторов и факторов развития нестабильности является образование к марту 1992 г. на территории Российской Федерации фактического эксклава на территории Чечни, на чем следует остановиться подробнее.

После разгона сторонниками Джохара Дудаева при явном попустительстве кремлевской администрации 6 сентября 1991 г. законных органов власти Чечни на территории самопровозглашенной "Республики Ичкерии" было прекращено действие российских законов и права, а все население республики было де-факто отдано в заложники "новой власти" криминально-экстремистского толка.

И хотя проникновение радикальных исламистских учений в виде ваххабизма, в отличие от традиционной (адатской) версии ислама, исповедываемого населением Северо-Кавказского региона,  начинается именно с этого времени, особо активная пропаганда ваххабизма началась после активизации масштабной помощи со стороны зарубежных исламских организаций "властям Ичкерии" вследствие начала на территории республики боевых действий 11 декабря 1994 г.

В период 1992-1994 гг. власти "Ичкерии" создают собственные "вооруженные силы" (де-юре - незаконные вооруженные формирования (НВФ), особое внимание уделяя диверсионно-террористическим методам ведения иррегулярной, т.е. "повстанческой" борьбы, созданию спецподразделений. На территории Чечни при помощи «Аль-Кайды» и Международного фронта джихада (МФД) создаются учебно-тренировочные лагеря, специально-военную подготовку в которых проходили будущие "моджахеды" ("воины Аллаха") из многих государств мира, включая и страны СНГ.

Отметив, что эта деятельность осуществлялась в форме "военно-технического сотрудничества" непризнанной Ичкерии с Аль-Кай­дой и другими радикальными исламистскими группировками, но могла стать обоснованным поводом для обвинений России "в поддержке международного терроризма". Поскольку официально Москва никогда не признавала реальность утраты контроля над территорией Чечни, а признание этого факта противоречило амбициям ее руководства и, безусловно, вело бы к подрыву его авторитета  и престижа как внутри страны, так и на международной арене.

В связи с резким ухудшением криминальной обстановки в стране и ростом числа террористических проявлений, летом 1994 г. в Уголовный кодекс России впервые вводится статья об уголовной ответственности за терроризм (в связи с введением в действие 1 января 1997 г. нового Уголовного кодекса Российской Федерации – статья 205).

В целом же по стране динамика террористической преступности в начавшемся веке в разрезе статьи 205 ("Терроризм") Уголовного кодекса России выглядит следующим образом. Если в 2000 г. было совершено 135 преступлений, квалифицировавшихся как терроризм, то в 2001 г. - 327, в 2002 г. - 360, в 2003 г. - 561, в 2004 г. – 265, 2005 г. – 257, в 2006 г. -- 113. За первое полугодие 2007 г. – 21 («Российская газета», 13 сентября 2007 г.).

В то же время в 2006 г. правоохранительными органами и ФСБ России было предотвращено более 300 диверсионно-террористических акций.

Как подчеркивал председатель Национального антитеррористического комитета, директор ФСБ России Н.П.Патрушев, только в 2006 г. была пресечена деятельность 150 организованных преступных сообществ террористической и экстремистской направленности, 35 бандгрупп, 501 организованная преступная группа, промышлявшие операциями по незаконному обороту оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств.

За преступления, связанные с  террористической и экстремистской деятельностью только в 2006 г. к лишению свободы были осуждены 896 человек, по более чем 700 возбужденным уголовным делам расследования продолжались («Российская газета», 14 марта 2007 г.).

Не менее внушительно и впечатляюще выглядит и статистика «криминальных взрывов» на территории Российской Федерации, которая также характеризует состояние, динамику и тенденции в криминогенной ситуации.

Так  «Российская газета» 29 ноября 2005 г. указывала, что это  явление, получившее в юридической практике название «бомбового терроризма» имеет следующую динамику.

Из 585 взрывов, прогремевших в 1999 году, лишь 14 имели признаки терроризма. В последующие годы соотношение этих двух показателей имело следующее значение:  2000 г. 575 взрывов, из них 150 с признаками терроризма, 2001 г. соответственно  576 и 195, 2002 г. – 488 и 110, 2003 г. – 635 и 210, 2004 г. – 520 и 180. За десять месяцев 2005 г. – из  374 «криминальных взрывов» 141 имел признаки преступлений террористического характера.

За тот же период 2005 г. были предотвращены 110 попыток организации взрывов террористического характера.

Как отметил на встрече с журналистами 17 декабря 2005 г. директор ФСБ России Н.П.Патрушев, только в этом году правоохранительными органами было расследовано 141 преступление террористического характера, по которым проходят 232 установленных подозреваемых.

На Северном Кавказе  за год проведено свыше 2 тысяч специальных операций, более 700 оперативно-боевых мероприятий, вследствие чего разгромлено около 20 бандформирований сепаратистов.

Согласно заявленным итогам 2005 г., количество террористичес­ких проявлений в России сократилось более чем на 40%, равно как и число их жертв. Возросло число предупрежденных преступлений - до 990, как заявил 1 ноября 2005 г. Р.Г. Нургалиев на встрече с вете­ранами органов внутренних дел.

Но реальное состояние дел в области противодействия терроризму подчас недооценивается.

Наглядный пример тому - масштабная операция правоохранительных органов в Нальчике 14 октября 2005 г. и ее освещение, особенно пер­вые сообщения, в СМИ. Достаточно значимый успех правоохранительных органов и спецслужб, пусть и омраченный неизбежными жертвами, оценивался журналистами - в силу незнания и непонимания реалий борьбы с терроризмом, как "поражение спецслужб", что явно не соответствовало действительности.

Следует отметить, о чем автору приходилось писать и говорить неоднократно, что в целом, буквально кровью и потом правоохранительным органам России удалось как восстановить свой антитеррористический потенциал, так и выработать соответствующие методики борьбы с терроризмом. По очень многим показателям в этой сфере правоохранительной деятельности в 2004 – 2007 годы (предотвращение, раскрываемость преступления и т.д.) Россия не только вышла на показатели среднемирового уровня, но намного превышает их.

Ранее нам доводилось неоднократно обращать внимание на необхо­димость разъяснения зарубежным партнерам России по борьбе с терроризмом реалий криминальной ситуации в нашей стране, хотя, понятно, что каждая сторона все же не склонная слишком сильно драматизировать ситуацию. (Возможно, именно следствием этого недопонимания являются и постоянные  претензии  к  России со стороны ПАСЕ и иных институтов Совета Европы).

И определенные подвижки на этом направлении были достигнуты.

Как подчеркивается в качестве одного из главных выводов в док­ладе (сентябрь 2005 г.) лондонского Центра по изучению конфликтов "Российские специальные силы"(Russia"s Special Forces), "Россия по­тенциально является  важнейшим  партнером  по  антитеррористической борьбе, хотя этот факт не осознается многими странами".

Это обстоятельство однако отнюдь не исключает необходимости изучения и зарубежного опыта противодействия террористическим и экстремистским угрозам.

После столь краткого и необходимого введения о развитии террористической угрозы в нашей стране, представляется необходимым вернуться к современной системе противодействия терроризму в России.

Согласно статья 91федерального закона о ФСБ под борьбой с терроризмом понимается деятельность, осуществляемая подразделениями и должностными лицами органов ФСБ  по выявлению, предупреждению, пресечению, раскрытию и расследованию террористических актов посредством проведения оперативно-розыскных, оперативно-боевых, следственных и иных мероприятий.

         Основаниями для проведения мероприятий по борьбе с терроризмом являются:

       а) необходимость пресечения террористического акта;

       б) необходимость выявления лиц, причастных к подготовке и совершению террористического акта;

       в) необходимость добывания информации о событиях или действиях, создающих угрозу терроризма.

          В неотложных случаях, когда промедление может привести к   совершению террористического акта и поставить под угрозу жизнь и здоровье граждан, либо когда имеются данные, позволяющие предполагать, что в жилом помещении совершается или совершен террористический акт, либо когда осуществляется преследование лица, подозреваемого в причастности к совершению террористического акта, сотрудники органа по борьбе с терроризмом имеют право беспрепятственно входить в жилое помещение, а также приостанавливать оказание услуг связи юридическим и физическим лицам или ограничивать использование сетей связи и средств связи. Орган по борьбе с терроризмом в течение 24 часов с момента ограничения права граждан на неприкосновенность жилища или с момента приостановления оказания услуг связи юридическим и физическим лицам или ограничения использования сетей связи и средств связи обязан уведомить об этом прокурора.

         Результаты мероприятий по борьбе с терроризмом могут быть использованы в уголовном судопроизводстве в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством для использования результатов оперативно-розыскной деятельности».

После ряда нелегких лет борьбы с чеченскими вооруженными  сепаратистскими формированиями и иными проявлениями терроризма в Российской Федерации, ее правоохранительным органам и спецслужбам удалось добиться перелома на этом направлении обеспечения национальной безопасности России. Что, однако, не дает оснований для самоуспокоенности и требует продолжения активных действий по выстраиванию эффективной, действенной и адекватной системы мер противодействия этим угрозам.

2006 год знаменовался не только нанесением ряда серьезных ударов по действующим на Северном Кавказе незаконным вооруженным формированиям сепаратистов, но и крупной перестройкой системы государственных органов и подходов к организации противодействия политическому экстремизму и терроризму.

Начало этому положило вступлению в силу 10 марта  нового федерального закона «О противодействии терроризму (№ 35-ФЗ от 6 марта 2006 г.). Однако, прежде чем остановиться на юридических новеллах упомянутого закона, следует сказать о реорганизации государственной структуры противодействия терроризму в России, созданной в соответствии с Указом президента от 15 февраля 2006 г. N 116. «О мерах по противодействию терроризму».

Этим указом, в целях повышения эффективности борьбы с терроризмом и экстремизмом был образован Национальный антитеррористический комитет (НАК), учреждены антитеррористические комиссии в субъектах Российской Федерации (АТК в субъектах Федерации, территориальные АТК).

Состав НАК определяется персонально президентом, а его председателем в настоящее время является директор ФСБ Н.П.Патрушев. В состав НАК входят должностные лица органов исполнительной власти России.

Федеральные органы исполнительной власти, представители которых входят в состав НАК, принимают акты (совместные акты) для реализации решений Комитета.

Национальный антитеррористический комитет является органом, обеспечивающим координацию деятельности федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления по противодействию терроризму, а также осуществляющим подготовку соответствующих предложений Президенту Российской Федерации.

Основными задачами Национального антитеррористического комитета являются:

- подготовка предложений Президенту Российской Федерации по формированию государственной политики в области противодействия терроризму, а также по совершенствованию законодательства Российской Федерации в этой области;

- координация деятельности по противодействию терроризму федеральных органов исполнительной власти, антитеррористических комиссий в субъектах Российской Федерации, а также организация их взаимодействия с органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, общественными объединениями и организациями;

- разработка мер по противодействию терроризму, устранению способствующих ему причин и условий, в том числе мер по обеспечению защищенности потенциальных объектов террористических посягательств;

- участие в международном сотрудничестве в области противодействия терроризму, в том числе в подготовке проектов международных договоров Российской Федерации в этой области;

- подготовка предложений по обеспечению социальной защиты лиц, осуществляющих борьбу с терроризмом и (или) привлекаемых к этой деятельности, а также по социальной реабилитации лиц, пострадавших от террористических актов;

-  решение иных задач, предусмотренных законодательством Российской Федерации, по противодействию терроризму.

Для реализации решений Комитета могут подготавливаться проекты указов, распоряжений и поручений Президента Российской Федерации, а также проекты постановлений и распоряжений Правительства Российской Федерации, которые представляются на рассмотрение в установленном порядке.

Для непосредственного руководства контртеррористическими операциями (КТО) в составе НАК образуется Федеральный оперативный штаб (его руководитель назначается председателем НАК).

Решения Федерального оперативного штаба НАК, принятые в соответствии с его компетенцией, обязательны для всех государственных органов, представители которых входят в его состав и в состав оперативных штабов в субъектах Российской Федерации; (решения оперативных штабов в субъектах Российской Федерации, соответственно, обязательны для всех государственных органов, представители которых входят в их состав, а его руководителем по должности является руководитель территориальных органов Федеральной службы безопасности Российской Федерации в соответствующих субъектах Федерации).

После вступления в силу 10 марта 2006 г. нового федерального закона «О противодействии терроризму»,  состоялось первое организационное заседание НАК. А 27 июля 2006 г. НАК выступил с обращением к участникам незаконных вооруженных формирований и членов сепаратистских движений с предложением сложить оружие и сдаться властям под гарантии объективного и непредвзятого рассмотрения участия в предыдущей противоправной деятельности.

Данное решение, подкрепленное принятием постановления Государственной Думы России об амнистии участников НВФ, привело к тому, что только к началу марта 2007 г. властям сдались 546 участников НВФ, что способствовало  значительному ослаблению потенциала сепаратистского подполья в Чечне, оздоровлению обстановки в Южном федеральном округе в целом(«Российская газета», 14 марта 2007 г.).

Вернемся  вновь к положениям федерального закона «О противодействии терроризму».

Его статья 4 устанавливает, что Российская Федерация участвует в международном сотрудничестве с иностранными государствами в области борьбы с терроризмом в соответствии с международными договорами, межведомственными соглашениями (договорами) с, их правоохранительными органами и специальными службами, а также с международными организациями, и, руководствуясь интересами обеспечения безопасности личности, общества и государства, преследует на своей территории лиц, обвиняемых (подозреваемых) в причастности к терроризму, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В статье 3 закона даются определения основных понятий, необходимых для его практического руководства борьбой с терроризмом.

В частности, терроризм в законе определяется как  идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных насильственных действий[14].

А под противодействием терроризму понимается «деятельность органов государственной власти и органов местного самоуправления по:

a)                 предупреждению терроризма, в том числе по выявлению и последующему устранению причин и условий, способствующих совершению террористических актов (профилактика терроризма);

b)                выявлению, предупреждению, пресечению, раскрытию и расследованию террористического акта (борьба с терроризмом);

c)                 минимизации и (или) ликвидации последствий проявлений терроризма».

К числу основных принципов противодействия терроризму законодателем отнесены (статья 2):

1)                обеспечение и защита основных прав и свобод человека и гражданина;

2)                законность;

3)                приоритет защиты прав и законных интересов лиц, подвергающихся террористической опасности;

4)                неотвратимость наказания за осуществление террористической деятельности;

5)                системность и комплексное использование политических, информационно-пропагандистских, социально-экономических, правовых, специальных и иных мер противодействия терроризму;

6)                сотрудничество государства с общественными и религиозными объединениями, международными и иными организациями, гражданами в противодействии терроризму;

7)                приоритет мер предупреждения терроризма;

8)                единоначалие в руководстве привлекаемыми силами и средствами при проведении контртеррористических операций;

9)                сочетание гласных и негласных методов противодействия терроризму;

10)           конфиденциальность сведений о специальных средствах, технических приемах, тактике осуществления мероприятий по борьбе с терроризмом, а также о составе их участников;

11)           недопустимость политических уступок террористам;

12)           минимизация и (или) ликвидация последствий проявлений терроризма;

13)           соразмерность мер противодействия терроризму степени террористической опасности.

Фактически же к принципам противодействия терроризму можно также отнести допустимость ведения переговоров с террористами в процессе осуществления контртеррористических операций (статья 16). Но при этом переговоры ведутся в целях сохранения жизни и здоровья людей лицами, специально уполномоченными на то руководителем контртеррористической операции (КТО). При ведении переговоров с террористами не должны рассматриваться выдвигаемые ими политические требования.

А также правомерное причинение вреда  жизни, здоровью, имуществу или иным правам террористов при пресечении террористического акта либо осуществлении иных мероприятий по борьбе с терроризмом действиями, предписываемыми или разрешенными законодательством Российской Федерации (статья 22).

Статья 25. указывает на возможность вознаграждения лицам, оказывающим содействие в выявлении, предупреждении, пресечении, раскрытии и расследовании террористического акта, выявлении и задержании лиц, подготавливающих, совершающих или совершивших такой акт, из средств федерального бюджета.

Статья 11 закона раскрывает содержание правового режима контртеррористических операций.

Контртеррористическая операция (КТО), гласит статья 12 («Условия проведения контртеррористической операции»)  проводится для пресечения террористического акта, если его пресечение иными силами или способами невозможно. Пресечение террористического акта при проведении КТО осуществляется силами и средствами органов федеральной службы безопасности, а также создаваемой группировки сил и средств».

Чрезвычайно важным как для теории, так и для практики правоприменительной деятельности по противодействию терроризму и экстремизму, является и комплекс вопросов об ответственности за террористическую деятельность.

Непосредственно федеральный закон «О противодействии терроризму» отмечает следующее (статья 24 «Ответственность организаций за причастность к терроризму»):

1. В Российской Федерации запрещаются создание и деятельность организаций, цели или действия которых направлены на пропаганду, оправдание и поддержку терроризма или совершение преступлений, предусмотренных статьями 205-206, 208, 211, 277-280, 2821, 2822  и 360 Уголовного кодекса Российской Федерации.

2. Организация признается террористической и подлежит ликвидации (ее деятельность - запрещению) по решению суда на основании заявления Генерального прокурора Российской Федерации или подчиненного ему прокурора в случае, если от имени или в интересах организации осуществляются организация, подготовка и совершение преступлений, предусмотренных статьями 205-206, 208, 211, 277-280, 2821, 2822   и 360 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также в случае, если указанные действия осуществляет лицо, которое контролирует реализацию организацией ее прав и обязанностей. Решение суда о ликвидации организации (запрете ее деятельности) распространяется на региональные и другие структурные подразделения организации…..

4. Положения настоящей статьи распространяются на иностранные и международные организации, а также на их отделения, филиалы и представительства в Российской Федерации.

5. Федеральный орган исполнительной власти в области обеспечения безопасности ведет единый федеральный список организаций, в том числе иностранных и международных организаций, признанных судами Российской Федерации террористическими. Указанный список подлежит опубликованию в официальных периодических изданиях, определенных Правительством Российской Федерации.

14 июля 2006 г. в «Российской газете» было опубликовано решении Верховного Суда России о признании 17 организаций террористическими и о запрещении их деятельности на территории России.

Также важное значение имеют вступившие в силу с 1 января 2007 года статьи 18 («Возмещение вреда, причиненного в результате террористического акта»),  19 («Социальная реабилитация лиц, пострадавших в результате террористического акта») и 21 (Возмещение вреда лицам, участвующим в борьбе с терроризмом, и меры их социальной защиты»).

Но с созданием НАК, Федерального оперативного штаба, антитеррористических комиссий Субъектов Федерации и вступлением в силу закона «О противодействии терроризму» работа над совершенствованием правовой базы не прекратилась.

После присоединения России к  Европейской конвенции 1977 г. федеральным законом «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием федерального закона «О ратификации конвенции Совета Европы о противодействии терроризму» и федерального закона «О противодействии терроризму» от 27 июля 2006 г. №153-ФЗ ряд важных новелл пополнил многие российские законодательные акты.

В частности, в Уголовный кодекс РФ были введены нормы об уголовной ответственности за террористический акт (новая редакция статьи 205), за содействие осуществлению террористической деятельности (статья 2051  УК РФ), за оправдание, публичные призывы и пропаганду терроризма ( ст.  2052 УК РФ)[15]. При этом статьи 205 и 2052  предусматривают возможность освобождения от уголовной ответственности лиц, если они своевременным предупреждением органов власти или иным способом способствовали предотвращению акта терроризма, или его расследования и если в их действиях  не содержится иного состава преступления.

Эти нововведения в Уголовный кодекс в наиболее полной мере учитывают как накопленный спецслужбами и правоохранительными органами опыт борьбы с терроризмом в России за последние годы, выявленные при этом пробелы в правовом регулировании возникающих проблем, так и  международно-правовые обязательства нашей страны, вытекающие из факта присоединения Российской Федерации к действующим международным антитеррористическим конвенциям.

Но, помимо государственной системы мер противодействия терроризму значительная роль в устранении этой угрозы принадлежит и обществу, на что уже более 120 лет назад указывали отечественные исследователи асоциального феномена терроризма  А.П.Мальшинский, Н.Н.Голицын и С.С.Татищев.

 Причем роль общества в борьбе с терроризмом достаточна велика и значима, хотя реа­лизуется, прежде всего, на допреступной стадии поведения потенци­альных террористов. Она просто не должна позволять формироваться той фанатично-одержимой личности, которая готова переступить все нравственные и религиозные запреты на убийство себе подобных. В том числе и исламские табу на убийство единоверцев и самоубийство.

Но возникает закономерный вопрос: а готово ли современное рос­сийское общество включиться в противодействие идейно-пропагандист­скому влиянию террористической и экстремистской идеологии и практи­ки?

Ответ на этот крайне важный вопрос частично дают обнародован­ные в начале октября 2005 г. результаты исследования российского центра РОМИР Мониторинг (www.rmh.ru).

Cогласно этим данным, если целиком одобряли идею активизации участия общественности в противодействии терроризму 43% опрошенных, и еще 34% из них "скорее одобряли" ее, то скептическое отношение к ней выразили 18% респондентов при 6 процентах отвергавших ее полностью, видя в ней только "возрождение доносительства в стиле 1937 г.".

Что бы активно участвовать в противодействии угрозе терроризма гражданскому обществу необходимо осознать, что террористы и их по­собники живут в самом этом обществе, подвержены его информационному, воспитательному, эмоциональному и психологическому воздействию. И именно в этом комплексном воздействии общества на его членов заключается причина объявления в 1998 году наиболее известными террористическими организациями Европы ИРА, РАФ и ЭТА отказа от продолжения террористических действий как контрпродуктивных.

Но при этом само информационно-психологическое воздействие общества на своих членов мо­жет быть различным - от позитивно-стимулируюшего до агрессивно-по­буждающего.

Немаловажное значение в этой связи имеет и деятельность СМИ по противодействию распространения радикально-экстремистской идеологии.

Но могут ли, и главное - готовы ли сегодня СМИ включиться в процесс активного воздействия на криминогенную обстановку?

Определенный ответ на него дают опять-таки данные ранее уже упоминавшегося исследования РОМИР Мониторинг.

      При этом было выяснено, что если 52% респондентов интересуют сообщения СМИ о произошедших терактах, то у примерно трети населе­ния выработалась привычка к невосприятию подобной "негативной" ин­формации, а еще 18% опрошенных стремятся попросту отгородиться от нее, не читая прессу или переключая телевизор.

24% опрошенных полагали, что СМИ должны стать "средством борьбы с терроризмом", а еще 19% выражали мнение, что они не должны, по крайней мере, высту­пать "невольными проводниками интересов террористов".

   29% респондентов высказывали мнение, что СМИ должны отказаться от репродуцирования информации,  способствующей облегчению подготовки и осуществлению террористичес­ких акций.

Следует однако отметить, что, к сожалению, подобного рода меж­дународно принятые нормы и рекомендации, не восприняты в полной мере не только российскими журналистами, но и отечественными зако­нодателями, представителями других ветвей власти.

О том, что нет единого понимания задач, роли и места СМИ в противодействии террористической угрозе, свидетельствуют и дискус­сия и результаты проходившего в Москве 5 октября 2005 г. журналист­ского форума "Будущее без терроризма!".

       Для примера отметим, что в США первая подобная профессиональ­ная дискуссия о роли СМИ в противодействии терроризма состоялась еще в ноябре 1977 г., когда террористическая угроза для этой страны имела преимущественно гипотетический характер.

Задачу выработки профессиональных норм и правил освещения вопросов борьбы с терроризмом ставит перед собой международный анти­террористический медийный форум, созданный в ноябре 2004 г. под эгидой Организации договора коллективной безопасности (ОДКБ) СНГ (см. www.mamf.ru).

В этой связи, по-видимому, основной задачей гражданского об­щества, совместно со СМИ, должно быть преодоление, ограничение действия и минимизация последствий воздействия криминогенных факто­ров, которые являются составной частью механизма формирования прес­тупного поведения.

В целом сложившаяся в мире в настоящее время ситуация показы­вает, что объективно борьба с терроризмом потребует еще немало лет и усилий международного сообщества для разгрома его основных международных струк­тур.  Более того, по прогнозу американских аналитиков из Национального совета по разведке, "к 2020 году на смену Аль-Кайде придут не менее фанатичные, но более децентрализованные группы исламских экстремистов"[16].

Что, впрочем, справедливо и для нашей страны.

Ликвидация терроризма в целом представляется весьма проблема­тичной, ведь это явление сопровождает планетарную цивилизацию еще с до библейских времен.

Более реальной является задача последовательного снижения чис­ла террористических проявлений, их масштабов и числа жертв, а также числа участников террористических организаций и сторонников терро­ристической идеи. А в этом как раз велика роль как правоохранительных органов, органов государственной власти, СМИ, так и самого общества.

Современный облик Федеральной службы безопасности России, подчеркивал в одном из недавних интервью Н.П.Патрушев, определяют прежде всего люди, наши сотрудники. От их профессионализма, отношения к делу, моральных качеств зависит как эффективность всей деятельности, так и авторитет органов безопасности[17].


‹ Часть III. КГБ был. Есть? И будет? Вверх Сотрудничество органов безопасности государств СНГ в борьбе с терроризмом. ›

Сотрудничество органов безопасности государств СНГ в борьбе с терроризмом.

С сожалением приходится констатировать тот известный факт, что в  последнее десятилетие терроризм стал одной из постоянных угроз безопасности многих государств мира, не исключая и Россию, а также ее ближайших геополитических соседей по СНГ.

Как отмечается по этому поводу в Концепции национальной безопасности России, международным терроризмом развязана открытая кампания в целях дестабилизации ситуации в России.

В числе  угроз  национальной  безопасности  России в Концепции также назывались ослабление интеграционных процессов в  Содружестве независимых государств,  активизация  трансграничной организованной преступности, а в числе важнейших задач  указывалось  на  необходимость расширения  взаимовыгодного  международного  сотрудничества в правоохранительной сфере,  и в  первую  очередь  -  с  государствами-участниками СНГ[1].

Отметим, что под  международным  терроризмом  и  международной террористической деятельностью нами понимается террористическая деятельность, осуществляемая террористом или террористической организацией  на  территории  более  чем одного государства или наносящая ущерб интересам более чем одного государства; гражданами одного государства в отношении граждан другого государства или на территории другого государства;  в случае,  когда как террорист,  так и жертва терроризма являются гражданами одного и того же государства или разных государств,  но преступление совершено за пределами  территорий этих государств[2].

Некоторые характерные  особенности современного международного терроризма рассматриваются нами в приложении N 4.

Меры по противодействию терроризму осуществляются как на национально-государственном,  так и межгосударственном и  международном уровнях.

Система  и  конкретное содержание этих мер на национальном уровне определяется законодательством соответствующих государств. О современной российской системе противодействия экстремизму и терроризму мы уже говорили ранее.

Вследствие роста числа,  масштабов террористических  акций и степени порождаемых ими угроз во всем мире, проблема борьбы с этим современным цивилизационным вызовом неоднократно становилась предметом рассмотрения на международных форумов различного уровня -  от  Генеральной Ассамблеи и Совета безопасности ООН, до регулярных встреч руководителей государств "большой восьмерки", регионального уровня.

При этом  международным  сообществом  было  выработано  немало прктических рекомендаций по активизации и  повышению  эффективности борьбы с терроризмом[3].

В их  числе  достаточно указать только на принятые в последние годы:

- Меры по борьбе с терроризмом (утверждены резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 15 апреля 2002 г.);

- Реагирование  на глобальные угрозы и вызовы (резолюция ГА ООН от 16 декабря 2002 г.);

- Конвенция  ООН против транснациональной организованной преступности от 15 декабря 2000 г.;

- Террористическая  преступная  деятельность (Рекомендации VIII Конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями);

- Руководство по сотрудничеству в борьбе с  терроризмом  Генерального секретариата Интерпола 1998 г.;

- Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом,  сепаратизмом и экстремизмом от 15 июня 2001 г.;

- Соглашение между государствами-членами Шанхайской  организации сотрудничества о Региональной антитеррористической структуре от 7 июля 2002 г.;

- Специальные  рекомендации  ФАТФ  по борьбе с финансированием терроризма от 31 октября 2001 г.[4].

С 2000 г. по инициативе нашей страны в России ежегодны проходят международные встречи представителей органов безопасности и спецслужб по проблемам борьбы с терроризмом. В последней такой встрече в сентябре 2007 г. принимали участие делегации более 70 государств мира.

Российская Федерация также активно сотрудничает с Комитетом по борьбе с терроризмом при Совете безопасности ООН, образованном в октябре 2001 г., поддерживает партнерские отношения с органами безопасности более чем 60 стран.

В резолюции Совета безопасности ООН от 28  сентября  2001 г.  N 1373, являющейся  важнейшим  документом  в  области сотрудничества в сфере борьбы с современным терроризмом, все государства мира призывались:

- воздерживаться от предоставления в любой форме  поддержки  - активной или пассивной - организациям или лицам,  замешанным в террористических актах;

- обеспечивать, чтобы любое лицо, принимающее участие в финансировании, планировании, подготовке или совершении террористических актов или в их поддержке, привлекалось к судебной ответственности;

- предотвращать передвижение террористов или  террористических групп  с  помощью  эффективного пограничного контроля и контроля за выдачей документов,  удостоверяющих личность, а также с помощью мер предупреждения фальсификации,  подделки или незаконного использования документов;

- сотрудничать,  особенно в рамках двусторонних и многосторонних механизмов и соглашений,  в целях предотвращения  и  пресечения террористических  нападений  и принимать меры против виновных в соучастии в совершении таких актов[5].

В Указе президента Российской Федерации от 10 января 2002 г.  N 6  "О мерах по выполнению резолюции Совета Безопасности ООН 1373 от 28 сентября 2001 г." органам государственной  власти  предписывалось

"...принять необходимые меры в целях предотвращения совершения террористических актов,  в том числе путем раннего предупреждения других государств с помощью обмена информацией... не допускать, что бы те,  кто финансирует,  планирует, оказывает содействие в совершении террористических актов...  использовали территорию Российской Федерации в этих целях против других государств или их граждан".

Пункт 4  данного  указа  обязывал  органы исполнительной власти, призванные вести борьбу с терроризмом - Минюст,  МИД,  МО,  МВД, СВР, ГТК,  а также  Федеральную службу охраны и Федеральную службу безопасности России,  "осуществлять в соответствии с международным правом и законодательством Российской Федерации обмен информацией с компетентными органами заинтересованных государств и сотрудничать с этими органами  в  административных и судебных вопросах;

б) активизировать и ускорить  обмен  оперативной  информацией, особенно о  действиях или передвижениях террористов или террористических групп (сетей), о подделанных или фальсифицированных проездных документах; о торговле оружием, взрывчатыми веществами или материалами двойного назначения;  об использовании террористическими группами коммуникационных технологий, а также об угрозе, которую представляет владение террористическими группами оружием массового уничтожения"[6] .

Важная роль в борьбе с терроризмом отводится ФСБ России,  в том числе во взаимодействии с правоохранительными органами других государств, в том числе стран СНГ.

В целом  взаимодействие  стран  Содружества Независимых Государств в противодействии терроризму и политическому экстремизму организуется и осуществляется как  специально  уполномоченными органами  этих  государств,  так  и целой системой межгосударственных институтов.

Практически в выработке и принятии мер по противодействию терроризму на территории государвств-участников СНГ в  пределах  своей компетенции принимают участие следующие органы Содружества:

- Совет Глав Государств (СГГ),

- Совет Глав правительств (СГП),

- Межпарламентская ассамблея (МПА СНГ),

- Координационный совет  генеральных  прокуроров (КСГП),

- Совет  министров  внутренних дел (СМВД),

- Совет руководителей органов безопасности и  спецслужб (СОРБ),

- Совет командующих пограничными войсками (СКПВ),

- Совет министров обороны (СМО),

- межгосударственный Антитеррористический центр (АТЦ СНГ), образованный решением Совета Глав Государств СНГ 21 июня 2000 г.

Регламентами деятельности  указанных  органов  Содружества,  а также заключенными межгосударственными и межведомственными соглашениями, создана  правовая  основа  для выработки и реализации единой политики противодействия угрозам терроризма и политического экстремизма на территориях стран СНГ.

Следует отметить, что 19 апреля 2004 г. Парламентская ассамблея СНГ приняла новый Модельный закон о борьбе  с  терроризмом (первый вариант этого закона был принят МПА СНГ еще в декабре 1998 г.).

Согласно статье 4 Модельного закона СНГ от 19 апреля 2004 г. целями борьбы с терроризмом являются:

- защита личности, общества и государства от терроризма;

- предупреждение,  выявление, пресечение террористической деятельности и минимизация ее последствий;

- выявление и устранение причин и условий, способствующих осуществлению террористической деятельности.

Основными принципами  борьбы с терроризмом,  в соответствии со статьей 2 данного закона, являются:

- законность;

- приоритет мер предупреждения терроризма;

- неотвратимость  наказания  за осуществление террористической деятельности;

- сочетание гласных и негласных методов борьбы с терроризмом;

- комплексное использование профилактических,  правовых, политических, социально-экономических и пропагандистских мер;

- приоритет защиты жизни,  здоровья и прав лиц, подвергающихся опасности в результате террористической акции;

- недопустимость политических уступок террористам;

- организация  и осуществление международного сотрудничества в борьбе с терроризмом в различных сферах и  многообразных  формах  и некоторые другие.

4 июня 1999 г.  в Минске был подписан Договор о сотрудничестве государств-участников СНГ в борьбе с терроризмом[7].

25 статей этого документа дополнительно регламентируют вопросы сотрудничества государств-участников СНГ  в  сфере  противодействия терроризму как одной из угроз их национальной безопасности.

Согласно статье  5  Договора компетентные органы участвующих в нем государств обязуются оказывать друг другу содействие путем:

а) обмена информацией;

б) выполнения запросов о проведении  оперативно-розыскных  мероприятий;

в) разработки и принятия согласованных мер для предупреждения, выявления, пресечения или расследования актов терроризма и взаимоуведомления об этих мерах;

г) принятия мер для предотвращения и пресечения на своей территории подготовки к совершению актов терроризма на территории другой Стороны;

д) оказания содействия в оценке состояния системы  физической защиты объектов повышенной технологической и экологической опасности, разработке и реализации мер для совершенствования этой системы;

е) обмена нормативными правовыми актами и материалами о практике их применения;

ж) направления  по согласованию между заинтересованными Сторонами специальных  антитеррористических  формирований  для  оказания практической помощи  в  пресечении актов терроризма и в борьбе с их последствиями;

з) обмена  опытом  предупреждения и борьбы с террористическими актами, включая проведение стажировок,  семинаров,  консультаций  и научно-практических конференций;

и) подготовки и повышения квалификации сотрудников;

к) совместного,  по согласованию Сторон, финансирования и проведения научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ  по разработке систем  и  средств физической защиты объектов повышенной технологической и экологической опасности;

л) осуществления  на  договорной  основе  поставок специальных средств, техники и оборудования для обеспечения  антитеррористической деятельности.

Но это только высший договорный уровень  сотрудничества  государств  СНГ, реальное  и  конкретно-предметное  наполнение которого обеспечивают межгосударственные или межведомственные программы.

В марте 2004 г. Государственная Дума России ратифицировала Протокол о порядке взаимодействия при проведении контртеррористических мероприятий на территории государств-участников СНГ.

Помимо законодательного  обеспечения  сотрудничества  в  сфере борьбы с терроризмом,  важное значение руководством государств придается подготовке кадров для правоохранительных органов.

В частности, подготовка кадров для компетентных в сфере борьбы с терроризмом органов государств-участников  СНГ  осуществляется  в учебных заведениях ФСБ, МВД, пограничных войск, министерства обороны России.

Под эгидой АТЦ СНГ, с учетом реальной оперативной обстановки в Центрально-азиатском регионе,  в 2001-2003 годах  проводились  комплексные  командно-штабные  учения  "Юг-антитерор".  Соответствующие учения проводились также подразделениями Вооруженных Сил  и  пограничных войск стран Содружества.

Осуществлялось также взаимодействие оперативных и следственных подразделений органов  безопасности  стран СНГ по конкретным делам, проводились совместные оперативные мероприятия и операции, осуществлялась экстрадиция подозреваемых и обвиняемых.

Итогом накопленного  опыта  сотрудничества  в  сфере  борьбы с преступностью стало принятие 21 июня 2000  г.  Советом  Глав  Государств Содружества  специальной Программы по борьбе с международным терроризмом на период до 2003 г.,  во исполнение которой распоряжением  Правительства  Российской  Федерации  от 21 ноября 2000 г.  N 1643-р был утвержден План мероприятий по реализации Программы государств-участников  Содружества  Независимых  Государств по борьбе с международным терроризмом и иными проявлениями экстремизма на период до 2003 года.

В преамбуле этого документа  подчеркивалось,  что "при  рассмотрении вопросов сотрудничества в борьбе с терроризмом и иными проявлениями экстремизма в рамках ООН и других  международных организаций,  а  также с государствами,  не являющимися участниками СНГ,  исходить из целесообразности выработки и соблюдения  согласованных подходов в свете указанной Программы".

Данный документ конкретизировал ряд позиций межгосударственной программы СНГ по борьбе с терроризмом.  В частности, им предусматривалось рассмотрение вопроса о создании из представителей  заинтересованных  органов государств-участников СНГ научно-координационного совета (НКС) государств-участников СНГ по исследованию актуальных проблем борьбы  с международным терроризмом и иными проявлениями экстремизма. Решение о создании научно-консультативного совета при  АТЦ  СНГ было принято на 12 заседании СОРБ в июне 2002 г.,  на котором также было утверждено Положение о НКС, а в ноябре того года в Москве было проведено его первое заседание.

Контроль за ходом выполнения Плана мероприятий  по  реализации программы государств-участников  СНГ по борьбе с международным терроризмом и иными проявлениями экстремизма был возложен на ФСБ  России и  установлены  единые для всех ведомств сроки - 20 января и 20 июня, - представления соисполнителями отчетов о выполнении плановых позиций.

В октябре 2003 г.  на заседании Совета глав государств СНГ в г. Кишиневе была  принята  очередная  Программа  государств-участников Содружества Независимых Государств по борьбе с международным терроризмом и иными проявлениями экстремизма на период 2004 -  2005  годов.

В то же время, помимо рассмотренного нами, так сказать, высшего уровня сотрудничества в рамках СНГ в целом, может существовать и региональное сотрудничество.  Так, например, осознание реальной угрозы,  исходящей от распространения терроризма и религиозно-политического  экстремизма в регионе,  особенно связанного с деятельностью ранее названного "Международного фронта  джихада" (МФД),  привело  к заключению руководством Киргизии,  Таджикистана,  Узбекистана и Казахстана 21 апреля 2000 г. договора о совместных действиях по борьбе с политическим и религиозным экстремизмом, сепаратизмом и терроризмом и об образовании регионального антитеррористического центра.

В сентябре 2001 г.  в связи с резким  обострением  оперативной обстановки в Центрально-азиатском регионе была образована  оперативная группа АТЦ СНГ, дислоцирующаяся в г. Бишкек (Кыргызстан), призванная в реальном масштабе времени отслеживать происходящие изменения в оперативной обстановке в регионе и информировать  о  них  как руководство соответствующих государств и органов безопасности,  так и руководство межгосударственного Антитеррористического центра  государств-участников СНГ.

Нельзя также  не указать на то,  что 2 декабря 1999 г.  Россия, Казахстан, Китайская народная республика,  Киргизия и  Таджикистан, позднее объединившиеся   в   Шанхайскую  организацию  сотрудничества (ШОС), заявили о своем намерении сотрудничать в области борьбы  с терроризмом, политическим  экстремизмом  и  сепаратизмом.  А 7 июля 2002 г. участвующими в ШОС государствами было подписано соглашение о создании Региональной   антитеррористической  структуры  (РАТС)  со штаб-квартирой в г.Бишкек (Республика Кыргызстан).  Данное  соглашение, в частности,  регламентирует порядок работы РАТС[8] .

В мае 2004 г.  в г.  Сочи под эгидой ФСБ России состоялось очередное международное совещание руководителей органов  безопасности, спецслужб  и правоохранительных органов по вопросам повышения эффективности борьбы с терроризмом,  участие в котором приняли более  70 делегаций из 46 государств.

В тоже время следует отметить,  что России еще далеко не  удалось преодолеть практику "двойных стандартов" при рассмотрении вопросов борьбы с экстремизмом и терроризмом.

Накопленный органами безопасности  и  спецслужбами  государств СНГ  опыт  противодействия внутреннему и международному терроризму, равно как и вопросы организации сотрудничества в этой сфере  также, в свою очередь, должны стать предметом специального научного анализа. Особенно учитывая тот факт, что, как отмечалось ранее, в борьбе с терроризмом принимают  участие  также  подразделения  министерств внутренних дел,  обороны,  прокуратуры и некоторые другие государственные органы государств СНГ.

В настоящее время все эти договоренности реализуются с учетом изменений, связанных с принятием нового антитеррористического законодательства России 10 марта 2006 г.

Помимо этого Российская Федерация принимает участие в программах Комитета по борьбе с терроризмом при Совете безопасности Организации Объединенных Наций, созданного в октябре 2001 года.


‹ На путях реформирования. Вверх Органы госбезопасности России в зеркале общественного мнения. ›

Органы госбезопасности России в зеркале общественного мнения.

Завершая рассмотрение  современного этапа деятельности органов безопасности России, представляется необходимым еще раз вернуться к результатам опросов общественного мнения, в которых отражается мнение населения о деятельности ФСБ России и других правоохранительных органов, а также их отношение к самим этим органам.

Понятно, что негативные стереотипы, сформированные у части населения многочисленными критическими выступлениями средств массовой информации в 1987-1993 г.г., не могли не сказаться на его отношении к  деятельности  органов безопасности - Министерства безопасности - Федеральной службы контрразведки и Федеральной службы  безопасности Российской Федерации.

Динамика степени доверия населения российским органам безопасности в 1994-2007 годах нами представлена на базе данных Всероссийского центра изучения общественного мнения и маркетинга (ВЦИОМ)[1].

В рамках регулярно проводившихся ВЦИОМ опросов населения респондентам неоднократно  задавался вопрос о степени доверия различным государственным органам, в том числе и ФСК-ФСБ России.

Динамика ответов респондентов на вопрос анкеты "В какой  мере, на ваш взгляд, заслуживают доверия....?" в разные годы представлена в виде  таблицы (в ее столбцах указываются  соответствующие проценты ответов):

      Годы   /   месяцы
Варианты ответов
Органы безопасности (ФСК – ФСБ)

Вполне заслуживают доверия

Не вполне заслуживают доверия

Совсем не заслуживают доверия
   
Затруднилисьс ответом

1994/ февраль

      21,1

       26,7
   
      18,3
   
     32,8

1995/май

      12,7
   
       32,4
   
      24,4
   
     29,3

1998/сентябрь
   
      17,5
   
       30,4
   
      25,2
   
     27,0

1999/март
   
      18,9
   
       34,4
   
      23,8
   
     23,1

2000/март
   
       24,4
   
        34,8
   
       18,3
   
     22,5

2001/сентябрь
   
       23,1
   
        30,2
   
       18,8
   
     27,9

2002/март
   
       19,7
   
        34,5
   
       21,0
   
     24,7

2002/октябрь
   
       22,6
   
        32,1
   
       19,5
   
     25,8

2003/март
   
       22,5
   
        33,4
   
       22,3
   
     21,8

2006/март
   
       23
   
        29
   
       18
   
     30

2007 /март
   
       24
   
        27
   
       18
   
     31

В результате сравнения сопоставимых данных можно сделать вывод о том,  что на протяжении 1994-2002 годов степень доверия населения к органам ФСБ последовательно возрастала, а в последующие годы остается достаточно стабильной.  Причем из государственных структур  большим доверием  в  нашей  стране  традиционно пользуются Вооруженные силы (армия), которые совместно с органами ФСБ и МВД участвуют как в мероприятиях по борьбе с терроризмом,  так и в локализации и ликвидации вооруженных конфликтов.

Другие правоохранительные органы - милиция, суды и прокуратура пользуются  значительно меньшей степенью доверия со стороны населения,  что, по-видимому, сказывается в определенной мере и на эффективности их деятельности.

Представляется целесообразным  также привести результаты опроса, полученные в сентябре 2002г. об отношении населения к создателю органов ВЧК Ф.Э. Дзержинскому.

23% опрошенных ВЦИОМ целиком положительно  относились  к  идее восстановления памятника  Дзержинскому на Лубянской площади в Москве,  а еще 33% -  ответили "скорее положительно".  Соответственно, "скорее  отрицательно" к этой идее относились 14 и "резко отрицательно" только 9 процентов опрошенных.

В тоже время 89%  опрошенных высказались за восстановление памятника Дзержинскому.  При этом 36%  респондентов мотивировали этот свой выбор тем,  что "это памятник одной из эпох истории России, от которой не следует отказываться",  а 25% тем, что "это восстановление  исторической справедливости по отношению к видному деятелю советской власти, который сделал много хорошего".

Среди десяти деятелей времен революции Ф.Э.  Дзержинский занимал второе место по числу симпатизирующих ему респондентов  -  28% ответов, а стойкую антипатию он вызывал только у 6% из них.

Добавим лишь то, что большую симпатию респонденты испытывали к В.И. Ленину - 36%  ответов,  а на третьем месте находился И.В. Сталин, пользовавшийся симпатиями 22% респондентов.

В  декабре 2001г.  социологический исследовательский центр "Мониторинг групп" провел опрос населения, в ходе которого были опрошены 1600 граждан России, проживающих во всех федеральных округах.

Основной целью данного исследования являлось выявление отношения граждан России к деятельности Федеральной службы безопасности.

Подавляющее большинство - 77%  респондентов ответили, что считают органы ФСБ необходимым ведомством в структуре государственного управления.  Противоположного мнения придерживались только 6% опрошенных при 17% затруднившихся с ответом.

В то же время 25% респондентов полагали, что органы ФСБ дублируют деятельность милиции, таможни, налоговой полиции, а противоположного мнения придерживались 46% из них.

По мнению опрашивавшихся лиц,  приоритетами  для  деятельности органов безопасности России должны быть:

- борьба с терроризмом - 48%  ответов;

- борьба с коррупцией - 44%;

- борьба с организованной преступностью - 42%;

- защита государственных секретов - 27%;

- борьба с экономическими преступлениями - 22%.

Но при этом только 21%  респондентов назвали приоритетом органов ФСБ противодействие действиям иностранных разведывательных служб.

47% респондентов хотели бы получать больше информации о работе органов ФСБ,  и, соответственно, не испытывали интереса к такой информации 35% респондентов.

Основными источниками информации о деятельности ФСБ для респондентов являлись документально-публицистические телепередачи (32% ответов) и радиопередачи (27%).

42 % опрашивавшихся оценивали деятельность органов ФСБ России на основании имеющейся у них информации положительно. Негативно же ее оценивали 19% при 39 процентах затруднившихся с ответом.

Мнения респондентов разделились по вопросу о дискутировавшемся в то  время  проекте образования Федерального департамента безопасности, призванного объединить существовавшие органы ФСБ, СВР, Федеральной службы охраны (ФСО),  Агентства правительственной связи (ФАПСИ), и борьбы с организованной преступностью (УБОП).

Так 39%  респондентов  оценивали  такое их объединение положительно, 22% - отрицательно, при 39% затруднившихся с ответом.

Целесообразно также остановиться на данных ряда целевых  опросов, проводившихся ВЦИОМ в 2002 г.[2].

В силу целого ряда причин,  таких как продолжавшаяся контртеррористическая операция в Чеченской республике,  а также серия громких террористических акций,  прежде всего 9 мая в Каспийске и события 23-26 октября, связанные с захватом театрального центра "Норд-ост",  многие  вопросы касались мнения респондентов о состоянии безопасности общества, деятельности правоохранительных органов, в том числе и ФСБ России.

Мы заранее приносим извинения за обилие в тексте статистических данных,  присутствие  которых  призвано отразить всю гамму мнений, присутствующих сегодня в российском обществе.

Так  в августе 2002г., еще до террористического акта в Москве, связанного с захватом зрителей "Норд-оста",  79% опрошенных признавались, что боятся стать жертвой террористов.

29% респондентов в том же месяце считали "очень вероятным" и 51% "довольно вероятным" осуществление в России крупных террористических акций,  подобных событиям 11 сентября 2001 г. в США.  Соответственно "маловероятными" и "совершенно невероятными" считали  их  лишь  17% респондентов.  Эти данные, как и результаты иных опросов, проводившихся ранее,  показывают,  что опасения стать жертвой терроризма  и страх  перед террористами,  к сожалению,  стали неотъемлемой чертой массового сознания российского общества.

Только 12% респондентов считали воевавших в Чечне боевиков "борцами за независимость своей  Родины",  "людьми,  защищающими  себя, свою землю и семьи".  Подавляющее же большинство - 77% опрошенных называли их бандитами, убийцами, похитителями людей. 86% респондентов были уверены в

наличии связей чеченских сепаратистов с зарубежными и международными террористическими организациями.

Более половины опрошенных - 76%  полагали, что в Чечне развернулась партизанская война,  и лишь 13% считали, что начался процесс мирного урегулирования в этой республике.

В целом 30% опрошенных считало, что до победы в контртеррористической операции в Чечне еще далеко,  а 55%  оптимистов полагали,  что она может быть достигнута в ближайшие годы.

В целом, судя по ответам опрашивавшихся в различных опросах респондентов, можно полагать, что  подавляющее  большинство населения считает,  что  урегулирование  ситуации в Чечне потребует длительного времени:  "много лет" - 42% ответов, "ближайшие годы" - 13%, "Чечня десятилетия будет оставаться источником напряженности и конфликтов в России" - 27%,  а 9% из них заявили, что рано или поздно властям придется признать независимость Чечни от России.

Среди респондентов в октябре 2002г. 27% высказывались за решение проблемы Чечни только силой,  16% - только путем переговоров, но большинство - 33% за сочетание силового давления с переговорами.

В тоже  время 18%  респондентов полагали,  что решить проблему мирного урегулирования невозможно и следует дать Чечне  возможность выйти из состава России.  И если 25% респондентов приветствовали бы такое развитие событий,  а 15% - против него, но готовы смириться с таким фактом,  то 26%  считают, что этому следует воспрепятствовать любыми средствами.

Подавляющее большинство (68%) высказывали опасения, что следующее поколение чеченцев будет  еще более враждебным по отношению к России,  будет мстить за понесенные жителями республики жертвы,  насилие, которое было совершено по отношению к их семьям. Тех же, кто надеялся, что у чеченской молодежи улучшится отношение к России оказалось всего 14%.

63% респондентов считали,  что складывающаяся в Чечне ситуация "влечет за собой ослабление моральных устоев общества и  способствует расползанию насилия". В то время как 42%  опрошенных  в декабре 2002г.  считали, что ввод войск на территорию Чечни в 1999г. был необходим, 43% были уверены, что достаточно было надежно перекрыть границу с Чечней при 16% затруднившихся с ответом.

Более трети населения - 36% респондентов были убеждены, что «чеченцы сами виноваты в своих бедах и получают по заслугам",  32% считали, что  страдания  населения  преувеличены  западной пропагандой с целью обвинить и унизить Россию,  а 20%  - что страдания  населения действительно имели место и к мнению Запада следует прислушаться.

Следует обратить внимание на то довольно тревожное обстоятельство, свидетельствующее о росте межнациональной напряженности,  что 42% опрошенных отказывали чеченцам в праве быть равноправными гражданами страны,  а 67% из них считали, что «с ними нельзя вести диалог на равных", "они понимают только язык силы".

Значительное число респондентов признавалось также, что представители чеченской  национальности  вызывают  у них негативные чувства.

Так,  с недоверием и страхом к ним относились 30%  опрошенных, а еще 36% относились с раздражением, неприязнью.

Не могло не тревожить и то обстоятельство, что 44%  респондентов также отмечали,  что в  последние  годы отношения между  людьми  разных национальностей изменилось в худшую сторону, и 40%  согласно с тем, что действительно стало больше проявлений национализма.  Подробнее на этом вопросе мы остановимся далее.

Вследствие складывающегося общественного мнения,  40%  опрашивавшихся заявляли,  что захваченных боевиков "следует уничтожать на

месте, если имеются основания подозревать их участие в боевых действиях или диверсиях".

В тоже время 17%  респондентов считали, что с ними следует обращаться как  с  военнопленными - что не соответствует существующей современной международной практике,  нормам международного и уголовного права.

И лишь 37% опрашивавшихся считали, что их следует предавать  суду по существующему законодательству,  что и осуществлялось в ходе проведения контртеррористической операции  в Чечне.

Ровно половина респондентов полагает, что правительству следует действовать более жестко,  чтобы добить боевиков и уничтожить их базы,  18% полагали, что больше внимания следует уделять восстановлению хозяйства и налаживанию мирной жизни, 11% считали, что следует добиваться соглашения со всеми  авторитетными  деятелями  Чечни, независимо от того, принимали ли они участие в боевых действиях или нет.

55% опрошенных считали, что проведение "зачисток" в населенных пунктах является необходимой и  оправданной  мерой.  В  тоже  время большинство опрошенных ("определенно нет" - 28%  и "скорее,  нет" - 40%) не  верили сообщениям СМИ о произволе и жестокости федеральных сил в отношении мирного населения,  и определенно им доверяли 7%  и скорее доверяли еще 15%.

Но, в то же время 37%  ( 13%  "определенно да" и 24%  "скорее, да") были  согласны  с  тем,  что в ходе "зачисток" чеченских сел в 1999-2001 годы нарушались гражданские права их жителей. В этой связи  34%  опрошенных считает,  что с такими явлениями нужно бороться вплоть до военных трибуналов, но сами "зачистки" следует проводить.

В целом,  заканчивая  рассмотрение блока вопросов,  касающихся ситуации в Чечне  и  проводимой  там  контртеррористической  операции (КТО), представляется необходимым отметить следующее.

Приведенные данные  свидетельствуют  о том,  что в целом в обществе пока превалируют настроения поддержки проведения КТО в  Чечне, однако,  по мере продолжения сохранения имеющегося статус-кво в северо-кавказском регионе на протяжении  длительного  времени,  эта поддержка будет  сокращаться  при  росте пораженческих настроений и даже возможном росте экстремистских проявлений со стороны радикальных "пацифистских" сил.

Сообщение о захвате заложников в Москве  23 октября 2002г.  вызвало чувство гнева у 36%  опрошенных,  тревогу - у 34%  из них,  7% этот акт заставил задуматься над самой проблемой чеченской войны.

Однако 9% респондентов испытали сочувствие к захватчикам и даже определенное понимание тех причин,  что толкнули их на  подобные преступные действия.  Как известно, по мнению социологов,  полученными в процессе опросов величинами показателей менее десяти процентов ответов можно пренебречь,  однако правоохранительные органы не должен не  настораживать тот факт,  что некоторая часть населения выражает сочувствие террористам, что может привести и к оправданию акций террора в дальнейшем.

45% опрошенных считали виновными в происшедшем чеченских  боевиков, но  35%  из  них возлагали ответственность за случившееся на спецслужбы, ФСБ и МВД. 15% сочли виновным "само руководство России, продолжающее боевые операции в Чечне".

Уже в  конце ноября 2002 г. 23% респондентов оценивали операцию по освобождению заложников в "Норд-Осте" как успешную,  55% - как в целом удовлетворительную, и только 19% как неудовлетворительную.

В ходе опроса в  конце октября,  после штурма здания театрального центра "На Дубровке",  25% опрошенных полагали, что, сразу после его захвата,  надо было провести силовую операцию, не вступая в переговоры с террористами,  59%  считали,  что в переговоры следовало вступить, а потом провести силовую акцию, а 9% полагали, что ситуацию следовало разрешать только путем переговоров.

В целом же 55%  опрошенных высказывали мнение, что никакие уступки террористам недопустимы,  тогда как  противоположного  мнения придерживались 35% ответивших. При этом среди последних 16% считали возможным обещать террористам жизнь и свободу,  по 11  процентов  - полагали допустимым согласие на денежный "выкуп" заложников или опубликование их требований. Но сразу же необходимо подчеркнуть, что все эти предложения, за исключением сохранения жизни,  противоречат международному опыту и принципам борьбы с терроризмом.

Также большинство - 75%  ответов,  - считало,  что руководство ФСБ, МВД и других спецслужб должно нести ответственность за проникновение террористов в столицу.

Террористическая акция в театральном центре на Дубровке привела к изменению общественно-политической атмосферы, и если в сентябре 2002 г.  54% опрошенных полагали, что следует прежде всего спасать людей, даже  ценой  уступок  террористам,  то  в  ноябре только 37% считали необходимым "избегать крови любой ценой",  а  53%  полагали необходимым в первую очередь обезвредить  террористов  (в  сентябре так думали только 33% респондентов).

Действия террористов в Москве и последующий штурм театрального здания вызвали резкий рост поддержки  населением  силовых  акций  в Чечне.

54%  опрошенных заявляли, что ответом должны стать решительные действия, "подобные тем, какие Америка провела после 11 сентября 2001г.",  а  число сторонников силовых действий в Чечне увеличилось с 34 до 46%. Доля сторонников переговоров сократилась до 45%.

В тоже  время  только  9%  опрошенных ВЦИОМом  в ноябре 2002 г. считали, что власти говорят "всю правду о событиях с  захватом  заложников в Москве", большинство - 58% считали, что говорится только часть правды,  однако 23% полагали, что правда скрывается, и еще 5% ответивших заявили, что "власти лгут и изворачиваются".

По мнению респондентов главными причинами больших человеческих жертв в ходе операции по освобождению заложников явились:

- плохая организация эвакуации и помощи заложникам (32%  ответов);

- неумеренное применение газа (31%);

- провокационные действия террористов (19%);

- неподготовленность штурма (14%).

В ноябре  78%  опрошенных считали, что здание следовало штурмовать, в то время как только 12%  придерживались мнения о  том,  что для спасения  людей нужно было идти на уступки террористам.  И если применение газа считали оправданным 49%  опрошенных,  то 36% из них полагали, что  спецслужбам  следовало найти более безопасные методы освобождения заложников.  Отметим при этом, что газ, по мнению специалистов, считается нелетальным оружием, а иных эфективных методов обезвреживания террористов пока не имеется.

Cледует также отметить, что согласно опросу, проведенному исследовательским центром  "Ромир  мониторинг"  после террористической акции в московском метро  6-8 февраля 2004 г. , 69% респондентов признались, что будут испытывать страх перед угрозой стать жертвой террористов. 38%  заявили о том,  что их запугать невозможно,  при  3% тех, кто затруднился с ответом.

46% респондентов высказали мнение о том,  что этот террористический  акт  можно было бы предотвратить,  если бы милиция работала лучше. В то же время по мнению 45%  из них  предотвратить  подобные террористические акции  невозможно(при  9%  затруднившихся  с ответом)[3].

В числе причин роста проявлений национализма и межнациональной напряженности в современной России респондентами в 2002 году  назывались:

- плохие условия жизни                                                         - 34% ответов;

- вызывающие действия национальных меньшинств                      - 25%;

- неспособность властей справиться со всплеском национализма - 12%;

- заинтересованность самих властей в раздувании национализма - 7%;

- национальные предрассудки русского населения                          - 7%.

По поводу прокатившегося летом 2002 г.  волны проявлений "плакатного терроризма" были высказаны следующие мнения: заминированные плакаты устанавливали национал-экстремисты,  террористы (33%  ответов), провокаторы, стремящиеся дестабилизировать положение в стране (29%), обычные  хулиганы  (16%),  психически  неуравновешенные люди (13%), русские патриоты (1%).

При ответе  на вопрос:  "Какую угрозу безопасности и порядку в России представляют люди других  национальностей?",  были  получены следующие ответы.  При этом для сравнения мы приводим в скобках ответы на аналогичные вопросы, полученные в ходе опроса, проводившегося в январе 1996 г.:

     - большую угрозу - 19 (10)%;

     - определенную угрозу - 37 (23)%;

     - небольшую угрозу - 21 (26)%;

     - никакой угрозы - 22 (37)%.

В тоже время  часть  респондентов  признавала,  что  чувствует враждебность к  себе  представителей других национальностей (2%  из них "очень часто" и 7%  "довольно часто"),  а также сами испытывают враждебность к  другим национальностям (3%  - "очень часто" и 9%  - "довольно часто").

Представители некоторых национальностей вызывают стойкие чувства раздражения и неприязни у части населения, причем, как показывают опросы ВЦИОМ 1996, 1998, 2000 и 2002 годов, эти показатели только увеличиваются, что также объективно свидетельствует о росте межнациональной напряженности в обществе.  Так, по результатам 2002 г. раздражение,  неприязнь чеченцы вызывают у 36% опрошенных, цыгане - у 31,  азербайджанцы - у 29, арабы - у 16, американцы - у 12, евреи - у 11 и немцы у 8 процентов из них.

По мнению значительной доли населения (12% -"определенно да" и 37% "скорее,  да") массовые кровопролитные столкновения  на  национальной почве в России в целом возможны. Примечательно, однако, что такие проявления в местах своего проживания респонденты считали маловероятными - сумма приведенных ответов составляет лишь 24 процента, то есть в дав раза меньше, но превышает пятую часть опрошенных, что,  по мнению социологов, является достаточно значимым социальным показателем.

Более трети (12%  "определенно да" и 23%  "скорее да") опрашивавшихся заявили, что можно считать экстремизмом публичные высказывания расистских или националистических взглядов,  даже если в этих выступлениях не содержится призывов к насилию. Но 36% полагали, что для этого нет достаточных оснований.

В тоже время значительная часть респондентов (11% "определенно да" и 30% "скорее, да") полагали, что власти могут использовать закон "О противодействии экстремистской деятельности", принятый в июле 2002г., для борьбы с политической оппозицией, и только 17% ответили на этот вопрос "скорее, нет" и 6% - "определенно нет".

87% респондентов заявляли о необходимости решительно пресекать попытки проведения  "митингов"  и  "шествий" по случаю дня рождения Гитлера,  в то время как 9% из них не усматривали серьезных оснований для пресечения подобных акций.

В течение 2002 г.  респондентам также  неоднократно  задавались вопросы и  по  иным  событиям и аспектам,  связанным как с деятельностью органов ФСБ России,  так и с обеспечением безопасности страны.

Так, в частности, в феврале 2002 г.  им было предложено несколько вопросов по поводу "анонса" фильма,  снятого при участии Б.Березовского "Кто взрывает Россию?".  Большинство  -  38%  респондентов исключало  любую  причастность  спецслужб России к взрывам сентября 1999г.,  37%  из них заявили,  что "причастность спецслужб  к  этим взрывам не доказана,  но исключать ее не следует". Однако по мнению 6%  опрошенных "взрывы были организованы  спецслужбами".  Напомним, что,  по мнению социологов, оценками, получившими менее десяти процентов ответов респондентов,  в процессе проводимых социологических исследований можно пренебречь. Однако в данном конкретном случае, на сам факт наличия в общественном сознании подобного  мнения  органам безопасности  необходимо обратить самое пристальное внимание и учитывать его в процессе осуществления информационно-пропагандистского сопровождения оперативно-розыскной деятельности.

В то же время предложение  показать  "фильм  Березовского"  по телевидению встретило поддержку у 53%  респондентов,  а против него высказались лишь 35% из них.

По поводу серии взрывов в  Москве,  Волгодонске,  Буйнакске  в сентябре 1999 г. были высказаны следующие мнения:

-- расследование надо продолжать до полного  выяснения  истины, сколько бы времени и сил оно ни заняло - 39% ответов;

--  мы никогда не узнаем всей  правды,  это  расследование  надо прекратить, чтобы оно не будоражило общество - 33%;

-- в этом деле совершенно ясен чеченский след,  надо лишь найти конкретных организаторов - 16%.

Ряд задававшихся  респондентам при проведении исследований вопросов касался также мнений населения о событиях в мире после 11 сентября 2001 г., то есть массированной террористической атаки на США.

     Так,  в августе 2002г.   подавляющее большинство - 33% "определенно да" и 43%  "скорее,  да" - положительно  оценивало  поддержку президентом России В.В.Путиным действий США по борьбе с международным терроризмом,  в то время как "неправильным"  этот  шаг  считали лишь 15% ("определенно нет" - 2% и "скорее, нет" -13%).

Однако 39%  опрошенных  в марте 2002г.  полагали, что сотрудничество США и России в борьбе  с  современным  терроризмом  принесло больше пользы США, 41% - что оно принесло равную пользу обеим странам, и 5% полагали, что это принесло больше пользы России.

В целом как успешные, предпринятые США меры по борьбе с терроризмом  в августе 2002 г. оценивали 24%  опрошенных, как "не имевшие особого успеха" - 43%, как "не имевшие никакого успеха" - 13%, и как дающие обратный эффект, то есть ведущие к росту терроризма - 6%[4].

Конечно, общественно мнение населения - характеристика  достаточно динамичная,  в значительной мере формируемая под влиянием реальных событий и сообщений и интерпретаций их в средствах  массовой информации.

Например, первоначальные сообщения СМИ о вылазке боевиков в Нальчике в октябре 2005 г., имели весьма отдаленное отношение к подлинному развитию к драматическому развитию событий в этом городе.

Но в то же  время,  общественное мнение по социально значимым вопросам   характеризуется  определенной  инертностью, то  есть сохранением своих базовых показателей в неизменном виде на протяжении какого-то относительно длительного периода времени,  особенно,  в случаях отсутствия какого-либо  нового мощного фактора информационно-психологического воздействия.  В то же время, выявляемая при опросах динамика и направленность изменения общественного сознания,  настроений со значительной степенью вероятности позволяет предвидеть  тенденции их развития.

На наш взгляд,  следует подчеркнуть, что в целом анализ мнений по вопросам противодействия терроризму показывает,  что в настоящее время   общественное сознание  населения России достаточно  адекватно  воспринимает  непростые проблемы, встающие перед обществом и правоохранительными органами в сфере обеспечения государственной безопасности.

В этой связи последним следует знать и учитывать в своей работе как позитивные тенденции, обозначившееся в общественном мнении в последние годы,  так  и  проблемные узлы,  требующие своевременного анализа и адекватного реагирования.

Завершая рассмотрение состояния общественного  мнения  о  деятельности органов  госбезопасности  современной России,  приводимые данные целесообразно сопоставить с данными, полученными ВЦИОМ в декабре 2003г. (всего в ходе опроса было опрошено 1600 человек,  проживающих в 100 населенных пунктах страны).

По мнению 32%  из них органы ФСБ России стали работать  лучше, чем в 2001 году (причем по мнению 8% респондентов - значительно лучше), по мнению 13%  - продолжали работать как и раньше, и стали они работать хуже по мнению 11%  опрошенных, причем по мнению 3% из них -  значительно  хуже.  В  то же время затруднились ответить на этот вопрос 44% опрошенных.

По мнению 37% опрошенных ФСБ достаточно обновлена, но в чем-то сохраняет преемственность с органами КГБ,  по мнению еще 27% нынешняя ФСБ - это тот же самый КГБ,  но под новой "вывеской". А по мнению 16%  респондентов - это новая организация,  не имеющая никакого отношения к бывшему КГБ,  при 21% респондентов затруднившихся с ответом.

К тому,  что в органах власти разного уровня в настоящее время имеется немало выходцев из силовых структур, большинство опрошенных - 45%,  относится положительно,  а отрицательно этот факт оценивали 28% респондентов[5].

Сотрудникам органов безопасности, - подчеркивал директор ФСБ России Н.П.Патрушев в интервью главному редактору «Российской газеты», -- всегда были присущи прежде всего и отличают их и сегодня такие качества, как патриотизм, чувство гражданской ответственности за судьбу Родины, верность воинской присяге. Для них честь, смелость, мужество и готовность к самопожертвованию являются не простыми словами, а понятиями, наполненными глубоким внутренним содержанием, нравственной основой жизни. Они честно и добросовестно выполняют свой профессиональный долг, результативно решают служебные задачи, в том числе связанные с риском для жизни. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что уже в этом году около 500 человек отмечены государственными и ведомственными наградами[6].


‹ Сотрудничество органов безопасности государств СНГ в борьбе с терроризмом. Вверх Послесловие. ›

Послесловие.

Как еще  недавно  отмечал доктор исторических наук, заведующий кафедрой Новгородского государственного университета М.Н.Петров, в последние годы в  исторических  и популярных изданиях "произошла замена простейших арифметических знаков.  Редкими стали  непредвзятые  научные исследования, основанные  на широкой и глубоко изученной источниковой базе...  Осмысление истории органов ВЧК - КГБ настоятельно требует обращения к документальной основе,  тщательного и объективного анализа фактов"[1].

Соглашаясь с этой бесспорной методологической посылкой мы и попытались объективно рассказать об истории КГБ СССР и его исторических предшественников.

Разумеется, в одной работе невозможно осветить все вопросы истории и деятельности отечественных органов государственной безопасности более чем за два века их существования.

Автор  лишь стремился рассказать о некоторых из них, вызывающих немало вопросов в различных аудиториях, дать на них максимально полные и правдивые ответы на основе доступной в настоящее время архивно-документальной базе.

В этой связи автор выражает надежду на то, что данная книга  займет достойное место в ряду других исследований и работ,  посвященных как истории и деятельности российских органов безопасности,  так и, более конкретно, истории Комитета государственной безопасности СССР.

Сознательно четко определив хронологические рамки своего повествования, мы коснулись лишь некоторых вопросов обеспечения  национальной безопасности России  в  начавшемся XXI веке.  А тема эта еще только ждет своего исследователя.

Предпринятый нами экскурс в историю становления и развития органов государственной  безопасности  России в XIX - начале XX веков был необходим для того, чтобы отметить то чрезвычайно важное обстоятельство, что у большевиков в 1917 г.  не имелось никакой концепции обеспечения государственной безопасности,   а работа по выработке ее фактически растянулась с декабря 1917 по февраль 1922 года, то есть до момента образования  Государственного  политического  управления при НКВД РСФСР.

Но парадокс и ирония истории заключаются именно в том, что и в 1991 г. в  России  вновь возникла аналогичная ситуация.  То есть при формировании новой системы власти и государственного управления в Российской Федерации

у ее властвовавшей элиты также отсутствовала концепция защиты и обеспечения безопасности личности, общества  и государства в условиях системного кризиса и резкого ухудшения социально-политических международных и внутриполитических условиях.

Со всей очевидностью об этом свидетельствует длительная череда "реорганизаций" органов безопасности России в 1991-1995 годы, когда они пережили ряд крупнейших преобразований,  по сути дела растянувшийся до июня 2003 года.

Поэтому в  тандеме отношений "политическая власть - органы государственной безопасности" следует исходить из первичности  именно государственной власти,  для  которой  органы безопасности являются лишь средством, инструментом достижения тех или иных целей в рамках существующей системы права или за ее пределами.

И осознание этого неоспоримого факта на государственном уровне российским руководством пришло.  О чем прямо заявил по поводу  дискуссии о месте и роли КГБ-ФСБ в современном обществе Б.Н.Ельцин.

В своем радиовыступлении в связи с 80-летием образования Всероссийской Чрезвычайной Комиссии 19 декабря 1997 г. президент России Ельцин подчеркнул: "Мы чуть было не перегнули палку. Какое было государство, такие были и органы госбезопасности".

Не менее важным элементом и системы обеспечения  национальной безопасности страны,  и  деятельности органов безопасности являются нормы права,  которые также имеют конкретно-исторический и преходящий характер.

В значительной степени именно от наличия разработанной системы правовых норм, обеспечение реализации которых достигается согласованной эффективной деятельностью всей системы правоохранительных органов, и  зависит степень защищенности жизненно важных интересов личности,  общества и государства,  что и является  стержнем содержания понятия национальной безопасности.

Что касается задач и содержания деятельности органов ФСБ России сегодня, то о них регулярно информируются как Совет Федерации и Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации, так посредством СМИ широкие слои населения.

При этом осознанная поддержка и помощь граждан деятельности правоохранительных органов, органов ФСБ являются непременными условиями поддержания должного уровня правопорядка и безопасности граждан.

Весь опыт мировой истории доказывает непреходящую мудрость древнего утверждения о том, что «государство существует, охраняемое личным участием каждого!».

События прошедших лет XXIвека показывают, что, к сожалению, планетарная цивилизация на практике еще весьма далека от полной реализации на практике философии и концепции Культуры мира, то есть концепции мирного развития и сосуществования всех стран, государств и народов.

Как подчеркивал в одном из своих программных выступлений президент Российской Федерации В.В. Путин, "Главная задача спецслужб - защита  безопасности государства и людей,  их прав и свобод при безусловном соблюдении Конституции".

Автор надеется на благожелательные отзывы читателей о прочитанной,  которые помогут ему в дальнейшей работе над исследованием проблем истории отечественных органов безопасности и спецслужб.

А что касается сегодняшнего дня, то как подчеркивал в начале сентября 2007 г. директор ФСБ Н.П.Патрушев:


- На Федеральную службу безопасности возложена чрезвычайно ответственная и очень непростая задача – надежно обеспечивать безопасность страны и ее граждан. Наши сотрудники воспринимают службу в органах безопасности как особое доверие россиян и стараются его оправдать своим самоотверженным трудом.

Вместе с тем, они не какая—то обособленная каста, а неотъемлемая часть общества. У нас те же радости и заботы, те же трудности и проблемы, то же стремление обеспечить процветание сильной и независимой России. И в этом нам очень важно чувствовать понимание и поддержку народа[2].

     С уважением                                                             Олег Хлобустов
     105215, г. Москва, абонентский ящик 76.

 Главная › Книги Румянцевского музея › Хлобустов О.М.: Госбезопасность России от Александра I до Путина.
Приложение № 1. На переднем крае «холодной» войны.

В  2007 году вышла в свет книга «Кто руководил НКГБ - МГБ СССР» (1941 – 1953 годы)», подготовленная  историками Н.В.Петровым и К.В. Скоркиным. Несколько страниц в ней посвящены и моему отцу, полковнику КГБ СССР Максиму Васильевичу Хлобустову.

Но, думаю, читателям мало что скажут строки: «…зам[еститель].нач[альника] отдела «ЛИ» опер.сектора МГБ в Берлине 15.07.49 – 20.08.49…. нач. 1 отд-я, нач. 3 отд-я отд. «ЛИ» опер.сектора МГБ земли Бранденбург 03.02.50 – 14.08.50…. ст. советник аппарата Уполномоченного МВД при Потсдамском окружном управлении МГБ ГДР 10.06.53….».

В последние годы жизни отец иногда говорил о намерении написать нечто вроде воспоминаний, хотя понимал, что тогда, в 80-е годы прошлого века, о многом еще говорить было не принято – многочисленные мемуары чекистов стали появляться уже намного  позднее.

Разумеется, я с детства много слышал о пребывании нашей семьи в Германской Демократической Республике, куда отец был направлен из Свердловска, ныне Екатеринбурга, почти за три месяца до самого образования ГДР. Именно о жизни, а не о работе там отца, поскольку он никогда, даже когда я стал его коллегой по работе в КГБ, не считал возможным распространяться о подробностях оперативной работы. И я считаю это в принципе правильным, за исключением тех событий и фактов, которые уже не являются секретами и могут быть оглашены во имя формирования объективного представления о недавнем историческом прошлом нашей страны.

Этим очерком автор стремится, в меру своих возможностей и способностей, рассказать о мало известных страницах истории отношений нашей страны и Германии, а также США и других стран в середине прошлого века. Ибо они – неотъемлемая реальная часть всемирной истории ХХ века.

…33-летний капитан государственной безопасности Максим Хлобустов прибыл с женой в Берлин в середине июля 1949 года. При этом он имел 8 лет стажа контрразведывательной службы в управлении НКВД-МГБ по Свердловской области.

И мало кто тогда в нашей стране, да и за рубежом, знал, что согласно «Чрезвычайному плану боевых действий» армии США война между бывшими союзниками по Антигитлеровской коалиции могла начаться уже 1 июля того же года…[1].

В то время восточная часть Берлина, равно как и 6 восточных земель бывшего «тысячелетнего германского рейха»,   были советской оккупационной зоной. И  в этих словах  нет ничего обидного или унизительного для немцев, поскольку именно так официально в то время именовался статус отношений союзников по бывшей Антигитлеровской коалиции с населением Германии и подконтрольными Союзным военным администрациям гражданскими властями бывших немецких земель.

По решениям Потсдамской конференции глав государств Антигитлеровской коалиции, как известно,   Германия была разделена на советскую, французскую, американскую и английскую оккупационные зоны.

Восточная ее часть стала советской оккупационной зоной, управлявшейся Советской военной администрацией (СВАГ) вместе с создававшимися немецкими муниципальными органами управления.

В силу сложившихся исторических и геополитических обстоятельств, в послевоенные годы Берлин вновь стал одним из мировых центров шпионажа – такие парадоксы иногда случаются в истории. Так, до начала первой мировой войны, подобной «столицей международного шпионажа» считалась австрийская Вена. Затем, до начала Второй мировой войны 1 сентября 1939 г. – Берлин, в годы войны – швейцарский Цюрих, и наконец – вновь Берлин, в качестве каковой он пребывал до начала 90-х годов прошлого века.

Создание советских органов государственной безопасности на территории Германии, отданной по решению союзников под контроль Советской военной администрации, начал генерал-полковник И.А.Серов, помимо основной своей должности полномочного представителя Народного комиссариата внутренних дел (НКВД) СССР в Германии, занимавший «по официальному прикрытию» должность заместителя главы Советской военной администрации (СВАГ) маршала Г.К.Жукова.

Одной из первоочередных задач СВАГ и органов госбезопасности в лице управлений и отделов военной контрразведки СМЕРШ, помимо розыска и ареста нацистских преступников и сотрудников разведывательных, контрразведывательных и карательных органов германского Рейха, являлась борьба с остатками нацистского подполья[2].

Помимо этого,  фронтовые управления Главного управления контрразведки (ГУКР « СМЕРШ») Наркомата обороны СССР с начала мая 1945 г. выполняли все функции разведки и контрразведки в советской оккупационной зоне  Германии. 

Однако, учитывая масштабность и специфику задач, стоявших перед органами государственной безопасности СССР на территории Германии, возникла необходимость создания специального контрразведывательного органа[3].

Получивший назначение Уполномоченным НКВД в Германии И.А.Серов 7 мая 1945 г. докладывал наркому внутренних дел  и члену Государственного комитета обороны Л.П.Берии: «… в настоящее время для организации оперативно-чекистских мероприятий на территории Германии нам необходимо не менее 200 оперативных работников НКВД-НКГБ. Кроме того, 20 руководящих оперативных работников для назначения на должности  уполномоченных НКВД в крупных городах Германии в соответствии с постановлением ГКО от 2 мая 1945 г….». В соответствии с этим письмом  в подчинение Серову в Германию были командированы 100 сотрудников военной контрразведки «СМЕРШ»  и по 50 сотрудников наркоматов внутренних дел и государственной безопасности.

12 мая Серов докладывал в Москву о планах «… во всех уездах, городах, округах и провинциях создать оперативные группы НКВД, зашифрованные под видом органов военной администрации». В этом же письме указывалась и их общая предполагавшаяся численность в 1700 оперативных работников, при имеющихся в наличии 800 сотрудниках.

В июне 1945 г.  на территории занятых РККА земель и провинций Германии для руководства деятельностью оперативных групп были созданы оперативные сектора (о/с) НКВД, а при Управлениях СВА земель и провинций сектора – впоследствии отделы, -   официально именовавшиеся Отделами общественной безопасности и внутренних дел при комендатурах СВАГ.

Первоначально были созданы 5 таких оперативных секторов в границах бывших земель (административно-территориальных единиц)  Германии, а также и особый берлинский оперативный сектор, в зону ответственности которого входили и «западные сектора» - американский, английский и французский,  - Берлина.

Ставший новым наркомом внутренних дел С.Н.Круглов совместно с наркомом госбезопасности СССР В.Н.Меркуловым докладывал И.В.Сталину, 31 января 1946 г., что в подчинении уполномоченного НКВД в Германии Серова оперативную работу ведут 2 230 работников НКВД и 339 работников НКГБ. Оперативная группа в Берлине насчитывала 35 сотрудников.

С мая 1946 г. с назначением бывшего начальника ГУКР «СМЕРШ» В.С.Абакумова министром госбезопасности СССР, деятельность оперативных секторов на территории Германии переходит полностью под его контроль, а оперативное руководство ими было возложено на контрразведывательное  - Второе Главное управление МГБ СССР.

Оперативные сектора МГБ СССР на территории Германии являлись оперативными подразделениями, с учетом специфики пребывания на оккупированной территории, решавшими весь комплекс задач, возложенных на территориальные управления НКГБ в СССР, по сути дела – повторявшие структуру самого наркомата.

Возглавлял этот весьма многочисленный аппарат – официальный полномочный представитель НКГБ – МГБ СССР. После Серова этот пост полномочного представителя советских органов безопасности в Германии занимали генерал-лейтенант Н.К.Ковальчук (1946 - 1949), полковник С.П.Давыдов (1950-1951), генерал-майор  М.К.Каверзнев (1951-1953), полковник И.А.Фадейкин (1953), генерал-лейтенант Е.П.Питовранов (1953-1957). С 1957 по 1961 год эту должность  занимал генерал-майор А.М.Коротков, создававший первую послевоенную резидентуру советской внешнеполитической разведки в Германии.

До марта 1953 г. Представительство МГБ в Германии фактически имело статус главного управления (в это время оно насчитывало более двух тысяч сотрудников), в связи с чем Н.К.Ковальчук являлся также заместителем министра госбезопасности. Заместителем Ковальчука с декабря 1946 г. был назначен генерал-лейтенант П.М.Фитин, до этого с мая 1939 г. возглавлявший внешнеполитическую разведку НКВД – НКГБ СССР.

Штаты оперативных секторов НКГБ комплектовались как военными контрразведчиками управлений СМЕРШ, так и сотрудниками территориальных управлений НКГБ  – с 15 марта 1946 г. Министерства государственной безопасности СССР, командируемыми в Германию. При образовании МГБ СССР  в состав его на правах Главного управления были возвращены органы военной контрразведки (особые отделы армий, корпусов, дивизий, полков и военных округов, флотов).

Штаб Управления военной контрразведки (УВКР) в Германии расположился и продолжал дислоцироваться до вывода Группы Советских войск в Германии (ГСВГ) в августе 1994 г., в берлинском пригороде Потсдаме.

Для решения задач по сбору информации о спецслужбах нацистской Германии, их сотрудниках, архивах и добывания иной разведывательной информации в оперативных секторах НКГБ-МГБ СССР были образованы  разведывательные (первые) отделения. Помимо этого в составе оперсекторов

имелись вторые (контрразведывательные) отделы, причем они осуществляли также оперативные мероприятия в отношении выявленных сотрудников спецслужб в западных зонах оккупации и в «западных» (английском, американском и французском) секторах Берлина.

Третьи отделы оперсекторов призваны были осуществлять контрразведывательную работу среди немецкого населения, в том числе в органах народной полиции (фольксполицай), администрации, политических партиях, профсоюзах, церковных и культурных организациях.

Помимо этого оперсектора МГБ  имели в своей структуре розыскные, транспортные, и следственные отделы, а особенностью их являлось также наличие отделов по советской колонии.

В июне 1952 г. вместо оперативных секторов земель – их было 6, в соответствии с новым административно-территориальным делением ГДР было образовано 14 оперативных секторов, а чуть позже они были переименованы в окружные отделы МГБ СССР.

А что же за силы противостояли Советскому Союзу на этом театре невидимой «тайной войны»?

Главным европейским резидентом американской внешнеполитической разведки  - Управления стратегических  служб (УСС)  США являлся Аллен Даллес, в апреле 1945 г. вместе со значительной частью своего разведывательного аппарата перебазировавшийся из швейцарского Цюриха в немецкий городок Гейдельберг в американской оккупационной зоне, надолго ставший главной штаб-квартирой американской разведки в Германии.

Именно он, будущий директор ЦРУ США, признанный авторитет в мире спецслужб, создавал американскую невоенную разведку в Германии.

Следует однако подчеркнуть, что до образования в конце 1941 г. УСС американская внешнеполитическая разведка, входившая в структуру Государственного департамента, была достаточно слаба, долгое время пребывала в статусе «младшего партнера» более известной британской Сикрет Интеллидженс сервис (СИС),  образованной еще в 1909 г. и являвшейся главной разведывательной службой Британской империи.

«Паритет» в отношениях с СИС начал складываться только после образования в США в октябре 1947 г. ЦРУ и был достигнут  где-то к началу 50-х годов, вследствие чего в дальнейшем США были определены советским руководством в качестве «главного противника» СССР, могущего превратиться из потенциального в реального, вследствие своих глобальных планов по установлению «нового мирового порядка», одним из инструментов достижения которого и стало ЦРУ.

4 июля 1945 г. команда сотрудников УСС во главе с Алленом Даллесом прибыла из Гейдельберга в Берлин и обосновалась в прекрасно приспособленном для функционирования спецслужбы особняке на улице Ференверг в пригороде Далем (здание имело 3 подземных этажа и до апреля 1945 г. в нем размещался штаб фельдмаршала Кейтеля).

Однако в связи с последовавшей вскоре ликвидацией УСС его берлинская опергруппа уже 1 октября 1945 г. была переподчинена Департаменту стратегической служба (ДСС, военной разведке) военного министерства США и стала официально именоваться Берлинской оперативной базой (БОБ. После образования Центрального разведывательного управления США в октябре 1947 г. БОБ была передана новому разведывательному ведомству, но произошло это позднее).

Но и помимо нее на территории как Западного Берлина, так и западных

 оккупационных зон Германии, действовали многочисленные подразделения американской военной разведки и контрразведки.

 Разведывательные органы действовали также при штабах оккупационных войск Британской империи (английских, канадских, австралийских,  парашютной бригады еврейской общины Палестины, где, помимо британских разведчиков, действовала и нелегальная разведывательная резидентура Хаганы) и Франции

БОБ, имевшая первоначально в своем составе разведывательный (СР – секретная разведка) и Х-2 (контрразведка) отделы, занималась сбором информации о политических и социальных процессах как в собственной оккупационной зоне, так и на территории западных союзников, но в первую очередь – на территории советской зоны оккупации.

Начав развертывание оперативной работы с традиционных разведывательных опросов, уже с осени 1945 г. БОБ стала приобретать регулярных информаторов как из числа немцев, так и граждан других государств, стремясь к установлению разведывательных контактов как с офицерами СВАГ, так и командирами и офицерами РККА.

Как отмечал впоследствии один из ветеранов УСС, БОБ и ЦРУ Дэвид Мерфи, работавший в Берлине с 1946 г., германская линия в УСС после окончания войны в Европе была самой  представительной, а БОБ являлась его самым большим зарубежным подразделением.

Первой масштабной операцией БОБ в 1946 г. стала операция «Грааль» по сбору разведывательных данных о советских воинских частях в Германии, в которой было задействовано более 250 агентов из числа немцев. Правда, осенью все они были арестованы органами МГБ в Германии[4].

Дан Дюранд, возглавлявший БОБ в 1946-1949 годах, вспоминал, что на начальном этапе этой операции «…и во Франкфурте,  и Гейдельберге [где дислоцировались региональные штаб-квартиры американской разведки – О.Х.], и в Вашингтоне – были счастливы и требовали как можно больше информации».

Следует подчеркнуть, что известная «фултоновская речь» бывшего британского премьера У.Черчилля 9 марта 1946 г., призвавшая дать совместный отпор «советским притязаниям на Европу» и знаменовавшая собой поворот от союзнических отношений к политике «холодной войны»,  самым непосредственным образом сказалась как на отношениях между бывшими союзниками,   так и на задачах, стратегии, содержании, масштабах и напряженности разведывательного противоборства,  на оперативной и политической обстановке во всем мире и в Германии в частности.

Помимо военной информации, БОБ было предоставлено право добывать информацию в области экономики, политики и науки, чем она отличалась от «чисто военной» разведки США.

Контрразведывательный отдел Х-2 БОБ пытался также вести оперативные разработки советских разведывательных органов через их выявленных и перевербованных агентов, однако, по признанию Д.Дюранда, ему не удалось завербовать ни одного советского разведчика.

         Как отмечал Д.Мерфи, в октябре 1955 г., после установления дипломатических отношений с ФРГ, советское правительство в порядке «жеста доброй воли» освободило многих агентов БОБ, осужденных советскими военными судами в Германии в 1947 – 1953 годы.

        Интересна также оценка, данная  Мерфи советским органам госбезопасности: «лишь немногие [американские – О.Х.] контрразведчики в Германии были знакомы с советской разведкой и службой безопасности, которые были гораздо лучше подготовлены и гораздо дисциплинированее, чем любая из германских разведок во время войны… Советские разведчики старательно обходили ловушки американцев и последние наконец-то поняли, сколь высок их уровень «во всех разведывательных хитростях: подготовке явок, кличек, «уток», а также снабжении агента минимальной информацией, то есть нулевой, о себе, своих коллегах и своем штабе»[5].

        Еще одной активной разведывательной службой на оккупированной западными союзниками Германии являлась группа «Незаменимых», известная также как «Организация Гелена».

        Генерал-лейтенант вермахта Рейнхард Гелен с апреля 1942 г. возглавлял  12 управления Генерального штаба «Иностранные армии Востока» - головной орган гитлеровской военной разведки. 22 мая 1945 г. Гелен с 8 своими подчиненными сдался в плен американским войскам и предложил им услуги в организации разведки против советских войск. Для обсуждения этого предложения в августе Гелен был направлен в Вашингтон, а в июле 1946 г. приступил в Германии к формированию собственной разведывательной организации на американские деньги, целью деятельности которой являлось оказание разносторонней помощи США.

       Небезынтересно отметить, что американские историки спецслужб Норман Полмар и Томас Аллен подчеркивали, что западногерманская разведка БНД, возникшая в 1956 г. на базе «Организации Гелена» была создана «на базе нацистской агентуры, действовавшей в годы Второй мировой войны против Советского Союза» (Энциклопеция шпионажа, М., 1999, с. 114).

       С 1 июня 1949 г. контроль и руководство «Организацией Гелена» со штаб квартирой в Пулахе (в 5 километрах к югу от Мюнхена), перешло от военной разведки Ай-И-Ди (ArmyIntelligenceDepartment) к ЦРУ, а 12 сентября того же года, после провозглашения образования Федеративной Республики Германии, «Организация Гелена» была официально признана  правительством ФРГ. Но решение о преобразовании «Организации Гелена» в государственную Федеральную разведывательную службу БНД (Bundesnachrichtendienst) было принято только 1 апреля 1956 г.

       Уже после образования в октябре 1947 года Центрального разведывательного управления США и по мере расширения «фронта» «холодной войны» против СССР операции американской, английской разведок и «Организации Гелена» против «советской оккупационной зоны», как даже после провозглашения 7 октября 1949 г. Германской Демократической Республики она продолжала именоваться в официальных документах западных держав, продолжали расширяться.

       Из рассекреченных в начале 90-х годов прошлого века документов МГБ СССР следует, что только в первой половине 1948 г. на территории Германии за шпионаж были арестованы 549 человек, из них 341 американский агент, 121 – британский, 31 – французский, 6 –  агентов других западных спецслужб.

        Например, по оперативному делу «Нить» оперативным сектором МГБ в Тюрингии 20 июня 1948 г. были арестованы 88 агентов (в документах МГБ они именовались «американскими шпионами», однако позднее, в начале 90-х годов, сличением советских и американских архивных источников удалось установить, что в действительности эта агентурная сеть принадлежала «Организации Гелена» и лишь косвенно «работала» на американскую разведку).[6].

          Только на территории Западного Берлина в 1947 г. были определены в качестве объектов оперативной разработки МГБ СССР 8 подразделений разведывательных служб США, включая и американскую армейскую радиостанцию RIAS.

С приведенными нами выше особенностями оперативной обстановки в Германии, задачами по новому месту службы, а также правилами и рекомендациями по взаимоотношению с немецким населением бывший секретарь парткома ВКП(б) Свердловского УМГБ М.В. Хлобустов был ознакомлен в Москве в период трехмесячной подготовки к первой в его жизни заграничной командировке.

… прибывшего из Москвы нового командированного  встречающие – такова неписанная традиция советских колоний за рубежом, - доставили на выделенную ему служебную квартиру.

А на следующий день, согласно предписанию, он представился начальнику Берлинского оперативного сектора МГБ генерал-майору Алексею Моисеевичу Вулу.

Все оперативные сектора подчинялись Уполномоченному  представителю МГБ в Германии. После отъезда в августа 1949 г. Н.К.Ковальчука эта должность некоторое время была вакантна, а в марте 1950 г. на нее был назначен полковник С.П. Давыдов. Помимо этого, при частях и соединениях Советских оккупационных войск (с конца 1949 г. - Группы советских войск в Германии – ГСВГ), также действовали особые отделы МГБ, имевшие особые задачи, отличные от типичных задач военной контрразведки на территории страны.

В Берлине имелось также официальное представительство советской внешнеполитической разведки – в  то время  она именовалась Комитетом информации (КИ) при МИД СССР. База советской разведки, как и представительство МГБ, располагались в берлинском пригороде Карлсхорст( официальное представительство СВР Российской Федерации в Карлсхорсте вследствие изменения геополитической обстановки в мире и прекращения существования СССР было ликвидировано в 1992 г.).

Оперативным секторам МГБ СССР в процессе своей деятельности приходилось взаимодействовать как с органами военной контрразведки («особистами»), так и с подразделениями представительства КИ (разведкой), не только осуществляя обмен полученной информацией, но и проводя совместные оперативные мероприятия.

После образования в 1950 г. органов государственной безопасности ГДР, чекисты оказывали им помощь в обучении кадров, а также, помимо обмена получаемой информацией – этот процесс всегда сопряжен с требованиями сохранения безопасности источников информации, осуществляли совместные мероприятия по противодействию планам, замыслам и действиям западных разведок.

Сначала отец с матерью проживали в берлинском районе Вейссензее. Моя мама Александра Давыдовна, окончившая в июле 1943 г. Свердловский медицинский институт, устроилась на работу терапевтом в советский военный госпиталь в Карсхорсте. Затем, после перевода отца в 1952 г. старшим советником при УМГБ ГДР по Потсдамскому округу – работала  в госпитале 16 Воздушной армии в Потсдаме. Где, в четвертую годовщину образования ГДР, родился и автор этих строк.

В Берлине уже миновала практика, как это было в годы войны в Свердловске, «ночных бдений», когда чекисты нередко работали до 4 - 6 часов утра, имея  несколько часов перерывов с 6 до 10 утра и с 18 до 21 – 22 часов вечера.

Приступив к работе, отцу предстояло познакомиться с особенностями оперативной обстановки и проводимыми операциями контрразведывательного отдела (отдел «ЛИ») Берлинского оперативного сектора, заместителем начальника отделения которого он был назначен.

Я не обладаю в полном объеме информацией о том, чем пришлось заниматься в Германии моему отцу.

Но работа оперативного сотрудника органов госбезопасности складывается из анализа получаемой информации, поиска и работы с источниками информации, разработки на основании полученных данных и реализации планов по пресечению преступных замыслов, будь то отдельные злоумышленники, или толкнувшие их на этот путь зарубежные организации или спецслужбы.

Это хорошо знал мой отец, выпускник юридического факультета Свердловского госуниверситета. Хотя ему и не довелось получить специального чекистского образования, о чем он всегда говорил с сожалением.

И хотя, тогда, по соображениям конспирации, новый замначальника отделения вряд ли знал в полном объеме о  масштабах проводившейся аппаратом МГБ СССР в Германии работы, сегодня, благодаря рассекречиванию архивных материалов, мы можем сказать об этом подробнее.

В мае 1949 г. Н.К.Ковальчук информировал министра Абакумова, а тот в свою очередь, И.В.Сталина, министра иностранных дел и председателя Комитета информации (советской разведки) В.М.Молотова, Л.П.Берию и Г.М.Маленкова, что с 1 января по 1 апреля текущего года «…вскрыто и ликвидировано 40 вражеских организаций и групп с арестом 291 их участника, а всего за это время было арестовано 1 060 немцев».

Из них за шпионаж – 440 человек, диверсантов, террористов и за саботаж – 73 человека, за проведение антисоветской работы – 141, военных преступников – 200, за незаконное хранение оружия – 102, за другие преступления – 104 человека (Петров Н.В. указанная статья, с. 359). 

Между тем, жизнь не стояла на месте и обстановка в Германии стремительно менялась.

1 июля 1949 г. Берлинская оперативная база американской разведки была передана ЦРУ.

А 15 сентября того же года Конрад Аденауэр стал первым канцлером (премьер-министром) Федеративной Республики Германии, образованной на территории трех западных оккупационных зон, столицей которой был избран провинциальный город Бонн.

С полного согласия и одобрения новых западногерманских властей, ЦРУ в Германии, и прежде всего БОБ, активизировали разведывательные операции против «советской оккупационной зоны».

Здесь следует заметить, что позиция Советского Союза вплоть до момента подписания мирного договора с ГДР в 1955 г. состояла в создании, после ликвидации на территории Германии иностранного военного присутствия, демократического демилитаризированного государства, что предусматривалось решениями союзников в годы Второй мировой войны.

Советскому руководству была необходима информация о подлинных намерениях и шагах США и других западных государств в отношении Германии, советских войск и учреждений в советской зоне, в отношении СССР и других европейских государств народной демократии, как тогда называли страны, избравшие путь строительства социализма. Задачи по добыванию этой политической информации и решались органами советской разведки и контрразведки, в том числе, дислоцировавшимися на территории Германской Демократической Республики.

В ответ на одностороннее решение об образовании ФРГ,  7 октября 1949 г. в Берлине было провозглашено образование Германской Демократической Республики (ГДР), хотя до подписания мирного послевоенного договора оба германских государства на первых порах обладали ограниченным суверенитетом, только приступив к формированию собственных государственных органов, которые испытывали острый дефицит в подготовленных профессиональных кадрах.

В 1947 г. в органах народной полиции (Volkspolizеi) был организован «5-й комиссариат» («контрразведки»), который первоначально осуществлял функции обеспечения госбезопасности молодой республики. Но эти «5-е комиссариаты» в управлениях народной полиции округов ГДР действовали под непосредственным руководством оперативных секторов МГБ СССР.

После провозглашения ГДР и начала формирования ее органов государственного управления,  окружные 5-е комиссариаты были объединены в Главное управление безопасности хозяйства и демократического порядка Министерства внутренних дел во главе со старым коммунистом Эрихом Мильке, будущим министром (в 1957 – 1989 годах) госбезопасности ГДР. ГУБХ МВД ГДР насчитывал 2 950 человек, 1 535 из которых были оперативными сотрудниками.

Это был праобраз будущих органов безопасности ГДР и советские чекисты оказывали Главному управлению безопасности МВД всестороннюю помощь в его становлении, организации работы, подготовке квалифицированных кадров.

Впоследствии, 20 декабря 1967 г.  в одной из самых популярных гэдээровских газет «Нойес Дойчланд» министр МГБ Э.Мильке напишет: «органы безопасности социалистических государств научились у советских чекистов, как бить врага. Этот опыт является неизменным элементом и деятельности МГБ ГДР».

К происходившим изменениям в ГДР не оставались безучастными спецслужбы западных государств.

С учетом новых геополитических реалий в Европе, а также геополитических амбиций своего политического руководства, ЦРУ начало осуществлять широкую программу «активных мер», основанных на теории «тайных психологических операций» - хотя эта задача и не ставилась в законе США «О национальной безопасности», в соответствии с одним и параграфов которого и было образовано ЦРУ, право на проведение «тайных операций» было ему предоставлено исполнительным президентским декретом уже в декабре 1947 г.

Директива Совета Национальной безопасности США № 10/2 от 18 июня 1948 г. раскрывала понятие термина «тайные операции», относя к ним «все действия, которые проводятся или организуются нашим правительством против враждебных государств или групп, но которые планируются и проводятся так, чтобы какая либо ответственность за них правительства США была неочевидна для неуполномоченных лиц, а в случае раскрытия правительство США могло бы правдоподобно отказаться от какой-либо ответственности за них»[7].

К этим действиям арсенала «тайных операций» были отнесены: пропаганда, «экономическая война», «превентивные активные действия», включая саботаж,  эвакуацию, подрывную деятельность против враждебных государств, в том числе оказание помощи нелегальным движениям сопротивления, партизанским и освободительным группам в изгнании и поддержку местных антикоммунистических элементов.

С того момента расширение масштабов тайных операций стало одним из главных направлений американской внешней политики.

При этом объектами подрывного воздействия спецслужб западных государств в советской зоне оккупации Германии были определены как формирующиеся здесь немецкие органы власти и управления, так и советские учреждения. Эта стратегическая установка продолжала сохраняться и после провозглашения Германской Демократической Республики.

Эта установка была поддержана заместителем помощника госсекретаря США по оккупированным территориям Фрэнком Г. Визнером, бывшим сотрудником УСС.

Для непосредственного осуществления этой масштабной программы еще 1 сентября 1948 г. в ЦРУ был сформированы специальный Отдел координации политики (ОКП), руководителем которого вскоре и стал сам Фрэнк Визнер.

Перед отделом «координации политики» ставились задачи поддержки «оппозиционных движений» в «недружественных» США странах – восточно-европейских государствах, осуществления акций «экономической» войны, создавать антикоммунистические группы и фронты, а также создавать «резервные» агентурные сети на случай будущей войны.

Помимо ОКП нечто подобное в рамках единой стратегии противоборства с СССР и странами народной демократии проводил и отдел специальных операций (ОСО) ЦРУ, штаб-квартира которого в Германии размещалась в городке Карлсруэ.

В частности, представительство ОКП в Германии ведало операциями по созданию радиостанций «Свободная Европа» и «Свобода», которые должны были стать важным элементом «психологической войны» против «советского блока» (до 1975 г. финансирование этих радиостанций осуществлялось тайно ЦРУ, которое же и «курировало» всю их работу; в 1976, после разоблачения связи радиостанций с правительственными службами США, их финансирование официально приняло на себя правительство этой страны).

О глобальном характере развертывавшегося беспрецедентного разведывательного и геополитического противоборства между двумя мировыми системами, целенаправленно и  усердно создававшимися не только Советским Союзом, но и США, свидетельствует тот факт, что начавшееся 25 июня 1950 г. наступление северокорейский войск, на первом этапе приведшее к быстрому захвату армией КНДР столицы Южной Кореи Сеула, немало напугало очень многих в мире, в чем они увидели начало «осуществления планов советской экспансии». Что привело к дальнейшей активизации разведывательно-подрывной деятельности в Европе.

В этой связи отметим и еще один важный факт. В 1952 г. в северокорейском лагере для военнопленных был завербован советской разведкой резидент СИС в Сеуле Джордж Блейк, на многие годы ставший одним из ценнейших источников информации о деятельности западных спецслужб против СССР. В частности, им предоставлялась информация о совместных операциях СИС и ЦРУ против ГСВГ в Германии в 1954 – 1959 годах.

В начале 50-х годов Отдел спецопераций (ОСО) ЦРУ разработал масштабную «международную программу «стимулирования дезертирства» (включавшую в себя проведение целого ряда спецопераций в различных странах и против различных объектов – от населения ГДР и ГСВГ, других групп советских войск за границей СССР, до советских колоний за рубежом, посольств  и даже резидентур советской разведки). Проводившиеся БОБ ЦРУ оперативные мероприятия в рамках этой программы получили название операции «Рэдкэп». Особый упор делался на осуществление конспиративных вербовочных контактов с советскими военнослужащими, сотрудниками СВАГ и  спецслужб СССР, МИДа и других государственных ведомств. Одна из  особенностей операции «Рэдкэп» ЦРУ – массовое использование агентов-женщин.

БОБ для улучшения координации разведывательно-подрывных действий на территории ГДР в 1955 г. создала специальную «целевую комнату» - информационно-аналитический аппарат, своеобразный «ситуационный центр управления», призванный максимально быстро анализировать и оценивать поступающую оперативную информацию. Одним из главных объектов в этом «целевом центре» стала штаб-квартира представительства КГБ в Карлсхорсте.

Американские разведчики изучали не только расположение отдельных зданий, но даже обстановку кабинетов, работающих в них сотрудников, номера их телефонов, служебные перемещения и т.д.

ЦРУ не безосновательно полагало, что наилучшими возможностями для налаживания контактов с  советскими гражданами обладают лица различных национальностей, владеющие русским языком, знакомые с привычками, укладом, менталитетом  и образом жизни советских людей.

Для развертывания своих операций с подобными целями, а также для того, чтобы скрыть их связи с правительственными органами США, ОКП и БОБ ЦРУ активно использовали для своих целей как существовавшие эмигрантские антисоветские организации НТС («Народно-трудовой союз»), СБОРН («Союз борьбы народов России»),  а также создал организации прикрытия -- Конгресс свободной культуры, Группу борьбы против бесчеловечности (1950 – 1959 гг..), Комитет свободных юристов (1952 – 1958 гг..). Обе организации были ликвидированы их руководством во второй половине 50-х годов после разоблачения их связей с американской разведкой.

Между тем, серьезные изменения в стратегии и тактике разведывательно-подрывной деятельности происходили и в США: в августе 1951 г. пост заместителя директора ЦРУ занял Аллен Даллес, а в феврале 1953 г. он стал директором этого ведомства. Этому предшествовало провозглашение президентом Эйзехауэром новой внешнеполитической доктрины США – «отбрасывания коммунизма». Под руководством Даллеса, отмечают американские историки спецслужб Н.Полмар и Т.Б.Аллен, «ЦРУ превратилось в мощнейшую, глобальную разведывательную организацию, способную проводить тайные операции по всему земному шару».

 При этом известная во всем мире «Энциклопедия шпионажа» определяет тайные операции как мероприятия, проводимые разведывательной организацией в скрытой или замаскированной форме, чтобы затруднить (или сделать невозможным) процесс доказывания причастности к  ним их организаторов» (Полмар Н., Ален Т.Б. Энциклопедия шпионажа. М., 1999, с. 625).

О развитии обстановки в самой Западной Германии и планах ее руководства МГБ СССР в апреле 1952 г. информировал И.В.Сталина, что «в узком кругу руководства ХДС (Христианско-демократический союз, в то время – правящей партии ФРГ), Аденауэр заявил: «Мы не признаем Потсдамскую декларацию, мы стремимся к европейскому единству и добьемся его. Это создаст противовес, который окажет сильное влияние на Восточную Европу. Россия не посмеет начать войну»[8]

По прошествии более 50 лет с момента описываемых событий можно сказать правду о том, что советское руководство имело немало конкретной информации о разведывательно-подрывных планах и стратегии США.

Известно, что 15 декабря 1952 г. в Кремле Сталин в присутствии членов Комиссии по реорганизации советской разведки МГБ Г.М. Маленкова, Л.П. Берии, Н.С. Хрущева, Н.А. Булганина, Л.И. Брежнева принял министра госбезопасности С.Д. Игнатьева и ряд его заместителей, а также Е.П.Питовранова, предложившего свой проект реорганизации советской   разведывательной службы. Во время продолжавшейся более часа встречи Сталин подчекнул:

- Главный наш враг – Америка.  Но основной упор надо делать не собственно на Америку.  Первая база, где надо иметь своих людей – Западная Германия[9].

Таков был внешнеполитический «фон» формирования нового германского государства, которому исторически была уготована роль, говоря военным языком, «стратегического предполья» вероятного театра военных действий.

На основании имеющейся у советских органов госбезопасности информации, правительству ГДР предлагается принять меры, адекватные внешнеполитическим реалиям.

8 февраля 1950 г. Главное управление по защите народного хозяйства МВД ГДР было преобразовано в Министерство государственной безопасности (MinisteriumfurStaatssiherkait), впоследствии получившее обиходное наименование «Stassy»(«Штази»).

 Согласно принятому закону, на это министерство возлагались « борьба с актами саботажа и диверсиями, а также пресечение деятельности вражеских разведок и их агентуры на территории республики».

Следует отметить, что первоначально в структуре министерства не предусматривалось наличие разведывательной службы – она будет официально создана только в августе 1951 г., а саму функцию разведывательного анализа выполнял Институт экономических исследований, созданный годом ранее.

Советское правительство приняло решение о передаче новому министерству ГДР значительной части функций по обеспечению безопасности страны и ее граждан, ранее выполнявшихся на территории ГДР различными подразделениями МГБ СССР.

При этом учитывалось, что передача эта не может быть осуществлена одномоментно, что должны появится кадры профессионально подготовленных сотрудников органов контрразведки, в связи с чем процесс этот был достаточно протяженным по времени.

После образования в составе МГБ ГДР разведывательного управления летом 1951 г. ранее руководившее разведывательной работой на территории республики представительство 1-го управления МГБ СССР по договоренности с руководством республики сохранило за собой право, помимо оказания помощи в становлении разведаппаратов немецкого государства, вести самостоятельную оперативную работу (этим деятельность официального представительства советской разведки в Берлине – с марта 1954 г. – Первого Главного управления КГБ при СМ СССР, - отличалась от статуса и функций  его представительств в других странах народной демократии),  хотя сам этот аппарат  утратил самостоятельность и влился в структуру представительства МГБ—КГБ СССР на правах управления.

С момента создания МГБ ГДР несколько видоизменились задачи и функции аппарата представительства его советского аналога в Берлине. На первых порах это была помощь в создании, обучении кадров для немецких органов государственной безопасности, оказание им практической советнической и иной помощи в становлении, обмен опытом оперативной работы, проведение совместных операций, а затем, по мере роста оперативного искусства немецких коллег, – координация оперативных планов и обмен получаемой информацией.

Задача защиты государственной безопасности, то есть ее конституционного строя,  суверенитета, независимости и территориальной целостности, была чрезвычайно актуальна для Германской Демократической Республики, поскольку она не получила официального признания со стороны западного соседа, а в Конституции ФРГ  официально провозглашалась цель «объединения всех немецких земель».

Первоочередной стала задача подготовки профессиональных кадров для нового министерства ГДР.

 В июле 1950 г.  берлинский оперативный сектор МГБ СССР был упразднен и мой отец был назначен начальником отделения контрразведывательного отдела (отдел «ЛИ») оперсектора земли Бранденбург, а  15 января 1952 г. он стал инструктором отдела «МК» («местные кадры») того же оперсектора МГБ СССР.

Прежде чем рассказать об этом направлении деятельности чекистов в Германии,  следует уточнить, что 13 июня 1952 г. подразделения представительства МГБ в ГДР были приведены в соответствие с новым административно-территориальным  делением республики, и вместо 6 оперативных секторов земель были образованы 14 оперсекторов округов.

А 9 июня следующего года последовала ликвидация и окружных оперативных секторов в связи с реорганизацией всего аппарата представительства.

Один из руководителей в то время советской разведки генерал-полковник А.М. Сахаровский, в частности, курировавший и линию налаживания сотрудничества с органами безопасности стран народной демократии, подчеркивал, что это сложное направление работы, требующее от инструкторов большого такта, выдержки, тонкого оперативного и политического чутья, всесторонних знаний и немалого жизненного и оперативного опыта.

Мой отец в качестве инструктора принимал участие в организации «контрразведывательной» подготовки будущих немецких разведчиков, и в частности, будущего руководителя восточногерманской разведки  (Главного управления «А» МГБ ГДР) Маркуса Вольфа[10]. Это стало необходимым после побега на Запад в апреле 1953 г. сотрудника экономического отдела разведслужбы МГБ Крауса Готхольда.

В своих известных мемуарах «Игра на чужом поле: 30 лет во главе разведки» Маркус Вольф писал по вопросу о сотрудничестве двух наших спецслужб: «…Я полагаю, что в Москве с полным основание считали: немецкой службе будет в послевоенной Германии легче, чем русским, добираться до определенной информации, которую братская спецслужба будет предоставлять советской стороне. Так дело и обстояло, по крайней мере, поначалу, когда наша спецслужба находилась под полным советским контролем». Что не помешало ей позднее войти в пятерку сильнейших разведок мира.

По мере укрепления кадрового потенциала органов безопасности «друзей», как на официальном языке именовались союзнические органы госбезопасности, приобретения ими оперативных позиций, роста собственного опыта оперативной работы и профессионального мастерства, повышались эффективность и результативность такого сотрудничества. Хотя, конечно, бывали и болезненные срывы,  проколы и провалы – такова уж диалектика разведывательного противоборства и от временных поражений не застрахована ни одна спецслужба. Хотя все они целым комплексом мер пытаются свести последствия возможных провалов к minimumminimorum – максимально возможному минимуму….

Так, например, причиной провала одного из ценных  источников стала неосторожная фраза начальника контрразведывательного (ВГУ) управления КГБ СССР О.М.Грибанова, сказанная на совещании с участием зарубежных «друзей»  в 1956 г., о том, что из 6 представителей БНД, годом ранее посетивших штаб-квартиру ЦРУ в Вашингтоне, двое были советскими агентами….

Несмотря на имевшиеся и вполне понятные «трудности роста», деятельность МГБ ГДР начинала давать результаты. Представитель МГБ СССР в ГДР М.К.Каверзнев информировал Москву, что в 1952 г. «штази» были арестованы 2 625 человек, 599 из них подозревались в шпионаже. Он также сообщал, что в оперативную разработку МГБ ГДР было взято 35 западноберлинских и западногерманских центров и организаций, были арестованы 604 агентов и членов этих разведывательно-подрывных центров. Только с января по ноябрь того же 1952 г., сообщалось в Москву, было проведено 16 «показательных судебных процессов над шпионами, диверсантами и террористами».

В частности, в течение этого года были арестованы 64 агента «Группы борьбы против бесчеловечности» и 84 агента «Комитета свободных юристов» ФРГ.

В то же время представительство МГБ СССР в Берлине информировало Москву как о сложностях социально-экономической обстановки в республике, что вело к росту эмиграции на Запад, так и о трудностях в деятельности МГБ ГДР.

Так, еще задолго до драматических событий 17-19 июня, о которых мы расскажем позже, 9 марта 1953 г. в Москву сообщалось, что «оперативники МГБ (ГДР – примечание О.Х.) не в состоянии выдерживать увеличивающуюся нагрузку из-за недостатка знаний, опыта и слабой политической подготовки, а также роста активности империалистических разведок и вражеских подпольных движений». Также сообщалось, что решение ЦК СЕПГ (правившей Социалистической единой партии Германии – О.Х.) об «укреплении проверенными кадрами» было выполнено лишь частично: по состоянию к 20 февраля 1952 г. МГБ ГДР имело лишь 43%  из предполагавшегося штата 5 780 оперативных работников (общая численность министерства планировалась  в 11 899 сотрудников). В сентябре 1952 г. руководитель советского представительства М.К.Каверзнев информировал московское руководство, что в работе МГБ ГДР «имеются просчеты».

Бывший сотрудник МГБ Карл Вильгельм Фрикке, бежавший в ФРГ, в  пользовавшейся большой популярностью книге «Государственная безопасность ГДР: Становление, структура, сферы деятельности»(Кельн, 2-е уточненное издание, 1987, сс. 50-51) уточнял:  «Если в 1952 г. госбезопасность насчитывала  около 4 тысяч сотрудников, то в конце 1954 г. их было уже 9 тысяч, а в 1959 г. в МГБ было уже около 13 тысяч сотрудников, офицеров и вольнонаемных»[11].

Вот в каких условиях мой отец 15 января 1952 г. был назначен  инструктором  отдела «МК» («местные кадры») оперсектора МГБ СССР земли Бранденбург.

Тогда же произошло его знакомство с 35-летним   Фрицем Шредером, назначенным начальником земельного отделения МГБ ГДР.

Биография будущего заместителя министра госбезопасности ГДР довольно типична для представителя администрации нового немецкого государства (биография Шредера, рассказанная отцом, подтверждается официальным изданием биографического справочника WerwarwerinMinisteriumfurStaatssiecherheit (KurzbiographiendesMfS-Leitungspersonales 1950 bis 1989) [«Кто был кто в МГБ…», б.г., часть 4, s.65]).

По рекомендации отца, в 1955 г. Шредер был переведен в Берлин начальником V Управления (борьба с антисоциалистическим подпольем) МГБ.

В 1972 г. ему было присвоено звание генерал-лейтенанта.

Одногодок отца, сын рабочего и домохозяйки, он в 16 лет стал учеником мясника. В 1936-1938 годах служил в армии, затем работал колбасником, пока с началом гитлеровской агрессии в сентябре 1939 г. не был вновь мобилизован в вермахт. В ноябре 1941 г., в период подготовки гитлеровского наступления на Москву – сдался в плен. В 1943 г. 6 месяцев обучался в антифашистской школе Национального комитета свободная Германия(НКСГ), после окончания которой был радиопропагандистом НКСГ на советско-германском фронте.

Вернувшись в Германию, в июле 1945 г. вступил в народную полицию и уже в следующем году стал руководителем местного отделения народной полиции. В сентябре 1949 г. был направлен на работу в Главное управление охраны народного хозяйства и общественной безопасности МВД, а в феврале следующего года – назначен организатором окружного отдела МГБ ГДР в Бранденбурге.

Отец должен был помогать руководству нового отдела в налаживании контрразведывательной работы и обучении немецких коллег. Специфика положения инструкторов была такова, что они являлись прикомандированными к подразделениям МГБ ГДР, были штатными консультантами руководителей структурных подразделений, и вместе с ними отвечали за результаты работы, и для повышения чувства «личной сопричастности», числились в штатах территориальных органов восточногерманской «штази», даже получали там зарплату.

Безусловно, в организации подготовки немецких кадров значительную пользу оказал непосредственный практический опыт организации контрразведывательной работы, в том числе на сопредельных территориях Западного Берлина и  земель ФРГ, приобретенный за годы работы в берлинском оперативном секторе МГБ СССР.

В начале июля 1952 г. капитан Хлобустов (звание майора ему будет присвоено в сентябре того же года) был направлен инструктором в оперсектор в округе Потсдам, а Фриц Шредер получил назначение «с повышением» к новому месту службы, став начальником Коттбусского окружного управления МГБ ГДР.

Вновь встретиться им предстояло позже. 

Довольно частые территориальные перемещения сотрудников МГБ-КГБ в ГДР в частности, объяснялись стремлением затруднить западным спецслужбам  установку, изучение и оперативные разработки выявленных чекистов. Тем более такая необходимость возникала при непредвиденных ситуациях, когда возникала реальная опасность или угроза.

Например, дополнительные меры безопасности были предприняты в Потсдаме, после того, как на Запад ушла одна из немецких переводчиц окружного управления МГБ ГДР. (По иронии судьбы, а вернее – в итоге напряженной целенаправленной работы по созданию оперативных позиций в западных спецслужбах, все сообщенные ею американской разведке сведения о сотрудниках и деятельности потсдамского управления МГБ, чуть позже легли на стол моего отца. Помимо «словестного портрета»,  они содержали также характеристики сотрудников, сведения о расположении сотрудников в помещениях управления МГБ ГДР и оперсектора МГБ СССР).

Предпринимаемые меры повышенной безопасности должны были исключить, например, попытки  силового захвата сотрудника либо членов его семьи – подобные операции в стиле «а-ля Джеймс Бонд» - были политическими реалиями эпохи «холодной войны». И подобные «захваты» практиковались  и той, и другой стороной, причем основная роль в столь «острых мероприятий» отводилась «Организации Гелена», поскольку немецкая разведка «традиционно» нередко прибегала к ним еще до Второй мировой войны, а американская сторона сохраняла за собой в случае провала возможность «искреннего отрицания» собственной причастности к произошедшему.

Весной 1953 г. руководство и координация работы всех подразделений органов госбезопасности изменилось  - головным руководителем представительства МВД СССР (в марте 1953 г. МГБ  было ликвидировано и подразделения госбезопасности  до апреля следующего года вошли в структуру МВД, руководителем которого стал маршал госбезопасности Л.П.Берия) стал германский отдел советской разведки. Причем это положение сохранилось и после образования 14 марта 1954 г. Комитета государственной безопасности при Совете министров СССР.

В качестве заместителя председателя Совета Министров СССР Берия был хорошо осведомлен о деятельности и проблемах советских представительств в ГДР, а также о положении в этой стране.

В частности, о том, что чекистское представительство успешно решало стоящие перед ним задачи, могло прогнозировать развитие обстановки в стране, свидетельствуют его доклады в Москву. На их основе Л.П.Берией было подготовлено, а председателем Совета Министров СССР Г.М. Маленковым  2 июня (за 2 недели до возникновения в ГДР кризисной ситуации!) было утверждено распоряжение совмина  «О  мерах по оздоровлению политической обстановки в ГДР», содержавшее целый ряд рекомендаций для немецких руководителей по смягчению все возраставшей социальной напряженности в республике. Впрочем, не только немецкое руководство, но и В.М. Молотов с Н.С. Хрущевым недооценивали опасности положения, освещавшегося органами госбезопасности.

Помимо этого Берия имел глобальные планы реорганизации советских спецслужб. 19 мая 1953 г. он направил в Президиум ЦК КПСС записку «о неудовлетворительной работе аппарата представительства» МГБ-МВД в ГДР, насчитывавшего 2 222 сотрудника и имевшего в своем подчинении 14 оперсекторов земель. Берия, впрочем, достаточно объективно, подчеркивал, что  оперативные сектора по сути подменяют собой органы МГБ ГДР. В этой связи он предлагал – что и было реализовано впоследствии, сократить аппарат уполномоченного МВД до 328 человек, а вместо оперативных секторов в округах ввести должности советников – по 3-4 человека (по основным линиям работы) при каждом окружном управлении  МГБ ГДР.

В этой связи большинство руководителей подразделений аппарата в ГДР, включая М.К. Каверзнева, были вызваны в Москву, а работу аппарата Уполномоченного с марта по 17 июля возглавлял полковник – впоследствии  генерал-лейтенант - Иван Анисимович Фадейкин.

Приказом МВД от 9 июня 1953 г. оперативные сектора округов подлежали ликвидации. В этой связи отец получил назначение на должность старшего советника аппарата Уполномоченного МВД при Потсдамском окружном управлении МГБ ГДР, где ему пришлось решать сложные вопросы, связанные с «событиями 16 - 18 июня», в последствие названные как за рубежом, так и в нашей стране «антисоциалистическим восстанием». Хотя о «восстании», как представляется, говорить можно ну уж с очень большой натяжкой, хотя протестные выступления и были многочисленными и весьма масштабными.

Всего во время массовых беспорядков 17 -20 июня 1953 г.  в ГДР погибли 125 человек, а впоследствии были арестованы и привлечены к следствию около 25 тысяч человек[12].

В этой связи подчеркнем один весьма красноречивый, но малоизвестный факт: с 10 по 16 июня 1953 г. Западный Берлин посетил директор ЦРУ США Ален Даллес, где он провел совещания с сотрудниками американских, английских и западногерманских разведывательных ведомств в этой стране.

Для характеристики их мы приведем выдержки из спецсообщений представителя МВД СССР в ГДР И..А. Фадейкина, направлявшиеся им в Москву.

Для объективного и всестороннее расследования причин и обстоятельств произошедших в ГДР массовых беспорядков  были сформированы 38 следственно-оперативных групп МВД СССР  численностью в 60 человек каждая. Это были бывшие сотрудники оперативных секторов, особых отделов, представители разведки, а также чекисты, специально командированные из Москвы.

Однако на этом фоне в Берлине происходили и другие, не менее важные для судьбы нашей страны события. Они были связаны с прибытием в Берлин 20 июня группы руководящих работников МВД СССР для изучения обстоятельств произошедших выступлений и ликвидации их последствий, во главе с начальником управления военной контрразведки С.А.Гоглидзе (помимо него в группу входили доверенное лицо Берии А.З.Кобулов и начальник немецкого отдела разведки полковник Зоя Ивановна Рыбкина). Чуть позже к ним присоединился и сам Берия, желавший на месте «разобраться с положением дел и причинами произошедших выступлений», но срочно вылетевший в Москву в связи с созывом заседания Президиума ЦК, на котором он уже был  снят со всех постов и арестован.

А одновременно с этим 27 июня в Берлине неожиданно пропали С.А. Гоглидзе и А.З. Кобулов, что вызвало понятные панику и замешательство у руководителей представительства МВД СССР в Карлсхорсте. Лишь через несколько дней стало известно, что Гоглидзе и Кобулов  были негласно арестованы командующим ГСВГ маршалом В.Д.Соколовским по прямому приказу министра обороны СССР и они оба были тайно отправлены в Москву на самолете военно-транспортной авиации.

Эта акция была связана с  арестом в Кремле заместителя председателя Совета министров, всесильного маршала госбезопасности Л.П.Берии.

Понятно, что арест многих высокопоставленных руководителей МВД СССР во главе с министром и рядом его заместителей по обвинению «в заговоре с целью захвата власти» далеко не  лучшим образом сказался на настроениях сотрудников и работе органов госбезопасности, начав длительный период проверок и чисток «органов», который продолжался фактически до начала 60-х годов.

Возглавивший с 28 июня 1953 г. на месте работу по расследованию обстоятельств произошедших волнений   Евгений Петрович Питовранов докладывал 7 августа новому министру внутренних дел С.Н.Круглову: «… События 17 июня показали, что против ГДР велась активная враждебная работа, которая осталась совершенно неизвестной нашим силам безопасности и силам безопасности ГДР», в связи с чем предлагал активизировать силами оперсекторов МВД СССР  противодействие «враждебному подрывному движению в ГДР»[13].

Для этого он предлагал предоставить советским районным советникам при органах безопасности  ГДР дополнительный штат сотрудников, дабы они могли противостоять  антисоциалистическому «подполью в зависимости от условий в каждом конкретном районе».

Для непосредственной реализации данных предложений на месте  новым начальником Представительства  в ГДР 17 июля 1953 г. был назначен генерал-лейтенант Е.П.Питовранов, до этого 2 года являвшийся руководителем советской разведки. На период его пребывания в этой должности приходятся многие важные эпизоды сражений «холодной войны» в Европе.

Для реализации предложения по улучшению работы по оказанию практической помощи органам госбезопасности ГДР в аппарате   Представительстве МВД СССР в Карлсхорсте  была образована особая группа советников, которую возглавил В.И.Булда, до этого руководивший оперативными действиями  берлинского аппарата МВД СССР из Москвы.

В соответствии с предложениями Питовранова штат советских советников при территориальных управлениях МГБ был увеличен до 5 -  9 человек, то есть почти вдвое, а общая численность аппарата представительства МВД СССР в Германии увеличилась до 540 сотрудников.

После «июньских событий», в ГДР, как и ранее в СССР, последовала ликвидация МГБ:  министерство было преобразовано в Секретариат государственной безопасности МВД (вновь статус министерства служба госбезопасности  ГДР приобрела 24 ноября 1954 г.).

Предполагается, что структура и деятельность любого подразделения спецслужбы должна храниться в тайне от противоборствующей стороны, чему служит целая система мер конспирации.  Однако специфика и диалектика противоборства приводит к тому, что нередко как раз противник становится более осведомленным по отдельным вопросам деятельности своего визави.

К сожалению, такая ситуация в отношении аппарата уполномоченного КГБ СССР в Германии сложилась и в апреле 1954 г., когда на сторону ЦРУ  в Вене перешел майор П.С. Дерябин, с мая 1952 по сентябрь следующего года работавший в австро-германском отделе советской разведки, курировавшем всю деятельность на территории ГДР.

А тем временем 12 августа 1953 г.  мой отец получил новое   назначение в этой загранкомандировке - старшим советником представительства  МВД при Потсдамском окружном управлении МГБ, где он проработал год, а еще через месяц ему было присвоено звание подполковника.

Наша семья в Потсдаме разместилась в доме на Каштанен-аллее, где проживали советские советники (все места их проживания, в целях недопущения нападений и пресечения возможных провокаций, находились под охраной советских военнослужащих). А напротив советского мини-городка с особым режимом охраны и зоной безопасности, в замке Шарлоттенхоф, располагался оперативный сектор МВД-КГБ СССР. Здесь отец имел служебный кабинет, равно как и в окружном управлении МГБ ГДР.

Следует отметить, что Потсдам, где размещался ряд объектов командования ГСВГ, а также штаб-квартира Управления особых отделов ГСВГ, также являлся объектом первоочередных устремлений западных спецслужб.

Дальнейшая активизация разведывательно-подрывной деятельности объясняется принятием новым президентом США Д.Эйзенхауэром, бывшим верховным главнокомандующим союзническими оккупационными войсками в Германии,  новой внешнеполитической доктрины, само название которой раскрывает изменение парадигмы работы ЦРУ: на смену «сдерживанию коммунизма» президента Г.Трумена пришла эра  попыток «освобождения от коммунизма», или его «отбрасывания».

Ее конкретными проявлениями, помимо ежегодного официального проведения «недель порабощенных народов», в соответствии со стратегическими разведывательно-подрывными замыслами Алена Даллеса, стало выделение много миллиардных субсидий «движениям сопротивления в социалистических странах», начало подрывного радиовещания на эти страны (радиостанция «Свобода», вещавшая на языках народов СССР, и «Свободная Европа». Между прочим, одним из консультантов «Радио «Свобода» до самой своей смерти был известный русский философ И.А.Ильин, прах которого был перезахоронен в Москве в сентябре 2005 г.).

В декабре 1953 г. ЦРУ совместно с СИС начало крупномасштабную операцию  под кодовым названием «Золото» по подключению к закрытым каналам связи СВАГ в Берлине. (Лишь десятилетия спустя станет известно, что аналогичная операция КГБ была более успешной).

Но все эти изменения в тактике деятельности и планы противника были известны советской стороне заблаговременно благодаря работе советских чекистов….

Отметим и еще одну особенность деятельности органов госбезопасности СССР в ГДР. Учитывая особенности складывавшейся здесь оперативной обстановки, в 1954 г. в Управлении особых отделов по ГСВГ впервые был создан «третий отдел» - внешней контрразведки, первым начальником которого стал И.Л. Устинов. Всего по «третьей линии» в начальный период в УОО ГСВГ  работали 47 военных контрразведчиков[14].

О сложности и напряженности противоборства, развернувшегося на стратегическом предполье вероятного театра военных действий, свидетельствует тот факт, что ежегодно органами КГБ СССР и МГБ ГДР выявлялись и арестовывались сотни иностранных агентов.

Так, в ходе масштабной контрразведывательной операции «Кольцо» в 1953 г. были арестованы 300 агентов противника.

В следующем году в июле – августе в ходе операции «Стрела» были обезврежены 305 иностранных агентов, 203 из которых принадлежали «Организации Гелена».

В апреле 1955 г. были ликвидированы 5 немецких, 4 английских и 4 западногерманских нелегальных резидентур, выявлено 640 сотрудничавших с ними лиц, ликвидированы 13 радиоточек западных спецслужб[15].

Только одной американской военной разведывательной группе «подразделение 7880» принадлежало 113 арестованных в ГДР агентов. Вследствие подобного провала группа была попросту расформирована…

Не следует однако думать, что противоборство с сильным противником  это некое беспроигрышное соревнование, неспособное принести провалы и горьчайшие поражения. Такое в истории любой спецслужбы случалось не раз. Не является исключением в этом плане и Представительство КГБ в ГДР.

В феврале 1954 г. сбежал на запад капитан Н.В.Хохлов. А через 2 месяца в Вене перебежал в американское посольство П.С.Дерябин, также неплохо осведомленный о чекистских  операциях в Германии.

Вполне вероятно, что эти и подобные факты явились следствием проводимой ЦРУ США операции по «стимулированию дезертирства», о которой мы говорили ранее.

В начале августа 1954 г. отец получает новое назначение Старшим советником в окружное управление МГБ в Коттбус, которое возглавил хорошо ему известный Фриц Шредер.

Отличительной особенностью жизни старшего советника является повышенная мобилизационная готовность для действий в любых непредвиденных ситуациях, наличие постоянной прямой связи со многими инстанциями. Даже в квартире отца находились аппараты прямой засекреченной связи с окружным управлением МГБ ГДР, окружного оперативного сектора и представительства КГБ в Карлсхорсте.

И подобные меры оказывались далеко не лишними.

Например, органами КГБ была получена информация о подготовке «Организацией Гелена» похищения начальника потсдамского управления МГБ ГДР Ф.Шредера или кого-либо из членов его семьи, включая его трехлетнюю дочь Симону. В этой связи его семья была размещена на территории «городка чекистов», охраняемого советскими солдатами.

Искренняя забота о семействе Шредеров, недавно пережившем еще одну личную драму, связанную со смертью сына, укрепляла дружеские чувства советника с немецким руководителем.

Работа контрразведки не всегда завершается громкими сенсациями и «показательными» процессами, поскольку изначально ее главная задача состоит в предотвращении возможности нанесения ущерба охраняемым интересам государства  и конкретным объектам, недопущении реализации преступных замыслов, срыве их на стадиях подготовки. Хотя эта сложная, кропотливая, филигранная «рутинная» повседневная работа контрразведчиков, как правило, и остается неизвестной «широким слоям миролюбивой общественности», как об этом писали лет двадцать назад.

Но в многолетнем безопасном существовании нашего государства и его союзника – Германской Демократической республики, есть доля вклада и моего отца.

… В начале февраля 1956 г. наша семья выехала из Берлина и прибыла на Белорусский вокзал  в Москве.

Впереди были еще многие важные события, связанные с противоборством спецслужб бывших союзников в Германии:

- 1 апреля 1956 г. – официальное решение о преобразовании «Организации Гелена» в Федеральную разведывательную службу ФРГ  - БНД. Р.Гелен будет продолжать руководить ею до самой своей отставки в 1963 году. А впоследствии в 1972 г. опубликует мемуары «DerDinst» («Служба»), в которых расскажет как о перипетиях своей биографии, так и будет защищать необходимость ремилитаризации Федеративной Республики.

Отставке Гелена предшествовал скандал, связанный с арестом в ноябре 1961 г. начальника контрразведывательного отдела БНД Хайнца Фельфе, который, как оказалось, к немалому конфузу боннских властей, 10 лет сотрудничал с советской разведкой…

21 апреля 1956 г. в Берлине громким  провалом завершилась крупнейшая  совместная разведывательная операция ЦРУ и СИС по подключению к советским системам связи в Берлине – иностранным журналистам был продемонстрирован туннель, сооруженный БОБ в конце 1954 г. -  с самого начала эта секретная операция «Золото» контролировалась КГБ через высокопоставленного сотрудника британской СИС Джорджа Блейка…

В 1992 году в сохранившемся туннеле и здании гаража, откуда он был прокопан на территорию ГДР, принадлежавшем БОБ, был открыт уникальный музей истории «холодной войны», немыми свидетелями и участниками которой были сами его стены.

Впереди будет еще и разоблачение первого высокопоставленного агента ЦРУ в ГРУ подполковника П.С.Попова, с сентябре 1955 по ноябрь 1958 года проходившего службу в ГСВГ….

Превращение Главного управления «А» МГБ ГДР в одну из успешнейших разведок мира, для которой не было тайн не только в государственных структурах ФРГ, но и в штаб-квартире НАТО…

И очень многие иные знаковые события, ставшие своеобразными вехами и символами эпохи, включая возведение в ночь на 13 августа 1961 года «Берлинской стены», на долгие десятилетия ставшей одним из главных зримых символов невидимой миру  «холодной войны».

В ноябре 1961 г. министр госбезопасности ГДР Э.Мильке информировал

Пленум   ЦК правившей  Социалистической единой партии Германии (СЕПГ) о том, что с января 1960 по июнь 1961 г. было обезврежено свыше 4 тысяч врагов социалистического государства: «Установлено, что среди арестованных имеются, в частности, заброшенные или завербованные агенты вражеских секретных служб, подстрекатели и провокаторы, охотники за головами и торговцы людьми, другие вражеские элементы, такие как поджигатели и диверсанты».

       По поводу возведения в ночь на 13 августа 1961 г. Берлинской стены, он отмечал: «врагу,  правда, теперь значительно сложнее создавать новые шпионские организации на территории ГДР и поддерживать связь с еще действующими агентами и подпольными группами; однако анализ деятельности наших органов ясно и однозначно показывает, что противник удвоит усилия в попытках использовать в своих целях пробелы и некоторые слабости в наших мерах защиты»[16].

       В Москве отца, подобно многим нашим согражданам, ждало ошеломляющее  потрясение от  закрытого доклада Н.С.Хрущева 25 февраля 1956 г. для делегатов ХХ съезда КПСС.

В апреле 1956 г. подполковник Хлобустов М.В.  получил новое назначение заместителем начальника отделения Второго Главного управления КГБ СССР.

Возможно, какую-то роль в этом назначении  сыграло и знакомство отца с Олегом Михайловичем Грибановым  - с 1943 г. он работал в контрразведывательном отделе Свердловского УНКВД, возглавлявшемся Грибановым. Но это уже другой этап биографии отца, достойный отдельного освещения.

И хотя он не достиг больших карьерных постов, полученные им за 27 лет последующей службы в КГБ правительственные награды, включая второй знак Почетного сотрудника органов госбезопасности СССР – первым он был отмечен еще в марте 1943 г., -  свидетельствуют о его немалом вкладе в дело обеспечения безопасности нашей Родины, которому он отдал почти сорок два года своей жизни….

 Добавить, что, подобно всем чекистам того непростого поколения, отцу пришлось пройти несколько тщательных проверок, ведь его служба в НКГБ началась еще 6 июня 1941 г..

Основанием для первой из них – «чистки» 1953 – 1954 годов стало известное «дело Берии и его банды».

Продолжение последовало при ставшем председателем КГБ при СМ СССР И.А. Серове при комплектовании штатов нового ведомства – тогда было уволено более 17 тысяч чекистов – около 20% от общей численности оперативного состава.

Третья – после известного доклада Н.С.Хрущева ХХ съезду КПСС и начала массового пересмотра ранее возбуждавшихся уголовных дел.

Четвертая – самая пристальная и тщательная – при расследовании дела Т.М. Борщева, бывшего начальника УНКД – УМГБ, обвиненного в нарушениях социалистической законности, и под началом которого отцу пришлось работать в 1941- 1948 годах – его непричастность к «делу Борщева» была установлена еще в то время.

В заключении хотелось бы только отметить, что в августе 1975 г., в ознаменование 30-летия разгрома гитлеровского фашизма и 25-летия образования МГБ ГДР небольшая  группа чекистов, принимавших участие в оказании помощи его становлению в разные годы – всего 8 семей, была персонально приглашена руководством ГДР на отдых в этой стране.

Здесь, помимо официальных приемов, но и в более, как ныне принято выражаться, неформальной обстановке, мои родители вновь встретились с Маркусом Вольфом и семьей  уже генерал-лейтенанта, первого заместителя начальника разведки ГДР Фрица Шредера. Как пример строго соблюдавшейся, даже в отношении между друзьями, конспирации, ставшей поистине «второй натурой», приведу лишь тот пример, что Шредер даже не обмолвился о том, что он многие годы возглавлял управление нелегальной разведки Главного управления «А» МГБ ГДР – об этом мне стало известно лишь через несколько лет после падения «Берлинской стены», хотя подчеркивал значение уроков контрразведывательного искусства, полученных  в свое время от моего отца.

Разумеется, им много что было вспомнить о непростых годах их поистине боевой молодости….


‹ Приложения. Вверх Приложение № 2. Не по лжи? Свидетельствуют нелитературные герои А.И.Солженицына. ›

Приложение № 2. Не по лжи? Свидетельствуют нелитературные герои А.И.Солженицына.

В декабре 1973 г. в Париже был опубликован первый том книги А.И.Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ».

Как впоследствии писала председатель Московской Хельсинкской группы Л.М.Алексеева, «Архипелаг…»  сыграл огромную роль в привлечении внимания общественности к политическим преследованиям в СССР и условиям содержания политзаключенных. После высылки в феврале 1974 г. Солженицына из СССР, ряд его единомышленников потребовал «проведения расследования по материалам «Архипелага ГУЛАГ».

Именно в связи с этими обстоятельствами и представляется целесообразным вновь вернуться к содержанию и назначению этой работы.

Наверное, мало кому памятен сегодня тот факт,  что еще до первой зарубежной публикации "Архипелага "ГУЛАГ" Солженицын  выступил со статьей  "Жить не по лжи!",  в которой призвал современников "не поддерживать и не участвовать во лжи"[1].

Думается, об этой заповеди и "кредо" писателя не вредно вспомнить и сегодня.

Предлагаемая вниманию  читателей  статья  вчерне была написана уже в ноябре 1989 г.  и в виде открытого письма направлена тогдашнему  редактору "Нового  мира", который в то время продолжал публикацию избранных глав «ГУЛАГ»а со  следующим заключением Отделения истории Академии наук:
 

"Уважаемый коллега!

В отделении истории АН СССР ознакомились с присланной Вами рукописью "Открытое  письмо С.П.Залыгину.  (Опыт научно-литературного рецензирования).

Мы разделяем высказанные Вами суждения о том,  что рецензируемая Вами книга А.И.Солженицына содержит ряд  неточностей,  а  также весьма субъективных истолкований фактов. Вместе с тем, и тут мы тоже согласны с Вами,  развиваемая им концепция-образ имеет право  на существование, как и Ваша.

Вы безусловно правы также,  полагая, что при последующем переиздании данной работы необходим ее научный комментарий...

    Желаем Вам успеха.

                         Ученый секретарь Отделения истории АН СССР                                                 д.и.н. В.П.Козлов ".

 Имелось на данную рукопись и аналогичное заключение  Института государства и права АН СССР.

Но народный депутат и главный редактор С.П.Залыгин вернул Открытое  письмо даже без подобающего такому случаю письма-отписки.

Открытое письмо отклонили также сугубо "исторические"  журналы "Вопросы истории", "История СССР", впоследствии - и "Военно-исторический журнал»,  а также с десяток других изданий, включая и "плюралистические" "Московские новости".

   Отметим,  что критика солженицынского сочинения  появлялась как в СССР, так и за рубежом. Наряду с рядом статей Р.А.Медведева, впервые опубликованных за рубежом, укажем и еще одно интересное произведение о творчестве Солженицына. Это двухтомник Александра Флегона, редактора зарубежного русскоязычного издательства «ИМКА-Пресс «Вокруг Солженицына»[2].

После краткого  выступления  автора   "О   творческом   методе А.И.Солженицына" на первых и,  по воле судьбы, ставших последними,   "Солженицынских чтениях" в мае 1990 г.,  статью его обещали  напечатать  не посторонние "Вопросы литературы". Но потом грянул август 1991 г. и редакционные намерения остались лишь благими пожеланиями.

Такова эпопея предлагаемой вашему вниманию статьи.

Казалось бы,  после первой отечественной (в "Новом мире") публикации "Архипелага "Гулаг" критике нашей и стоило  бы  поподробнее присмотреться к этим бывшим ранее апокрифическими страницам.  Да не тут-то было....

"В историческом  труде,  - а именно таковым и считает "Архипелаг..." его создатель, - писал известный в прошлом и ныне почти забытый историк  Сергей

Петрович Мельгунов,  - критике подлежат  не  столько  теоретические построения автора, вытекающие из его индивидуального мировоззрения, сколько та  фактическая канва (здесь и далее  выделено  мной.-О.Х.),  на которой выводится определенный исторический узор.  Только в этой плоскости из столкновений мыслей может родиться  истина".

Процитированные слова  С.П.Мельгунова  писаны  были в Париже в тридцатые годы по тому же самому поводу - в качестве методологического основания  анализа  и критики выпущенного во Франции сочинения одного из русских генералов.

Интересно, согласны ли с подобным утверждением Мельгунова наши  отечественные  "светила" исторической науки? Бывшие и настоящие?

Читатель "Архипелага ГУЛАГа", наверное, заметил, что в повествовании Солженицына активно действующей представлена лишь одна  сторона - Красная,  чья злая воля-де только и определяла ход,  содержание и направленность исторических событий.  В этой связи и возникает зловещая фигура умолчания, которая, как известно, способна исказить подлинную историческую картину происходившего.

Констатируя этот факт и феномен "Архипелага...",  я свой упрек адресую не столько Солженицыну,  ибо это право автора, как видеть и как писать, если ты, конечно, призываешь "жить не по лжи!", сколько его адептам, апологетам и так называемым "представителям"  исторической науки.

Вы знали это, господа? Молчали? Значит вы, уважаемые, сознательно играли в "умолчание правды". Браво, господа! Спасибо за откровенность!

Однако вряд ли кто может серьезно поверить,  что лишь один социальный субъект (партия большевиков) мог определять развитие событий на этапе потрясшего и разделившего страну социального противостояния.

Но  куда  же  подевались  у Солженицына все эти Корниловы и Алексеевы, Красновы и Каледины,  Юденичи и Дутовы, Миллеры и Колчаки, Врангели,  Семеновы и Унгерны,  Скоропадские, Петлюры и многие, многие другие?  Включая сюда также чехов и словаков,  американцев и англичан, французов  и японцев?  Или не было их вовсе на российских просторах???

Между прочим, и многие из использованных Солженицыным источников, в  частности и мемуары непосредственных участников тех далеких от нас событий,  рисуют картину весьма отличную от той,  что представляет читателям  писатель,  избравший  своим  кредо  "жить  не по лжи!".

Сам автор "Архипелага..." скромно подчеркивал по этому поводу: "задача художника:  дать свою картину, заразить (выделено мной, -- О.Х.) читателя".

Обратимся, в  качестве примера,  к одному пассажу Солженицына, связанному с малоизвестными событиями времен гражданской войны.

Солженицын "срывает  покровы тайны" с организации,  вошедшей в историю под названием "Тактического центра".

По Солженицыну  оказывается,  что  ""Тактический центр" не был организацией... А что же было? Вот что: они встречались. Встречаясь же, ознакамливались с точкой зрения друг друга...". Но, успокаивает читателей Александр Исаевич, "по зарубежному журналу "На чужой стороне" мы можем установить,  что на самом деле было".  Итак,  "летом (1918 г.) из Союза  общественных  деятелей  выделился  Национальный центр, - а по сути просто кружок резко союзнической ориентации, кадетский по составу....

Ничего этот кружок не делал, кроме замаскированных собраний.... Иногда посылал своих членов на Кубань для  осведомления.  Но  более всего Национальный  центр состредоточился на мирной выработке законопроектов для будущего России.

Одновременно с  Национальным центром и левее его создался Союз возрождения - для борьбы против немцев  и  большевиков.  Но  и  эта борьба показалась  им  невозможной  на  большевистской территории и сводилась к отсылке людей на юг.  Однако и  районы  Добровольческой армии отталкивали их своей реакционностью.

Весной 1919 г.  все три организации - Союз общественных деятелей, Национальный центр и Союз возрождения решили поддерживать систематическую координацию, и для этого выделили по два человека. Образовавшаяся шестерка иногда собиралась весь 1919 г.,  затем замерла, перестала существовать.  Аресты их начались только в 1920 г.. И тогда, во время следствия, шестерка была громко обозвана "Тактический центр"[3].

Может быть,  зададимся  мы  вопросом,  после раскрытия ВЧК летом-осенью 1919 г.  Петроградского и Московского  отделений  Национального центра  - хотя следствию,  скажем правду,  в то время и не стало известно  об еще одной петроградской организации,  вошедшей в историю под названием "Таганцевской»,  Союз возрождения  России (СВР) действительно  прекратил  свою деятельность?  Нет,  свидетельствует Мельгунов, мы продолжали свое дело.

А вот  отрывок  из  опубликованных  в журнале "На чужой стороне" (помните, уважаемый читатель?),  мемуаров члена партии  народных социалистов(энэсов) и участника СВР В.А.Мякотина: "Военная комиссия "Союза возрождения..." завязала постоянные связи с  некоторыми  уже существовавшими противобольшевистскими военными организациями. Согласно плану,  предполагалось в определенный,  заранее избранный момент перебросить  все  силы этих организаций в определенный район и тогда поднять в этом районе  восстание (здесь и далее выделено  мной, - О.Х.),  провозгласить новую власть и начать набор армии,  которая бы действовала вместе с сооюзниками",  то есть армиями Антанты, уже высадившимися на Севере России.

Вот, оказывается, откуда "растут ноги" похода 14 государств против Советской России!

Не напоминает  ли описанная схема известные мятежи в Ярославле в июне и в Казани в июле 1918 г.?  Ранее,  дважды провалившись, она в точности сработала в Казани в августе-сентябре 1918 г.. Кстати сказать, одним из отрядов мятежников,  действовавших в районе  Казани, командовал Б.В.Савинков, ранее воглавлявший разгромленный ВЧК "Союз защиты Родины и свободы".

По словам В.А.Мякотина,  казанская авантюра, вкупе с восстанием в мае чехословацкого корпуса и  "обещанным  союзниками  увеличением контингента" оккупационных войск в России,  вселяла надежду "на образование фронта, направленного против немцев и большевиков, и протянутого от Белого до Черного моря".

Вот о чем,  оказывается, мечтала - нет, разумеется, не вся, но некоторая, - часть российской интеллигенции в августе 1918 г.!

Да и в написанных в далеком 1923 г., но впервые опубликованных после смерти всех участников описываемых событий,  мемуарах Мельгунов более откровенно признавал,  что летом 1918  г.  был  выработан единый план  действий  между Антантой и СВР с Национальным центром: "две задачи стояли на очереди - надо было договориться с  союзниками, дабы  интервенция  не носила характера оккупации (выделено мной, - О.Х.),  и убедить в бессмысленности всех продолжавшихся переговоров с большевиками...  Мы были уверены, что последует более или менее мощный десант, около которого могут сгрудиться русские силы. Мы были уверены, что выступление чехов является как бы выполнением выработанного плана".

Моя задача  облегчается  тем,  что  в 2004 г.  "Воспоминания и дневники" С.П.Мельгунова впервые были изданы в Москве, через 41 год после их парижского издания и через 47 лет после смерти их автора.

Уже в  1927  г.  Мельгунов  приводит и следующий красноречивый факт: архангельский антисоветский переворот в августе 1918  г.  был совершен... "прорвавшимися туда из Петрограда офицерами при содействии британской разведки (выделено мной, -О.Х.), а также вологодской группы "Союза возрождения России".

Такова была "мирная", по выражению Солженицына, работа "демократических" заговорщиков!

Возникает закономерный  вопрос:  почему  бывшие   руководители Гражданской войны  в  России  столь откровенны в своих мемуарах? (И, как представляется, ответ на него объясняет и почему еще долгие годы мы не увидим их изданными на родине их авторов). Думается, ответ на него состоит в том, что они писали для истории, надеясь, что суд потомков все расставит по своим местам, воздав должное и "правым, и виноватым".

Парадоксально, но факт - и до 1991 г.,  и после,  - хотя французская историография Октябрьской революции - специальность и  тема докторской диссертации  бывшего  "советского" историка Ю.Н.Афанасьева, - эти свидетельства были и остаются  неизвестными  официальной отечественной историографии Гражданской войны в России.

И внимательных читателей и "Архива русской революции" и  переизданных мемуарных сборников "Минувшее" и "Былое" ждут немало интересных находок, открытий и откровений современников и непосредственных участников рассматриваемых событий, якобы неизвестных нашим "маститым" историкам, включая "академика" А.Н.Яковлева и свежеиспеченного "историка" Д.А.Волкогонова.

Имейте хотя  бы мужество,  чтобы,  подобно Мельгунову,  честно признать: Виновны!  Виновны в сокрытии правды.  Виновны в том,  что промолчали (и  молчим)  о  лжи.  В том,  что отказались "жить не по лжи!".

В предисловии к воспоминаниями Мельгунова, согласно их названию, "писанным во внутренней тюрьме ВЧК в сентябре 1918 г."(!) есть одно интересное свидетельство: "Справедливость требует сказать: сажали меня часто большевики в тюрьму за "контрреволюцию",  но всегда давали возможность работать, допуская широкую передачу книг и письменных принадлежностей".

В воспоминаниях жены историка П.Е.Мельгуновой  находим  и  еще одну любопытную подробность:  накануне открытия судебного заседания в здании нынешнего Политехнического музея главный обвинитель... освободил до суда всех обвиняемых.

Или еще один пример. Солженицын пишет: "А была  спекуляция (курсив А.И.Солженицына),  совершенно политического характера, как указывал декрет Совнаркома ...  от 22.7.  1918 г.:  "виновные в сбыте, скупке  или  хранении  для сбыта в виде промысла продуктов питания, монополизированных Республикой (крестьянин хранит хлеб - для сбыта в виде промысла,  а какой же его промысел??- А.И.Солженицын), - наказываются лишением свободы на срок не менее 10  лет,  соединенные  с тягчайшими принудительными  работами  и конфискацией всего имущества".

Стоп! - скажем мы себе и обратимся к тексту указанного автором Декрета. И читаем: "...виновные в скупке, сбыте или хранении с целью сбыта в виде промысла...". Улавливаете разницу?

То есть в декрете  описан  состав  преступления  спекуляции  - скупка и сбыт в целях наживы отнюдь не производителем, так что глубокомысленное замечание Александра Исаевича о "промысле  крестьянина" - не спекуляция же его промысел!?, - сразу же теряет его смысл, оказывается, что называется, "ни к селу, ни к городу".

(В рукописи 1989 г. я писал далее, что сегодня уже представляется явным анахронизмом:

"Возможно, кто-то  все же усомнится в нравственности борьбы со спекуляцией.      Тогда предложим ему простейший эксперимент: выйдите на улицу и каждому встречному задайте один лишь вопрос: Как Вы считаете, должны ли привлекаться к ответственности лица,  скупающие товары первой необходимости по низким ценам и перепродающие их втридорога?

- "Не хотите"?  Что,  результат  этого опроса Вам заранее известен?).

Оказывается, таким  образом,  что "плач Александра Исаевича по крестьянину" на поверку  оказывается  элементарным  передергиванием фактов.

Но зададимся другим вопросом.  Что же,  "ученые" и "просвещенные" читатели Солженицына не увидели очевидных передергиваний писателя?

Или же писатель был уверен,  что передергивания не увидят?  Не захотят заметить? Это - вопрос к зовущим "жить не по лжи!".

Наши отечественная наука и критика,  "глубоко проанализировавшие" впервые опубликованное на Западе  произведение,  не  известное подавляющей массе  читателей,  вдруг обнаружили просто необъяснимую робость при "втором пришествии"  Солженицына  и  первой  публикации "Архипелага ГУЛАГ" в СССР.

И тогда начинает срабатывать удивительный феномен, порожденный пришедшей в нашу жизнь "гласностью":  раз молчит критика,  значит - все написанное Солженицыным правда!

Мы проанализировали лишь несколько фрагментов, несколько страниц этого произведения.  Но столь же тщательного анализа требуют  и другие его  страницы.

Нет,  "Архипелаг "ГУЛАГ" не "произведение по преимуществу художественное"!  Вспомним солженицынское "главная задача художника - заразить читателя".

Как известно, уже в бытность Александра Исаевича за границей,  тамошние издатели предложили  ему исправить явные, мягко выражаясь, "перегибы" в его творении, что он отверг с подлинным достоинством человека, призывающего других "жить не по лжи!".

Если факты - фундамент и "кирпичики"  строительного  материала историка, мыслителя,  из  которых он воздвигает свою концептуальную конструкцию, то автор "Архипелага..." попросту заменяет их крупными блоками собственных  оценок,  подчас весьма далеких от исторической основы.

Касаясь истории Гражданской войны в России, хотелось бы напомнить весьма очевидную истину о субъективной и  объективной  правде, понятую уже в 1923 г.  тем же самым Борисом Савинковым: "Субъективно, конечно,  правы все. Правы "красные", правы "белые", правы "зеленые"... Но объективно правы либо те,  либо другие, - либо красные, либо противники их.  На этот вопрос моя повесть не дает прямого ответа. Но он ясен".

И сегодня тем,  кто охаивает и оплевывает  трагическую  судьбу Родины, не хватает порядочности и мужества откровенно признать, что раз, с их точки зрения,  правомерной  являлась  вооруженная  борьба против установившейся Советской власти в виде участия в "добровольческих" армиях и отрядах,  заговорах и мятежах,  то такой же правомерной являлась  и  соответствовавшая  борьба  со стороны Советской власти против вооруженных походов с участием иностранных "варягов", призванных на родную землю "ура-патриотами".

В уже упоминавшейся ранее работе С.П.Мельгунов писал о предполагаемом стремлении историка к объективности:  "История обязывает к рассмотрению всей совокупности того материала, который может быть в распоряжении исследователя (и был,  по признанию самого Солженицына, в его руках,  либо был доступен ему).  Историк тенденциозен  тогда, когда он (здесь и далее выделено мной, -О.Х.), сознательно отбрасывает материал,  не укладывающийся в заранее  им  установленные,  и,  следовательно, искусственные схемы; бессознательно он тенденциозен, конечно, и тогда,  когда игнорирует материал в силу  своего  незнакомства с ним".

Итак, критерий оценки сформулирован и определен. Причем задолго до сегодняшнего дня,  да в придачу известным русским либеральным историком, как известно, отнюдь не стоявшим на марксистских позициях. С  полным  правом  этот критерий может быть применен и к "опыту художественного исследования" Солженицына.

В этой  связи  знакомство читателей с "Архипелагом ГУЛАГ" как  авторской версией исторического прошлого,  должно было сочетаться с соответствующими научно-историческими  комментариями.  К  сожалению читателей, этого не было сделано издателями  этого  произведения  в Советском Союзе.

Хотя, как отмечал даже на "солженицынских чтениях" его друг  и почитатель творчества Александра Исаевича критик А.Г.Коган,  "художественная ненависть ослепляет Солженицына,  сказывается в его подборе материала, характеристик".

И сегодня, когда перед нашим  обществом  стоит  колоссальная  по своей сложности задача очищения и обновления социалистического идеала от всего наносного, глубоко чуждого ему, нам необходимо подлинное знание  истории,  понимание причин и обстоятельств деформаций в прошлом, причинивших неисчислимые страдания не одному поколению советских людей. Ибо, как говорил известный отечественный историк Николай Михайлович Карамзин - История единственная наука,  превращающая человека в Гражданина.


‹ Приложение № 1. На переднем крае «холодной» войны. Вверх Приложение № 3. Вспоминая ВКШ... ›
Приложение № 3. Вспоминая ВКШ...

... 7 июля 1971 г., впервые пройдя через КПП закрытого подмосковного объекта, я влился в число абитуриентов 2-го (контрразведывательного)  факультета  Высшей  Краснознаменной школы КГБ СССР имени Ф.Э.Дзержинского.

Много позже мы узнали,  что ранее это была знаменитая "школа N 101", где проходили подготовку советские разведчики,  а еще ранее -  база формирования и подготовки оперативно-чекистских отрядов,  забрасывавшихся в тыл немецких войск в годы Великой Отечественной войны.

Позднее здесь была создана база подготовки спецназа КГБ - Курсы усовершенствования  оперативного состава (КУОС),  готовившие сотрудников для легендарных подразделений "Альфа" и "Вымпел".

Основное же здание Школы находилось на Ленинградском проспекте, 3, где ныне размещается Пограничная Академия ФСБ. А в годы Великой Отечественной войны в этом здании также велась подготовка спецотрядов для  действий  в  тылу  врага по линии зафронтового 4-го управления НКВД СССР из числа бойцов ОМСБОНа (Отдельной мотострелковой бригады особого назначения,  дислоцировавшейся поблизости, на стадионе "Динамо").

В частности,  здесь учились будущие герои Советского Союза В.А.Лягин (руководитель  нелегальной резидентуры НКВД в г.  Николаеве),  В.А.Молодцов (руководитель опергруппы "Форт" в  оккупированной Одессе),  командир  спецотрядов "Митя" и "Победители" Д.Н.Медведев, легендарный разведчик Н.И.Кузнецов.

А всего  4  выпускников Центральной школы НКВД,  как она тогда именовалась, предвоенных лет были удостоены в годы войны звания Героев  Советского Союза.  Ряд выпускников и сотрудников Высшей школы КГБ - Г.А.Бояринов, Э.Г.Козлов и другие, - были удостоены этого высокого звания уже в 80-е годы прошлого века.

Всего в 1941-1945 годах в стенах  школы  были  подготовлены  и прошли переподготовку 7 135 сотрудников НКВД.

Собственно говоря,  сама  Высшая  школа как специальное высшее учебное заведение с  трехгодичным  сроком  обучения  слушателей  по программе юридических вузов страны была образована в соответствии с потановлением Совета министров СССР от 15 июля 1952 г.,  а в  апреле 1954 г. года первые 189 выпускников получили дипломы нового вуза, причем 37 из них окончили ее с отличием.

А в  целом свою родословную Высшая школа - с августа 1992 г.  - Академия Федеральной службы безопасности России, - ведет от трехмесячных  курсов подготовки сотрудников ВЧК,  начавших свою работу 23 апреля 1921 г.

В 1954 г.  численность  переменного состава (слушателей) Высшей школы была установлена в 600 штатных единиц.  На учебу направлялись абитуриенты, имевшие стаж не менее трех лет работы в органах госбезопасности, отвечавшие требованиям для поступления в ВУЗы страны.

Первоначально Высшая  школа  КГБ  имела  12 кафедр - по три по циклам  социально-гуманитарных (философия,  политэкономия,   история ВКП(б), юридических и специальных дисциплин, а также кафедры иностранных языков, военную и физической подготовки.

К 1960-му  году  Высшая школа КГБ СССР стала крупным многопрофильным специальным учебным заведением.  Помимо этого в системе КГБ имелись 4 Высших пограничных училища (в Москве,  в Бабушкине, в г. Голицино в Подмосковье,  в г. Ташкенте и в Алма-Ате).

2 августа 1962 г. Высшей школе КГБ  СССР  было  присвоено  имя  Ф.Э.Дзержинского.

Выпускники "нашего"    факультета    получали    специальность юрист-правовед со знанием иностранного языка.

В 1971  г.  на контрразведывательный факультет предпоследний раз, наряду  с военнослужащими и уже прошедшими службу в армии,  абитуриентами принимали также выпускников средних  школ.  Но  конкурс для нас,  вчерашних десятиклассников,  был отдельный и составлял 19 проходных баллов из 20.

Следует сказать,  что  тогда  существовало  в целом достаточно сдержанное, если не сказать негативное, отношение к чекистской "династийности", хотя  она  и существовала де-факто.  Мне же,  однако, представляется, что в этом явлении больше позитивного, нежели негативного. Потому, что в целом эта преемственность и семейная традиция способствовала и способствует более осознанному и целенаправленному выбору профессии,  помогает  в  формировании и воспитании у будущих контрразведчиков профессионально значимых качеств личности.

Высшая школа давала отличное образование. Как скажут сегодня - "четыре в одном": специальное, юридическое, языковое, среднее военное.

Но  основу и сердцевину обучения составляли именно юридические и специальные дисциплины.      Спецдисциплины представляли собой то, что ныне называется оперативно-розыскной деятельностью и регламентируется открытыми нормами права, в частности - федеральными законами Российской Федерации «Об оперативно-розыскной деятельности», «О федеральной службе безопасности», «О противодействии терроризму».

Среди юридических дисциплин особое внимание по понятным причинам уделялось уголовному праву и уголовному процессу, а также административному и международному праву.

Главное, чему  учили  нас преподаватели - это безукоснительному следованию именно нормам права, статьям законов, строгому соблюдению законности.

Немалое  внимание  уделялось также предупреждению и профилактике,  то есть недопущению реализации преступных намерений.      Существовал целый арсенал  средств  предупреждения  преступных действий, - особо подчеркну, именно в правовых рамках, но распространяться о них не буду по вполне понятным причинам.

В цикле гуманитарных дисциплин немалое место занимали  вопросы как современной международной обстановки и политики,  так и истории отечественных органов  безопасности,  правда,  начиная  с   декабря 1917 г.

Хотя у нас, слушателей, присутствовал немалый интерес и к тому, как были организованны и действовали спецслужбы Российской империи. В этой связи огромным вниманием пользовалась только появившаяся тогда книга Владимира Понизовского «Ночь не наступит», в художественно-литературной форме рассказывавшая о деятельности Департамента полиции России.

Конечно, нам говорили и о  необоснованных политических  репрессиях  30-х -- 50-х годов,  хотя тогда мы,  как, впрочем, и сами преподаватели, не знали и не могли знать их подлинных масштабов. Хотя сегодня, на основании архивных документов,  уже давно опубликованных,  и, в частности,  материалов  Комиссии  Политбюро  ЦК КПСС по дополнительному изучению материалов,  связанных с репрессиями, имевшими место в период  30-х  - 40-х и начала 50-х годов (они публиковались в журнале "Известия ЦК КПСС" и в других изданиях),  можно утверждать, что эти репрессии имели гораздо меньший масштаб, чем полагают некоторые наши сограждане.

Конечно, как юрист и гражданин,  я не могу не испытывать чувства горечи и глубокого сожаления по поводу этих фактов, но такова, в действительности, правда об истории нашей Родины.

Обращаю особое внимание на все эти обстоятельства  в  связи  с тем,  что  особый  упор в процессе обучения слушателей Высшей школы КГБ делался именно на безукоснительное соблюдение норм  права,  уже измененных,  на  недопушение нарушений законности и превышения служебных полномочий.

Конечно, немалую долю времени  отнимало  изучение  слушателями иностранных языков,  как европейских, так и восточных, а с 1979 г. - и африканских (всего в Высшей школе велось обучение  34  иностранным языкам). Причем уровень языковой подготовки  был  настолько  высок, что многие выпускники становились впоследствии не только переводчиками, но и  преподавателями. В том числе столь сложных языков как арабский, японский, китайский, урду и тому подобных.

Не скрою,  что в период обучения в ВКШ вызывала сомнение необходимость изучения военных дисциплин,  хотя  это  в дальнейшем пригодилось многим моим однокашникам - ведь им выпало на долю побывать впоследствии не в одном десятке "горячих" точек как за рубежом, так и уже на территории нашей страны.

И ныне глубоко убежден, что военная подготовка необоходима чекистам, сотрудникам органов безопасности, и не только военной контразведки, хотя нам и приводят примеры якобы "демилитаризированных" зарубежных спецслужб.

Хотя, конечно, требования воинских Уставов и воинской дисциплины и создавали некоторые неудобства в период обучения.  Не говоря уже о несении нарядов - и внутренней службы по Высшей школе,  и оперативных, ведь весь личный состав ВКШ являлся постоянным оперативным резервом председателя КГБ.

Годы учебы в Высшей школе вобрали в себя многое. Прежде всего, нельзя  не сказать о коллективе курса,  его мощном воспитательном и морально-нравственном потенциале, соединявшем в себе как юношеский задор и романтику вчерашних школьников с определенным жизненным опытом "старослужащих",  прошедших армию.  Нельзя не вспомнить и нашего начальника курса,  "папу", тогда еще майора,  Леонида Кузьмича Тюрикова, помощником у которого был А.М.Яценко.  Это были требовательные,  но в тоже время отзывчивые, доброжелательные,  понимающие  руководители,  которые,  на мой взгляд, блестяще иллюстрируют понятие "отцы-командиры".

Средством воспитания, товарищеского воздействия, помимо "треугольника" - командир группы,  комсорг и парторг,  групповых "Боевых листков" учебных групп, была также курсовая, факультетская и общешкольная стенная печать.

     Каждый ежемесячный номер общешкольного "Чекиста" был событием, которого ждали.  Помимо стихов,  фотографий,  хроники  общественной жизни Школы,  здесь помещались интереснейшие статьи,  основанные на оригинальных материалах стран изучаемого языка.  Особенно  запомнились две из них - об очень известном в то время писателе-авантюристе  Эрике фон Деникене,  авторе ряда спекулятивных книг и кинофильмов ("Воспоминания о будущем",  "Назад,  к звездам" и др.), и о "левом" молодежном экстремизме в Перу.

Теперь, по прошествию многих лет, можно сознаться, что автором статьи о фон Деникене был я. Для ее подготовки пришлось познакомиться с двумя статьями из немецкого «Шпигеля».

За организацией стенной печати стояли комитеты ВЛКСМ факультетов и Школы. В последнем было немало офицеров - лейтенантов и старших лейтенантов с факультета военной контрразведки.  Неформальное,  товарищеское общение с ними вчерашних школьников также давало последним немало полезных жизненных уроков.

И прежде всего - ответственности за себя, свои поступки, порученное дело, отсутствием чего – чувства личной ответственности, как известно, нередко грешат юноши, еще не осознавшие значения личной  требовательности  и  ответственности перед  коллективом,  собственной совестью,  делом и долгом.

Среди членов комитета комсомола Школы особенно запомнился Андрей Козлов,  бывший впоследствии главным редактором журнала "Пограничник".  Уже  в период обучения в ВКШ (в 1973-1975 гг.) он писал и публиковал свои рассказы, по его сценариям было поставлено несколько передач  популярного  телецикла "Спокойной ночи,  малыши!".  Поэтому я был рад, когда в 1982 г. он стал лауреатом конкурса молодых писателей.

Вообще в  Высшей школе имени Ф.Э.Дзержинского доводилось встречать немало талантливых людей. Талантливых по-разному, но горевших желанием реализовать  свой немалый творческий потенциал,  поделиться им с окружающими.  Достаточно вспомнить Э.М.Телятникову, не один год исполнявшую на концертах  самодеятельности  струнные произведения на арфе.  Среди них не могу не назвать призванного в органы  НКВД  в  сентябре  1938  г. Константина  Петровича  Новикова,  который,  будучи уже в отставке, продолжал трудиться в историко-археографической лаборатории  Высшей школы над  изданием  многотомного сборника документов "Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне".

Думаю, его  рассказы,  в  том  числе  и о деятельности военной контразведки Отдельного корпуса РККА в Литве в 1938-1941 гг., многое могли бы восстановить в подлинной истории тех дней и лет.

Это - и поэт,  член Союза писателей России Д.Б. Окунев, преподаватель  одной из спецдисциплин, и ветеран ВКШ В.Д.Бабакаев,  более известный по своим работам Б.П.Курашвили,  после ухода из ВКШ более 30 лет  проработавший  научным сотрудником в Институте государства и права Академии наук СССР и ставший ученым с мировым именем,  к сожалению,  в апреле 1999 г. ушедший из жизни.

Комитеты ВЛКСМ,  помимо "помощи руководству в воспитании личного состава",  что являлось одной из их главных официальных  функций, занимались многими другими вопросами: организацией досуга слушателей,  организацией и руководством строительными отрядами "Дзержинец",  которые давали не только уникальнейшую возможность лучше и ближе  познакомиться со своей страной,  но и подзаработать во время "трудового семестра", организацией патриотического воспитания и так далее.

Упомяну только агитпоходы февраля 1975 и 1976 годов по погранзаставам Прибалтийского пограничного округа от Риги до Бреста, проводившиеся, кстати сказать, под эгидой ЦК ВЛКСМ.

Но годы учебы в ВКШ - это не только отдых, досуг, общественная работа,  хотя ныне, не только такого понятия, но и явления, как такового,  по-моему, уже не существует. Хотя те мои товарищи, которым есть чем поделиться с окружающими, щедро делают это "по старинке" в соответствии с воспитанными в Высшей школе "активной гражданской позицией, боевым  чекистским  характером".

И, по-моему, большинство моих однокашников по Высшей школе как раз и продемонстрировали своей жизнью и работой эти социально важные и значимые качества.

Несколько отвлекаясь от темы,  позволю себе высказать мнение о том,  что  гражданское общество  формируется и может только  формироваться  усилиями и сознательной целенаправленной деятельностью  социально  активных граждан.  А правовое государство несовместимо с равнодушием,  формализмом в работе сотрудников правоприменительных органов,  терпимостью к несправедливости и нарушениям законов и  норм общественной жизни, гражданской и профессиональной этики.

Комсомольская работа имела далеко не только  "формально-бюрократический характер" - уж слишком много было в ней подлинного горения, стремления к самовыражению,- а такая потребность, наверное, и приходит к человеку где-то на рубежи 20-23 лет,- глубокого  осознания своей правоты, важности и нужности порученного тебе дела.

Я думаю,  ныне слушателям и студентам гражданских вузов недостает  подобной  общественной  самодеятельной  организации,  учащей как самостоятельно принимать решения,  так и организовывать их выполнение,  нести  ответственность за их реализацию.

И еще из тех лет учебы я вынес убеждение в том, что научаются студенты у тех преподавателей, что любят свою профессию, свой предмет, досконального знают его и не останавливаются в собственном профессиональном росте.

Мы любили молодого преподавателя,  тогда капитана, К.Х.Ипполитова, В.М.Клеандрову, М.П.Третьякова, В.Н.Струнникова.

Лично на меня большое впечатление своей эрудицией,  знанием предмета, внутренней собранностью, целеустремленностью произвел Г.А.Попов, с которым посчастливилось в дальнейшем работать.  Именно Геннадий  Алексеевич пробудил у меня интерес к познанию подлинной истории  страны  и  ее органов безопасности.

Большую, лишь впоследствии осознанную и оцененную в полной мере  помощь в профессиональном становлении моих одногруппников оказал нам преподаватель "спецдисциплины N 1" А.И.Курчатов. Сказать по-правде, мы вначале не очень любили его за педантичность, скрупулезную требовательность в оформлении учебных документов, как нам казалось, многочисленные повторы,  - таким образом,  он стремился выработать и закрепить у  нас необходимые в работе знания, навыки и умения.

Когда же мы собрались через несколько лет после окончания "Вышки", оказалось, что в памяти  многих  сохранилась признательность и благодарность именно ему, "дававшему именно то,  что надо,  что особенно важно", хотя его дидактические приемы обучения и не воспринимались таковыми вначале.

И с еще тех слушательских времен врезался в  память  известный афоризм о том, что научаются лишь у тех, кто любит свое дело.

Как мне кажется,  в отличие от нынешнего поколения слушателей, у нас тогда царил культ учебы:  большинство,  в том числе и имевших семьи и малолетних детей, училось жадно, напористо, настойчиво.

Быть может,  это  и определило тот вполне закономерный результат, что только с одного нашего курса вышло немало генералов,  руководителей подразделений органов госбезопасности.  Это, в частности, уже генерал-полковник А.Г.Безверхний,  генерал-лейтенант С.М.Минаков, генерал-майор И.В.  Ермаков и другие мои дорогие однокашники.

Многие из  них прошли сначала Афганистан,  а потом еще десятки "горячих точек" уже на территории нашей страны.

Не могу не вспомнить "однокашника" Валеру  Курилова,  исключительно одаренного человека,  писавшего стихи как на русском,  так и на английском,  игравшего на гитаре, прекрасно певшего и рисовавшего.  Лишь много позже я узнал, что Валера был среди тех, кто 27 декабря 1979 г. брал штурмом дворец Тадж-бек в Кабуле.

 Правдиво он  рассказал  об  этом  в  своей   книге   "Операция "Шторм-333"(М.,1999), немало страниц которой посвящены преподавателям Высшей школы и годам обучения в ней,  моим однокурсникам и коллегам, которые,  не щадя жизни, выполняли свой служебный и воинский долг.

Из этой книги я  узнал,  что  наш  преподаватель  физкультуры Александр Иванович  Долматов  был заместителем командира спецотряда КГБ "Зенит",  возглавлявшегося бывшим преподавателем  Высшей  школы Героем Советского  Союза Григорием Ивановичем Бояриновым. (Полковник Г.И. Бояринов,  начальник КУОС КГБ погиб при штурме дворца Тадж-бек 27 декабря 1979 г.  Звание Героя Советского Союза ему было присвоено посмертно в апреле 1980 г.).

В своей книге Валерий выражал надежду, что она, возможно, станет подспорьем не только для изучающих Афганистан,  но и для других слушателей  чекистских  вузов.  Его надежды оправдались - эту книгу преподаватели настоятельно рекомендуют для ознакомления  слушателям в качестве дополнительного учебного пособия.  И в ней действительно есть чему поучиться.

Жажда знаний и собственного творчества находила свое выражение и в увлечении НИРС - научно-исследовательской работой слушателей.

Представляется необходимым  упомянуть,  что еще в 1855 г.  в Николаевской военной академии Генерального штаба были введены так называемые "годовые  сочинения" по изучаемым дисциплинам с целью выяснения пригодности слушателей к самостоятельной работе,  представлявшие собой своеобразные квалификационные выпускные работы "за полный курс обучения". Данный подход был востребован в 50-е годы уже XX века в военно-учебных  и  специальных учебных заведениях СССР.

Комитет ВЛКСМ Высшей школы также уделял развитию НИРС  определенное внимание. В 1973 г. при его участии было образовано общешкольное Слушательское научное общество (СНО), которое в те годы работало достаточно активно.

В целом ВКШ в 70-е годы предоставляла слушателям массу возможностей для развития, интеллектуального и духовного роста:

- иностранные языки (в том числе изучение их  на  дополнительных, факультативных курсах желающими);

- неплохая  библиотека со множеством периодических изданий,  в том числе на изучавшихся иностранных языках, возможности межбиблиотечного обмена.

Ну и, конечно, сама та неповторимая аура «культурной столицы», с ее многообразием музеев, библиотек – особой популярностью у нас пользовалась «Иностранка» -- Библиотека иностранной литературы с ее неповторимыми уникальными фондами, а также тематическими вечерами и фильмами на иностранных языках, театров, которая давала редкую возможность непосредственного, живого прикосновения ко всему многообразию и богатству культуры….

В тоже время, мне кажется, были и определенные недостатки в организации учебного процесса.

В их  числе  я бы назвал,  прежде всего,  отсутствие спецкурса "Введение в специальность" - он был введен в ВКШ в середине 80-х  годов как своеобразная «дань моде», велениям времени и требованиям минвуза,  но, к сожалению, в процессе реформирования всей системы высшего образования страны,  в 90-е годы вновь "выпал" из расписания учебных занятий.

Мне кажется,  для слушателей и студентов иных вузов также очень важен и актуален курс "Гигиена умственного труда", хотя его можно было бы несколько расширить,  поставив и вопросы о сохранении и укреплении здоровья обучаемых в период обучения в вузе в целом.

Не было у нас и курса "Основы научных исследований",  хотя,  в целом, он является,  на мой взгляд,  лучшим  средством  формирования творческой, нестандартно мыслящей личности.

Ныне Академия ФСБ по-прежнему остается головным учебным заведением по подготовке кадров для органов безопасности России.


‹ Приложение № 2. Не по лжи? Свидетельствуют нелитературные герои А.И.Солженицына. Вверх Приложение № 4. Надежный союзник: Слава и секреты "Штази". ›

Приложение № 4. Надежный союзник: Слава и секреты "Штази".

Одним из самых результативных союзников КГБ СССР в борьбе с  разведывательно-подрывной деятельностью специальных служб империалистических государств являлось Министерство государственной безопасности Германской Демократической Республики, известное также как "Штази" ( от немецкого - Staats  Siherhait  -  государственная  безопасность). В том числе и его Главное управление "А", отвечавшее за ведение разведывательной работы за границей.

Поскольку "Штази",  также как и КГБ СССР, стала только предметом истории,  одним из ее бесконечных сюжетов, представляется целесообразным  подробнее  остановиться  на  ее  вкладе в укрепление и обеспечение безопасности социалистических государств во второй  половине XX века.

"Штази" -  Министерство государственной безопасности (МГБ) Германской Демократической Республики, - было образовано в апреле 1950 г.  И со временем стало одной из высоко эффективных спецслужб мира. И хотя деятельность "Штази" прекратилась более пятнадцати  лет  назад, она и по сей день волнует и интересует многих.

В последние годы о "Штази" писалось немало как в нашей стране, так и за рубежом. При этом далеко не всегда предпринимались попытки представить объективную историю этой спецслужбы, являвшейся как надежным союзником нашей страны,  - тогда СССР, так и важным фактором стабилизации обстановки на Европейском континенте.

В этой  связи представляется целесообразным бросить ретроспективный взгляд на историю внешней разведки ГДР,  которая,  по мнению зарубежных экспертов, входила в пятерку лучших разведок мира. Наряду с КГБ СССР,  израильским Моссадом, американским ЦРУ и британской МИ-6. Насколько справедлива такая оценка - предоставим судить самим читателям.

Согласно архивным данным бывшей ГДР, с апреля 1950 по 15 января 1991 г.  в органах МГБ,  включая пограничную охрану, а также охранный полк имени Ф.Э.Дзержинского,  проходили  службу  274  тысячи сотрудников, причем  102  тысячи  из  них состояли в штате на конец 1989 г.

Зарубежная агентурная  сеть  Главного управления "А" – внешней разведки МГБ  ГДР,  почти  тридцать  лет  возглавлявшегося  Маркусом Вольфом, насчитывала более 38 тысяч агентов,  в основном  -  граждан Западной Германии. В самом же этом управлении работали 4 286 сотрудников.

Главными целями проникновения разведки ГДР,  помимо правительственных учреждений и дипломатических миссий ФРГ,  были  подразделения НАТО,  посольство США и американские разведывательные органы в ФРГ,  а также дипломатический корпус в Бонне. На ФРГ приходится около 80 % разведывательных операций, проведенных "Штази".

Важное место ФРГ в разведывательных устремлениях ГДР  объясняется  тем  обстоятельством,  что здесь размещались 600 тысяч американских,  британских,  французских,  канадских и бельгийских войск.

При этом обе стороны - и НАТО,  и члены Варшавского договора, одинаково оценивали роль ФРГ как плацдарма и авангарда в возможном  вооруженном международном конфликте в Европе.  Для сравнения отметим,  что в то же время Группа советских войск в Германии (ГСВГ),  насчитывала  380 тысяч военнослужащих.

В свою очередь, ГДР также рассматривалась западными стратегами как оперативное предполье возможных будущих  битв,  что  делало  ее объектом  активного разведыватель-подрывного воздействия со стороны спецслужб западных государств.

Объективно история "Штази" началась после провозглашения в августе 1949 г. на территории трех западных - американской, французской и английской,  - оккупационных зон Федеративной Республики Германии.

С этой  территории,  организовывалась  активная разведывательно-подрывная работа против "советской зоны оккупации".  Причем вела ее не  только связанная с ЦРУ США группа бывшего генерал-лейтенанта вермахта Рейнхарда Гелена,  но и британская,  французская и  американская военные разведки.

Для примера укажем, что только одна 513 разведывательная группа "Си-ай-си" - американской военной разведки,  - насчитывала в начале 50-х годов около 3 тысяч офицеров,  тогда как МГБ ГДР насчитывало в то время всего лишь около 4 тысяч сотрудников.

Однако "Штази",  опираясь на опыт,  накопленный советской разведслужбой  и при помощи советских коллег,  стремительно наращивала оперативный опыт и мастерство.

Легко себе представить,  какой шок испытали в Разведывательном управлении министерства обороны США,  - еще один орган, ведший разведывательно-подрывную работу против ГДР и ее союзников,  когда получили 21 мая 1956 г.  сообщение о том,  что из кабинета начальника 522 батальона  военной разведки были похищены два сейфа (!!) совершенно секретных документов.  На их основе в течение 5 дней МГБ были арестованы 137 американских агентов,  правда еще девяти удалось бежать на Запад.

Активная разведывательная деятельность западных союзников против ГДР, непрекращающиеся провокации с территории Западного Берлина против столицы социалистической Германии заставили  ее  руководство пойти на необычные меры самозащиты.

За одну ночь 13 августа 1961 г. между западным и восточным секторами Берлина была возведена трехметровая бетонная стена,  ставшая на многие годы символом пресловутого "железного  занавеса".

Политическая  и  инженерно-техническая  акция руководства ГДР о возведении «стены» и усилении пограничного контроля и охраны границы ГДР,  стала полнейшей неожиданностью как для БНД, так и для ЦРУ США.

Как признавали весьма информированные историки разведки Н.Полмер и  Т.Б.Аллен,  возведение «Берлинской стены» и усиление контрразведывательного режима в ГДР если и не парализовало, то существенно затруднило разведывательно-подрывную деятельность западных разведок против ГДР. И в то же время не повлияло на  эффективность  разведывательной  деятельности "Штази".

Вскрывая военные  планы  США  и  НАТО в отношении СССР и других стран Варшавского договора,  разведывательные службы ГДР и  нашей  страны способствовали укреплению  своей безопасности,  а также поддержанию мира на Европейском континенте.  Вот почему бывший руководитель Упраления "А" МГБ ГДР Маркус Вольф называет своих негласных  помощников "разведчиками мира". Звание которых они заслужили с полным правом.

Об успехах разведки общественность  обычно  узнает  из  шумных скандалов, связанных  как  раз с провалами разведчиков.  Хотя уже в 60-е годы в активе МГБ ГДР имелось немало крупных достижений.

Кратко назовем  лишь некоторые из этих успехов,  ставших тогда достоянием гласности.

20 июля 1954 г.  в ГДР перешел доктор Отто Йон, с декабря предыдущего года  исполнявший обязанности директора БФФ – Федерального ведомства по охране конституции, то есть контрразведки ФРГ.

15 августа  1985 г.,  таинственно пропал 48-летний Ганс Иоахим Тидге, также возглавлявший эту службу,  в которой он проработал  19 лет. Однако  уже 19 августа Тидге дал пресс-конференцию в Восточном Берлине, из которой стало ясно, что он решил порвать со своим прошлым, начав новую жизнь в ГДР.

Позднее в берлинском университете им.  Гумбольта Тидге защитил докторскую диссертацию  "Контрразведывательные функции Ведомства по охране конституции Федеративной республики  Германии",  описывавшую деятельность БФФ, включая операции службы электронного наблюдения. В 1989 г. Тидге выехал в Советский Союз.

И если ранее названные скандалы касались на прямую только ФРГ, то в  последующих  уже  фигурировала  и служба внешней разведки МГБ ГДР.

Однако одними  из  наиболее выдающихся "разведчиков мира" были супруги Гюнтер и Кристель Гийом, в 1956 г. покинувшие ГДР под видом беженцев.

С 28 января 1970 г.  Гийом начал работать в аппарате Федерального канцлера,  поднявшись по карьерной лестнице до поста одного из трех (с 1972 г) персональных помощников канцлера Вилли  Брандта.

С этого момента вся деятельность канцлера, в том числе его замыслы,  суть и содержание его так называемой "новой восточной политики", перестали быть секретом для руководства ГДР.

Однако уже  24 мая 1973 г.  главе западно-германской контрразведки Нолау был представлен доклад о возникших подозрениях в  отношении Гийома, который был идентифицирован как источник "Георг", радиограммы которому из берлинского радиоцентра МГБ были  дешифрованы западно-германской службой радиоперехвата.

Но, несмотря на то,  что Гийом 11 месяцев находился под наблюдением, контрразведка ФРГ так и не смогла арестовать его  с  поличным,  хотя  в  эти  месяцы  он провел ряд встреч с курьером восточно-германской разведки.

В январе 1974 г.  генеральный прокурор Зигфрид Бубак,  позднее убитый террористами из "Фракции красной армии",  отказался санкционировать арест  Гийома  ввиду недоказанности выдвинутых против него обвинений.

В 6.30 утра 24 апреля 1974 г.  Гийом изумил  арестовавших  его офицеров полиции следующим признанием:

- Я  -  офицер Национальной народной армии ГДР и сотрудник Министерства государственной безопасности.  Прошу уважать  мою  честь офицера.

В то же утро о признании Гийома  был  проинформирован  канцлер ФРГ Вили Брандт.

15 декабря 1975 г.  Гийома приговорили к 13 годам тюрьмы,  его жена и  соратница сорокапятилетняя Кристель получила 8 лет за государственную измену и соучастие в шпионаже.

Перед объявлением  приговора  судья Герман Мюллер заявил,  что "этот шпион с учтивыми манерами поставил под угрозу  весь  западный оборонительный союз...".

Знал бы он,  как и другие политики, и даже руководители спецслужб ФРГ, а также их коллени из ЦРУ и МИ-6, как он ошибался!

Однако Гийома освободили уже в октябре 1981 г., обменяв его на 8 западно-германских агентов, осужденных в ГДР, а его жена Кристель была освобождена в обмен на 6 разоблаченных агентов БНД еще ранее.

До ухода на пенсию Гийом преподавал  в  разведывательной  школе "Штази", а в 1995 г. он скончался от инфаркта.

После падения Берлинской стены в ноябре 1989 г.  и  захвата  с участием представителей БНД здания штаб-квартиры "Штази" в Берлине, - данный факт признает даже бывший сотрудник ЦРУ Джон Келер  в  изданной на русском языке книге "Секреты штази.  История знаменитой спецслужбы ГДР" (Смоленск, 2000), - в ходе которого был изъят ряд материалов по проводившимся разведывательным операциям,  прокуратура ФРГ на 1996 г.  возбудила 6 641 уголовное дело по обвинениям в шпионаже в пользу ГДР.

2 431 из них не было доведено до суда – в большинстве случаев из-за истечения сроков давности.

В 1998 г. на стадии расследования находилось еще 130 уголовных дел по подозрению в шпионаже в пользу МГБ ГДР.

Но контрразведке ФРГ было гораздо  труднее  выявлять  агентуру Разведуправления  Министерства национальной обороны ГДР.  Поскольку последний министр обороны ГДР Райнер Эппельман, в прошлом священник и известный диссидент, приказал уничтожить несколько тонн секретных документов.

В течение трех лет,  начиная с 3 октября 1990 г., в ФРГ производились многочисленные аресты чиновников разного ранга. "Масштабы инфильтрации (агентов разведслужбы  ГДР.-  О.Х.),  - подчеркивал Дж.Келер,  - превзошли все самые худшие ожидания. Стало ясно,  что этой язвой поражено все правительство, как и все политические партии, промышленность, банки, церковь и СМИ. Щупальца "Штази" проникли даже в БНД (западно-германская разведслужба), БФФ (контрразведка - Федеральное ведомство по охране конституции), МАД (военная разведка)".

Одному из  агентов "Штази",  проработавшему на МГБ ГДР 17 лет, было даже поручено готовить ежедневную разведывательную сводку  для канцлера Коля.  Стоит ли говорить, насколько этот факт парализовывал деятельность не только БНД, но и всей системы спецслужб НАТО?

По современным оценкам, в целом на разведку ГДР работало более 20 тысяч западных немцев, которые никогда не попадали в поле зрения контрразведки, что свидетельствует как о высочайшем профессионализме сотрудников МГБ ГДР,  так и о том,  что  его  "разведчики  мира" внесли значительный  вклад  в развитие процесса укрепления стабильности в Европе.

Помимо указанного  факта  наличия массовой агентурной сети МГБ ГДР в важнейших секторах западно-германского государства,  что объективно свидетельствует  о  низкой  эффективности  деятельности его контрразведки, еще одним провалом БФФ явился арест в 1989 г. Клауса Курона (псевдоним "Штерн"), начальника 4 отдела этого ведомства, курировавшего работу с двойниками - агентами МГБ ГДР,  решившими по тем или иным причинам работать на западные спецслужбы.

7 февраля 1992 г.  он был приговорен к  12  годам  заключения. Объявляя приговор,  судья  заявил,  что  из-за  Курона деятельность контрразведки ФРГ была почти полностью парализована.

Джон Келер писал, что во все 11 земельных управления БФФ были  инфильтрированы агенты МГБ ГДР.

Еще одним  опасным  "кротом"  в  ФРГ оказался полковник Иоахим Краузе, занимавший пост начальника штаба МАД, и 18 лет сотрудничавший со "Штази".  В силу своего служебного положения, Краузе передавал МГБ  ГДР  информацию  о сотрудничестве МАД с резидентурой ЦРУ в ФРГ.

В 1988 г. Краузе скончался от рака. Его похороны посетили многие высокопоставленные  сотрудники   различных   западно-германских спецслужб, а также глава боннской резидентуры ЦРУ.

Обнаружение позднее факта работы Краузе на  "Штази"  вызвало,  по словам Келера,  шок в администрации канцлера, министерствах обороны и внутренних дел, генеральной прокуратуре.

Еще одним  ценным "разведчиком мира" в БНД являлась доктор политических наук Габриэла Гаст,  сотрудничавшая со "Штази" с 1973 г. Именно она готовила разведсводки для канцлера Коля.

Учитывая бескорыстный - исходя из идеологических соображений,- характер ее работы на ГДР,  в декабре 1991 г. Гаст была приговорена к 6 годам и 9 месяцам тюремного заключения.

С 1972 г. с Главным управлением "А" МГБ сотрудничал  Альфред Шпулер, пришедший к выводу,  что интенсивная ремилитаризация Западной Германии угрожает миру.  За свой бескорыстный и опасный труд он был награжден правительством ГДР медалью "За заслуги перед отечеством" второй и первой степени. Так же как и Гаст, он был выдан одним из перебежчиков из "Штази" (Г.  Бушем),  искавшим  прибежища на Западе,  в октябре 1989 г.

Можно легко себе представить шок боннского руководства, когда оно узнало,  что 24 года на МГБ ГДР работал А.Дамс,  директор Федеральной пограничной службы ФРГ.

С 1963 года, как стало известно из ряда судебных процессов середины 90-х годов в ФРГ, ряд агентов МГБ был внедрен в штаб-квартиру НАТО, что делало ее деятельность "прозрачной" для разведок ГДР и СССР.

Как отмечал  на суде по делу одного из этих "разведчиков мира" генеральный прокурор ФРГ,  благодаря деятельности агентов "Штази" в НАТО,  командование Варшавского договора "имело своевременную и надежную информацию о планах этой организации, что давало возможность правильно  оценивать военный потенциал его членов и воспользоваться этой оценкой в кризисных ситуациях".

Наиболее выдающимся разведчиком "Штази" в структурах НАТО считается "Топаз" -  Райнер Рупп,  отобранный  для  работы в штаб-квартире НАТО из более чем 70 соискателей этой вакансии.  На Западе  его  называют  "супершпионом Варшавского договора".

И хотя сотручничавший со "Штази" с 1968 г.  Рупп только  через девять лет стал сотрудником штаб-квартиры НАТО,  информация об этой организации поступала от него и ранее.

Высокий пост  позволил  "Топазу"  постоянно  обновлять главный оперативный документ НАТО - "Обзор армий и  системы обороны Организации Варшавского договора",  на основании которого велось военное планирование в НАТО,  а  тем  самым  знать  как ошибки  в информационном обеспечении военного командования западного альянса, так и обеспечивать его стратегическое дезинформирование.

В 1990 г. Рупп понял, что находится в поле зрения контрразведки ФРГ,  но не покинул свою семью.  Не смотря на то,  что об утечке информации  из  штаб-квартиры  НАТО  свидетельствовал перебежчик из "Штази" Г.Буш,  БФФ потребовались годы, чтобы арестовать "Топаза" в июле 1993 г.

Райнер Рупп отбыл в заключении 7 из 12 лет, к которым его приговорил суд,  и  в настоящее время выступает в печати как известный экономист и аналитик.

Следователь, занимавшийся  расследованием  деятельности  Руппа заявил, что его работа на "Штази" "могла обернуться для НАТО проигрышем в войне".

Частично расшифрованные  архивы  "Штази" позволили выглядевшей далеко не лучшим образом в этой истории  контрразведке  ФРГ  "отыграться" на политиках.  Так, например, она заявила, что в течение 14 лет на ГДР работал депутат бундестага Вильям Борм,  правда, умерший в  1987 г.,  и являвшийся одним из крупнейших "агентов влияния" ГДР на политическом уровне.

Как подчеркивали  уже  упоминавшиеся  нами Н.Полмер и Т.Аллен, "если оценивать противостояние разведок ФРГ и ГДР в годы  "холодной войны", придется признать, что последняя вышла победительницей" (Энциклопедия шпионажа. М., 1999, с.179).

Ограничившись приведенными примерами,  расскажем о заключительных страницах истории "Штази", и попытаемся дать ей ретроспективную оценку.

Можно считать,  что  история "Штази" официально закончилась 31 мая 1990 г.,  когда действовавшим за рубежом  агентам  был  передан сигнал  прекращения разведывательной деятельности.  25 мая аналогичную команду своим агентам передала и военная разведка Национальной народной армии ГДР.

Для сравнения  отметим,  что  согласно  официально объявленным данным, на территории ГДР на 1 августа того же 1990 года действовали 250 агентов ЦРУ и РУМО США и 4 тысячи агентов БНД.

Разумеется, неудачи и провалы были и у МГБ ГДР,  также как неизбежны они и у любой другой спецслужбы мира.  Западно-германские и американские разведки также активно пытались склонять к  предательству  и шпионажу граждан ГДР на протяжении всех 50 лет ее существования. И порой им это удавалось.

Так, в 1984 г.  был разоблачен и арестован за шпионаж  В.Райф, статс-секретарь министерства иностранных дел ГДР.

В 80-е  годы  контрразведка ГДР ежегодно арестовывала от 30 до 50 агентов иностранных разведок,  и только в 1985-1989 гг. были выявлены 11 из них.

В то же время, как отмечал доктор исторических наук И.Н. Кузьмин, одно время возглавлявший аналитический отдел Представительства КГБ в ГДР, в самой республике роль МГБ была несколько гипертрофирована,  что  проявлялось в тотальном контроле за течением социальных процессов,  подчас доходившем до  параноидального  "поиска  ведьм", якобы виновных в неудачах, и преследовании за критику имевшихся недостатков, что только множило число "диссидентов" и противников социалистического строя.

Ряд сотрудников  МГБ  в 1989-1990 годы перебежал на Запад.  Но подавляющее большинство их коллег продемонстрировали высокое  чувство долга и профессиональной этики,  отказываясь назвать следователям прокуратуры ФРГ имена лиц, сотрудничавших с разведслужбой ГДР.

В этой  связи  нельзя не коснуться еще одного факта,  напрямую связанного с историей восточно-германской спецслужбы.

Руководство ФРГ,  и,  в частности, канцлер Г.Коль, было готово предоставить иммунитет от уголовного преследования разведчикам ГДР.

Однако соответствующего условия советской стороной на переговорах о процедуре и этапах объединения двух германских государств не выдвигалось.  Тогда Коль по собственной инициативе поставил этот  вопрос перед М.С.Горбачевым во время их неформальной встречи в Ставропольском крае.  Как свидетельствовал журнал "Der  Spigel" (1993,  N  39, S.196), Горбачев  ответил  в том духе,  что "немцы – цивилизованная нация", и сами разберутся с этой проблемой.

И, после серии показательных уголовных процессов над руководителями восточно-германской разведки,  власти ФРГ действительно  "разобрались":  23 мая 1995 г. Конституционный суд вынес решение о том, что граждане бывшей ГДР не подлежат уголовной ответственности за работу на "Штази".

К сожалению, предавая своих союзников, тогдашнее советское руководство либо действительно не понимало,  либо только делало  вид, что  не  понимает,  что тем самым оно на многие годы дискредитирует как себя, своих преемников, так и будущую политику государства, которая могла быть охарактеризована отныне только одним словом - непредсказуемая.

Хотя, быть может, для этого имелись и другие мотивы и причины.

Какие же  выводы  позволяет сделать история "Штази"?

Во-первых, наша страна лишилась мощной и  эффективной  союзной спецслужбы,  что не могло не отразиться на состоянии обороноспособности России и состоянии защищенности ее национальной безопасности.

Как следствие  распада  СССР,  социалистического содружества и Организации Варшавского договора,  возросло не только число  недружественных нам спецслужб,  количество разведчиков,  работающих в их резидентурах в Москве,  но и появилось около десятка мощных  оперативных баз сильнейших разведок всего мира,  ведущих работу с территории новых государств ближнего и дальнего зарубежья.

Как известно, отечественные же спецслужбы переживали это время мучительные процессы разделения и реформирования,  что, разумеется, не лучшим образом сказалось на их потенциале, престиже и репутации. Что является важнейшими факторами эффективности их деятельности.


‹ Приложение № 3. Вспоминая ВКШ... Вверх Приложение № 5. Новый лик терроризма. ›

Приложение № 5. Новый лик терроризма.

Поскольку терроризм ныне объявлен, и вполне объективно, одной из главных угроз  и  вызовов  человеческой  цивилизации  начала XXI века, представляется необходимым подробнее рассмотреть этот социально-исторический феномен.

Следует отметить, что еще в 70-е годы аналитики ЦРУ США пришли к выводу о неминуемой активизации в последующие годы этно-национальных  и  националистических движений в различных странах и регионах мира.

Это обстоятельство позволило ввести не только в политологический, но  и публицистический оборот термин "эра национальных революций".

Другой долгосрочный прогноз  американских  аналитиков разведки  касался уже ХХI века,  начало которого они определили как "ренесанс религиозного сознания", в отличие от "ренесанса этно-национального сознания", свидетелями чего мы явились в 90-е годы прошлого века.

Подобные прогнозы,  казалось бы,  можно было и не принимать  во внимание, как с ними поступило бывшее советское  руководство,  если бы они  не  указывали на некоторые современные особенности развития планетарной цивилизации.

Можно напомнить и о том, что еще в начале 90-х годов американцы М.Сетрон и О.Девис получили от Пентагона задание провести исследование на тему "Терроризм 2000 года:  будущее лицо терроризма". По его результатам был сделан вывод о том,  что "завтрашние террористы будут вдохновляться не политической идеологией, а яростной этнической и религиозной ненавистью".

Уместно напомнить в этой связи и выводы С.Хантингтона,  пророчествовавшего о грядущем веке как эре "конфликта цивилизаций", причем "мировые цивилизации" определялись им на  основе  преобладающих культурно-религиозных (конфессиональных) воззрений.  Отметим также, что Хантингтон поместил Россию на стыке исламской  и  западно-европейской цивилизаций,  отведя  ей роль поля боя в схватке за будущее мира.

И, конечно, в очередной раз можно было бы отмахнуться от зарубежных прогнозов-предостережений, если бы не некоторые факты, которые, на наш взгляд, заставляют серьезно задуматься о судьбе России.

Прежде всего следует подчеркнуть,  что в апреле 1998 г.  в  Пакистане представителями радикально-исламистских  кругов  ряда  стран Азии и Африки (Королевства Саудовской Аравии,  Пакистана, Египта, Судана, Афганистана и других), был учрежден  политический союз  под названием "Мировой фронт джихада" (МФД,  - другое его название, появлявшееся в печати - "Мировой  фронт священной войны против иудеев и крестоносцев"),  полем деятельности которого уже стали многие  государства  мира,  включая США, Филипины,  Палестину,  Косово, Ирак, а также Россию и другие государства СНГ.

Подчеркнем при этом, что речь идет не об официальном союзе государств, а именно об объединении и организационном взаимодействии ряда религиозных и политических организаций перечисленных государств. Причем некоторые участники этого "фронта" находятся в своих странах вне закона.

"Духовным" лидером МФД стал известный миллиардер и объявленный ныне ЦРУ "террористом номер 1 современности" Усамма бин Ладен, в прошлом сотрудничавший с  США и Великобританией в борьбе с "советской оккупацией Афганистана".

События августа 1999 г.  в Дагестане и августа 1999-2000  года на юге Киргизии и в Узбекистане,  связанные с вторжением банд исламистов, а также серия известных террористических акций в Буйнакске, Москве и Волгодонске,  - это реальный результат деятельности МФД  и его эмиссаров,  поддерживавших также как боевиков "Армии освобождения Косова" в Сербии,  так и чеченских "полевых командиров" в  России.

При этом МФД имеет вполне определенные политические и геополитические цели и задачи,  достижение которых прикрывается  «ваххабизмом» (одним из политизированных течений в исламе, признающимся также мусульманскими богословами  религиозной сектой).

 Геополитической  целью  МФД является расширение сферы господства "подлинного ислама",  - что вполне вписывается в упоминавшуюся концепцию С.Хантингтона, - и, в частности, образование теократического исламского государства на территории современной Турции, Палестины, Ирака, Ирана,  Чечни, Дагестана, Азербайджана, ряда республик Поволжья, Туркмении,  Таджикистана, Киргизии и даже Китая, а также создание зависимых  от  него  анклавов в других частях света - на Филиппинах,  в Кашмире, Косово, ряде регионов Африки.

В принципе,  идея  эта не нова,  высказывалась еще в XIX веке, и встречала определенное понимание и даже поддержку со стороны  некоторых государств, в частности - гитлеровской Германии в годы Второй мировой войны.  Понятно,  что попытки реализации этой цели представляют реальную угрозу как безопасности многих государств мира, так и современным международным отношениям.

Однако за этой религиозно-пропагандистской завесой  скрывается вполне реальный экономический и политический интерес – установление контроля над регионами,  богатыми углеводородными энергоносителями, которые являются становым хребтом глобальной экономики ХХI века.      Такой контроль призван изменить направление мировых финансовых потоков, поставить их на службу руководству МФД.

На наш взгляд,  подобный геополитический проект является  своеобразным ответом мировой периферии на известную концепцию "золотого миллиарда",  откровенно пропагандирующей неизбежное отставание в социо-культурном развитии остальной части человечества,  а это 6/7,  населения планеты.

В определенном смысле замыслы МФД являются своеобразным "колониализмом наоборот", когда контролирующая нефтегазовые регионы монополия диктует свои условия остальному миру.

Таким образом начинала складываться новая двуполюсная конфигурация мира по оси "юг - север",  изначально конфронтационная и чреватая многими новыми конфликтами.

Вот для обеспечения этой глобальной конфронтации,  в том числе с применением террористических методов и средств, и нужна идеология "священной войны" под религиозным знаменем.

Следует отметить, что МФД, не смотря на объявленный «всемирный поход против терроризма»,  до сей поры располагает значительными материальными и финансовыми ресурсами,  опорными базами - одной из  них  еще задолго до  сентября  1999 г.  стала Чечня, - разветвленной системой организаций,  предприятий,  доверенных лиц в десятках государств на всех континентах,  подготовленными кадрами "моджахедов"("воинов ислама"), насчитывавших не менее 15-20 тысяч боевиков, прошедших подготовку в спецлагерях "Аль-Каиды". Последняя же является, по нашему мнению, лишь «исполнительным» органом "Международного фронта джихада".

Политико-психологические установки    "подлинных   моджахедов" раскрывают слова одного из арестованных боевиков: "Я - воин ислама, и мой долг приходить на помощь братьям-мусульманам, где бы они в ней не нуждались".

В то  же время повторимся,  что "радикальный ислам", "ваххабизм" - лишь одно из течений современного ислама, являющегося одной из наиболее многочисленной мировых религий. Даже в традиционно мусульманских странах «ваххабиты» составляют религиозное меньшинство, не пользующееся безусловной поддержкой населения. Правда, очень социально активное меньшинство, симпатии к которому остаются по-прежнему весьма распространены.

Причем десятки тысяч "моджахедов", рассеянных по мусульманским странм, прошли подготовку в специальных учебных лагерях не только по тактике совершения  терактов  и диверсий, но  и  по  тактике ведения иррегулярной ("повстанческой") войны.

Для них характерно пренебрежение к жизням как "неверных",  так и к жизням случайных жертв терактов из числа мусульман.  Ибо их  душам,  как жертвам "священной войны", также уготовано попасть в рай.

Таким образом,  религиозно-пропагандистская обработка в учебных лагерях, а также тайных ячейках «Аль-Кайды» является своеобразным методом  нейро-лингвистического программирования (НЛП) потенциальных террористов.

Подпитывающая МФД  и его операции международная торговля опиатами и героином также является еще одним оружием в борьбе против "греховного» западного мира. Помимо  предоставления материальных ресурсов, она сокращает человеческий потенциал противоборствующей стороны, коррумпирует и  разлагает  чиновничество,  порождает серьезные внутренние социальные проблемы.

С момента  завершения  первой фазы международной контртеррористической операции в Афганистане в декабре 2001 г.  объем наркотрафика  из этой страны,  направляемого в Европу через Россию и другие страны СНГ вырос, как минимум вдвое, а его «конечная» цена, по сравнению с первоначальной в Кабуле, возрастает примерно в тысячу раз.

По оценкам Управления по контролю над наркотиками и преступностью ООН, урожай опийного мака в Афганистане в 2007 г. позволяет произвести более 8,5 тысяч тонн героина, что намного больше, чем в 2005 и 2006 годах.

Международные миротворческие силы ISAF, ныне столкнувшиеся со значительной активизацией боевых действий Талибана во многих провинциях Афганистана не стремятся, а официальное кабульское правительство не в силах эффективно противодействовать  наркотрафику, с чем, к сожалению, мирятся европейские государства, тогда как можно было бы создать международную систему борьбы с этим видом трансграничной организованной преступности, включающей также усилия правоохранительных органов государств СНГ.

Вторжение "моджахедов" в Дагестан с территории Чечни в августе 1999  г.  явилось лишь одной  из региональных операций МФД,  призванной стать своеобразным "полигоном" для обкатки подобной тактики иррегулярных войн.

Заявившая о  себе  в ходе ее проведения так называемая "Армия освобождения Дагестана",  похоже,  была намерена  повторить путь и пример "Армии освобождения Косова", ставшей в результате успешных боевых действий признанным «субъектом международных отношений».

И закономерное поражение в этой агрессии против одного из субъектов Российской Федерации – Республики Дагестан привело к развязыванию

«ичкерийскими сепаратистами» террористической войны против России, равно как и некоторых других стран СНГ.

В этой  связи  условно именуемый террорологами "исламский терроризм" стал реальностью ХХI века,  и, похоже, несмотря на весьма вероятные совместные  меры  многих государств по противодействию ему, по-прежнему останется главным фактором дестабилизации международной безопасности еще по меньшей мере,  на ближайшие 5 -- 10 лет.

Приведенные суждения  касались  пока  что  общепланетарного масштаба «измерения» проблемы терроризма,  но она имеет и конкретное актуальное значение для России,  ставшей одним из объектов атак международного терроризма в  лице  исламистских  незаконных вооруженных формирований (НВФ), действующих на территории Чечни.

И хотя  в  настоящее  время понятие "чеченского терроризма" не является широко признанным,  на наш взгляд,  он представляет  собой именно такую подвидовую категорию современного терроризма,  которая обладает рядом отличительных характеристик,  касающихся как особенностей его субъекта, так и организационных и тактико-стратегических особенностей.

Впервые термин "чеченский терроризм" прозвучал еще на  Координационном совещании руководителей правоохранительных органов России 7 августа 1996 г. из уст тогдашнего генерального прокурора Ю.И.Скуратова.

Отметим, что употребляя в термине "чеченский" терроризм кавычки для обозначения рассматриваемого явления,  мы,  тем самым,  подчеркиваем, что имеется в виду не его этно-национальная, а политико-организационная и  тактическая характеристики.

Следует отметить, что специфика того или иного вида терроризма определяется содержанием вдохновляющей его идейно-политической доктрины, целями, тактикой действий, а также особенностями его субъекта,  как на личностно-персонифицированном уровне исполнителей,  так и на более высоком  социально-обобщающем уровне.

В этой связи,  учитывая наличие подобной специфичности  мотивированности  и организации многочисленных  террористических  актов  1995-1996,  и 1999-2006 годов на территории Российской Федерации, выделение подвидовой категории "чеченского" терроризма представляется в  настоящее  время  достаточно  обоснованным.

"Чеченский" терроризм является, на наш взгляд, локально-региональным ответвлением исламско-фундаменталистского терроризма, который, после образования в апреле 1998 г. в Пакистане "Мирового фронта джихада",  также стал феноменом современной политической жизни и международных отношений. О чем свидетельствуют как события сентября 2001 г. в Вашингтоне и Нью-Йорке,  так и последующие "контртеррористические" международные операции в Афганистане и Ираке.

А также террористические вылазки в Испании, Великобритании, Турции, Пакистане, Марокко, Индонезии Индонезии и других странах.

Как "чеченский",  так и исламско-фундаменталистский терроризм, имеет свою идеологическую платформу.  Причем у первого из  них  она несколько модифицировано  применительно как к конкретным региональным политическо-географическим условиям,  так и к политическим  целям  руководства бывшей непризнанной "Республики Ичкерия" и влиятельных "полевых командиров",  некоторые из которых (Ш.Басаев, А.Закаев, Хаттаб и другие) стали политическими персонажами мирового уровня.

Для ичкерийских экстремистов  -  это  контроль  над  экспортом азербайджанской и центрально-азиатской нефти и газа,  доминирование в Северо-Кавказском регионе,  расширение влияния ваххабизма и МФД в Средней Азии с ичкерийского плацдарма,  участие в реализации планов образования "единого исламского государства".

Эти геополитические цели маскируются "исполнением воли Аллаха" под идеологическим прикрытием ваххабизма.

Специфика субъектности "чеченского" терроризма определяется особенностями этно-национальной и социально-политической обстановки  Северо-Кавказского региона.  Причем она проявляется как на политико-организационном, так и на личностно-персональном уровнях.

Одной из особенностей "чеченского" терроризма  является  наличие, с одной стороны,  многочисленных политико-пропагандистских заявлений руководителей  НВФ непризнанной "республики Ичкерии" о готовности продолжать "священную войну против "неверных",  не признавая "никаких пределов" и открытые угрозы в адрес гражданского населения  России, и, с другой стороны, непризнание своей ответственности за эскалацию преступных действий.

К политико-организационным особенностям "чеченского" терроризма, на наш взгляд, можно отнести также наличие:

- разветвленной  инфраструктуры высокомобильных и боеспособных военнизированных формирований,  насчитывавших,  к весне  2004 г.  до 2 000 подготовленных "моджахедов" (до 600 из которых составляли граждане иностранных государств) и обеспеченных самыми современными видами оружия и средствами связи, включая спутниковую связь. К осени 2007 г. по оценкам МВД, численность НВФ на териитории Чечни сократилась примерно в 4 раза;

- значительных материально-финансовых средств,  поступающих из зарубежных источников;

- учебных центров военно-диверсионной подготовки,  финансируемых МФД и его лидером У.  бин Ладеном, обучение в которых проходили граждане многих государств, в том числе и наемники из немусульманских стран (эти центры, называвшиеся «исламскими университетами», пркратили свре существование в результате проведения контртеррористической операции в Чечне в 2000 -2001 годах;

- тесных связей с зарубежными радикальными фундаменталистскими организациями;

- связей  с чеченскими и северокавказскими диаспорами (общинами), а также этническими организованными преступными  группами  как во многих  областях России,  так и в других государствах мира.  Это обстоятельство обеспечивает как определенную материальную  и  социально-политическую поддержку экстремистским и сепаратистским притязаниям руководства непризнанной "Ичкерии", так и возможность создания баз и опорных пунктов за рубежом;

- возможность использования  иностранных  наемников  как из арабо-мусульманских стран, так и из государств СНГ и Европы.

Следует подчеркнуть, что, по нашему мнению, многолетняя безнаказанная деятельность (особенно в 1996-1998гг.) на территории Чечни неподконтрольных   федеральным  властям  полулегальных  экстремистско-террористических группировок, причастных ко многим преступлениям,  в том числе и международного терроризма, вполне могла привести к выдвижению в адрес России обвинений в  "поддержке  международного терроризма" со всеми вытекающими отсюда последствиями.

К числу социально-психологических и личностных особенностей  и характеристик совокупного социального субъекта "чеченского" терроризма можно отнести:

- отсутствие  языкового  и социо-культурного барьера в межличностном общении,  что обуславливает легкость установления необходимых контактов,  в том числе и за счет подкупа и коррумпирования отдельных должностных лиц;

- наличие  практически беспрепятственной возможности перемещения по территории России и других стран СНГ;

- возможность  установления и развития контактов на основе панисламизма.

Политико-стратегическая  связь "чеченского" терроризма с МФД и другими зарубежными радикальными исламскими  организациями  делает его  потенциально жизнеспособным на протяжении нескольких ближайших лет, хотя его позиции в республике и были существенно подорваны в 2005 – 2007 годах.

При этом следует напомнить,  что зарубежный  опыт  показывает, что при наличии сложившегося и сплоченного,  даже гораздо более малочисленного, субъекта террористических действий,  такого как, например,  баскская ЭТА, северо-ирландская ИРА или итальянские "Красные бригады", органам безопасности  и  силам  поддержания  правопорядка требуется не менее 3-7 лет для его ликвидации или нанесения по нему существенных ударов, значительно снижающих его активность.

Причем ЭТА,  ИРА, также как и западногерманская РАФ, заявившие в марте 1998 г.  о прекращении своей террористической деятельности, так и не были  окончательно  разгромлены   правоохранительными   органами стран, в которых они действовали.

На наш взгляд,  указанные выше характерные черты  "чеченского" терроризма позволяют  говорить о появлении в на территории Российской Федерации еще в 1996-1999 годы специфического террористического субъекта,  противодействие которому и стало одним из основных  направлений деятельности российских органов безопасности.

Проводившаяся с августа 1999 г.  контртеррористическая операция  по  уничтожению  НВФ  чеченских "моджахедов", обусловленная попыткой силового отторжения части суверенной  территории  России  в лице одного из ее субъектов - Республики Дагестан, позволила разгромить значительную часть их сил и ослабить их влияние в регионе.  Однако она вряд ли позволит в ближайшее время полностью уничтожить сложившийся субъект террористических действий,  который, по-видимому,  сможет перейти на нелегальное положение на территории Чечни или других государств.

Новым тактическим моментом стал переход чеченских  боевиков  с 2000 г. к  тактике  "жертвенного"  (самоубийственного)  терроризма с применением мощных взрывных устройств,  которая десятки лет использовалась фундаменталистскими боевиками в разных странах (Ливан, Израиль, Пакистан, Индия и других).

По сути дела, борьба с "чеченским" терроризмом, особенно после сентября 2001 г., стала трансформироваться в противодействие мировому  «исламскому» экстремистски-террористическому течению (в лице МФД, "Аль-Кайды" и десятков других подобных организаций), следствием чего  стали некоторые акции правительств Великобритании и Королевства Саудовская Аравия в 2002-2003 годы по ограничению поддержки мусульманскими общинами этих государств чеченских НВФ.

Однако нельзя не указать на проявление некоторыми правительствами и зарубежными организациями "двойных стандартов"  в отношении деятельности вооруженных чеченских сепаратистов. Что стало особенно очевидно весной 2004 г.

До сведения подобных "критиков" следует,  во-первых,  довести, что руководство непризнанной "республики Ичкерия",  с "президентом" которой А.Масхадовым они предлагали нам начать переговоры,  совершило 6 августа 1999 г.   акт прямой агрессии против России.  Впрочем, забывают об этом и многие наши "правозащитники".

"Судьям России" напомним также лишь тот факт,  что в 2003 г. в нашей стране  было совершено 651 преступление террористического характера,  тогда как в странах Евросоюза также совершается около 100 подобных преступлений. Но за пятилетие!

И российская  правоприменительная практика должна оцениваться в этой связи исходя из конкретной криминальной ситуации в  стране,  а не  из  сравнения с гораздо более благоприятной ситуацией в странах Евросоюза. Тем более,  что они сами подают  подобный  пример,  явно закрывая, по понятным причинам, глаза на очень многие вопросы, связанные с антитеррористической практикой как Израиля, так и США.

Сошлемся и на тот факт,  что в своем выступлении на 2-й международной  конференции "Мировое сообщество против глобализации преступности и терроризма" (20-21 января 2004 г.,  г.Москва)  бывший  министра обороны Израиля, а ныне депутата кнессета Биньямина Бен-Элизер, подчеркивал,  что  одними  военно-силовыми  методами  проблему борьбы с терроризмом не решить,  что, по-видимому, может свидетельствовать и об изменении подхода к этой проблеме израильского правительства в целом.

В этой связи Бен-Элизер предлагал предпринимать последовательные усилия для достижения тактических успехов в решении задач  противодействия террористической угрозе. Он отмечал необходимость ликвидации как "двойных стандартов" в подходе к борьбе с  терроризмом, так и прекращения поддержки - моральной, политической, материальной организаторов  террора,  прославления  террористов-самоубийц ("шахидов").

Что касается содержания стратегии борьбы с терроризмом,  то  я согласен  с  мнением  по этому вопросу директора российского Центра исследований социального экстремизма И.В.Залысина[1], который полагает,  что для "победы" над терроризмом прежде всего необходимо решить те реальные социальные проблемы, болезненной реакцией на которые и является терроризм.  Какими бы маргинальными не были сознание и поведение террористов,  они,  в противном случае, будут встречать сочувствие у определенной части населения,  сталкивающейся с аналогичными проблемами.

При этом действия властей,  связанные с ликвидацией источников социальных конфликтов,  ни при каких условиях не  должны  выглядеть как уступка  террористам.  Общество должно рассматривать их как результат целенаправленной,  долговременной политики государства,  не связанной прямо с каким-либо террористическим актом.

Поэтому, ведя  борьбу  с терроризмом власти должны ясно и недвусмысленно показать,  где возможен компромисс при решении проблем и спорных вопросов, вызвавших тот или иной социальный конфликт, а где - никогда.

При этом правительству следует активно сотрудничать с  умеренными  группировками оппозиции,  предлагать им разнообразные компромиссы (например,  в случае межэтнических конфликтов -  любую  форму политической самостоятельности в рамках единого федеративного государства),  с тем,  чтобы противопоставит их «непримирмым» экстремистам, предотвратить или разрушить союз между ними.

Что же касается непосредственно террористов, то по отношению к ним требуется жесткая силовая и правовая позиция.  Единственное,  о чем  можно говорить с ними, - так это об их разоружении и сдаче властям.

В то же время,  чтобы быть эффективным,  использование силового принуждения против террористов  должно  быть подчинено принципам правомерности, логичности и последовательности.

Любые крайности,  резкие переходы от жестких репрессий к мягкой,  либеральной политике и обратно,  как правило,  лишь ослабляют политический режим.  Колебания, отсутствие логики в действиях властей вызывают непонимание и неприятие  в  обществе.  Непринятие  мер против лиц,  подрывающих стабильность режима, создает ощущение безнаказанности у преступников и беззащитности у их  жертв.  С  другой стороны,  чрезмерные репрессии, особенно против невиновных лиц, вызывают отчуждение граждан от поддержки властей.

Практика показывает, что только легитимное, то есть рассматриваемое как законное,  оправданное в глазах общества применение силы может быть эффективным в борьбе с терроризмом. Если же общественное мнение не только не понимает,  зачем против террористов применяется насилие, но и сочувствует им, трудно достичь победы в борьбе с терроризмом. Поэтому властям необходимо убедительно  доказать  обоснованность применения силы против террористов,  раскрыть опасность и бесчеловечную сущность терроризма,  дегероизировать тех,  кто его практикует.

Нельзя также не отметить, что в целом достижения антитеррористической деятельности в России находятся на уровне  средне  мировых показателей, хотя нельзя забывать и о том,  что за ними стоят судьба, да  и  сама жизнь тысяч наших сограждан.  Так,  только в первом квартале 2004 г.  правоохранительными органами в Чечне были обезврежены 145 боевиков НВФ, и еще 60 из них сдали оружие.

Следует также  согласиться с тем,  что в этой борьбе важно как добиваться тактических успехов, так и стремиться к последовательному снижению числа и масштабов террористических проявлений, числа их жертв, хотя не следует забывать и того,  что терроризм, как феномен человеческой цивилизации, ведет свою историю с до библейских времен.

Указанные обстоятельства, на наш взгляд, диктуют настоятельную необходимость скорейшей выработки и реализации  стратегии  противодействия исламскому  фундаменталистскому  экстремизму  и терроризму как на международном уровне,  так и в рамках  сотрудничества  государств-участников СНГ.


‹ Приложение № 4. Надежный союзник: Слава и секреты "Штази". Вверх Приложение № 6. Бумеранг вернулся... ›
Приложение № 6. Бумеранг вернулся...

В конце декабря 2004 г.  Национальный совет  по  разведке  США опубликовал  очередной  открытый прогноз развития событий в мире по названием "Global Trends 2020",  что может быть  переведено  и  как "Глобальные тенденции к 2020 году",  и что уже получило в нашей периодике название "Карта будущего мира к 2020 году".

Рекомендации НСР  для  президента становятся основой для соответствующих директив Пентагону и Госдепартаменту США, в связи с чем они,  безусловно,  заслуживают внимания. С января 2005 г. НСР возглавляет Джон Хемерсон,  а  непосредствено  исследование  российской проблематики  курирует  директор Центра изучения России,  Евразии и Восточной Европы Джорджтаунского университета Анджела Стент.

В общей  части  нового аналитического продукта НСР отмечается, что основными геополитическими конкурентами США в  ближайшей  перспективе являются Китай и Индия, а главная угроза исходит со стороны международного терроризма[1].

Россия же, по мнению американских экспертов из числа отставных сотрудников спецслужб и госдепа, утратила и будет продолжать терять свой вес в мировой политике и влияние на нее.

Уязвимость позиции России заключается, по их оценкам, в сокращении численности ее населения,  снижении рождаемости и  вызываемых этими факторами социально-гуманитарных последствиях,  в слабом состоянии здравоохранения и возможной вспышке эпидемии СПИДа. ( При ныне выявленных к декабрю 2006 г. 450 тысячах носителей  вируса ВИЧ  в  России,  ЦРУ прогнозирует  увеличение к 2010 году этого показателя до 5 - 8 млн. человек. Ныне же по числу вирусоносителей Россия поднялась уже на 4 месте в мире,  после Индии, где их насчитывается свыше 4 миллионов, Китая - свыше 800 тысяч, Эфиопии и Нигерии).

А всего к 2020 году, в силу названных причин, Россия может потерять 13 миллионов своих сограждан или около 10%  от общей численности своего населения...

На фоне этого прогноза,  с которым в целом согласны  как  отечественные специалисты, так и Совет безопасности России, особое недоумение вызывает проект очередной "реформы" системы  здравоохранения,  предполагающий  сокращение  на треть - около 300 тысяч ставок медицинских специалистов,  количества  врачей-педиатров  и  на  50% женских консультаций.

На открытии  Х съезда педиатров России Л.Г.Рошаль обвинил минфин в подрыве отечественного здравоохранения.  Он  подчеркнул,  что если в 2002 г. на нужды здравоохранения было выделено 3,1% внутреннего валового продукта, то в 2003 г. уже 2,9%, а в следующем году и вовсе 2,7%  ВВП.  При том, что международно признанным "стандартам" здравоохранению необходимо не менее 5 процентов ВВП.

Также аналитики НСР дают мрачную картину развития ситуации на южных рубежах России. Они полагают, что там по воздействием исламского фундаментализма и экстремизма возможна эскалация  напряженности, способная привести к возникновению затяжных конфликтов.

Но основное внимание аналитиками НСР уделено современному состоянию и перспективам терроризма в мире.

В этой  связи  представляется необходимым в очередной раз вернуться к проблеме террористической угрозы, которая постоянно ощущается и в нашей стране.

Косвенно признавая ошибочность решения об  интервенции  против Ирака, ныне  американские эксперты допускают,  что он может стать в ближайшем будущем альтернативой Афганистану в качестве плацдарма  и базы подготовки исламистских экстремистов.

Также аналитики НСР дают мрачную картину развития ситуации на южных рубежах России. Они полагают, что там под воздействием исламского фундаментализма и экстремизма, возможна эскалация напряженности, способная привести к возникновению затяжных конфликтов.

В этом стремлении "увидеть завтрашний день",  в чем, собственно, и  состоит  главное назначение разведки,  Национальный совет по разведке США, как известно, не одинок.

Еще в  августе  2003 г.  лондонский  Центр исследования мировых рынков (World Makets Reserch  Cеnter  -  WMRC)  опубликовал  доклад "Глобальный террористический индекс - 2003"[2].

В задачу его авторов входило оценить риск террористической угрозы в 186 государствах мира.  При этом эксперты учитывали пять основных критериев - мотивация террористической деятельности, наличие в данной стране террористических ячеек, частота и масштаб уже имевших  место  террористических  акций,  способность  террористических групп организованно действовать и приобретать оружие,  и,  наконец, способность правительств предотвращать террористические атаки.

По мнению составителей доклада WMRC,  "лидерами", с точки зрения реального наличия этой угрозы,  являлись Колумбия, Израиль, Пакистан,  США, Филиппины, Афганистан, Индонезия, Ирак и Великобритания.

России в этом докладе было отведено лишь 16 место,  хотя она и возглавляла в списке группу стран СНГ. Что, по нашему мнению, являлось  не  совсем верным с точки зрения ранжирования реальности этой угрозы для нашей страны,  и что доказала динамика  террористических проявлений в России в последующие месяцы,  а также расширение географии деятельности террористов,  трансформация и  "модификация"  их деятельности[3].

Впрочем, сознавали это и сами авторы доклада. Как заявил аналитик  WMRC  Дарио Тюбурн,  в ближайшие 12 месяцев теракты в России неизбежны, "ведь чеченские боевики хорошо финансируются, хорошо организованы и вооружены. В свою очередь, российские службы, отвечающие за борьбу с терроризмом,  уже продемонстрировали серьезные промахи"[4].

По нашему в то время нами мнению, реально   в модифицированном списке террористических угроз Россия могла бы по праву занять 3 или 4 позицию, что, к сожалению, и подтвердили события последующих лет.

В то  же время Д.  Тюбурн не считал Аль-Кайду единственной виновницей терроризма в мире (хотя ее роль в  эскалации  терроризма  в Индонезии, Ираке, на Ближнем Востоке достаточно очевидна), справедливо подчеркивая, что "в мире действуют более мелкие группы, их акции - менее масштабны,  но они функционируют регулярно и уже многие годы".

Мы также  анализировали перспективы и последствия американской интервенции против  Ирака[5], указывая на недооценку лондонским центром террористической угрозы для Европейских государств, активно поддерживающих антииракскую политику США.

Но тот факт, что наши весьма пессимистические выводы и прогнозы оказались верными,  отнюдь не вызывает  удовлетворение,  а  лишь усиливает чувства глубокой тревоги и обеспокоенности.

Авторы доклада "Global Trends 2020" высказывали предположение, что к  2015  году  международной антитеррористической коалиции (МАК) удастся покончить с "ядром Аль-Кайды",  что  представляется  весьма вероятным. Хотя,  в  скобках  заметим,  что  возвеличивание,  выход Аль-Кайды на мировую арену,  просмотрели авторы предыдущего доклада НСР, появившегося в 1999 г.

Но место Аль-Кайды займут более мелкие  "сетевые"  террористические организации и группы,  что,  впрочем, уже происходит в мире, как минимум с октября 2003 г.,  и что свидетельствует о  сохранении угрозы  со  стороны исламистских фундаменталистских групп и радикалов.

В этой связи небезынтересно привести мнение другого американского эксперта  по терроризму Марка Сейджмена,  который небезосновательно полагает,  что силу и "неуязвимость" Аль-Кайды составляет ее "сетевая структура",  жестко  не контролируемая и не координируемая единым центром.  Хотя от последнего, даже в виде псевдо религиозных "фетв" (посланий,  разъяснений) могут исходить сигналы и  команды  к активизации террористических действий в конкретных регионах в конкретные сроки,  отвечающие глобально-стратегическим замыслам лидеров Аль-Кайды и стоящего за ней Международного фронта джихада (МФД).

Попутно отметим,  что сам М.Сейджмен, подобно многим другим нынешним американским экспертам в области "контртеррористической деятельности", в 1987-1989 годы курировал подготовку афганских "моджахедов" с оперативной базы ЦРУ в Исламабаде.  Таким образом,  фундаменталистский бумеранг, запущенный в сторону Советского Союза, вернулся на Запад.

Особенность современной  Аль-Кайды,  обеспечивающая  ее "живучесть" и разветвленность в том,  что люди сами, по собственной инициативе воспринимают ее идеи,  цели, методы деятельности и ее материального обеспечения,  ориентируясь при этом как на изустную передачу информации от ее представителей,  инетрнет-сайты исламских радикалов, так и на  видео-обращения  руководителей  Аль-Кайды,  сами формируют ее "отряды" и действуют во имя и в целях У.  бин Ладена и  его присных.

В этой связи,  по мнению М.  Сейджмена, к Аль-Кайде можно причислить каждого,  выступающего за создание исламского "халифата". А задачей-максимум участников международной антитеррористической коалиции является недопущение пополнения подпольных исламистских ячеек новыми волонтерами и их организационного и качественного роста.

По его данным,  лишь 5-10% боевиков в Ираке являются иностранцами, а  "иракцы борются против чужестранцев,  которые пришли на их землю... Сейчас очевидно,  что мы там чужие и нам надо поскорее оттуда убираться.  Но покинуть Ирак надо так,  чтобы у террористов не возникло ощущения, будто они победили сверхдержаву и могут чувствовать себя свободно"[6].

Основная цель США сейчас в Ираке,  полагает Сейджмен,  это выжить, попутно пытаясь реформировать иракское общество, "попробовать привить ему демократию".

Но, заметим  от себя,  демократию не приносят на штыках,  и не "вдалбливают" бомбардировками или "точечными" воздушно-артиллерийскими ударами.

Необходимо еще раз напомнить то чрезвычайно важное обстоятельство, что, как хорошо известно, и что ныне откровенно признают многие  западные  аналитики и бывшие разведчики (П.Швейцер,  И.Бодански, М.Бирден и другие), гомункул фундаменталистского терроризма был выведен и старательно взращен именно ЦРУ США[7].

Именно ЦРУ и британская МИ-6 обучали "афганских арабов",  составивших костяк  Аль-Кайды,  современной  тактике  парапартизанской войны, предоставляли  им самое современное оружие и средства связи, обучали пользованию ими.

Запущенный в сторону Советского Союза бумеранг в сентябре 2001 года вернулся:  "благодарные" душманы ответили Западу клонированием и репродукцией все новых отрядов моджахедов, готовых воевать и умирать во имя Аллаха, уже «воюя» на территории европейских государств.

Именно они в 1995 г.  десантировались в Чечню,  открыв там еще один "исламский фронт" и создав там "европейский плацдарм",  подпитывавшийся многими зарубежными странами.

Так же, как позднее они создавали подпольную «Армию освобождения Косово» на территории Сербии.

Создание экстремистско-террористического плацдарма в Европе  в Чечне являлось  лишь  одной  региональной операцией "Международного фронта джихада" (МФД),  открыто провозглашавшего своей целью создание всемирного "исламского халифата".  По иронии судьбы, моя статья об МФД "Новый лик  терроризма",  опубликованная  в  девятом  номере "Обозревателя" вышла в свет ... 9 сентября 2001 г., а через два дня весь мир узнал о существовании доселе неведомой ему Аль-Кайды.

Уместно напомнить в этой связи и выводы С.Хантингтона,  пророчествовавшего о грядущем веке как эре "конфликта цивилизаций", причем "мировые цивилизации" определялись им на  основе  преобладающих культурно-религиозных (конфессиональных) воззрений.  Отметим также, что Хантингтон поместил Россию на стыке исламской  и  западно-европейской цивилизаций,  отведя  ей роль поля боя в схватке за будущее мира.

События августа 1999 г.  в Дагестане, а также серия известных террористических акций в Буйнакске, Москве и Волгодонске в сентябре того же года, события на юге Киргизии и Узбекистана 1999 – 2003 годов,   связанные с вторжением банд исламистов, - это реальный результат деятельности МФД  и его эмиссаров,  поддерживавших также как боевиков "Армии освобождения Косова" в Сербии,  так и чеченских "полевых командиров" в  России.

Вот для обеспечения этой глобальной конфронтации,  в том числе с применением террористических методов и средств, и нужна идеология "священной войны" под религиозным знаменем.

Следует отметить, что МФД до сей поры располагает значительными материальными и финансовыми ресурсами, подпитываемыми высокими ценами на нефть и нестабильностью в регионе Среднего Востока, активизацией в 2006 – 2007 годах «моджахеддинов» на территории Афганистана, Ирака и Пакистана. «Живучесть «Аль-Кайды», способность сохранения ею своего потенциала и боеспособности на ближайшие 5 – 7 лет, вызывают значительную тревогу и пессимизм у западных аналитиков.

В то  же время,  еще раз повторимся,  что "радикальный ислам",  так называемый "ваххабизм", это -  лишь одно из течений современного ислама, являющегося одной из наиболее многочисленной мировых религий.

Для тысяч взращенных МФД и «Аль-Кайдой» "моджахедов", как и иных исламистских радикалов, характерно пренебрежение к жизням как "неверных", так и к жизням случайных жертв из числа мусульман. Ибо их душам, как жертвам "священной войны", также уготовано попасть в рай.

Напомним, что опубликовано это было еще в начале сентября 2001 г., так что "четвертая мировая",  террористическая  война  началась задолго до событий 11 сентября 2001 г. в США. («Третьей мировой» была «холодная война», на протяжении 1946 – 1992 годов охватывавшая большую часть населения Земного шара в рамках глобального противостояния двух социально-экономических систем).

И нападение  басаевско-хаттабовских  отрядов на Дагестан в августе, и взрывы домов в сентябре 1999 г.  в Буйнакске, Москве, Волгодонске - разве это не наглядные свидетельства начала этой войны?

     И за этими актами,  как и за спиной "моджахедов", воевавших против ОКСВА стояли "специальные службы  некоторых иностранных государств",  как в недавнем прошлом об этом заявлял уполномоченный ТАСС.

Вернемся, однако,  вновь  непосредственно к последнему докладу Национального совета по разведке США.

Его эксперты полагали, что характер ключевых факторов, порождающих терроризм в современном мире,  в течение ближайших 15  лет  не изменится.

При этом будет даже возрастать распространение как в Центрально-азиатском регионе,  так и в Европе, идеологии "чистого ислама" в его радикальной ваххабитской трактовке,  что  будет  способствовать росту солидарности  с борьбой "моджахедов" в различных географических точках,  будь то Палестина, Чечня, Кашмир, Пакистан, Индонезия или Филиппины, Ирак, Северная Африка и т.д..

К 2020 году мировой терроризм будет представлять собой конгломерат группировок,  ячеек и одиночных боевиков, преимущественно «исламистской ориентации», хотя возможно возрастание также "удельного веса" и значения "левацких" и иных "антиглобалистских" формирований.

     На смену "моджахедам",  прошедшим школы и «университеты» подготовки боевиков Аль-Кайды, появится класс боевиков,  который будет рассматривать свою деятельность как профессию - подобное явление уже существует в  некоторых политизированных радикальных группировках.

Одной - но, быть может, не самой главной базой "профессиональной" подготовки террористов станет Ирак,  особенно если оккупационные войска западных стран утратят контроль над его территорией.

Но в  трясину экстремизма и терроризма неизбежно окажутся вовлеченными и иные страны, причем не только Ближнего Востока.

Мы не будем останавливаться подробнее  на  вопросах  обновления арсенала средств террористической деятельности - об этом говорилось и писалось немало.  Отметим лишь,  что как объектами и целями атак, так и  средством  нанесения  спланированных  ударов  могут  стать и компьютерные сети, вывод которых из строя может вызывать крайне тяжелые последствия для безопасности  стран и их граждан.

Основной вывод американских аналитиков,  который следует иметь в виду  и  жителям  России, состоит в том,  что к 2020 году жизнь на планете Земля отнюдь не будет в большей безопасности.

Что же может быть противопоставлено этой планетарной угрозе?

В плане активизации борьбы с терроризмом и экстремизмом во всех их  проявлениях представляется  целесообразным также остановиться на концепции распространения и воспитания "культуры мира".

При этом под "культурой мира" понимаются все формы  поведения, которые уважают право на жизнь, достоинство и права человека, отрицают насилие во всех его формах и содействуют утверждению принципов мира, справедливости,  солидарности, терпимости и понимания между индивидами,  социальными группами и государствами.

Генеральная Ассамблея ООН на своей юбилейной 50 сессии 20  ноября 1998 года поддержала инициативу ЮНЕСКО о  провозглашении  2000 года Международным годом культуры мира и утвердила пятилетнюю Программу воспитания культуры мира.

Государствам-членам ООН,  в этой связи предлагалось стимулировать образование:

- в духе культуры мира, признания и уважения прав человека, терпимости и межнационального взаимопонимания;

- в духе защиты и уважения всех прав человека без  дискриминации;

- продвижения принципов демократии на  всех  уровнях  развития общества;

- активизировать борьбу с бедностью, за прогресс и процветание для всех;

- способствовать предоставлению  каждому  гражданину  качества жизни, соответствующему человеческому достоинству.

Несмотря на проведение в 2000 - 2004 годах в России  "пятилетки" формирования Культуры мира,  вряд ли кто-либо из читателей сможет сказать что-нибудь конкретное о проводившихся мероприятиях и об их воздействии на общественное сознание и мнение.

В то же время  проблемы  межнациональных  отношений  в  России только осложняются и обостряются.


‹ Приложение № 5. Новый лик терроризма. Вверх Источники и примечания. ›
Источники и примечания.

Предисловие

 1. См.:  Андропов Ю.В. Ленинизм - неисчерпаемый источник революционной энергии и творчества масс // Андропов Ю.В. Избранные речи

и статьи. 2-е издание. М., 1983, С. 199.

2. См. Пестель П. Русская правда. СПб, 1906, С.111.

3. Вышедшие за последние годы многочисленные издания по  истории отечественных  органов  безопасности  и специальных служб можно разделить на 4 неравноценные группы:

- сборники архивных документов,

- исследования по истории отдельных органов  безопасности  или отдельным периодам времени,

- мемуарные публикации бывших сотрудников органов безопасности,

- популярные и справочные издания.

К числу источников первой из названных групп можно отнести:

В.И.Ленин и ВЧК (1917-1922):  Сборник документов. Издание 2-е, дополненное. М., 1987,

ВЧК - ГПУ : Документы и материалы. М., 1995,

КГБ лицом к народу : Сборник интервью и материалов выступлений председателя КГБ СССР и его заместителей. М., 1990,

Красная книга ВЧК. Тома 1, 2. М., 1989,

Левые эсеры и ВЧК: Сборник документов. Казань, 1996,

Лубянка: ВЧК-КГБ 1917-1960. Справочник. Документы. М., 1997,

Лубянка: Органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991: Справочник. Документы. Составители Кокурин А.И., Петров Н.В. М., 2003,

Лубянка, 2: Из истории отечественной контрразведки. М., 1999,

Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне: Сборник документов и материалов. Тома 1-3. М., 1995, 2000, 2003,

Политическая полиция и политический терроризм в России (Вторая половина XIX - начало XX веков): Сборник документов. М., 2000,

Секреты Гитлера на столе у Сталина: Разведка и контрразведка о подготовке германской агрессии против СССР. Март - июнь 1941 г. Документы из центрального архива ФСБ России. М., 1995,

Совершенно секретно:  Лубянка - Сталину О положении  в  стране Тома 1 – 7. М., 1998 – 2005,

Сталин и ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД.  Январь 1922 - декабрь 1936: Сборник документов. М., 2003,

Сталин и ГУГБ НКВД.  Декабрь 1936 - 1937 год: Сборник документов. М., 2004.

К фундаментальным научным исследованиям относятся:

Батюшин Н.С. Тайная военная разведка и борьба с ней. М., 2002,

Бейли Дж., Кондрашов С.А., Мерфи Дж. Поле битвы – Берлин. М., 2000,

Белая книга российских спецслужб. М., 1995,

Виноградов В.К.,  Виноградова З.И. Газета "Известия ВЦИК" как источник по истории ВЧК(1917-1919 гг.) // История СССР, М., 1978, N 6,

Галвазин С.Н.  Охранные структуры Российской империи: Формирование аппарата, анализ оперативной практики. М., 2001,

Голуб П.А. Белый террор в России (1918 – 1920 гг.). М., 2006,

          Государственная безопасность России: История и современность. М., 2004,

          Григорьев Б.Н., Колоколов Б.Г. Повседневная жизнь российских жандармов. М., 2007,

Жандармы России:  Политический  розыск в России XY-XX век. М., 2002,

Звонарев К.К. Агентурная разведка. Тома 1, 2. М., 2003,

Зданович А.А. Отечественная контрразведка (1914 - 1920): Организационное строительство. М., 2004,

Капчинский О.И. Госбезопасность изнутри: Национальный и социальный состав ВЧК 1917 – 1922 гг. М., 2005,

Кирмель Н.С. Деятельность контрразведывательных органов белогвардейских правительств и армий в годы Гражданской войны в России (1918 – 1922 гг.). М., 2007,

Коровин В.В. Советская разведка и контрразведка в годы Великой Отечественной войны. М., 1998,

Литвин А.С. Красный и белый террор в России. 1917-1920 гг. М., 2003,

Лурье Ф.М. Полицейские и провокаторы. СПб, 1992,

Мозохин О.Б. Право на репрессии: Внесудебные полномочия органов госбезопасности (1918 – 1953). М., 2006,

Перегудова З.И.  Политический сыск в России (1880-1917). М., 2000,

Петров Н.В., Скоркин К.В. Кто руководил НКВД. 1934 – 1941. Справочник. М., 1999,

Плеханов А.М. ВЧК-ОГПУ. 1921-1928. М., 2003,

Российские спецслужбы: история и современность: Материалы "исторических чтений на Лубянке" 1997-2000 годов. М., 2002,

Рууд Ч., Степанов С.А. Фонтанка, 16: Политический сыск при царях. М.,  1993,

"СМЕРШ": Исторические очерки и архивные документы. М., 2004,

Старков Б.А. Охотники на шпионов: Контрразведка России 1903 – 1914 гг. М., 2006,

          Стригин Е.М. КГБ был. Есть… И будет?  Том 1, 2 М., 2004,

          Стригин Е.М. Олег Калугин: К ликвидации приступить. М., 2006,

          Труды Общества изучения истории отечественных спецслужб. Тома 1-3, М., 2005 – 2007,

Турло С.С., Залдат И.П.  Шпионаж. М., 2002,

Ютов В. "Каскад" и "Омега". М., 2003,

Яковлев Н.Н. ЦРУ против СССР. 1983  и ряд других.

В ряду многочисленных мемуарных публикаций следует особо выделить воспоминания руководящих сотрудников органов безопасности СССР П.А.Судоплатова, В.А.Крючкова, Ф.Д.Бобкова, В.Ф.Грушко, Л.И.Шебаршина, В.А.Кирпиченко, Н.С.Леонова, Ю.И.Дроздова, В.И.Алидина, Р.С.Красильникова, В.Н.Удилова, В.И.Широнина и ряда других.

В числе популярных изданий можно назвать

          Лубянка: Обеспечение экономической безопасности государства. Книга 2.  М., 2006

Очерки истории  российской внешней разведки в 6-ти томах. М, 1995-2006.

Среди справочно-библиографических изданий следует, прежде всего, назвать

 Разведка и контрразведка в лицах: Энциклопедический словарь. М., 2002,

Энциклопедию секретных служб России. М., 2003.

В этом  ряду следует также особо выделить по информативной насыщенности и высокому уровню  научной  добросовестности  справочник американских  авторов,  содержащий обширный материал по спецслужбам многих государств мира,  в том числе и СССР:

Палмер Н., Томас Б. Ален Энциклопедия шпионажа. М., 1999.

Имеется также  ряд  переводных  изданий  и мемуаров зарубежных разведчиков и перебежчиков из органов безопасности СССР,  объективность и историческая ценность которых,  однако различны. В их числе можно выделить:

         Бирден М., Райзен Д. Главный противник: Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ. М., 2004,

Герасимов А.В.  Не лезвии с террористами. М., 1991,

Клайн Р. ЦРУ от Рузвельта до Рейгана. New-York, 1989 (на русском языке),

Локкарт Р.Б. История изнутри:  Мемуары британского агента. М., 1989,

Найтли Ф. Ким Филби – супершпион КГБ. М., 1992,

Найтли Ф. Шпионы ХХ века. М., 1994,

Ричелсон Д.Т. История шпионажа ХХ века. М., 2000,

Харт Д.Л. Русские агенты ЦРУ. М., 2005,

Хасс П., Капоши Дж. КГБ в ООН. М., 2000,

Царев О., Вест Н. КГБ в Англии. М., 2000,

Швейцер П. Победа: Роль тайной стратегии администрации США в распаде Советского Союза и социалистического лагеря. Минск, 1995.

           Подробнее также см. Хлобустов О.М.Некоторые вопросы историографии КГБ СССР (конец 80-х годов – 2006 год).// Труды общества изучения истории отечественных спецслужб. Том 3. М., 2007, сс. 64 - 92.

Часть I.   Исторические предшественники

 На службе Его Величества


1. Ленин В.И. О государстве. Лекция в Свердловском университете 11  июля 1919г.  // Полное собрание сочинений. Т.  39, с.  73.

2. См.:  Оржеховский  И.В.  Самодержавие  против революционной России (1826-1880гг). М.,  1982, с. 12.

3. Фок, фон Максим Яковлевич (1773-1831), действительный статский советник, что соответствует третьему классу "статской службы" и приравнено к воинскому званию генерала от инфантерии, "трехзвездного  генерала"( предшествующими воинскими званиями согласно Табели о рангах являлись звания генерал-майора и генерал-адъютанта).

На военной службе с 1793 г. С сентября 1811 г. - чиновник министерства полиции,  где  в  марте следующего года возглавил Особенную канцелярию. С  1819 г.  -  начальник  Особенной  канцелярии  МВД,  в 1826-1831 гг. -  управляющий  III Отделением Собственной Его Императорского Величества канцелярии.

В марте 1826 г. фон Фок подал А.Х.Бенкендорфу записку об "организации высшей полиции",  а фактически - об организации  агентурной сети в империи. Энциклопедия секретных служб России. М., 2003, сс.180-182.

     4.   См.: Хлобустов О.М.  Восстание декабристов как урок прикладной

политологии для современной России  // Российский кто есть кто, М., 2005, № 6, СС. 59-62.

          5. В современном издании о деятельности А.Х.Бенкендорфа (1783 – 1844)

 сказано следующим образом: «Русский государственный деятель, граф. Генерал от кавалерии. Руководитель российских спецслужб. Участник подавления  восстания декабристов. С 1826 г. – шеф жандармов и главный начальник Ш Отделения. В царствование Николая I влияние этой спецслужбы на жизнь страны было чрезвычайно велико. На него возлагались обязанности организации политического сыска и проведения следствия по делам о государственных преступлениях, наблюдения за антиправительственными организациями и отдельными деятелями. Оно также осуществляло надзор за иностранцами, сбор сведений об усовершенствованиях и изобретениях, цензуру периодических изданий и печати. Делами контрразведки занимались частично первая и третья экспедиции. Непосредственно за борьбу со шпионажем отвечал Военно-ученый комитет Главного штаба русской императорской армии». // Разведка и контрразведка в лицах. Энциклопедический словарь российских спецслужб. М., 2002, с. 51.

      6. Чукарев А.Г. Третье Отделение при Николае I. 1826 – 1855 годы

М.,2006; Симбирцев И. Третье Отделение. Первый опыт создания профессиональной спецслужбы в Российской империи. 1826 – 1880 годы. М, 2006.

      7. Цитируется по: Россия под надзором: Отчеты  III  Отделения 1827 – 1869. М., 2006. СС. 17, 25.   

      8.  Оржеховский И.В. Самодержавие против революционной России (1826-1880 гг.). М., 1982, с. 71.

      9. Там же, с. 91.

   10. См.: Оржеховский И.В. указанная работа, с. 86.

     11. Михайлов Михаил  Ларионович (1829-1865).  Писатель,  публицист.  За  распространение  написанного  совместно с Н.В.Шелгуновым воззвания "К молодому поколению",  был осужден к каторге и  вечному поселению в Сибири.

     12. Оржеховский И.В. указанная работа, с. 127.

     13. Там же - с. 100-101.

     14. См.:  Политическая полиция и политический терроризм в России (Вторая половина XIX - начало XX веков). Сборник документов. М.,  2001, с. 26.

     15. Хроника социалистического движения  в  России.  1878-1887. Официальный отчет. М., 1906, сс. 342--343.

     16. Оржеховский И.В. указанная работа,  с. 165.

     17. Там же - с.  110.

     18. Подробнее о процессе Нечаева см., например, История терроризма в  России  в документах,  биографиях,  исследованиях. Ростов-на-Дону. 1996,  сс. 43-63.

     19. Хроника социалистического движения..., с. 343.

     20. Оржеховский И.В. указанная работа, сс. 129-130.

     21. См. там же, сс. 111-112.

     22. Клеточников Николай Васильевич (1846-1883) - агент Исполнительного комитета  Народной  воли.  Как характеризовал его директор

Департамента полиции В.К.Плеве,  "в продолжение всей  своей  службы                              отличался особенным  усердием и пользовался полным доверием начальства". Арестован 28 января 1881 г.  и по "по процессу  20-ти",  9-15 февраля 1882 г.  приговорен к смертной казни,  замененной вечной каторгой. Умер в Алексеевском равелине Петропавловской крепости. Составленные им  списки секретных сотрудников опубликованы в 1908-1909 годах в журнале "Былое"(NN 7-10). // Отечественная история. История России с древнейших времен до 1917 года. Энциклопедия. Том 2.  М., 1996, с. 591.

      23. Рачковский Петр Иванович (1853-1911). В 1879 г. был завербован III  Отделением  на  компрометирующей  основе  - как укрыватель Л.Ф.Мирского, покушавшегося на  шефа  жандармов  А.Р.Дрентельна.  В 1883 г. причислен  к  Департаменту  полиции (ДП),  через год возгавил Заграничную агентуру Департамента полиции.  Установил хорошие связи с  французскими официальными лицами,  вел работу с агентами, не чурался организации провокаций.  В  1889 г.  склонил  к раскаянию и возвращению в Россию известного народовольца, члена Исполнительного комитета Народной воли Л.А.Тихомирова.  В 1902 г.  был уволен из  Департамента полиции,  что не помешало ему в июле 1905 г. стать заведующим политической частью ДП. После вторичной отставки в январе 1906 г.  проживал в Париже, продолжая сотрудничать с Департаментом полиции.  В 1909-1911 гг. по собственной инициативе занимался изучением деятельности  масонских  лож во Франции,  о чем регулярно информировал Департамент полиции.

     24. Оржеховский И.В. указанная работа,  с. 126.
        

Неизвестная разведка: на задворках великой империи

1. Очерк  подготовлен  по  материалам Оренбургского областного государственного архива (ООГА),  фонд.6,  Оп. 18, дела 291, 738, 778,  2150, 5071, 5978, 7475.

2. См.: Хопкирк П. Большая игра против России., М., 2003,с. 161

3. Россия по надзором: Отчеты III Отделения 1827 – 1869. М., 2006, с. 200.  

4. Цитируется по исследованию П.Хопкирка Большая игра против России. М., 2003, с. 242.


Политический сыск  империи в 1880-1917 годы

1.     Министерство внутренних дел России. 1802 – 1902 годы. СПб., 1904, с. 109.

2.     См., например, Дейч Л.Г. Социалистическое движение начала 70-х годов в России. (К полувековому юбилею). Ростов-на-Дону, 1925.

   3. Цитируется по: Обзор социально-революционного движения в России. СПб., 1880, сс. 321-322, 288-309.

   4. Cм.: Предисловие к: Деятели революционного движения в России. Био-библиографический словарь. Т. 1. Часть 1. М., 1927, С. XXV.

    5. Татищев С.С. Император Александр П. Его жизнь и царствование. М., 2006, сс. 884 – 949.

    6. Лорис-Меликов Михаил Тариелович (1825 – 1888), государственный деятель, граф (1878), генерал от кавалерии (1875), почетный член Петербургской Академии наук (1880). Фактический руководитель военных действий на Кавказе в 1877- 1878 гг. Современные историки так характеризуют личность и деятельность М.Т. Лорис-Меликова: «…в начале 1879 г. назначен временным астраханским, саратовским и самарским генерал-губернатором и наделен неограниченными полномочиями. К его прибытию в Астраханскую губернию все необходимые карантинные меры уже были приняты, очаг болезни (с. Ветлянка) локализован и угроза эпидемии ликвидирована…. И вскоре обратился к Александру IIс предложением об упразднении вверенного ему генерал-губернаторства в связи с превращением чумы. Общественное мнение приписало Лорис-Меликову все заслуги по ликвидации угрозы эпидемии. Из 4 млн. рублей, отпущенных на борьбу с чумой, он истратил около 300 тысяч, а оставшуюся сумму вернул в казну, что также способствовало увеличению его популярности в обществе и в близких к правительству кругах…

12 февраля 1880 г. был назначен главой Верховной распорядительной  комиссии и фактически получил неограниченные полномочия. Следуя своей программе привлечения общества на сторону власти в борьбе с «крамолой», Лорис-Меликов уже 15 февраля опубликовал воззвание «К жителям столицы», в котором обратился за поддержкой к «благомыслящей части общества», видя в ней «главную силу, могущую содействовать власти» в деле восстановления общественного порядка в стране. Неуклонно придерживаясь жестких мер в отношении террористов (следствие по делу И.О. Млодецкого, совершившего 20 февраля покушение на Лорис-Меликова, было закончено в тот же день, 21 февраля военно-окружной суд приговорил его к смертной казни, а 22 февраля он был повешен), Лорис-Меликов во Всеподданнейшем  докладе от 11 апреля 1880 предложил программу преобразований, включавшую проекты податной реформы, перестройки местного управления, пересмотра паспортной системы, урегулирования отношений рабочих и предпринимателей, изменения в системе народного образования, привлечения «сведущих людей» (выборных представителей дворянства, земств и органов местного самоуправления) к обсуждению проектов некоторых правительственных распоряжений. Александр П одобрил предложения главы Верховной распорядительной комиссии, что способствовало дальнейшему росту популярности и авторитета Лорис-Меликова.

Успехам Лорис-Меликова в немалой степени также способствовали его добрые отношения с наследником престола великим князем Александром Александровичем – будущим Александром Ш, и морганатической супругой императора княгиней Е.М. Юрьевской…

        В сентябре 1880 г. по его инициативе были направлены в губернии сенаторские ревизии, так же был смягчен цензурный гнет, несколько урегулирована система административной ссылки и высылки, широко применявшаяся местными властями – губернаторами и генерал-губернаторами, - для борьбы с революционным и либеральным движениями.

         28 января 1881 г. Лорис-Меликов представил Александру П очередной доклад, предлагавший конкретные меры по совершенствованию системы государственного управления в России, в дальнейшем получивший в исторической литературе название «Конституции Лорис-Меликова».

         кладе от 11 апреля 1880 предложил программу преобразований, включавшую он был повешен), ень, 2ные полномочия.амму преобразова Утром 1 марта 1881 г. Александр П утвердил представленный ему доклад и назначил на 4 марта заседание Совета министров для обсуждения предложений Лорис-Меликова. Думается, что это решение стало важной поворотной точкой в историческом развитии России, но спустя несколько часов император был убит народовольцами.

         После издания Александром Ш 29 апреля Манифеста, в котором он объявлял «о незыблемости самодержавия», увидев в нем крушение своих реформаторских замыслов, Лорис-Меликов, а также министры финансов А.А.Абаза и военный Д.А.Милютин подали в отставку, вызвав первый в истории России министерский кризис. См.: История России с древнейших времен до 1917 года. Энциклопедия. Том 3. М., 2000. Сс. 396-397.

7. См.: История России с древнейших времен до 1917 года. Энциклопедия.

Том 3. М., 2000. Сс. 396-397.

   8. "Журналы заседений" и иные документы  Верховной  распорядительной комиссии см.  :  Политическая полиция и политический терроризм в России.... Сс. 68-75, 77-104.

   9. См.:  Оржеховский  И.В.  Самодержавие  против революционной России (1826 – 1880). М., 1982, с. 180. Как писал Н.В.Клеточников,  сотрудники Ш Отделения "готовы  за  деньги отца родного  продать,  выдумать на человека какую угодно небылицу, лишь бы написать донос и получить награду". В этой связи к 80-м годам в  глазах  многих  современников  III  Отделение превратилось в крайне непопулярное,  жестокое, неразборчивое в средствах государственное учреждение. См.:  Перегудова З.И.  Политический сыск России (1880-1917). М.,  2000, с. 22.

    10. См.: Политическая полиция и политический терроризм в России (Вторая половина XIX - начало XX веков)...,  Сс. 84-96.

    11. Перегудова  З.И.  Политический  сыск России (1880-1917)…, с. 32.

    12. Подробнее об этом см.:  Перегудова З.И.  указанная работа, сс. 117-118.

    13. Цитируется по: Перегудова  З.И., там же, с.  117.  

    14. Перегудова  З.И.,   там же, сс. 33-34.             

    15. См.:  Хроника   социалистического   движения   в   России. 1878-1887. Официальный отчет. М., 1906, с. 322.

    16. См.: Перегудова З.И. Политический  сыск России (1880-1917)…, сс. 60-61.

     17. Подробнее об этом см., например, Перегудова З.И. Деятельность русской полиции за рубежом. // Жандармы России:  Политический розыск в России  XY-XX век. М., 2002, Сс. 314-332.

    18. Перегудова З.И. .  Политический  сыск России (1880-1917)…, сс. 66, 68.

    19. Подробнее о подготовке  сотрудников  Департамента  полиции и ОКЖ см.: Перегудова З.И. Политический  сыск России (1880-1917)…, сс. 338-349.

    20. Спиридович  Александр  Иванович (1873-1952),  генерал-майор.   С 1892 г. - на военной службе, с 1899 г. - в ОКЖ,  прикомандирован  к  Московскому  охранному  отделению.  В 1903-1905 годах исполнял обязанности начальника Киевского охранного отделения,  в октябре 1905 г. ранен террористкой. С 1906 г. – начальник Дворцовой агентуры - личной охраны Николая II и его семьи. В 1911 г. привлечен к дознанию вместе с рядом других чинов Департамента полиции по  обвинению в "непринятии надлежащих мер охраны" премьер-министра П.А.Столыпина,  убитого в сентябре в Киеве. По повелению Николая II обвинительное заключение "оставлено без последствий".  Вел занятия на курсах подготовки офицеров при Штабе корпуса  жандармов, автор  ряда специальных работ "Революционное движение в России" (Выпуск I:  РСДРП. (СПб, 1914), Выпуск II: Партия социалистов-революционеров и ее предшественники (СПб, 1916).

Первое издание книги "Партия социалистов-революционеров  и ее предшественники" имело указание "Отпечатана в типографии Отдельного корпуса жандармов". Второе издание,  датированное 1918 годом,  существенно расширено по сравнению с первым.

В эмиграции Спиридовичем также написано несколько книг мемуарного характера.

21. См.:  Заварзин П.П. Работа тайной полиции. Париж, 1927, с. 69. Заварзин Павел Павлович(1868-?). В 1898 г. переведен в ОЖК. С августа  1906 г.  -  начальник Варшавского отделения по охране общественной безопасности и порядка, с 29 декабря 1909 г. - Московского охранного отделения, с августа 1912 - Одесского ГЖУ.

22. См.: Перегудова З.И. Политический  сыск России (1880-1917)…, с. 196.

23. Перегудова З.И. Политический  сыск России (1880-1917)…. С. 349.

24. Зубатов  Сергей  Васильевич (1863 - 1917).  Учитывая наличие многочисленных работ, посвященных личности и деятельности Зубатова, адресуем читателя лишь к двум из его многочисленных биографий: Макаревич Э.Ф. Политический сыск: Истории, судьбы, версии. М., 2002, сс. 66-74; Куканов А.В. Сергей Васильевич Зубатов. // Жандармы России: Политический розыск в России XY-XX век. М., 426-436.

Существует легенда, что услышав от министра внутренних дел В.К.Плеве о своем увольнении, Зубатов в сердцах заявил: "Режим,  который прогоняет со службы таких преданных своих сторожевых псов,  как я,  неминуемо обречен на низвержение".

25. Цитируется по:  Дресвянин С. Секретная война. Ростов-на-Дону, 1998,

сс.119-120.

26. Герасимов А.В.  На лезвии с террористами. М., 1991, с. 19.

27. Перегудова З.И. Политический  сыск России (1880-1917)…, с. 77.

28. Цитируется по: Козьмин Б.П. С.В.Зубатов и его корреспонденты. М-Л., 1928,  с. 64.

29. Цитируется  по:  Перегудова  З.И.  Политический сыск России (1880-1917)…, сс. 111-112.

          30. См.: Министерство внутренних дел: Его права и обязанности. Сборник практических сведений. СПб, 1904,  сс. 16 -  19.

31. См.:  Черкасов П.,  Чернышевский Д.  История императорской России.

М., 1994, с. 382.

32. Цитируется по: Будницкий О.В. Терроризм в российском освободительном движении: идеология, этика, психология. (Вторая половина XIX - начало ХХ в.). М., 2000, с. 206.

33. См.:  Политическая полиция и политический терроризм в России (Вторая половина XIX - начало XX веков)..., - сс. 212-215.

34. См.:  Касаров Г.Г. и другие.  Политические партии и политическая полиция. М., 1996.

35. Перегудова З.И.   Политический сыск России (1880-1917)…, с. - 48.

36. Бурцев  Владимир  Львович (1862-1942).  Активный участник и историк революционного движения. С осени 1883 г. член народовольческого кружка, за что в 1885 г. был сослан в Иркутскую губернию. После побега с 1888 г. проживал в Швейцарии, Франции, Англии, участвовал в деятельности  революционных групп,  в том числе в 1890 г.  в группе, организованной агентом  заграничной  агентуры  Ландезеном (он же Гартинг).  Идеолог "революционного" терроризма.  В 1905-1906 гг.  проживал в России.  С 1906 по 1909 год при помощи бывших сотрудников Департамента полиции М.Е.Бакая,  Л.П.Мещикова, А.А.Лопухина разоблачил целый ряд агентов полиции - З.Н.Жученко-Гернгросс, Е.Ф.Азефа, А.М.Гартинга (Ландезена) и других.  В 1914 г. вернулся в Россию. Октябрьскую революцию встретил враждебно.  В октябре 1917 г.  арестован,  освобожден в  феврале 1918 г.,  эмигрировал.  В  20-е  -  30-е годы пытался вести борьбу с агентурой ОГПУ в эмигрантской среде.

Автор многих работ,  в том числе  "Борьба  за  свободную  Россию (1882-1922)", мемуаров. Подробную биографическую справку на Бурцева по материалам досье Главного управления национальной  безопасности Франции за период с 1894 по 1940 год см.:  Исторический архив.  М., 2002, NN 1, 2.

37. См.: Галвазин С.Н. Охранные структуры Российской империи. М.,  2001, сс. 131-132.

38. Отечественная история. История России с древнейших времен до 1917г. Энциклопедия. Том 2. М., 1996, с. 167.

39. Цитируется по: Хрестоматия по истории России. 1917-1940.  М., 1995,  с. 39.

 
Борьба политической полиции  империи с рабочим движением

1.  См.:  Оржеховский  И.В.  Самодержавие  против революционной России (1826-1880гг). М., 1982, с. 168.

2. Татищев 2С.С. Император Александр П. Его жизнь и царствование. М., 2006, с. 891.

3. Татищев С.С. Указанное сочинение, сс. 893, 896.

4.  Оржеховский  И.В.  Самодержавие  против революционной России... Сс. 169-170.

5.    Там же, сс. 170-172.

6. См.: Спиридович А.И. Партия социалистов-революционеров и ее предшественники. 1886-1916 гг.  Издание  2-е,  дополненное. Петроград, 1918,  с. 50.

7. См.:   Ленин   В.И.  Полное  собрание  сочинений.  Том 4, сс. 363-364.

8. См.:  Перегудова З.И. Департамент полиции и секретная агентура (1902-1917годы) // Российские спецслужбы:  история и  современность.  Материалы исторических чтений на Лубянке 1997-2000гг. М., 2003,  с.103.

9. Государственный архив   Российской   Федерации (ГАРФ).               Фонд 102, Опись 260, Дело 179, листы 96-102. Первая публикация: Хлобустов О.М. "Департамент полиции считает необходимым..." Сила политического сыска в царской  России  // Независимое военное обозрение. М., 1996,  N 17(21).


Из истории борьбы с политическим терроризмом в России

1. В ряду имеющихся работ отметим лишь несколько наиболее информативных изданий, в  которых содержится обширная библиография по данной проблеме: Николаевский Б.И. История одного предателя. М., 1991; Будницкий О.В.  Терроризм в российском освободительном движении:  идеология,  этика, психология (вторая половина XIX - начало XX в.). М., 2000;  Прайсман Л.Г. Террористы и революционеры, охранники и провокаторы. М.,  2001.

2. Подробнее об этом см.:  Будницкий О.В. Терроризм в российском освободительном движении. М., 2000,  с. 14.

3. Имеется ввиду московский "кружок" двоюродного брата Каракозова - Н.А.Ишутина.  Однако "ишутинцы" действительно обсуждали идеи цареубийства и "террористической" борьбы,  планы создания революционной ("организация") и террористической ("Ад") организации.  Всего полицией было арестовано около 200 человек.  Осенью 1866 г. 32 из  них были осуждены к различным срокам каторжных работ и ссылки. Многие из  числа  оставшихся были сосланы в административном порядке. Подробнее см.: Политическая полиция и политический терроризм в России  (Вторая половина XIX - начало XX веков).  Сборник документов. М., 2001, сс. 25-33, 35-38.

4. Цитируется по: Хроника социалистического движения в России. 1878-1887. Официальный отчет. М., 1906, с. 342

5. Цитируется по: Хроника социалистического движения..., с. 8.

6. Подробнее см.:  Политический терроризм и политическая полиция в России...,  сс. 25-33, 35-38.

7. См.: Политический терроризм и политическая полиция..., сс. 30-32.

8. Цитируется по: Хроника социалистического движения в России..., с. 41.

9. Там же - с. 345.

10. Цитируется по: История терроризма в России в документах, биографиях, исследованиях. Ростов-на-Дону, 1996, с. 93.

11. Хроника социалистического движения в России..., с. 322.

12. Подробнее см.: Тихомиров Л.А. Тени прошлого: Воспоминания. М.,  2000. О разработке Тихомирова П.И.Рачковским см.: Политический терроризм и политическая полиция в России..., сс. 89-90,95, 114-119.

13. Цитируется  по:  История терроризма в России в документах,

биографиях, исследованиях... - сс. 77-88.

14. Спиридович  А.И.  Партия  социалистов-революционеров  и ее предшественники.  1886-1916. Издание 2-е, дополненное. Петроград, 1918,  с. 2.

15. См.: там же - сс. 547-552.

16. См.:  Оржеховский И.В.  Самодержавие против  революционной России... - с.171.

17. Спиридович А.И. указанная ранее работа, сс. 4,8

18. См.: там же, с. 25.

19. Подробнее см., например, Городницкий Р.А. Боевая организация партии социалистов-революционеров в 1901-1911 гг.. М., 1998.

20. 18  февраля  1905г.,  наряду  с "высочайшим" манифестом "о борьбе с крамолой",  Совету министров было предписано начать  рассмотрение  заявлений  "частных лиц и учреждений,  касающихся усовершенствования государственного благоустройства и улучшения благосостояния", а также "...привлекать достойнейших, доверием народа облеченных,  избранных от населения людей к участию  в  предварительных разработках и обсуждении законодательных предложений" - См.: Спиридович А.И.  Партия социалистов-революционеров и ее предшественники. П-г., 1914, с.  160.  Таким образом было реализовано  одно  из главных требований еще "Народной воли".

21. Спиридович  А.И.  При царском режиме.  Записки начальника  охранного отделения. М., 1926, с. 62.

22. Подробнее об этом см.:  Бурцев В.Л. В погоне за провокаторами. М.,  1989, а также Николаевский Б.И. История одного предателя. М., 1991.

23. Подробнее см.:  Отечественная история с древнейших  времен до 1917 г.. М., 1994, Т. 1,  с. 260.

24. См.: там же, с. 25.

25. Подробнее об этом см.:  Рууд Ч.,  Степанов С.А.  Фонтанка, 16. Политический сыск при царях. М., 1993, сс.150-171.

26. Хроника революционного движения..., сс. 328-329.

27. См.:  Хроника социалистического движения... - с. 189. Подробнее о "Священной дружине" также см.: Жандармы России: политический розыск в России XV - XXвв. - М. - 2002 - сс. 281-282, 314-315.

28. См.  также  Политическая полиция и политический терроризм в  России  (вторая  половина  XIX - начало XX веков)..., сс. 154-161, 194-195, 274-279.

29. Его,  в частности, неоднократно, но бездоказательно высказывал О.М.Нечипоренко - см.,  например, его статью "Истоки и специфика  российского  политического  терроризма"  в сборнике "Проблемы терроризма" // Актуальные проблемы  Европы:  Проблемно-тематический сборник. Выпуск 4. М., 1997, сс. 165-168.

30. См.: История терроризма в России в документах, биографиях, исследованиях..., с. 16.

31. Гейфман А.  Революционный террор в России.  1894-1917  гг.. М.,  1997, с.121-174.  Рецензию на исследование Гейфман см.:  Отечественная история. М., 1995, N 5, сс. 185-189.

32. См.: Гейфман А.  Революционный террор в России.  1894-1917  гг…, сс.138-171.

33. См.: Политическое просвещение.  М., 2003, N 2 (14), с. 15.

34. См.: Линке Х. Корни терроризма в России и Германии:  общие черты и различия // Проблемы терроризма. М., 1997, № 2, с.138.

35. See:  Wardlaw G.  Political terrorism. Theory, tactics and cuonter-measures. Cambridge, 1989, p.23.

36. Ленин (Ульянов) В.И.  Полное собрание сочинений.  5-е издание. Том 2, с. 439. Далее при цитировании этого источника по тексту в скобках будут указываться соответствующие тома и страницы этого издания.

37. Цитируется  по:  История терроризма в России в документах, биографиях, исследованиях..., с. 18.

38. Здесь и далее цитируется по: Тихомиров Л.А. Критика демок-

ратии.  Статьи из журнала "Русское обозрение" 1892-1897 гг.  - М. -

1997 - с. 27.

39. Там же - с.27.

40. Там же - с. 36.

41. См.: Искра, N 20, 1 мая 1902 г.

42. Цитируется  по:  История терроризма в России в документах, биографиях, исследованиях..., сс. 192-193.

43. Там же - с. 198-199.

44. См. Истории ВКП(б). Краткий курс, М., 1938, с. 12. Учитывая, что данное издание является ныне библиографическим раритетом, отметим также, что все указываемые нами положения присутствуют на тех же самых страницах репринтного воспроизведения "стабильного издания 30-х -  40-х  годов"  История  Всесоюзной  коммунистической  партии (большевиков). Краткий курс. М., 1997.

45. Там же - с. 21.

46. См.: газета "Момент истины", N 1(35), январь 1998 г.

 
Становление отечественной контрразведки

1. Рябиков [ П.Ф.] Лекция по Службе Генерального Штаба. Отдел разведки. 1917. Конспект лекции. Военный отдел Российской государственной библиотеки. Сс. 2,5,7.

2. Цитируется по:  Галвазин С.Н. Охранные структуры Российской империи. М., 2001, с. 15. Подробнее о создании разведочного отделения см.: Яковлев Л.С. Российской контраззведке - 100 лет // Исторические чтения на Лубянке 2002 год. М., 2003, сс. 81-82.

3. Лавров Владимир Николаевич (1869г.р.) по окончанию Константиновского  военного училища с 1890 г.  проходил службу в Забайкальском казачьем войске. В 1896 г.  по рапорту переведен в ОКЖ и после окончания  в 1899 г.  жандармских курсов направлен в Тифлис.  До мая 1903 г.  начальник тифлиского охранного отделения.  Подробнее  см.: Щербакова Е.И.  Владимир Николаевич Лавров: путь в контрразведку. // Исторические чтения на Лубянке. 2002 год. М., 2003, сс. 108-110. Также см.: Алексеев М.В. Военная разведка России от Рюрика до Николая II. Книга 1. М., 1998, с. 263.

4. Подробнее  об  этом см.:  Галвазин С.Н.  Охранные структуры Российской империи..., сс. 16-26.

5. См.:  Перегудова З.И. Деятельность русской полиции за рубежом // Жандармы России: Политический розыск в России XY-XX век. М., 2002, с. 332.

6. См.: Старков Б.А. Охотники на шпионов: Контрразведка России 1903 – 1914 гг. М., 2006.

7. Цитируется по:  Никитинский И.П.  Из истории русской  контрразведки. Сборник документов. М., 1946, сс. 53-69.

8. Текст названной инструкции см.: Галвазин С.Н. указанная работа, сс. 40-50.

9. Подробнее см.: Яковлев Л.С. Контрразведка России накануне и в годы первой мировой  войны  //  Исторические  чтения  на  Лубянке 1997 г.:  Российские спецслужбы:  История и современность. Москва - Великий Новгород, 1999, сс.25-36; Мерзляков В.М. Об организации контрразведывательных органов России // Российские спецслужбы:  История и современность:  Материалы Исторических  чтений  на  Лубянке 1997-2000 годов. М., 2002, сс.60-74.

10. Мерзляков В.М. указанная работа, с. 66.

11.  Николаи В. Тайные силы. Интернациональный шпионаж и борьба с ним во время мировой войны и в настоящее время. М., издание Разведывательного управления РККА,  1925, сс. 115,  141.

12. Цитируется  по:  Никитинский И.П.  Из истории русской контрразведки. Сборник документов. М., 1946, сс. 96-115.

          13. См.: Рябиков П.Ф.Разведывательная служба в мирное и военное время. В 2-х частях. Томск, 1919.

14. Зданович  А.А.  Организационное становление спецслужб российского флота // Российские спецслужбы:  история и  современность: Материалы  Исторических  чтений  на Лубянке 1997-2000 годов. М., 2002, сс. 5 - 15.

15. См.:  Галвазин С.Н. указанная работа, сс.80-88; Мерзляков В.М. указанная работа, сс. 72-74.

16. Цитируется по: Мерзляков В.М. Об организации контрразведывательных органов России // Российские спецслужбы: история и современность..., с. 60.

17. Шумилов А.Ю. Уроки истории нормативного регулирования оперативно-розыскной  деятельности  отечественных спецслужб // Исторические чтения на Лубянке 1997 год. Российские спецслужбы: история и современность. Москва -- Великий Новгород, 1999, сс.68-69.

18. Подробнее об этом см.:  Зданович А.А.  Отечественная контрразведка (1914 - 1920):  Организационное строительство. М., 2004, сс. 87-89.

19. Галвазин С.Н. указанная работа,  с. 190.


От ВЧК - к НКВД

1.     См.:  Ленин В.И. Полн. собр. соч. Том. 35, с.136.

2.     Ленин и ВЧК. Сборник документов. М., 1987, сс. 23-24.

3. Подробнее см.: Лубянка: Органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-

КГБ. 1917-1991. Справочник. Документы. М., 2003, сс. 307-311, Капчинский О.И. Госбезопасность изнутри: Национальный и социальный состав ВЧК 1917 – 1922 гг. М., 2005, сс. 53 – 157.

4. Лацис (настоящая  фамилия Судрабс) Мартын Янович(1888-1938), член Коллегий НКВД и ВЧК С апреля 1919г. - председатель Всеукраинской ЧК (ВУЧК). С 1928г. - на советской и хозяйственной работе.

5. См.:  Зданович А.А.  Отечественная  контрразведка  (1914  - 1920): Организационное строительство. М., 2004, сс. 105-112.

6. Подробнее  см.:  Лубянка:  Органы  ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991. Справочник. Документы. М., 2003, сс. 18, 336-341.

7. См.: Приказ ВЧК N 118 от 24 сентября "О приравнивании сотрудников ВЧК к военнослужащим" // Лубянка:  Органы ВЧК-ОГПУ..., сс. 367-368.

8. Капчинский О.И. Госбезопасность изнутри: Национальный и социальный состав ВЧК 1917 – 1922 гг. М., 2005,

9. См.: Лубянка, 2: Из истории отечественной контрразведки. М., 1999,  с. 164.

10. См.:  Плеханов А.М.  ВЧК-ОГПУ.  1921-1928. М., 2003, сс. 199, 217. Подробнее о кадрах ВЧК см.: также Капчинский О.И. Госбезопасность изнутри: Национальный и социальный состав ВЧК 1917 – 1922 гг.. М., 2005.

11. См.: Турло С.С., Залдат И.П. Шпионаж.  М.,   2002.

           Турло Станислав Степанович (1889   - 1942).  С 1928 г. – в органах ВЧК-ГПУ: Председатель Донской ЧК, инспектор Особого отдела ВЧК, заместитель начальника ВЧК 15 Армии, председатель Ферганской ЧК,  начальник контрразведывательного отделения Полномочного представительства ГПУ по Западному краю (до августа 1924 г.), после чего вышел в отставку по болезни. В 1920 г. им была предпринята попытка издания курса лукций «Красная контрразведка», однако весь тираж этой книги был уничтожен. Книга «Шпионаж», написанная при помощи помощника автора И.П.Залдата, была издана Полномочным представительством ГПУ по Западному краю.

         В августе 1938 г. Особым совещанием при НКВД  «за принадлежность к контрреволюционной организации» приговорен к 8 годам лишения свободы.

         Подробнее см.: Предисловие А.А.Здановича к изданию Турло С.С., Залдат И.П. Шпионаж, М., 2002;

12. Звонарев Константин Кириллович (1892-1938),  сотрудник советской военной разведки.  Член  РСДРП с 1905 г.,  на военной службе с 1913 г., участник первой мировой войны.  В РККА с 1918 г.  В 1920-1921 гг. начальник Информационно-оперативного (агентурного)  отдела Регистрационного управления Полевого штаба - центрального органа военной разведки РККА,   в   1922-1923 гг.   -   военный  атташе  в  Турции,  в 1923-1927 гг. - на руководящих должностях в Разведывательном  управлении РККА.  В  1933-1937 гг.  -  начальник кафедры разведки Военной академии имени М.В.Фрунзе.  Один из первых советских теоретиков военной разведки,  автор многочисленных научных работ.  Расстрелян по ложному обвинению 5 августа 1938 г. Реабилитирован в 1956 г.

13. Артузов (Фраучи) Артур Христианович (1891-1937). В органах ВЧК с мая 1919 г., член коллегий ОГПУ-НКВД. В 1922-1927 гг. - начальник  Контрразведывательного,  а в 1931-1935 гг.  – Иностранного (ИНО) отделов ОГПУ-НКВД,  в 1935-1937 гг. - начальник IY (Разведывательного)  управления  РККА.  Репрессирован  в  1937 г.,  реабилитирован в 1956 г.

          14. Подробнее см.: Постников Л.А. Краткий очерк истории Высшей школы КГБ СССР имени Ф.Э.Дзержинского. М., 1990.  Также см.: Академии ФСБ России 80 лет. М., 2001.

15. Тексты  Положения  об  ОГПУ  и  главы  IX Конституции СССР 1924 г. см.: Коровин В.В. История отечественных органов безопасности. М., 1998,  сс. 140-142.

16. Резанов А.С. Немецкое шпионство,  1915; Измостьев П.И. Значение военного секрета и секретности, 1907; Мартынов Е.И. Из печального опыта русско-японской войны. 1907; а также работы зарубежных Рудеваль Р. Разведка и шпионаж, 1912;  Тохай Ф. Тайный шпионаж во время мировой войны 1914 – 1918 гг.

17. Латынин В. Современный шпионаж и борьба с ним. М., Воениздат, 1925, с. 5-6.

         18.  Подробнее об этом см.:  Томсон Б. Шпионаж во время войны. М., 2007, сс. 144 - 154; Букар Р. В недрах секретных архивов. // Шпионаж во время войны. М., 2007, сс. 217 – 239.

          19. Подробнее об этом см.: Кирмель Н.С. Деятельность контрразведывательных органов белогвардейских правительств и армий в годы Гражданской войны в России (1918 – 1922 гг.). М., 2007, Голуб П.А. Белый террор в России (1918 – 1920 гг.). М., 2006.

20. Мельгунов Сергей Петрович (1879-1956), либеральный историк, публицист.  В 1917-1918 гг.  - член ЦК народно-социалистической партии, активный участник ряда антисоветских  организаций.  В  июле 1920 г. осужден Ревтрибуналом, в августе амнистирован ВЦИК (в связи с окончанием советско-польской войны) вместе с другими осужденнымы по делу "Тактического  центра".  В октябре 1922 г.  выслан из России на "филисофском пароходе".

В 1923-1928 гг. издавал в Праге и Берлине историко-документальный альманах "На чужой стороне" ("Голос минувшего на чужой стороне").

В этом журнале,  в частности, были без каких-либо корректив опубликованы показания следователям ВЧК В.А.Мякотина,  С.А.Котляревского, Н.Н.Виноградского,  включенные во второй том "Красной  книги  ВЧК", подготовленной в 1922 г.

За рубежом, будучи профессиональным историком, Мельгунов выступал против попыток фальсификацией истории гражданской войны в России,  в связи с  чем  выступал  с критикой  работ  П.Н.Милюкова,  Н.Н.Головина и других мемуаристов и историков русского зарубежья. В его работах содержатся многочисленные интереснейшие замечания по методологии исторического исследования.  Собственно ручные показания Мельгунова следователю  ВЧК  см.: Красная книга ВЧК. Том 2. Издание 2-е, уточненное. М., 1989, сс. 290-298.

«Красный террор в России» был написан в 1925 г. по просьбе А.И.Гучкова в связи предстоящим судебным процессом над белогвардейцем Конради, убившем советского полпреда В.В.Воровского.

Данное в предисловие обещание читателям, написать вторую часть книги – «Белый террор в России» Мельгунов не выполнил.

21. См.:  Литвин А.С.  Красный  и  белый  террор  в  России. 1917-1920 гг.  М., 2003. А также Голуб П.А. Белый террор в России (1918 – 1920 гг.). М., 2006.

22. Подробнее об этом см.: Из истории ВЧК. 1917-1921 гг. Сборник документов. М., 1958, сс. 402, 406-407: а также Красная книга ВЧК. М., 1989.

23. "Россия", 1992, N 32, 5-11 августа.

24. См.:  Лубянка:  Органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991. Справочник. Документы… с. 318.

25. Подробнее см.: В.И.Ленин и ВЧК. М., 1987, сс. 87-88.

26. Подробнее об этой стороне деятельности чрезвычайных комиссий см.:  документальное исследование Гладыш С.Д. Дети большой беды. М.,  2004.

27. Рыцарь  революции.  Воспоминания современников о Ф.Э.Дзержинском. М., 1967, сс. 278-279.

                                                                                                                                 
НКВД СССР в 1934-1941 годы

1.     Подробнее об этом см.:  Лубянка,  2. Из истории отечественной

контрразведки. М.,  1999,  сс. 199-200.

2. Об Агранове см.: Яков Агранов - чекист, пришедший к интеллигентам // Макаревич Э.Ф. Политический сыск: Истории, судьбы, версии. М., 2002, сс.110-157.

3. Подробнее о реорганизациях и структуре НКВД и  ГУГБ  см., например, Лубянка:      Органы      ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991:  Справочник. Документы. М., 2003, сс. 59 - 89,192 - 212.

4. Подробнее см.:  Коровин В.В.  История отечественных органов безопасности. М., 1998, Сс. 38-45.

5. Подробнее см.: Мозохин О.Б. Право на репрессии: Внесудебные полномочия органов госбезопасности (1918 – 1953). М., 2006,

         Реабилитация: Как это было….Сборник документов в 3-х томах. М., 2000-2003,

         Реабилитация: Политические процессы 30-х – 50-х годов. М., 1991,

         История сталинского Гулага: конец 1920-х  - первая половина 1950-х годов. Сборник документов в 7 томах. М., 2005.

Поскольку вопрос о подлинных масштабах репрессий вызывал и поныне вызывает  справедливый и обоснованный интерес,  представляется необходимым остановиться на нем подробнее.

Ниже в  таблице  мы приводим данные,  содержащиеся в справках, подготовленных в декабре 1953 г.  исполняющим обязанности начальника 1-го (учетно-статистического) спецотдела МВД СССР полковником  Павловым

( См.:  Отечественные  архивы. М., 1992, N 2, сс.28-29).

При построении таблицы нами опущены данные за 1921-1932 годы,  а также сведенния о высланных (сосланных), о прочих мерах наказания, а также конкретные данные об органах, выносивших приговоры (трибуналы, суды и Коллегия ОГПУ).

 Число осужденных по делам органов ОГПУ-НКВД   в 1933-1940 годах.

      Годы   Всего осуждено  В том числе к ВМН   Лагеря и  тюрьмы  Кем осуждены  Особым«Тройками» НКВД    совещанием   УНКВД  СССР

     1933       239 664                 2 154                138 903               25 330    

     1934         78 999                  2 056                  59 451               1 003          32 831

     1935       267 076                   1 229               185 846            29 452        119 159

     1936       274 670                 1 118               219 418                 18 969        141 318

     1937       790 665                 353 074          429 311                    17 911        688 000

     1938       554 258                 328 618             205 509                    45 768        413 433

     1939         63 889                  2 552               54 666                          13 021            ---

     1940         71 806                     1 649        65 727                                 42 912            ---

 На одной из справок, на основании которых была составлена приводимая таблица,  имеется карандашная пометка  "Всего  осуждено  за 1921-1938гг.  - 2 944 879 чел., из них 30 % (1 062 тыс.) - уголовники".

Всего же,  как отмечал В.А.  Крючков,  курировавший в 1989-1991 годы всю работу по реабилитации осужденных по обвинениям в "контрреволюционных преступлениям", в 30-е -- 50-е годы были репрессированы 3 778 234 человека. Из них к высшей мере наказания были приговорены 786 098 человек(См.: Крючков В.А. Личное дело. Часть первая. М., 1996, с. 399).

Мы привели эти данные для того, чтобы показать подлинный масштаб репрессий,  спекуляции на тему о которых стали одним из главных направлений критики органов госбезопасности во второй половине 80-х годов. Думается,  что масштабы их огромны,  и вряд ли оправдано еще более демонизировать историю собственной страны,  пытаясь расширить размеры репрессий до еще больших размеров.

6. Подробнее см.:  Полянский А. Ежов. История «железного» наркома. М., 2003.

7. Цитируется по: Лубянка: Органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991: Справочник. Документы.  М., 2003, сс.590,596.

8. Гай Мирон Ильич (1898 – 1937), комиссар госбезопасности 2—го ранга. В органах ВЧК с 1921 г. С 1932 г. – заместитель, с 1933 г. – начальник Особого отдела, в 1934 – 1937 – начальник 5-го (разведывательного) отдела ГУГБ. В 1937 г. арестован, осужден «как враг народа» к расстрелу, реабилитирован посмертно.

9. См. Цитируется по: Лубянка: Органы ВЧК-ОГПУ... Сс. 65-66.

10. См.: Петров Н.В., Скоркин К.В. Кто руководил НКВД. 1934 – 1941. Справочник. М., 1999.

11. Уль М. Чистки среди руководителей НКВД и в ГРУ //  Исторические чтения на Лубянке. 2003 год.  Власть и органы государственной безопасности. М., 2004, с. 102.

12. См.:  Лубянка,  2. Из истории отечественной контрразведки…. - с. 204.

13. См.:  Крючков В.А. Личное дело. Часть первая. М., 1996, с. 402.

14. Цитируется по:  Органы государственной безопасности СССР  в Великой Отечественной войне 1941-1945гг. Том I. Книга I.  М., 1995, с. 5.

15. Цитируется по:  Известия ЦК КПСС. М., 1989, N 3,  с. 145.

16. Подробнее об этом см.:  Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. Т.1, Книга 1, сс. 94-95, 270-271,  381 – 383.

17. См.: Шпионаж во время войны., М., 2007, с. 283.

18.  Подробнее об этом см.:  Томсон Б. Шпионаж во время войны. М., 2007, сс. 144 - 154; Букар Р. В недрах секретных архивов. // Шпионаж во время войны. М., 2007, сс. 217 – 239.

19. Сталин И.В. Доклад и Заключительное слово на Пленуме ЦК ВКП(б) 3 – 5 марта 1937 г.. М., 1937, с. 36.

20. Подробнее см.:  Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне 1941-1945гг. Том I. Книга 2. М., 1995, сс. 24-25, 28-30, 40-43.
            

Деятельность органов государственной безопасности CCCР накануне  и  в годы Великой отечественной войны.

 1.  Лубянка: Сталин и ГУГБ. 1937-1938. Документы. М., 2004, с. 207.Также см.: Горбунов Е. Военная разведка в 1934 – 1939 годах. //Свободная мысль. М., 1998, № 3, с. 57; «Невольники в руках германского рейхсвера». Речь И.В. Сталина в Наркомате обороны. // Источник. М., 1994, № 3, с. 79.

 2.   Колпакиди А., Прохоров Д. Империя ГРУ: Очерки истории российской военной разведки. М.,  2001, Книга 2, сс. 233-235.

  3.  Цитируется по: Уль М.  Чистки среди руководителей НКВД и ГРУ. // Исторические чтения на Лубянке. 2003 год. Власть и органы государственной безопасности.  М., 2004, с. 105.

  4. Уль М. указанная работа, с. 106.

5. Независимое военное обозрение, М., 2007, № 28, 24 августа.

6. Старинов Илья Григорьевич (1900-2000), полковник. В РККА с 1918 г.. Участник Гражданской войны 1918-1920 гг., Войны в Испании 1936-1939 гг., Финской войны 1939-1940 гг., Великой Отечественной войны.

В 1941-1945 годах был консультантом 4 Управления НКВД СССР, в 60-е годы – один из создателей и преподаватель Курсов усовершенствования оперативного состава (КУОС), где готовились сотрудники спецподразделений КГБ СССР. Подробнее  см.: Попова А.Ю., Цветков А.И. Бог диверсий : профессор русского спецназа Илья Старинов. М., 2004.

Серебрянский Яков Исаакович (1892 – 1956), полковник. В органах ВЧК с 1920 г. С 1926 г. – начальник Группы специальных операций ИНО ОГПУ. В ноябре 1938 г. арестован по обвинению «в сотрудничестве с иностранными разведками», приговорен к высшей мере наказания в июле 1941 г. Освобожден в августе 1941 г.  Л.П.Берией по прямому указанию И.В.Сталина. В 1941-1945 гг. – начальник направления в 4 управлении НКВД СССР.  Повторно арестован в августе 1953 г.  как «пособник Берии». В 1972 г. полностью реабилитирован.

7.Коротков Александр Михайлович (1909 – 1961), генерал майор. В ОГПУ с 1928 г., с 1933 г. – сотрудник ИНО. В 1933 – 1938 годах на нелегальной работе в Европе (Франция, Германия). В 1939 г. уволен из разведки без объяснения причины (она заключалась в отказе вернуться в СССР главного резидента НКВД в Испании А.М.Орлова, под началом которого начиналась работа Короткова во Франции). После письма на имя Берии, был восстановлен на работе и направлен заместителем резидента в Берлин, где восстановил связи с ценнейшими источниками, составившими ядро берлинской группы «Красной капеллы». 24 июня 1941 г. передал 2 радиостанции, являвшиеся главным каналом поступления информации из Германии в последующие месяцы.

В 1941 – 1945 гг. – начальник немецкого отдела  ПГУ НКВД, в 1946 – 1950 гг. – заместитель начальника ПГУ МГБ СССР. 1954 – 1957 гг. заместитель начальника ПГУ КГБ. С 1957 г. – официальный представитель КГБ при МГБ ГДР. Скоропостижно скончался в Москве 12 августа 1961 г. Подробнее см.: Гладков Т.К. Король нелегалов. М., 2000.

 8. Здесь и далее упомянутые документы опубликованы в сборнике:

Органы  государственной  безопасности  СССР в Великой Отечественной войне. 1941-1945гг.  М.,  Том 1, 1995; Том 2, 2000; Том 3, 2003.

 9. О  возможных  мотивах  подобного поступка британского посла см.  статью "Барбаросса" в уже упоминавшейся "Энциклопедии  шпионажа".

10. См.,  например, официальный справочник "Британская разведка во второй мировой войне"(BritishIntelligenceinthe  Secоnd  WorldWar - London - 1979).

11. См.:  Органы  государственной  безопасности  СССР в Великой Отечественной войне.  1941-1945гг.  М., Т.1, Книга 2, 1995, сс. 286-296.

12. Подробнее  см.: Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне.  1941-1945гг.  М.,  Т.1,  Кн. 2,  сс. 234,247-248.

13. Подробнее  см.:  Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. 1941-1945 гг.  М.,  Т.3, Кн.1,  с. 378.

14. Целлариус-Келлер, фрегатен-капитан, 1898 г.р., уроженец Петербурга, сотрудник Абвера. С 1938 г. занимал посты германского военного атташе в Швеции и Финляндии. В Хельсинки также возглавлял «Кригсорганизацион Финлянд» («Военная организация Финляндия»), полулегальную организацию по вербовке, обучению и работе с агентами в «третьих» странах. С начала 1941 г.- еще и начальника германо-эстонского штаба, руководившего деятельностью эстонских эмигрантских организаций в Швеции и Финляндии. В начале Великой Отечественной войны штабом на территорию СССР было заброшено несколько диверсионно-разведывательных групп, наиболее известными из которых являются «Эрна» и «Эрна-П», ликвидированные советской армией и НКВД в конце июня 1941 г. на советской территории.


От союзнических отношений - к политике "холодной войны"

1.Кернкросс Джон(1913- 1995,  оперативный псевдоним "Каредиан").

  Англичанин,  один из участников знаменитой "Кембриджской пятерки" советской разведки, сотрудничавший с ней с конца 30-х годов. В 1940-1946гг.  Кернкросс работал в Государственной кодо-шифровальной школе (ГКШ),  британском центре радиоперехвата и дешифровки, добившемся  возможности  расшифровывать большинство германских кодов.

Некоторые материалы, полученные англичанами в рамках операции "Ультра", передавались СССР как официально, в рамках союзнического разведывательного сотрудничества,  так и "в темную",  без  расшифровки
источника ее получения через резидентуру советской военной разведки в Швейцарии "Дора" (Ш.Радо).

Будучи допрошенным  в  1964 г.  британской контрразведкой МИ-6, Кернкросс подтвердил,  что передавал СССР секретную  информацию  из ГКШ, о планах и действиях германского командования, заявив, что помогал союзнику, от которого западные державы несправедливо утаивали важную информацию. Кернкросса не привлекли к ответственности как по истечению срока давности,  так и посчитав,  что он  своей  деятельностью не причинил вреда Великобритании.

Подробнее см.: Модин Ю.И. Судьбы разведчиков: Мои кембриджские друзья. М., 1997.

2. См., например, Сепаратные игры // Очерки истории российской внешней разведки. Том 4. Советская разведка в годы Великой Отечественной Войны. М., 1999, сс. 416-424.

3. Текст телеграммы печатается с незначительными сокращениями.  Первая публикация:  Хлобустов О.М.  Мир после Второй мировой: Каким он виделся  нацистским  бонзам  // Независимое военное обозрение. М., 1997, N 16(43).     

4. "Фултоновская" речь Черчилля  была  опубликована  в  газете "Правда" 11 марта 1946г.  Цитируется по: Россия, которую мы не знаем. 1939-1993.  Челябинск, 1995, сс. 212-213.

5. В действительности, это выступление, в котором говорилось о скорой возможности войны,  было основано  на  сообщениях  советской разведки об агрессивных приготовлениях Германии.  Более подробно об этом см.:  Секреты Гитлера на столе у Сталина. Разведка и контрразведка  о  подготовке  германской агрессии против СССР.  Март – июнь 1941 г.  Документы из центрального архива ФСБ России. М., 1995; Органы государственной безопасности СССР в годы Великой Отечественной войны. Т.1.  Накануне. Книги 1 и 2. М., 1995.

6. "Окончательное решение еврейского вопроса",  так официально именовалось в нацистских документах массовое  уничтожение  лиц  еврейской национальности.  Вопреки тому,  что далее писал Риббентроп, уничтожению подвергались не только немецкие евреи, но также евреи - граждане Франции,  Польши, Бельгии, Дании, Голландии, Чехословакии, Венгрии,  Греции,  СССР и других стран.  Эти действия руководителей рейха  были квалифицированы международным трибуналом как преступление против человечности.

7. Имеется  в  виду так называемая Атлантическая хартия - совместная англо-американская декларация декабря 1941 г.  о целях этих стран  во  Второй  мировой войне и послевоенном устройстве мира,  а также Московское заявление 1942 г. участников Антигитлеровской коалиции о наказании военных преступников,  а также требования, выдвигавшиеся США и Англией в ходе сепаратных переговоров с представителями Германии в 1943-1945 гг.

8. Интересные  признания  на этот счет имеются в книге бывшего заместителя директора ЦРУ Рея Клайна "ЦРУ от  Рузвельта  до  Рейгана" (на русском языке), Нью-Йорк, 1989. Англоязычное издание книги появилось на восемь лет раньше.

 

Был ли «фальшивкой» «План Даллеса»?

1. Цитируется по:  Дроздов Ю.И.  Записки начальника нелегальной разведки. М., 1999, 24-25.

2. См. Дейч М. "Зловещий "план Даллеса". // Московский комсомолец, 20 января 2005 г..

3. См.: Сталин и космополитизм. 1945 - 1953 гг. Документы Агитпропа ЦК ВКП(б). М., 2005, сс. 110 - 116.

4. См.:  там же, сс. 140 -142.

5. Там же, сс. 144.

6. Здесь следует особо подчеркнуть, что ныне этот сборник документов из Архива национальной безопасности США был издан в России под названием: Главный противник: Документы американской внешней политики и стратегии. 1945 – 1950. М., 2006.
     

Часть II. Комитет государственной безопасности СССР

Становление КГБ

1.     Помимо ранее называвшихся источников,  укажем работы зарубежных

авторов. Концептуальные взгляды западных теоретиков на задачи и функции спецслужб представлены в следующих работах:  Бернхэм Д.  Сдерживание или освобождение. Выпуск I. М., 1955; Бернхэм Д. Паутина подрывной деятельности.  Выпуск I. М., 1955; Кент Ш. Значение стратегической разведки для мировой политики США. М., 1949;  Фараго Л. Война умов. М., 1956; Клайн Р. ЦРУ от Рузвельта до Рейгана (на русском языке). New-York, 1989.

Отметим то обстоятельство,  что Ш.Кент в момент написания этой книги  занимал  пост руководителя Депертамента информации,  то есть разведывательной службы Госдепартамента США, а Л.Фараго - консультанта "Комитета "Радио свобода",  в связи с чем изложенные в их работах взгляды разъясняли  официальную  точку  зрения  руководства США. Из числа отечественных работ выделим только книгу Яковлев Н.Н. ЦРУ против СССР (первое издание М., 1974 и впоследствии выдержавшую ряд переизданий).

Особо отметим в этом ряду по информационной насыщенности и новизне сборник документов из Архива национальной безопасности США, впервые опубликованный в США в 1987 г. и изданный в Москве в 2006 г. под названием

«Главный противник: Документы американской внешней политики и стратегии. 1945 – 1950» (М., 2006).

 2. Лубянка: Органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991. Справочник. Документы. М., 2003, с. 684.

3. Реабилитация:  Как это было.  Март 1953-февраль 1956. Т.I. М., 2000. сс. 103-104.

4. Там же - с. 213.

5. Подробнее о работе этой комиссии см.: Реабилитация: Как это было. Март 1953 - февраль 1956. Документы Президиума ЦК КПСС и другие материалы. Том I.  М.,  2000;  Реабилитация:  Как это было. Февраль 1956 - начало 80-х годов. Документы Президиума ЦК КПСС и другие материалы. Том 2.  М.,  2003.  А также:  Государственная безопасность России: история  и современность.  М.,  2004;  Доклад Н.С.Хрущева о культе личности Сталина на ХХ съезде КПСС. Документы. М., 2002.

6. См.: Реабилитация: Как это было. Документы. Т. 3. М., 2004, с. 77.

7. См.: Государственная безопасность России: история и современность. М., 2004, с. 621.

8. См.:  Новости разведки и контрразведки - NN 19-20 октябрь 2004, с. 7.

9. Подробнее статистику уголовных репрессий 1921-1953 годов см.: ГУЛАГ (Главное управление лагерей). 1917 - 1960. М., 2000, сс. 431-434, а также Реабилитация: Как это было. Март - 1953 - февраль 1956. Документы Президиума ЦК КПСС и другие материалы. Том I - М. -2000 - сс. 76-77.

В целом же, после выхода  в 2006 г. книги О.Б. Мозохина Право на репрессии: Внесудебные полномочия органов госбезопасности (1918 – 1953), в совокупности с другими указанными источниками, эта трагическая тема  отечественной истории представляется получившей исчерпывающее освещение.

См. также  вэб-сайт ФСБ России: Мозохин О.Б. Статистика репрессивной деятельности  органов  государственной  безопасности на период 1951 по 1953 гг.(www.fsb.ru).

10. См.:  Реабилитация:  Как это было.  Март 1953-февраль 1956. Документы Президиума ЦК КПСС и другие материалы. Том I., М., 2000, с. 72.

11. «Мероприятия по выселению являлись чрезвычайной мерой» // Источник. М., 1996, № 1, сс. 137 – 139.

12. См.:  Реабилитация:  Политические процессы 30-х - 50-х годов. М., 1991, сс. 86 - 88.

13. См.:   Лубянка:   Органы  ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991.Справочник. Документы. М., 2003, сс. 688-689.

14. См.: Выступление председателя КГБ СССР В.А.Крючкова на сессии Верховного Совета СССР 14 июля 1989 г.  // Советская Россия, М.,  16 июля 1989 г.; Крючков В.А. Без срока давности. Книга 1. М., 2006, сс. 44 – 62.

15. Подсчитано по таблице "Сведения о контрреволюционной  преступности (1918-1958гг.)" // Лунеев В.В. Преступность XX века: Мировой криминологический анализ. М., 1997, с. 180.

16.  Лунеев В.В. указанная работа, с.185.

17. См.:  Лубянка:  Органы ВЧК-ОГПУ…. Сс. 693 - 698.

18. См.: там же - с. 689.

19. См. там же - с. 688-692.

20.   "Национально-трудовой  союз"  известен  в истории также как "Народно-трудовой союз" и  "Народно-трудовой  союз  нового  поколения"(НТС  НП)  - антисоветская организация,  возникшая в среде российской эмиграции в середине 30-х годов  и  планировавшая  активную антисоветскую деятельность.

В 1941-1944 гг. НТС активно сотрудничал со спецслужбами  фашистской Германии, в том числе на временно оккупированных советских территориях, участвовал в формировании и деятельности коллаборационисткой РОА ("Русской освободительной армии"), в 1943 г. сформированной гитлеровцами из антисоветских элементов и советских военнопленных. После 1945 г.  активно сотрудничал как с  британской  разведкой МИ-6 (СИС), так  и  ЦРУ США. В том числе и в подготовке и засылке в СССР агентов.

21. Подробнее см.:  Клайн Р.  ЦРУ от Рузвельта  до  Рейгана. New-York, 1989, сс.  242-244. Небезынтересно отметить, что аналогичную точку зрения на суть происшедшего высказывал в годы  перестройки А.Д.Сахаров.  См.:  Сахаров А.Д.  Неизбежность перестройки // Иного не дано - М. - 1988 - с. 125.

22. См.:  Отчетный доклад ЦК КПСС XX съезду партии. М., 1956, с. 109.

23. Федотов Петр Васильевич (1900-1963), генерал-лейтенант (с  9 июля 1945, лишен звания в 1959 г. за вскрывшиеся факты нарушения социалистической законности).  В органах  ВЧК-ОГПУ-НКВД  с  1921 г.  С 1938 г.  - во 2 (контрразведывательном) отделе ГУГБ НКВД, до сентября 1946 г. -  начальник  контрразведывательных   управлений   НКВД-НКГБ.

В 1947-1952 гг. - заместитель председателя Комитета информации (КИ,  разведывательной службы СССР). С 17 марта 1954 по 12 апреля 1956 г. - начальник ВГУ КГБ при СМ СССР.

Грибанов Олег  Михайлович (1915-1992), генерал-лейтенант.  С 1940 г. -  сотрудник  УНКВД  по Свердловской области.  С 1950 г.  – в Центральном аппарате.   В   1954-1956 гг.   -   заместитель,   а   в 1956-1964 гг.  - начальник Второго главного управления КГБ. В 1965 г. уволен на пенсию.

Банников Сергей Григорьевич (1921-1989) - генерал лейтенант. В 1941 г. окончил Военно-морское политическое училище, с 1943 г. – на оперативной работе в УКР СМЕРШ  НК  ВМФ.  Впоследствии  -  до  июля 1967 г. -  на  руководящих  должностях  в  органах  безопасности,  в 1964-1967 гг. - начальник ВГУ КГБ.

Цинев Георгий Карпович(1907-1996), генерал армии(1978). В 1939-1941 гг.  работал в Днепропетровском горкоме КП(б)У,  с июля 1941 г.  в Действующей армии на политической работе. С октября 1945 г. в аппарате советской части Союзнической Комиссии в Австрии, в 1950-1951 гг. - заместитель Верховного комиссара в Австрии от СССР, с сентября 1953  г.  - начальник Особого отдела МВД-КГБ при СМ СССР в Группе Советских войск в Германии (ГСВГ).  С 1960 г.  в 3 Управлении КГБ,  марта 1961 г.  - заместитель начальника,  с февраля 1966 г. - начальник 3 Управления.  С 24 мая 1967 г.  член Коллегии КГБ при СМ СССР, с июля 1967 г.  начальник ВГУ КГБ.  С июля 1970 г. - заместитель, а с 25 января 1982 г. по 1 декабря 1985  г.  первый  заместитель председателя КГБ СССР.

Григоренко Григорий  Федорович (1918 - 2007), генерал-полковник (1982), Лауреат Государственной премии (1981). В  органах НКВД с 1940 г.  С 1942 г. - на различных должностях во 2-м Управлении НКВД, принимал непосредственное участие в ведении радиоигр с разведывательными органами Германии,  1970-1983 -  начальник  ВГУ КГБ.

Маркелов Иван Алексеевич (1917-1990), генерал-полковник (1985). В органах НКВД с 1938 г.,  с 1947 г.  - на различных должностях в ВГУ МГБ-КГБ, в 1983-1989 гг. - зам.председателя КГБ - начальник ВГУ КГБ.

Грушко Виктор Федорович (1930-2001), генерал-полковник (1991). С 1961 г.  - на оперативной  и  руководящей  работе  в  ПГУ  КГБ,  в 1989-1991 гг. - зам.председателя КГБ.  24 августа 1991 г.  арестован  по "делу ГКЧП", до 10 января 1992 г. находился под следствием.

Титов Геннадий Федорович (1932 г.р.),  генрал-лейтенант. В органах КГБ с 1959 г.,  сотрудник ПГУ.  Работал  под  дипломатическим прикрытием в  Великобритании  и Норвегии.  С 1984 - первый заместитель, руководитель Представительства КГБ СССР в ГДР.  С ноября 1989 г. - заместитель начальника ПГУ. С 29 января по 11 сентября 1991 г. - заместитель председателя - начальник ВГУ КГБ СССР.

24. См.:  Лубянка:  Органы ВЧК-ОГПУ... . С. 714.

25. Леонов Дмитрий Сергеевич (1899-1981),  генерал-лейтенант. С 1922 г.  служил в РККА,  участник Великой отечественной войны, до 1953 г.  - на политической работе в Советской Армии. В июне 1953 г. назначен начальником Третьего Главного (военной контрразведки)  управления МВД СССР ( с марта 1954 г.  3 Управление КГБ СССР).  С июня 1959 г. в отставке.

Гуськов Анатолий Михайлович (1914 г.р.), генерал-майор. С августа 1939 г.  в органах госбезопасности,  окончил Высшую школу НКВД СССР.  В годы великой Отечественной войны - в органах  военной контрразведки. В  1950-1951 гг.  начальник УМГБ по Горьковской области, в 1951-1953 гг. - зам.зав административного отдела  ЦК  КПСС.  В 1953-1956 гг.  -  министр  внутренних  дел,  затем председатель КГБ Азербайджанской ССР.  С 1956 по 1963 г.  - первый заместитель,  начальник 3ГУ  КГБ.  В  1963-1970 гг. - начальник Особого отдела КГБ по Московскому военному округу.  Автор воспоминаний "Под грифом  правды. Исповедь военного контрразведчика" (М., 2004).

Фадейкин Иван Анисимович (1917-1979), генерал-лейтенант. В 1939 г. призван в РККА,  в 1941-1945 годы в Действующей армии. В 1949 г. окончил Военную академию им. М.В.Фрунзе, в том же году направлен на работу в военную разведку. В 1950-1954 гг. в служебной командировке в Берлине, сначала по линии ГРУ, затем КГБ.  С 1961 г. - заместитель, начальник 3 Управления КГБ, с 1966 г.  - уполномоченный КГБ СССР в Германии.  С 1974 г. - в ПГУ КГБ.

Федорчук Виталий Васильевич (1918 г.р.), генерал армии (1982). В РККА  с  1936 г.,  участник боев на Халхин-Голе в 1938 г.  в Монголии. В органах военной контрразведки с 1939 г.,  окончил Центральную школу НКВД СССР. С марта 1939 г. оперуполномоченный Особого отдела Уральского военного округа.  Участник Великой  Отечественной войны.  В 1946-1953 гг. на руководящей работе в системе МГБ СССР, в 1954-1955 гг. - заместитель начальника Особого отдела КГБ по  Центральной группе войск. С 1955 г. заместитель, с февраля 1958 г. – начальник Особого отдела Московского военного округа.  С февраля 1963 г.  заместитель,  с  февраля 1966 г.  начальник Управления Особых отделов ГСВГ. С 15 сентября 1967 г. начальник 3 Управления КГБ при СМ СССР, с 1970 г.  член Коллегии КГБ. В 1970-1982 гг. председатель КГБ при СМ Украины.  С 26 мая 1982 г. - председатель КГБ СССР. С 17 декабря 1982 по 24 января 1986 г. министр внутренних дел СССР.

Устинов Иван Лаврентьевич (1920 г.р.), генерал-лейтенант. С 22 июня 1941 г. в Действующей Армии - оперуполномоченный Особого отдела НКВД 16 Армии Западного фронта. С 1974 г. - начальник Управления Особых отделов КГБ по Группе Советский войск в Германии. Автор мемуаров "Крепче стали.  Воспоминания  ветерана  военной контрразведки" (М., 2005).

Душин Николай   Александрович (1919-2001),   генерал-полковник. Участник Великой Отечественной войны, из РККА был направлен в органы военной контрразведки Главного управления  контрразведки  (ГУКР) "СМЕРШ" НКО СССР.  После 1945 г.  на работе в партийных органах,  в том числе и в ЦК КПСС. С февраля 1974 г. - начальник 3 (с 1982 г. - 3 Главного) управления КГБ.  Снят с должности в июле 1987 г.  после проверки деятельности управления Инспекторским управлением  КГБ  за обнаруженные недостатки и нарушения в его работе.

Сергеев Василий Степанович (1927-1990), генерал-лейтенант.      С 1944 г. в РККА, с 1953 г. в органах госбезопасности. Был начальником Управления КГБ СССР по Алтайскому краю, председателем КГБ Кабардино-Балкарской АССР.  С 1983 г.  - в центральном аппарате КГБ СССР. С 1987 г. по ноябрь 1990 г. - начальник 3 Главного управления КГБ СССР.

Жардецкий Александр   Владиславович (1931 г.р.),   вице-адмирал. Окончил военно-морское  училище.  В органах военной контрразведки с 1958 г. (старший оперуполномоченный на атомной подводной лодке  первого образца).  С 1975 г. в центральном аппарате 3 ГУ КГБ. С 1979 г. - заместитель, с ноября 1990 г. - начальник 3 Главного управления КГБ СССР. Уволен в отставку в августе 1991 г. В 1994-1998 гг. – советник аппарата Государственной Думы России.

26. Цитируется  по:  XXII съезд КПСС.  Стенографический отчет. Том 2. М., 1962,  Сс. 400 - 407.                                       

27. Семичастный В.Е. Беспокойное сердце. М., 2002, с. 162.

28. См.: там же, с. 163.

29. См.: Государственная безопасность России: история и современность. М., 2004, с. 643.

30. Cм.: также Донован Д. Незнакомцы на мосту. Дело полковника Абеля. М., 1992.

Ф.Г.Пауэрс,  по контракту с ЦРУ, принимал участие в программе осуществления   разведывательных   полетов   над  территорией СССР (всего с середины 50-х годов имели место более 150 подобных полетов, ряд из которых был "принудительно пресечен силами ПВО СССР".

В виду явно  противоправного  характера  разведывательных  полетов, американская сторона не акцентировала внимания на происшедших "инцидентах"). Сверхсовременный самолет-разведчик У-2 Пауэрса был сбит 1 мая 1961 г. под Свердловском. Этот факт стал причиной как очередного витка напряженности в отношениях между "Востоком"  и  "Западом", так и  причиной срыва встречи на высшем уровне руководителей СССР и США в Париже,  в ходе которой президент Кеннеди отказался  принести соответствующие  извинения.  После 1 мая 1961 г. США отказались от программы пилотируемых разведывательных полетов над территорией СССР.

31. Подробнее о К.Филби и других членах "кембриджской пятерки" советской  разведки  Дж.  Кернкроссе,  Д.Маклине, Г.Берджесе и Э.Бланте см.: Ким Филби в разведке и жизни: свой среди чужих.  М.,  2005;  Колпакиди А.И.,  Прохоров Д.А. Внешняя разведка России. М., 2001, сс.  485-487;  Модин  Ю.И.  Судьбы разведчиков:  Мои кембриджские друзья. М., 1997.

32. Бжезинский Зб.  Большой провал:  Рождение и смерть коммунизма в двадцатом веке.  New-York,  LibertyPublishingHouse,(на русском языке), 1989, с. 216.

33. См.: Семичастный В.Е. указ. соч., с. 244, 252, 254 -274.

34. Подсчитано по: Вестник Архива Президента Российской Федерации // Источник, М., 1995, N 6, с. 153.

35. См.: Семичастный В.Е. указ. соч., с. 244, 252, 254 -274.

36. Алексеева Л.М.  История инакомыслия в СССР: Новейший период.  М.,2001;  Алексеева Л.М.  История правозащитного движения. М., 1996. Об истории "диссидентского движения" также см.: Богораз Л.И., Голицын В.Г., Ковалев С.А., Политическая борьба или защита прав человека?  20-летний опыт независимого общественного движения в СССР. Хроника диссидентского движения (1968 - 1983 гг.).  // Погружение в  трясину: Анатомия застоя. М., 1991, сс. 501 - 544 и 545 - 554.

37. Подробнее см.:  Независимое военное обозрение (НВО), 2004, N 15, 23 апреля.

38. Подробнее см.: Прохоров Д.П.  Сколько стоит продать Родину:  Предатели  в отечественных спецслужбах. 1918 - 2000 гг. М., 2005, сс. 530 - 538.

39. П.В.Попов считается первым сотрудником ГРУ министерства обороны СССР инициативно предложившим свои услуги американской разведке в Вене в январе 1953 г.

Сотрудник ГРУ министерства обороны О.В.Пеньковский, пользуясь дружескими связями с одним из маршалов Советского Союза,  собрал и передал английской  и  американской разведкам сведения о советских РВСН. Разоблачение Пеньковского стало причиной снятия с должности начальника ГРУ И.А.Серова и понижения его в  звании до генерал-майора.

Сотрудничавший с 1962 г. с ФБР, а затем с ЦРУ США Д.Ю.Поляков дослужился до звания генерал-лейтенанта, начальника одного из управлений ГРУ.  Арестован в 1986 г. 2, расстрелян. См.: Разведка и контрразведка в лицах.  Энциклопедический словарь российских спецслужб. М., 2002, сс.382, 397, 399, а также Н.Палмер, Томас Аллен Энциклопедия шпионажа.  М., 1999.

40. Доброва  Мария Дмитриевна (1907-1963),  капитан,  по другим источникам - подполковник ГРУ.  В 1937-1938 гг.  принимала участие в боевых   действиях   в   Испании,   участник   обороны   Ленинграда 1941-1944 гг. С 1951 г. в Советской Армии, в 1956 г. направлена в спецкомандировку (нелегалом) в США. Спасаясь от ареста,  выбросилась с 8 этажа отеля в Нью-Йорке. См.: Разведка и контрразведка в лицах.  Энциклопедический словарь российских спецслужб. М., 2002, с.  158.

41. Большаков Георгий Никитович (1922-1989),  полковник ГРУ.  В 1941-1943 гг. - в действующей армии, помощник начальника разведотдела дивизии.  В 1943-1946 гг.  обучался в Высшей разведшколе ГРУ, а в 1946-1950 гг.  - в Военно-дипломатической Академии (ВДА). В 1951-1955 и 1959-1962 гг. находился в служебных командировках в США.

После возвращения,  по просьбе американской стороны -  ему  не была прощена "неискренность" в контактах с Р.Кеннеди,  причиной которой была позиция советского  руководства,  в  СССР  в  декабре 1962 г.  его "делом" занялась специальная комиссия министерства обороны. Комиссия пришла к выводу, что никаких претензий к Георгию Никитовичу быть не может и что он безупречено выполнял свой служебный долг.

После увольнения из ГРУ работал главным редактором журнала "Советский Союз" ( См.: Полмер Н., Томас А.Б. Энциклопедия шпионажа. М., 1999,  с. 118,  а также интернет-сайт: "Энциклопедия американо-российских отношений").

42. Феклисов Александр Семенович (р.1914) полковник,  Герой  Российской  Федерации(1996г.).  В органах госбезопасности с 1939 г.,  в 1940-1974 гг.  - сотрудник ПГУ.  Работал в легальных резидентурах  в Нью-Йорке (1941-1946гг.), Лондоне (1947-1950), Вашингтоне (1960-1964).

С 1968 г.  -  заместитель  начальника Краснознаменного института ПГУ КГБ.  Его переговоры с неофициальным представителем президента  США Дж.Скали  помогли  выяснить  позицию  администрации США в Карибском кризисе,  получить от имени президента Дж.Кеннеди "официальные  гарантии",  которые строго исполнялись администрацией США.(См. Энциклопедия секретных служб России. М., 2003, с. 751).      Автор воспоминаний "За океаном и на  острове" (М.,  1996г.),  и "Признание разведчика" (М.,1999г.).  Подробно о своих переговорах  с Д.Скали Феклисов рассказывает в первой из названных книг.

 
          ХХ съезд КПСС и органы государственной безопасности СССР

 1. Цитируется  по:  Клайн  Р.  ЦРУ  от  Рузвельта  до   Рейгана. New-York, 1989, сс. 242-244.

2. ХХ съезд Коммунистической партии Советского Союза.  Стенографический отчет. М., 1956. Т. 1, сс. 42, 94 – 95.

3. Цитируется по:  Реабилитация:  Политические процессы 30-х - 50-х годов. М., 1991, сс. 68 - 75.

4. Согласно  наиболее  распространенной и никем на сегодняшний день не опровергнутой не опровергнутой  версии,  фотокопия  доклада была  передана в Варшаве сотруднику Шабак (израильской "Службы общей безопасности",  т.е.  контразведки страны) обозревателем  агентства ПАП Виктором Граевским.  См.: Мельман И., Равив Д. Тайна эпохи "холодной войны": Как секретный доклад Никиты Хрущева попал в руки ЦРУ. // За рубежом. М., 1994, N 14, с. 7.

5.   ДаллесА. Искусстворазведки. М., 1964, с.83.

6. См., например:  Khrushchtv speaks:  Selected speechs,  articles  and press conference:  1949-1961.  New-York,  1963, p. 126. А впервые в "академическом издании" доклад был напечатан в том же 1956 г.:  Anti-StalinCampaignandInternationalCommunism. New-York, 1956. Официально впервые в нашей стране текст доклада Н.С.Хрущева на ХХ съезде КПСС был опубликован лишь в марте 1989 г. в журнале Известия ЦК КПСС N 3(4).

7. Цитируется по: Реабилитация: Политические процессы 30 - 50-х годов - М., 1991,  сс. 19-67.

8.  Реабилитация:  Как это было.  Март 1953 - февраль 1956. Документы Президиума ЦК КПСС и другие материалы. Том I. М., 2000, с. 380.

9. Крючков В.А. Личное дело. Часть 1. М., 1996,  с. 44.

10. Цитируется по тексту, опубликованному в "Правде". См.: Реабилитация:  Как это было.  Февраль 1956 - начало 80-х годов. Документы Президиума ЦК КПСС и другие материалы.  Том 2. М., 2003, сс. 133 - 146.

11. НАТО  -(от  английского Norf-AtlanticTretyOrganization- Организация Северо-атлантического договора)  -  военно-политический союз 14 государств Европы, а также США и Канады, образован 4 апреля 1949 г. В 1955 г. к нему присоединилась ФРГ. В 1966 г. Франция вышла из военной организации НАТО,  в связи с чем штаб-квартира организации была переведена из Парижа в Брюссель.

СЕАТО - Организация договора Юго-восточной Азии,  - военно-политическая группировка,  созданная в сентябре 1954 г.  по инициативе США. Самораспустилась в июне 1977 г.

Багдадский пакт - договор о военном сотрудничестве,  заключенный 24 февраля между Ираком и Турцией, положивший начало формированию военному блоку СЕНТО (Организация Центрального договора) когда к нему в 1955 г. присоединились Великобритания и Пакистан. Ирак вышел из состава организации в 1958 году,  а сама она перестала существовать в 1979 г.

12. См.:  Энциклопедия российско-американских отношений XYIII - ХХ века. М., 2001, с. 172.

Аналогичная тактика  США - усиления экономического давления на СССР,  в сочетании с навязыванием роста расходов  на  вооружение  в связи  с  военными действиями в Афганистане,  была использована для подрыва потенциала СССР на всем протяжении 80-х годов,  что привело к возникновению экономического кризиса, приведшего к дестабилизации общественно-политической обстановки в стране и, в конечном счете, к распаду Советского Союза.

13. См.:  Энциклопедия российско-американских отношений XYIII - ХХ века. М., 2001, с. 597.

14. Там же.

15. См. Письмо ЦК КПСС от 19 декабря 1956 г. "Об усилении политической работы партийных организаций в массах и пресечении вылазок антисоциалистических враждебных элементов" // Реабилитация: Как это было.  Февраль 1956 - начало 80-х годов.  Документы  Президиума  ЦК КПСС и другие материалы. Том 2. М., 2003, с. 208-213.

16. См.:  Лубянка:   Органы   ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ.

1917-1991.Справочник. Документы. М., 2003, с. 697. 

                                              

15 лет во главе КГБ

 1. Цитируется по:  Преданность делу  партии,  социалистической Родине:  речь  на торжественном собрании,  посвященном 60-летию советских органов безопасности 19 декабря  1977 г.  //  Андропов  Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1979, с. 273,275.

2. Верно служить делу партии,  интересам советского народа  // Андропов Ю.В. Ленинизм - неисчерпаемый источник революционной энергии и творчества масс.М., 1984, сс. 336-339.

3. Там же - сс. 337-339.

4. Цитируется по: Каким должен быть чекист: выступление перед выпускниками ВКШ КГБ в июле 1967г.  // Андропов Ю.В. Ленинизм - неисчерпаемый источник революционной энергии и творчества масс.  Избранные речи и статьи. М., 1984, сс. 99-104.

5. См:  Пятьдесят лет на страже безопасности Советской  Родины // Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1983, сс. 85-95.

6. См.:    Лубянка:   Органы   ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991. Справочник. Документы. М., 2003,  сс. 714-723.

7. См.: Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1979, с. 159.

8. См.:  Государственная безопасность России: история и современность. М., 2004, с. 686.

9. См.:  Андропов Ю.В. Ленинизм - неисчерпаемый источник революционной энергии и творчества масс. Избранные речи и статьи. М., 1984, сс. 99.

10. См.:  Выступление  Ю.В.Андропова  на собрании комсомольцев центрального аппарата КГБ,  посвященном 50-летию ВЛКСМ  23  октября 1968г. //  Андропов Ю.В.  Избранные речи и статьи. М., 1979, с. 122.

11. Там же, с. 166.

12. См.: Андропов Ю.В. Ленинизм - неисчерпаемый источник революционной энергии и творчества масс..., сс. 337-338.

13. Чекист - профессия особая:  Выступление перед личным составом ВШ КГБ 1 сентября 1981г. // Ленинизм - неисчерпаемый источник революционной энергии и творчества масс..., - сс. 354-356.

14. Идеологическая диверсия - отравленное оружие  империализма // Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1983, с. 166.

15. См.: Суродин А.И. Спецназ госбезопасности. М., 2002.

16. См.: Дроздов Ю.И. Вымысел исключен: Записки начальника нелегальной разведки. М., 1999;  Болтунов М.А.  "Альфа" не  хотела убивать. М., 1994.

17. Цитируется по:  Крючков В.А.  Личное дело. Часть вторая.  М.,  1996, с.389-390. Впервые документ был предан огласке в декабре 1991 г. в газете «День».

18. Звонарев К.К. Агентурная разведка. М., 2003.

19. См.: Никитин Б.В. Роковые годы. М., 2000, сс.53 - 62.

20. См.:  Палмер Н., Томас Б. Ален Энциклопедия шпионажа. М., 1999, с. 40.

21. См.: Энциклопедия для детей. Т.5. Часть 3. История России. ХХ век. М., 1996, с. 615.

22. Данилов А.А.,Косулина Л.Г.  История государства и  народов России. ХХ век. М., 2001, с. 369.

23. См.: Энциклопедия для детей. Т.5. Часть 3. История России. ХХ век,  с. 618.

24. См.: Швейцер П. Победа: Роль тайной стратегии администрации США в распаде Советского Союза и социалистического  лагеря. Минск, 1995.

25. Подробнее см.: Ютов В. "Каскад" и "Омега". М., 2003.

26. Медведев Р.А. Неизвестный Андропов. Политическая биография.  М., 1999, с. 9.

27. См. Медведев Р.А. указанная работа, - с. 305.
 

То самое, 5-е Управление

1. См.  Медведев Р.А. Неизвестный Андропов. Политическая биография Ю.В.Андропова. М., 1999, с. 96.

2. См.:  Данилова А.А.,Косулина Л.Г. История государства и народов России.  ХХ век.  Учебник для 9-х классов.  М., 2001, сс. 368, 377.

3. См.:  Государственная безопасность России: история и современность. М., 2004, с. 655.

4. См.:  Лубянка: Органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991. Справочник. Документы. М., 2003, сс. 703-708.

5. См.:  Реабилитация:  Как это было.  Документы... Т.2, сс. 485 -  487. "Письмо 13-ти" см. там же сс. 491 -492.

6. См.:   Лубянка:   Органы    ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991. Справочник. Документы. М., 2003, сс. 712-714.

7. Лубянка: Органы ВЧК-ОГПУ....  Сс. 724-425. Подробнее об упомянутых подразделениях см. Петров Н.В. Специальные структуры КГБ по борьбе с инакомыслием в СССР. 1954 – 1989 гг. // Труды Общества изучения истории Отечественных спецслужб. Том 3. М., 2007, сс. 301 – 317.

8. Бобков Ф.Д. КГБ и власть. М., 1995, сс. 192-193. Бобков Филипп Денисович (1925 г.р.),  генерал армии. Участник Великой Отечественной войны,  в Действующей армии с 1942 г..  В 1945-1946 годах - курсант школы военной контрразведки в г. Лениграде. В 1946 - 1953 гг. сотрудник 5 управления МГБ СССР.      В 1954-1955 гг. - заместитель начальника 1 отдела 4 управления КГБ при СМ СССР,  в 1955-1960 гг. начальник 10 отдела ВГУ КГБ СССР, с 1961 г. - заместитель начальника ВГУ.  С 15 августа 1967 г.  - первый заместитель,  с 23 мая 1969  г. начальник 5 Управления КГБ при СМ СССР, затем – первый заместитель председателя КГБ СССР.      С 29 января 1991 г.  - в отставке.  Автор воспоминаний,  в том числе книги "КГБ и власть"(М., первое издание 1995).

9    См.: Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1979, с. 119.

10. Там же, сс. 168-169.

11. Подобнее см.: Андропов Ю.В. Избранные речи и статьи. М., 1983, сс. 161-168.

12. Комитет этот, в который входили сотрудники "идеологических" подразделений  спецслужб США,  руководил деятельностью радиостанций "Свобода" (вещание на СССР на языках населяющих его народов свыше 24 часов  в сутки) и "Свободная Европа" (радиовещание на социалистические страны Европы свыше 20 часов в сутки),  финансировался первоначально  тайно  ЦРУ,  а  затем официально А после разоблачения их связи с ЦРУ на парламентских слушаниях в 1975 г. – финансирование осуществлялось  правительством Соединенных Штатов.

13. См.: Лубянка: Органы ВЧК-ОГПУ..., - сс. 725-729.

14. Попов О.А.  Защитники прав человека или "агенты  глобализма"? // Москва. М., 2004, N1,  сс. 162-191.

15. См.: Москва, 2004, N 1, сс. 169-171.

16. Попов О.А. указанная работа, с. 175.

17. Там же, c. 174.

18. Правозащитник, М., 2000, N 1.

19. Подробнее см.: Лубянка: Органы ВЧК-ОГПУ... - сс.166-168. А также Макаревич Э.Ф. Филипп Бобков - профессионал холодной войны на внутреннем фронте. // Политический сыск:  Истории,  судьбы, версии. М., 2002, с.173-227.

20. См.: Макаревич Э.Ф. указанная работа, с. 206.

21. См.: Родина. М., 1989, N 11.

22. См. : Московские новости -М. - 1992 - N 32, 9 августа.

23. См.:  СССР и международное сотрудничество в области  прав человека. М., 1989;  также подробнее см.: Хлобустов О.М. и др. Права человека и интересы национальной безопасности. М., 1999, сс. 15, 36-47.

24. См.:  Конвенция  о защите прав человека и основных свобод. М.,1996, с.10.

25. См.  Чебриков В.М. Сверяясь с Лениным, руководствуясь требованиями партии. //  Коммунист, М., N 9, с. 48-56.
                         

Тайны Олимпиады – 80

1. См.:  Лубянка  -  Старая площадь:  Секретные документы ЦК КПСС и КГБ о  репрессиях  1937-1990  гг.  в  СССР.  М.,  2005,  сс. 150-153.

2. Российский государственный  архив  социально-политической истории (РГАСПИ) ф.89, оп. 25, д. 56, лл.1-3.

3. См.: РГАСПИ  ф.89, оп. 25, д. 56, лл.1-3. Цитируется по:  Лубянка - Старая площадь:  Секретные документы ЦК КПСС и КГБ о репрессиях 1937-1990 гг. в СССР. М., 2005, сс. 180-182.

 
Из истории борьбы с терроризмом в СССР

1. См.:  Бобков Ф.Д.  Как боролся с террором КГБ СССР //  Российский кто есть кто. М., 2005, N 1, сс. 77-80.

2. Хлобустов О.М. Терроризм в России и большевики // Современный терроризм: состояние и перспективы. М., 2000, сс. 28-35.

3. Мозохин О.Б. ВЧК - ОГПУ: Карающий меч диктатуры пролетариата. На защите экономической безопасности государства и в  борьбе  с терроризмом. М., 2004, сс. 331 - 361.

4.  22 декабря 1968 г.  дезертировавший за сутки до этого из воинской  части под Ленинградом младший лейтенант В.И.Ильин стрелял в машину правительственного кортежа, в которой находились космонавты, вследствие чего был убит водитель автомобиля. КГБ получило информацию о вооруженном дезертире и  предприняло усиленные меры  безопасности - целью террориста,  по его признанию, являлся Л.И.Брежнев. На первом допросе задержанного присутствовали председатель КГБ Ю.В.Андропов.

Следствие продолжалось около полутора лет,  после чего  террорист был  направлен  на  принудительное  лечение ( впоследствии сам Ильин не отрицал наличия у него  психического  заболевания,  и,  по собственному признанию,  "не  имеет  претензий к работникам органов КГБ").

5. Подробнее об этом см.:  Белая книга: Шпионаж и диверсии под лозунгом "защиты прав человека".  Свидетельства,  факты, документы. М., 1979, сс. 241-251.

6. 7 ноября 1990 г.,  находясь в  колоне  демонстрантов  на Красной площади  с  расстояния  в  49 метров от Мавзолея А.А.Шмонов предпринял попытку прицельного выстрела в М.С.Горбачева. До 1996 г. покушавшийся находился на принудительном психиатрическом лечении. О мотивах своего поступка, в том числе выдвигавшихся им "ультиматумах" советскому руководству  Шмонов подробно рассказал в брошюре "Почему я стрелял в Горбачева"(Спб., 2003).

7. Лубянка: Органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1991.

Справочник. Документы.  Составители  А.И.Кокурин,  Н.В.Петров. М., 2003, с. 167.

 8. См.:  Бобков Ф.Д.  КГБ Союза СССР в борьбе с террорром  // Новости разведки и контрразведки. М., 2005, N 7-8(202), с. 5.

9. Подробнее об этом см.: Мата Л.Г. Невидимые властители. Записки агента. М., 1984, а также Хлобустов О.М., Федоров С.Г. Терроризм:  реальность  сегодняшнего состояния // Современный терроризм: состояние и перспективы. М., 2000, сс. 72 -73.

10. См.: Московский комсомолец, 7 февраля 2005 г.

11.  15 октября 1970 г. отцом и сыном Бразинскасы был захвачен и угнан в Турцию рейсовый самолет "Аэрофлота" Ан-14.  При этом была убита 19-летняя стюардесса Н.В.Курченко.      Турция, а вслед за ней и США, куда были экспортированы угонщики, объявили Бразанскасов "политическими  беженцеми"  и  отказались выдать их советскому правосудию.

Этот захват самолета стал первым случаем воздушного терроризма в СССР,  который с середины 60-х  годов  получил  довольно  широкое распространение на Западе.

В 2004 г. Бразинкас-сын был осужден в США за убийство отца.

О других  попытках  захватов  и угонов самолетов в СССР подробнее см.:

Чернопруд С. Андропов и КГБ. М., 2004, сс. 242 - 268.

          12. Подробнее см.:  Лубянка, 2: Из истории отечественной контрразведки. М., 1999, сс. 303 - 306.

          13.      7 ноября 1990 г.,  находясь в  колоне  демонстрантов  на Красной площади  с  расстояния  в  49 метров от Мавзолея А.А.Шмонов предпринял попытку прицельного выстрела в М.С.Горбачева. До 1996 г. Шмонов находился на принудительном психиатрическом лечении. О мотивах своего поступка, в том числе выдвигавшихся им "ультиматумах" советскому руководству  Шмонов подробно рассказал в брошюре "Почему я стрелял в Горбачева"(Спб., 2003).

14. Бобков Ф.Д.  Как боролся с террором КГБ СССР // Российский кто есть кто. М., 2005, N 1, с. 80.

 
На переломе эпох:  КГБ СССР в годы перестройки

1.     Чебриков В.М. Сверяясь с Лениным, руководствуясь требованиями партии // Коммунист. М., 1985, N 9, с. 54.

2. См.: Блинов А.А. От локальной войны к глобальному террору // Независимая газета,  М., 2004, 24 декабря; а также Бирден М., Райзен Д. Главный противник: Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ. М., 2004.

3. Московский комсомолец, 7 февраля 2005 г.

          4. Подробнее  об  иностранном участии в развитии процессов  в ДРА см.:

Бодански Й. Талибы, международный терроризм и человек, объявивший войну Америке.  М., 2002; Бирден М., Райзен Д. Главный противник:  Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ. М., 2004;  Швейцер П.  Победа: Роль тайной стратегии администрации США в распаде Советского Союза и социалистического  лагеря. Минск,  1995.

5.     КГБ лицом к народу :  Сборник интервью и материалов выступлений

 председателя КГБ СССР и его заместителей. М., 1990, с. 3.

6. Подробнее об этом см.: Хлобустов О.М. 1980-е годы: Госбезопасность под ударом. // Исторические чтения на Лубянке 2002. М., 2003, сс. 56 – 62. Он же: Атака на госбезопасность. // Независимое военное обозрение. М., 2003, № 33.

7. См.: Энциклопедия шпионажа. М., 1999, с. 275.

8. Сахаров А.Д. Неизбежность перестройки. // Иного не дано. М., 1988,

с. 125.

9. Стенограмму заседания  Верховного Совета СССР см.: КГБ лицом к народу... - сс. 5-20, а также Крючков В.А. Без срока давности. Книга 1. М., 2006, сс. 44 – 61.

10. См.: КГБ лицом к народу….  Сс. 40-50; Крючков В.А. Без срока давности. Книга 1. М., 2006, сс. 78 – 87.

11. Подробнее см.:  Лубянка,  2: Из истории отечественной контрразведки. М., 1999, сс. 303-306.

12. См.:  Лубянка. Органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917 – 1991. Документы. Справочник. М., 2003, сс. 730-732.

13. Цитируется по:  Лубянка, 2: Из истории отечественной контрразведки.... С. 291.                                          

14. См.: Проблемы борьбы с организованной преступностью: материалы международной научно-практической конференции. М., 1997, 1998, с.47.

15. См.:  Преступность в Российской Федерации в начале XXI века: состояние и перспективы - М. - 2004 - сс. 17-18.

16. Крючков В.А. Без срока давности. Книга 1. Сс. 63 -- 78.

17. Организация Варшавского договора - военно-политический союз социалистических стран Европы, существовавший в 1956-1990гг.

18. Совет  по безопасности и сотрудничеству в Европе - созданная в 1975 г. организация международного сотрудничества государств Европы, а также США и Канады, предшественница Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ).

19. Цитируется по: Источник. М., 1993, N 1, сс.91-95.

20. В этой связи приведем одно, крайне важное на наш взгляд, свидетельство. Авторы «Краткой хроники основных событий России ХХ века»

отмечают чрезвычайно любопытное, но широко неизвестное обстоятельство:

8 января 1988 г. на встрече с руководителями СМИ, идеологических учреждений и творческих союзов М.С.Горбачев призвал их «выбрать между «левыми» и «правыми», между «нетерпеливыми» и «консерваторами». // Пашков Б.Г., Козлов В.П. Краткая хроника основных событий России ХХ века. М., 2004, с. 195).

Этот не привлекший внимания исследователей факт, по нашему мнению, свидетельствует о том, что в этот период в близком окружении Горбачева уже

сформировалась иная концепция и программа продолжения «перестройки», о которой пока еще не говорилось открыто. По своему содержанию она напоминала известный призыв Мао-Цзедуна периода «великой культурной» революции «открыть огонь по штабам!».

21. Подробнее об этом см.: Ворст А. Конец  Штази: История одной  секретной службы. М.,  1994.

22. По версии Калугина – это явилось следствием интриг со стороны его коллег. По официальной версии КГБ и ФСБ России – следствием обоснованных подозрений о связи Калугина с разведкой США. Подробнее об этом см.: Соколов А.А. Анатомия предательства. М., 2005.

       По нашему мнению, версия А.А.Соколова безупречно фактологически и логически аргументирована. В материалах одной из комиссий Верховного Совета РСФСР имеется документальное подтверждение того факта, что Калугин являлся объектом дела розыска «Петров» «по признакам возможного действия на территории СССР агента американских спецслужб». См.: Альбац Е.М. Мина замедленного действия. М., с. 190. 

23. См.:  XXVIII съезд КПСС.  Стенографический отчет. М., 1991, Том 1,  с. 195, 198-200, том. 2,  с.121.

24. См. их мемуары "Лихолетье" и "Личное дело", где приводятся тексты соответствующих выступлений.

25. Степанков В.Г., Лисов Е.К. Кремлевский заговор: Версия следствия. М., 1992, с. 60.

Следует отметить, что издание этой книги не может не вызывать удивления. Во-первых, потому, что еще задолго до начала судебного разбирательства, официальными лицами разглашалась тайна следствия по уголовному делу, имевшему гриф «секретно».

Во-вторых, подобную публикацию нельзя не считать фактом давления на народных заседателей в составе судебной коллегии.

В-третьих публикаторы без комментариев поместили протокол допроса Крючкова от 17 декабря 1992 г., в связи с чем также без комментариев мы воспроизведем следующую выдержку из него:

- Поступала также информация о том, что после распада Союза начнется направленное давление на отдельные территории, совсем недавно единого бывшего Союза для установления на них иностранного влияния с далеко идущими целями.

Поступали сведения о глубоко настораживающих задумках в отношении нашей страны. Так, по некоторым из них, население Советского Союза якобы чрезмерно велико, и его следовало бы разными путями сократить.

Речь не шла о каких-то нецивилизованных методах.  Даже приводились соответствующие расчеты. По этим расчетам, население нашей страны было бы целесообразно сократить до 150 – 160 миллионов человек. Определялся срок – в течение 25 – 30 лет.

Территория нашей страны, ее недра и другие богатства в рамках общечеловеческих ценностей должны стать достоянием определенной части мира. То есть, мы должны как бы поделиться этими общечеловеческими ценностями. Там же, с. 61.

26.  Крючков В.А. Личное дело. Часть 2. М., 1996,  сс. 387-392; Крючков В.А. Без срока давности. Книга 1. М., 2006, с. 17.

27.  Крючков В.А. Личное дело. Часть 2. М., 1996, сс.407-408.

28. Энциклопедия шпионажа. М., 1999,  с.198.

29. См.: Бакатин В.В. Избавление от КГБ. М., 1992, С. 46. Е.М.Альбац по этому поводу «уточняет» - «по западным источникам, численность сотрудников КГБ колеблется от 400 до 700 тысяч сотрудников». Так же Альбац указывала, что, по западным данным – численность «спецназа КГБ» больше, чем во всех ВМС США», и называла цифру 60-70 тысяч. В действительности, его численность была в сотни раз меньше, но у страха глаза велики! См.: Альбац Е.М. Мина замедленного действия: Политический портрет КГБ. М., 1992. с. 26.

30. См.: Мина замедленного действия: Политический портрет КГБ. М., 1992, с.49.                                                                                    

31. Независимое военное обозрение. М., № 36 (494), 6 октября 2006 г.).

32. Лубянка. Органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917 – 1991. Документы. Справочник. М., 2003. С. 719.

 33. Альбац Е.М. Мина замедленного действия: Политический портрет КГБ. М., 1992, с. 41, 59.

 34.  Бейли Дж., Кондрашов С.А., Мэрфи Д.  Поле битвы – Берлин.  М., 2001, С. 14.

 35. Прозуменщиков М.Ю. Документы КГБ в Конституционном суде //  Труды общества изучения истории отечественных спецслужб. М.,  2006, Том 2. С. 338.

 

Часть III. КГБ был. Есть? И будет?

 На путях реформирования: 1991 – 2006 годы

1. Бакатин В.В. Избавление от КГБ. М., 1992, с.73.

2. О становлении и деятельности МБ РФ подробнее см.: Стригин Е.М. КГБ был. Есть. И будет? Том 1, 2. М., 2004, Стригин Е.М. ФСБ при Барсукове (1993 – 1995). М., 2005, Михайлов А.Г.  Портрет министра в контексте смутного времени. М., 2001.

3. См.: Белая книга российских спецслужб. Изд. 2-е, переработанное.  М.,  1996, с. 76.

4. См.:  Коровин В.В.  История отечественных органов безопасности. Учебное пособие. М., 1996, с. 76.

5. Закон РСФСР "О Федеральных органах безопасности" и  Положение о  Федеральной службе контрразведки см.:  Коровин В.В.  История отечественных органов безопасности.... -- Сс. 192-215.

6. См.: Новые Закон и Положение о ФСБ. Сборник нормативно-правовых актов. М., 2004.

7. Стремясь избежать бессмысленного кровопролития при исполнении полученного приказа «о штурме здания Верховного Совета РСФСР», "альфовцы", демонстративно  разоружившись  на глазах находившихся в здании Верховного Совета, безоружные, колонной вошли в него и вывели из здания А.Руцкого, Р.Хаспулатова, В.Зорькина  и  некоторых других "лидеров" мятежного парламента. Это тактическое "своеволие" было незамедлительно образцово наказано.

8. См.: Крыштановская О.В. Сторонники и противники госбезопасности: Явного преимущества нет ни у тех, ни у других // Независимая газета, М., 10 июня 1993 г. Также см.:  Хлобустов О.М. 1980-е годы: госбезопасность под ударом // Исторические чтения "На  Лубянке".  2002  год. М., 2003, сс.56-62.                                                         

 9. См.: Безопасность России: какой ей быть? // Безопасность. Информационный бюллетень Фонда национальной и  международной  безопасности. М., 1994, N 4(20), сс.  5-25.  Материалы конференции легли в основу первого издания Белой книги российских  спецслужб ( М., 1995).  Второе издание книги,  появившееся в 1996 г.,  посвящено преимущественно изменениям в оперативной обстановке в стране и  мире, и  задачам,  встающим  в этой связи перед органами образованной Федеральной службы безопасности Российской Федерации.

10. Российские вести,  20 декабря 1997 г.

11. См.: Собрание законодательства Российской Федерации (СЗРФ). М.,  2000, N 2, ст. 170.

12. См.: Собрание законодательства Российской Федерации. М., 1999, N 2, ст. 233.

13. Цитируется по: Россия и мир в  2020  году. Доклад Национального  разведывательного совета США «Контуры мирового будущего» М.,   2005, с.  131.

14.Статья 3 федерального закона «О противодействии терроризму» содержит также следующие определения ряду других понятий:

Террористическая деятельность- деятельность, включающая в себя:

a)                 организацию, планирование, подготовку, финансирование и реализацию террористического акта;

b)                подстрекательство к террористическому акту;

c)                 организацию незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), организованной группы для реализации террористического акта, а равно участие в такой структуре;

d)                вербовку, вооружение, обучение и использование террористов;

e)                 информационное или иное пособничество в планировании, подготовке или реализации террористического акта;

f)                  пропаганду идей терроризма, распространение материалов или информации, призывающих к осуществлению террористической деятельности либо обосновывающих или оправдывающих необходимость осуществления такой деятельности.

Террористический акт- совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях (в редакции  федерального закона от 27.07.2006 № 153-ФЗ);

Контртеррористическая операция- комплекс специальных, оперативно-боевых, войсковых и иных мероприятий с применением боевой техники, оружия и специальных средств по пресечению террористического акта, обезвреживанию террористов, обеспечению безопасности физических лиц, организаций и учреждений, а также по минимизации последствий террористического акта.

  15. Новые редакции статей Уголовного кодекса Российской Федерации об уголовной ответственности за терроризм.

Статья 205. Террористический акт:

Совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях – наказывается лишением свободы на срок от восьми до двенадцати лет.";

2. Те же деяния, совершенные:

a)     группой лиц по предварительному сговору;

b)    утратил силу;

c)     с применением огнестрельного оружия, - наказываются лишением свободы на срок от десяти до двадцати лет.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, если они совершены организованной группой либо повлекли по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, а равно сопряжены с посягательством на объекты использования атомной энергии либо с использованием ядерных материалов, радиоактивных веществ или источников радиоактивного излучения, либо ядовитых, отравляющих, токсичных, опасных химических или биологических веществ -

наказываются лишением свободы на срок от пятнадцати до двадцати лет или пожизненным лишением свободы.

Примечание. Лицо, участвовавшее в подготовке акта терроризма, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным предупреждением органов власти или иным способом способствовало предотвращению осуществления акта терроризма и если в действиях этого лица не содержится иного состава преступления.

Статья 2051. Содействие террористической деятельности

1. Склонение, вербовка или иное вовлечение лица в совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 настоящего Кодекса, вооружение или подготовка лица в целях совершения хотя бы одного из указанных преступлений, а равно финансирование терроризма -

наказывается лишением свободы на срок от четырех до восьми лет.

2. Те же деяния, совершенные лицом с использованием своего служебного положения, - наказываются лишением свободы на срок от семи до пятнадцати лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей либо в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет либо без такового.

Примечания. 1. Под финансированием терроризма в настоящем Кодексе понимается предоставление или сбор средств либо оказание финансовых услуг с осознанием того, что они предназначены для финансирования организации, подготовки или совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 2051, 2052, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 настоящего Кодекса, либо для обеспечения организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), созданных или создаваемых для совершения хотя бы одного из указанных преступлений.

2. Лицо, совершившее преступление, предусмотренное настоящей статьей, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным сообщением органам власти или иным образом способствовало предотвращению либо пресечению преступления, которое оно финансировало и (или) совершению которого содействовало, и если в его действиях не содержится иного состава преступления.

Статья 2052. Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма

1. Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма - наказываются штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет либо лишением свободы на срок до четырех лет.

2. Те же деяния, совершенные с использованием средств массовой информации, - наказываются штрафом в размере от ста тысяч рублей до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до четырех лет либо лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Примечание.В настоящей статье под публичным оправданием терроризма понимается публичное заявление о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании».

16.  См.: Россия и мир в 2020 году.  М., 2005, с. 125.

17. ФСБ – в кадре: Николай Патрушев рассказал о том, как готовятся профессионалы для контрразведки // Российская газета, 6 сентября 2007 г.
 

Сотрудничество органов безопасности государств СНГ в борьбе с терроризмом

1. См.: Концепция национальной безопасности Российской Федерации (в редакции Указа президента Российской Федерации от  10  января 2000 г.  N  24  //  Собрание  законодательства Российской Федерации (СЗРФ). М., 2000, N 2,  ст. 170.

2. Словарь основных терминов и понятий в сфере борьбы с международным  терроризмом и иными проявлениями экстремизма. М., 2003, с. 29.

3. Подробнее об этом см., например, Хлобустов О.М. Международно-правовые основы борьбы с терроризмом // Государственная служба, М., 2000,  N 2 (8), сс. 55-62; Международный терроризм: истоки и противодействие: Материалы международной научно-практической конференции 18-19  апреля 2001 г., СПб, 2001, сс.256-259;  Хлобустов О.М.  О стратегии противодействия терроризму // Россия в поисках стратегии: общество и власть. М., 2000, сс. 80-84; Хлебников И.Н. Международный опыт борьбы с терроризмом // Обозреватель / Odserver, М., 2002, N  11-12, сс. 41-46.

4. См.:  Международно-правовые основы  борьбы  с  терроризмом: Сборник  документов. М., 2003, сс.21-24,  76-115,  128-135, 157-164, 248-268, 315-317.

5. См.:  Законодательное  обеспечение  борьбы  с  терроризмом: Сборник документов и материалов. М., 2003, сс.152-153.

6. Собрание законодательства Российской Федерации. М., 2002, N 2, ст. 137.

7. См.:  Содружество: Информационный вестник Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ. Минск, 1999, N 2 (32).

8. См.  Международно-правовые основы борьбы с терроризмом: Сборник документов. М., 2003, сс.258-267.

 
Органы госбезопасности России в зеркале общественного мнения

1. См.:  Россия чекистам доверяет.  Органы госбезопасности РФ в зеркале общественного мнения // Независимое военное обозрение. М., 2002, № 34;  Чечня,  терроризм и контртеррористические операции в зеркале общественного мнения //  Власть. М., 2003, N  5, cc.55 - 59;  Атака на госбезопасность: В 90-е годах население почувствовало тоску по "сильной руке" // Независимое военное обозрение. М., 2003, N 33.

2. Подробнее см.: Общественное мнение – 2002. М., 2002.

3. См.: Власть. М., 2004, N 3, c. 34.

4. См.: Общественное мнение. 2002, М., 2002, сс. 10-78.

5. Вэб-сайт ВЦИОМа //www.vciom.ru.

6. ФСБ – в кадре: Николай Патрушев рассказал о том, как готовятся профессионалы для контрразведки // Российская газета, 6 сентября 2007 г.

 
Послесловие
 
1. См.: Петров М.Н. Рецензия на сборник документов "Органы государственной безопасности СССР в Великой отечественной  войне". // Исторические чтения  "На Лубянке". 1997 год. Москва -  Великий Новгород, 1999, с. 112.

2. ФСБ – в кадре: Николай Патрушев рассказал о том, как готовятся профессионалы для контрразведки // Российская газета, 6 сентября 2007 г.

 
Приложения

 На переднем крае «холодной» войны

1. См.: Главный противник: Документы американской внешней политики и стратегии 1945 – 1950 гг.  М., 2006, с. 16.

2. Бейли Дж., Кондрашов С.А., Мерфи Д.  Поле битвы – Берлин. М., 2002, СС. 44 – 65. Отличительной чертой этого уникального издания является тот факт, что подготовлено оно было с использованием рассекреченных материалов ЦРУ США и КГБ СССР-ФСБ России, бывшим директором Оперативной базы ЦРУ в Берлине Дэвидом Мерфи и его советским визави, генерал-лейтенантом КГБ Сергеем Александровичем Кондрашевым. Третий их соавтор – Джордж Бейли, многие годы возглавлявший радиостанцию «Свобода», так же не являлся сторонним человеком в мире тайной войны.

3. Единственными работами, в которых  рассматривались некоторые вопросы создания в послевоенные годы советского аппарата госбезопасности в Германии,  являются статьи В.А.Козлова Деятельность уполномоченного и оперативных групп НКВД СССР в Германии в 1945-1946 гг. и  Н.В.Петрова Аппарат уполномоченного НКВД – МГБ СССР в Германии (1945 – 1953 гг.), опубликованные в сборнике документов: Специальные лагеря НКВД/МВД СССР в Германии в 1945 – 1950 годы. М., 2001, СС. 349 – 366.

4. Бейли Дж. и др.. Поле битвы – Берлин…, сс. 26 – 27.

 5. Там же,  сс. 29 – 30.

6.  Там же,  cc. 485 -487.

7. См.: Главный противник: Документы американской внешней политики и стратегии 1945 – 1950 гг. М., 2006, с. 139.

8. Бейли Дж. и др. Поле битвы – Берлин…, с. 174.

9. Петров Н.В. Первый председатель КГБ Иван Серов. М., 2005, с. 125.

10.   Вольф   Маркус (1923 --2006),  генерал-лейтенант  в  отставке,  в 1958-1986 гг.  - начальник Главного управления "А"  (разведка)  МГБ ГДР.

    С 1934 г.  в эмиграции с семьей в СССР. С 1941 г. - военнослужащий РККА,  член Комитета Свободная Германия, созданного немецкими антифашистами. В 1945 г.  вернулся в Берлин.  С 1950 г. – сотрудник МГБ ГДР.  С 1986 г.  - в отставке. Автор ряда книг, в том числе и о деятельности МГБ ГДР.

В 1992 г.  сдался правоохранительным органам ФРГ.  В  1993  г. приговорен к 6 годам заключения за организацию разведывательной деятельности в ФРГ.  В мае 1995 г. фактически амнистирован на основании решения Конституционного суда ФРГ о неправомерности привлечения к уголовной ответственности разведчиков бывшего МГБ ГДР.

Автор мемуаров: Игра на чужом поле: 30 лет во главе разведки. М., 1998.

11. Цитируется по: Ворст А. Конец штази: История одной секретной службы М., 1994, сс.7-8.

12. Подробнее  см.: Пожаров А.И. Берлин – Москва: кризисы власти летом 1953 г. и роль органов госбезопасности СССР в их разрешении // Исторические чтения на Лубянке. 2005 год. М.,  2006, сс. 149 – 157.

13. Бейли Дж. и др., Поле битвы – Берлин…. с. 330. Примечательно, что США до сих пор не предают огласке большинство осуществлявшихся в то время разведывательных операций.

14. Подробнее см.: Устинов И.Л. Крепче стали. Записки ветерана военной контрразведки. М., 2005.

15. Бейли Дж. и др.. Поле битвы – Берлин…, сс. 339-340.

16. Цитируется по: Ворст А. Конец штази: История одной секретной службы.  М., 1994, с. 9.


Не по лжи? Свидетельствуют нелитературные герои А.И.Солженицына

1.     См.:  Погружение в трясину (Анатомия застоя).  М.,  1991, сс. 698 - 701.

2. Флегон А. Вокруг Солженицына (на русском языке).Тома 1 и 2.  London,  1981. Также см.: Флегон А. Солженицын - пророк?. Бишкек, 1993.

3. Ныне подробнее с историей образования и деятельности указанных организаций читатели могут познакомиться по книгам:  Красная книга ВЧК.    Том 1, 2.    М.,   1990;   Всероссийский   национальный центр. 1918-1920 гг.  М.,  2001; "ВЧК уполномочена сообщить...". М., 2004.
         

Новый лик терроризма

1. См.: Независимая газета,  11 ноября 2000 г.


Бумеранг вернулся…

1. См., например, Независимое военное обозрение, 2005. N 3, 28 января.

2. Подробнее см.:  Хлебников И.Н. Итоги и уроки "четвертой мировой" войны. Как бороться с международным терроризмом. // Обозреватель/Observer, М., 2003, N10, сс. 71-77.

3. Хлобустов О.М. Что противопоставить терроризму в России? // Власть, М., 2004, N 3, сс. 30-34.

4. Цитируется по: Независимая газета,2003, 20 августа.

5. См.: Обозреватель, 2003, N 10, с. 71-77.

6. Цитируется по: Московский комсомолец, 7 февраля 2005 г..

7. Подробнее см.: Швейцер П. Победа: Роль тайной стратегии администрации  США в распаде Советского Союза и социалистического лагеря - Минск - 1995;  ; Бодански Й. Талибы, международный терроризм и человек, объявивший войну Америке. М., 2003; Бирден М., Райзен Д. Главный противник:  Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ. М., 2004.


Редактор Вячеслав Румянцев
При цитировании всегда ставьте ссылку
http://rummuseum.ru/portal/node/2565



Создан 11 сен 2012