Ось взірці того, що страшніше за ворога

 
 

Ось взірці того, що страшніше за ворога




        Подборка материалов по современному состоянию армии

"СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО": Время "Ч"
БУНТ НА КОЛЕНЯХ (Открытое письмо  офицеров  генерального  штаба
министру обороны Российской Федерации)
РОХЛИН Л.Я.: СОСТОЯНИЕ ТУЗЕМНЫХ  ВОЙСК  ЗАПАДА  В  РОССИИ  (О  ВЗРЫВООПАСНОМ
ПОЛОЖЕНИИ   В   АРМИИ)  Заявление  для  печати  председателя  Комитета
Шмидт  Дзоблаев: ВОСЕМЬ МЕСЯЦЕВ В АДУ (исповедь заложника)

                        "СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО"
                                1-2-97

                              Время "Ч"
----------------------------------------------------------------------
                            АРМИЯ И ЕЛЬЦИН
----------------------------------------------------------------------

     Публикуемый нами дневник генштабиста - не просто крик  о  помощи.
Это,  скорее,  вопль отчаяния гибнущей армии России.  Нашим правителям
так и не удалось за шесть лет армию реформировать.  Они  предпочли  ее
уничтожить: так ведь им безопасней. До чего же нужно было довести наше
офицерство,  чтобы один из  представителей  его  элиты  -  Генштаба  -
решился написать то,  что вам предстоит прочитать.  Быть может, кто-то
возразит автору - не следует,  мол,  всю  вину  взваливать  на  одного
президента,  который  к тому же болен и уже давно реально не руководит
страной.  Однако дневник Виктора БАРАНЦА - материал  сугубо  личный  и
субъективный. И в этом его ценность. Предание этого дневника гласности
- дело огромной государственной важности.  Если в срочном  порядке  не
обратить  внимание  на  положение  в армии,  через 3-4 месяца ситуация
может выйти из-под контроля.  И последнее.  Трагизм ситуации еще  и  в
том,  что эта публикация наверняка не подвигнет Кремль изменить что-то
в лучшую сторону.  Скорее всего, дело кончится гонениями, но не против
воров в погонах,  а против человека,  решившегося вслух сказать то,  о
чем думают сотни тысяч офицеров и солдат.
     Я ГОЛОДНЫЙ И ОЧЕНЬ ЗЛОЙ.  Сегодня опять ушел на службу задолго до
того,  как проснется семья.  Чтобы не смотреть в глаза жене,  детям  и
догине   Шерри.  Моего  офицерского  пайка  с  осточертевшей  говяжьей
тушенкой хватает  на  неделю.  В  холодильнике  -  пустынная  зима.  С
некоторых  пор  я  стал замечать,  что домашние каждый вечер встречают
меня глазами моей вечно голодной собаки.
     В метро  я  видел  сухую  старуху.  В руках она держала плакатик:
"Подайте Христа ради - хочу кушать".  Такой же плакатик мне захотелось
повесить  на  грудь  поверх  шинели.  Я  бы  только  добавил  подпись:
"Защитник Отечества"...

                         КАНДИДАТ В КАМИКАДЗЕ

     Сквозь давно  не  мытые  оконные  стекла  своего   генштабовского
кабинета  я  гляжу  на  президентский кортеж,  несущийся по Знаменке в
сторону Кремля. Из моего окна очень удобно угрохать машину Ельцина.
     Гранатомет или  граната типа "Ф-1" - вещи для этого отличные,  но
слишком шумные.  Да и для  прохожих  небезопасные  -  много  осколков.
Останется  только  застрелиться  сразу  после того,  как разлетятся на
куски президент и его длинный сверкающе-черный членовоз.
     Перебираю варианты. Еще один способ отправить Ельцина на тот свет
- установить радиоуправляемую мину на дороге в лючке канализации,  над
которым  наш  Верховный  Главнокомандующий  регулярно проезжает.  Мину
можно купить в Москве почти на  любой  толкучке  за  500  баксов.  Это
примерно две мои месячные зарплаты.  Но где взять деньги, если уже три
месяца государство не отдает  армии  долги?  А  тут  еще,  как  назло,
приболела жена, и я стал единственным кормильцем.
     На днях мне пришлось полдня торчать в двадцатиградусный мороз  на
Киевском  рынке,  чтобы продать комплект зимней военной одежды.  Когда
офицер продает свою форму, он предает собственную честь. Я молил Бога,
чтобы  меня  никто  не  узнал  из  своих,  генштабовских,  или их жен,
частенько в последние месяцы забредавших сюда с той же целью.  Но  все
случилось   хуже  некуда:  меня  узнал  давний  знакомый  -  отставной
преподаватель академии Генерального штаба.  Заметив,  что я дымлюсь от
стыда,  он раскрыл свою громадную,  как танковый чехол, сумку, набитую
сантехникой:
     - Ничего зазорного, полковник. Жизнь вынуждает...
     За последнее время я перебрал много  способов  левого  заработка:
после  службы  собирал  офисную  мебель  в  одном из банков на Арбате,
разгружал вагоны с древесиной на товарной станции и даже  рекламировал
"гербалайф"  среди  пузатых иностранцев у входа в "Метрополь",  до тех
пор пока майор ФСБ не посоветовал: "Смойся дальше, чем я вижу".
     Мои приработки  были  мизерными.  Так что покупка "адской машины"
была столь же нереальной, как приобретение "мерседеса".
     Когда полковникам  очень  плохо,  им  в голову лезут очень плохие
мысли...

                         ГЕНШТАБОВСКИЕ НИЩИЕ

     В дверь моего  кабинета  входит  сослуживец.  Он  бросает  жадный
взгляд на пачку сигарет "LM", лежащую на столе.
     - Старик, извини, можно стрельнуть?
     Слова еще говорятся, а пальцы уже выковыривают сигарету из пачки.
Это нормально.  Так часто делаю и я.  Секунда стыда - зато пять  минут
кайфа.  Лет  десять  назад я бы скорее пробежал по улице голяком,  чем
стрельнул у сослуживца сигарету. Сейчас это обычное дело. Убогая жизнь
и   святые  каноны  офицерского  этикета  превращает  в  условные.  Мы
опускаемся, сами того не замечая.
     Полковник гасит  окурок.  И  смотрит  на меня глазами,  которые я
каждый день встречаю в пешеходных переходах и в метро,  - так  смотрят
бомжи.
     - Старик, у тебя полтинника до получки не найдется?
     Я ничем не могу помочь, поскольку сам начал рабочий день с обхода
кабинетов.  Вот и сейчас по лабиринтам узких подземных коридоров бреду
в  соседнее  здание.  Осталась  одна надежда - друг,  который служит в
Центре военно-стратегических исследований ГШ.  На  его  рабочем  столе
огромная секретная карта,  облепленная роями цифр и букетами стрел.  В
том месте,  где  турецкая  пехотная  дивизия  предположительно  должна
прорваться к Воронежу,  лежит отрывной листок календаря, на котором от
руки написано: "Иванову - 100, Петрову - 500, Сидорову - 750"...
     - Ты, случаем, не богат? - опережает меня стратег, который больше
озабочен собственным безденежьем, чем возможным прорывом турок.
     По тому   же   маршруту   возвращаюсь   обратно.  А  навстречу  -
замминистра  обороны  генерал   армии   Константин   Иванович   Кобец.
Неспешная,  уверенная походочка, ухоженные волосы, крупное красноватое
личико без признаков недоедания и какие-то тяжелые глаза.  Каждый раз,
когда  встречаюсь  с  этим  человеком,  почему-то  испытываю  недобрые
чувства.  Есть у нас такие генералы,  при встрече с которыми у меня  в
голове  мелькают  разные  нехорошие  слова.  Уже  пятый год за Кобецом
тянется длинный шлейф слухов:  его фамилия  называется  в  числе  лиц,
некогда      занимавшихся      грязными      делишками     в     неком
криминально-коммерческом  "Информационном   агентстве"   при   участии
знаменитого  шулера  Димы  Якубовского,  его  уличили в причастности к
нечистоплотной  сделке,  связанной  с  продажей   коммерческой   фирме
минобороновского   25-этажного   дома  в  Северном  Чертанове,  о  его
сказочной даче в Архангельском  рассказывают  легенды.  Не  так  давно
всплыли  какие-то  "церковные документы" с его подписью...  Уже ни для
кого не секрет,  что Кобец имеет надежную крышу в кремлевских кругах и
потому его никто не трогает.
     Мы идем навстречу друг другу.  На  мне  нет  головного  убора,  и
потому  я  по  уставу обязан прижать руки большими пальцами к бедрам и
поворотом головы отдать честь. Честь отдавать не хочется. Потому ныряю
в боковой выход...
     Я возвращаюсь в кабинет и начинаю зло рыться в  столе  в  надежде
откопать  среди  вороха  бумаг  брикет  венгерского  рыбного  бульона.
Голодная генштабовская мышь уже отгрызла половину моей порции. Стакан,
вода,  кипятильник.  И я уже похож на облизывающегося кота, ожидающего
смачного куска с хозяйского стола.
     С нами что-то происходит.
     В памяти,  как в калейдоскопе,  мелькают лица  и  гарнизоны...  Я
видел плачущего полковника Генерального штаба: его жена тайком продала
любимца  семьи,  голубого  немецкого  дога,  чтобы  купить  билет   до
Хабаровска,  -  надо было срочно лететь на похороны отца.  Мой друг из
Питера,  всю  офицерскую  жизнь  помешанный  на  старинных  книгах   и
собравший редкостную домашнюю библиотеку,  сегодня втихаря от домашних
приторговывает  на  книжных  развалах  на  Невском.  В  Тихом   океане
американские матросы с палубы корабля показывали нашим военным морякам
свои белые  и  черные  задницы  под  безудержное  ржание  офицеров.  А
каких-то    пять-шесть   лет   назад   они   отдавали   честь   нашему
военно-морскому флагу...  В ракетной шахте под Нижним Тагилом я  видел
майора-дистрофика,   который   звонко   выскребал  ложкой  тушенку  из
консервной банки и рассказывал о том,  что у  его  детей  и  жены  эта
тушенка уже вызывает рвоту. На Камчатке в магазине "Военторга" офицеры
и прапорщики брали  продукты  "под  запись"  в  долговой  книге  -  до
получки.  Когда же приходила получка, долги в три раза перекрывали ее.
На Арбате бомжующий ветеран Великой Отечественной войны  десятый  день
скандально  торговался  с  чавкающим  жевательной  резинкой  скупщиком
наград.  Тот предлагал  старику  загнать  орден  Красного  Знамени  за
тридцать тысяч. Хозяин ордена хотел сто. И кричал на спекулянта:
     - Ты еще ссыкун,  чтобы  давать  за  добытый  кровью  орден  семь
пакетов кефира!

                      С НАМИ ЧТО-ТО ПРОИСХОДИТ.

     Уже пишется   славная   летопись  еще  одной  ратной  кампании  -
чеченской.  Хоть бы историки не забыли чего,  особенно  как  десантным
полком  мы за два часа брали Грозный.  А затем вывозили в Ростов,  как
мороженую говядину,  трупы наших  пацанов,  "умиравших  с  улыбкой  на
устах".
     На подмосковной военной авиабазе Чкаловской  долго  не  пересыхал
ручей  цинковых  гробов,  в которых были запаяны русские воины - седые
полковники и 19-летние пацаны.  Уже вся  Россия  "заминирована"  этими
неуклюжими  и  страшными  металлическими коробками с кодом "Груз-200".
Цинковый гроб стал единицей измерения "эффективности" нашей политики.
     Где-то на  северной  окраине  Грозного в январе 1995-го чеченский
снайпер  выцелил  светлую  голову  моего   друга   полковника   Володи
Житаренко. Кто хоронил погибших на войне друзей, тот знает, что нет на
свете тяжелее ноши,  чем гроб друга. Но эта ноша неподъемна, если друг
гибнет на бестолковой войне.
     Верховный Главнокомандующий купался в Черном море, играл в теннис
и  дегустировал  редкостные южные вина,  а его полки совсем рядом тупо
терзали чеченские села,  смутно понимая,  какой такой "конституционный
порядок" по велению президента они пришли сюда наводить.  Слепая жажда
мести за погибших товарищей очень часто была двигателем геройства.
     Еще ни  одна армия мира не добивалась победы там,  где ее солдаты
не понимали, во имя какой идеи они идут на смерть.
     Военный хирург,   за   три   чеченских  месяца  наковырявшийся  в
человеческом мясе больше,  чем за 30 лет службы,  рассказывал мне, что
чаще всего ему приходилось слышать от искалеченных пациентов крик: "За
что?!"
     Он не  знает  ответа.  Армия  не  знает  ответа.  Страна не знает
ответа.

                      "ЗА НАШУ СОВЕТСКУЮ АРМИЮ!"

     После того как Горбачев принял "историческое"  решение  о  выводе
наших  войск из Европы,  в армии начался период невиданного морального
разложения,  которое еще больше усугубилось при  Ельцине,  развязавшем
руки  "дикому" бизнесу.  Сокращение Вооруженных Сил с их гигантскими и
плохо контролируемыми запасами оружия и вещевого  имущества  и  других
материальных  средств,  сращение  с коммерцией породили в армии хищную
идеологию  преступной  наживы   за   счет   того,   что   принадлежало
государству.
     Самая крупная в мире  войсковая  группировка  -  Западная  группа
войск  -  в  1991-1994  годах  превратилась  в Клондайк для военного и
гражданского  ворья.  Вырученные  от  продажи  "излишков"   войскового
имущества  колоссальные  валютные средства,  которые по указам Ельцина
должны  были  идти  на  строительство  жилья  для   военных,   нередко
переводились в российские и иностранные коммерческие банки и пускались
в оборот.
     Меня поражала     откровенная     наглость     некоторых    наших
минобороновских  генералов:  в  то  время  когда  семьи   офицеров   и
прапорщиков  выведенных  из-за  рубежа  частей  ютились  на пустырях в
палатках  и   бараках,   а   строительство   многих   жилых   объектов
замораживалось  "из-за нехватки финансовых ресурсов",  министр обороны
Грачев и некоторые его замы покупали дорогостоящие  иномарки,  строили
роскошные  виллы в ближнем Подмосковье,  пускали в коммерческий оборот
десятки миллионов  долларов  и  немецких  марок.  Гигантские  денежные
суммы,  предназначенные  для  приобретения  продовольствия  для войск,
переводились на счета коммерческих структур и "прокручивались"  в  тот
момент,  когда армейские командиры вынуждены были вместо хлеба кормить
солдат сухарями и расходовать неприкосновенные запасы.
     Десятки тысяч офицеров и прапорщиков бродили по городам и весям в
надежде снять за приемлемую цену угол для семьи, а в это время десятки
проектировщиков  и архитекторов корпели над проектами многоэтажных дач
для министра и наиболее приближенных генералов.
     Когда-то мне  довелось  сидеть в знатном немецком пивном кабаке с
офицерами  военной  миссии  Великобритании.  Они  откровенно   крутили
пальцами  у  виска,  когда речь зашла о согласии Горбачева,  Ельцина и
Шеварднадзе пойти на унизительные условия  "бегства"  наших  войск  из
ФРГ.  Когда-то  численность  английского контингента в Германии была в
300 раз меньше советского.  Англичане уходили более десяти лет.  Мы же
за три года в авральном порядке вывели более 500 тысяч военнослужащих.
Около 100 тысяч из них не имели жилья.
     Два десятка дивизий мы вынуждены были бросить в открытые поля.  В
то время я побывал в военном гарнизоне Богучары,  под Воронежем. Тогда
строительство  городка  только начиналось,  и офицеры с семьями жили в
палатках  и  кунгах  по  уши  в  грязи.  Офицеры  дивизии  не  боялись
проклинать   Ельцина   даже  в  присутствии  генералов  и  полковников
Генштаба.  Никто из них  не  считал,  что  не  надо  было  уходить  из
Германии.  Говорили главным образом о том,  что "надо было сделать все
толково",  планомерно,  с достоинством.  Сопрягая темпы вывода войск и
темпы строительства жилья и военных городков.  Истина элементарнейшая.
Но  на  нее  откровенно  начихал  Горбачев.  Он  зарабатывал   дешевую
популярность у немцев на унижении своих солдат и офицеров.
     Ельцин пошел тем же путем.  Он не только не  притормозил  бегство
наших сильнейших дивизий,  а,  наоборот,  ускорил его, пойдя "на более
сжатые сроки".
     Там, в  Богучарах,  мы  сидели в брезентовой палатке,  по которой
беспрерывно строчил холодный осенний дождь, пили из минных алюминиевых
колпачков разбавленный спирт и смотрели по "видику" любительский фильм
о проводах последних российских частей из  Германии.  Явно  "уставший"
Ельцин,  неуверенно дирижирующий оркестром и наваливающийся на кого-то
из дипломатической свиты.  Не  менее  "уставший"  замминистра,  тайком
справляющий  малую нужду под трапом самолета.  Бывший главком Западной
группы войск генерал-полковник Матвей Бурлаков с притуманенным взором.
И  его  замполит  генерал  Иванушкин,  заснувший  на пресс-конференции
своего босса  в  зале  ожидания  подмосковной  авиабазы  Чкаловской  1
сентября 1994 года...
     Офицеры штаба некогда элитной танковой дивизии,  в стылую осеннюю
пору 1994 года сидящей по уши в жирном воронежском черноземе,  до слез
под ядреный  войсковой  мат  ржали  над  выходками  своего  Верховного
Главнокомандующего. То был невеселый смех.
     Накануне 9 мая в  Министерстве  обороны  состоялся  торжественный
прием  известных  военачальников  -  ветеранов  Великой Отечественной.
После банальных праздничных речей и вручения подарков,  как водится  -
по пять капель. За Победу, за Победителей, за не вернувшихся с войны.
     Не лезла в глотку водка.  Что-то противоестественное было в  этом
совместном  застолье  старых и молодых генералов и полковников.  Герои
непобедимой  и  легендарной,  спасшие  страну.  И  "великие  стратеги"
расстрела  депутатов  в  Белом  доме.  Бездари,  погрязшие в Чечне.  Я
чувствовал  себя  непутевым  сыном,  промотавшим  дорогое   наследство
отца...
     Когда уже был потерян счет тостам во славу именинников и в шумном
гомоне  невозможно было услышать,  о чем из дальнего конца зала сквозь
сигаретный     дым     лопочет     очередной     выступальщик,     мой
сослуживец-полковник    сообщил,    что    предлагается    выпить   за
преемственность традиций.
     Увидев, что  рюмка  моего  соседа - ветерана,  генерал-полковника
артиллерии - не наполнена,  я  схватил  бутылку  "Распутина".  Генерал
накрыл рюмку рукой и угрюмо буркнул:
     - Я такие тосты не пью. Огоньку позвольте?
     Мы закурили. Генерал первым нарушил неловкую паузу:
     - Как служится, полковник?
     - Нормально.
     - А как у тебя с совестью?
     - Вы о чем, товарищ генерал?
     - Я тебе не товарищ. Это Грачев тебе товарищ.
     Встреча двух   поколений   славных   защитников   родины  грозила
перерасти в острый диспут.
     - Что вы сделали с нашей армией, полковник?
     Я не знал,  что ответить.  Тамада с другого конца стола прокричал
сквозь балаган:
     - Слово     предоставляется     Герою      Советского      Союза,
генерал-полковнику... почетному гражданину Смоленска и Воронежа...
     Мой собеседник резко встряхнул головой и встал:
     - Налей!
     Я налил. Зал притих.
     - Мой тост очень краток,  - неожиданно звучно и четко объявил мой
сосед. - Предлагаю выпить за славную Советскую Армию! Не чокаясь!
     После некоторого  замешательства  публика  неуверенно  проглотила
этот тост.  А в сторону "президиума" застолья уже мчался  официант,  в
свободное от основной службы время подрабатывающий стукачом. Еще через
пять минут официант вызвал меня в курительную комнату и передал приказ
заместителя  начальника  Генштаба  -  лично спровадить генерала домой:
"Машина у второго подъезда".
     Мой генерал  жил  на Сивцевом Вражке.  В его квартире,  пахнувшей
старой кожаной мебелью,  царил  холостяцкий  бардак  -  жена  генерала
лежала в госпитале. Мы сели на кухне.
     - Ты пей,  - сказал он мне,  - я все равно с  тобой  чокаться  не
буду.
     Генерал принес  на  кухню  огромную  схему  захвата  его   армией
плацдарма  на  Днепре,  повесил ее на ручку холодильника и стал читать
мне лекцию,  то и дело постукивая большой вилкой по стрелам и  номерам
дивизий.
     Где-то за полночь,  когда пехотные батальоны уже вырезали  фрицев
на том берегу Днепра, я заснул и был разбужен негодующим криком:
     - Встать! Умыться!
     После второй бутылки выяснилось,  что генерал был ранен в городе,
где я родился.
     - Если бы я знал,  каких засранцев освобождаю, я бы твой город не
брал!  - сказал он, сдирая с себя рубашку. - Вот смотри, во что ты мне
обошелся.
     Его бок напоминал хорошо засохшее  копченое  мясо.  Уже  светало,
когда мы расстались. Генерал стоял на балконе в белой майке и курил. Я
махнул ему рукой. Он не ответил. Он со мной ни разу так и не чокнулся.
     Я снова воображаю,  что будет,  если раздолбаю машину Ельцина под
окнами Генштаба...
     Театрально проревут  на  похоронах  илюшины,  шумейки,  батурины,
рябовы, филатовы, барсуковы, грачевы - все те, кому нынешний режим дал
возможность отлично поживиться в мутной воде реформаторства.
     А где-то в ободранных российских деревнях перекрестятся  голодные
старики.  Вздохнут  рабочие  заводов и фабрик,  месяцами не получающие
зарплату.  Луч надежды осенит и армию,  в унижении и  крови  прожившую
последние годы.
     ...Но что изменится,  если убрать Ельцина? На смену такому "царю"
может прийти другой.  Так уже было. И я начинаю остывать от крамольных
мыслей.  Ельцин уйдет сам.  Уйдет,  судя по всему,  по-брежневски.  Но
смена  его  лиц  навеки  останется для России и его армии классическим
уроком политического хамелеонства...

                          ИДОЛ БЕЗ ПОЗОЛОТЫ

     В конце  восьмидесятых  мне  довелось  участвовать   в   собрании
партактива Московского военного округа. Военные встретили Ельцина так,
как когда-то встречали русские войска появление Кутузова. Боже, как же
мы тогда его чтили! Казалось, призови нас Боб вымести Горби из Кремля,
мы сделали бы это в мгновение ока.  Сегодня же в кабинетах и коридорах
Министерства  обороны  и Генштаба я постоянно слышу о нем убийственные
по жесткости слова.
     Что же  произошло?  Почему  кумир и надежда армии стал ее врагом?
Знает ли Ельцин, что сегодня офицеры в войсках, сидя за бутылкой водки
или разведенного спирта,  все чаще задаются вопросом: когда же наконец
их президент и Верховный Главнокомандующий  уйдет  из  Кремля?  Бывают
разговоры и покруче: "А не взять ли нам власть в свои руки?.."
     Знает ли Ельцин, что уже в недрах Минобороны и Генштаба некоторые
офицеры    поговаривают   о   создании   своей   военно-патриотической
организации  с  целью  "навести  порядок  в  стране"?  Не  потому   ли
специальным  представителям  ФСБ  в  МО и ГШ с некоторых пор вменено в
обязанность ежедневно докладывать начальству  о  малейших  проявлениях
нелояльности  руководства  МО  к  главе  государства?  Каждый  день  с
Новоарбатской  площади  на  Лубянку  улетает  краткий  и  таинственный
телефонный  доклад:  "По  "первому"  и  "второму" все нормально".  Это
значит,  что и министр обороны,  и начальник Генерального  штаба  пока
ничего  крамольного  в голове не держат.  Но зато держат тысячи других
людей в погонах.
     "По результатам    социологических    исследований,   проведенных
независимыми  армейскими   и   гражданскими   исследователями-учеными,
рейтинг  популярности  Бориса Ельцина в Вооруженных Силах с 42 пунктов
(1990 год - 1-е место) упал до 17 пунктов (1994 год - 8-е место) и  до
10 пунктов (1995 год - 12-е место)".  В это можно или верить, или нет.
Но если который год подряд восемь войсковых офицеров из десяти яростно
костерят Ельцина, то это, наверное, правда.
     А ведь многие помнят его выступления на сессиях Верховного Совета
СССР.  Будущий  российский президент до крови драл горло за то,  чтобы
было  введено  парламентское  утверждение  силовых   и   всех   прочих
министров,  чтобы  была  исключена  малейшая возможность использования
армии в разрешении внутригосударственных конфликтов. А как по-рыцарски
дрался он с коррупцией?
     Куда же делся тот, бунтующий и справедливый Ельцин?
     Один из  сотрудников  военной контрразведки,  полковник Александр
Беляев, вспоминал:
     "В Московском   гарнизоне   после  победы  Ельцина  в  1991  году
отмечалось всеобщее ликование.  По нашим каналам пошла информация, что
почти   80   процентов  кадровых  военнослужащих  и  членов  их  семей
проголосовали за Бориса Николаевича..."
     Генерал-майор Вячеслав Трушин,  в начале девяностых ответственный
работник  Главного  политического   управления   Советской   Армии   и
Военно-Морского Флота, рассказывал:
     "Мы даже не знали,  как об этом докладывать  в  ЦК  КПСС.  Ельцин
везде  побеждал  безоговорочно.  Мы  в Главпуре,  естественно,  велели
результаты  исследований  спрятать  с  глаз  подальше  и  без   нашего
разрешения больше никаких исследований и опросов не проводить. Но в ЦК
по  неведомым  каналам  информация  все-таки   просочилась,   и   наше
начальство  было  вызвано  "на  ковер" на Старую площадь.  Был большой
скандал..."
     Зимой 1991   года   (особенно   после   вильнюсских   событий)  в
Министерстве обороны СССР и Генеральном штабе  стала  бурными  темпами
нарастать  тревога в связи с "вулканическими всплесками" суверенизации
республик. Развитие событий в этом направлении означало катастрофу для
Вооруженных Сил, поэтому в нашем ведомстве крайне негативно относились
к политикам,  инициирующим развал СССР. Уже нельзя было не видеть, что
Ельцин,  почуявший  близость развала,  находил даже какое-то упоение в
этой трагедии. Он как бы мстил Горбачеву за издевательства.
     Беловежская пуща   расчленила  единую  систему  Вооруженных  Сил.
Россия в одну ночь потеряла 17 общевойсковых  и  танковых  армий,  два
армии ракетных войск стратегического назначения,  три армии ПВО,  пять
армий ВВС,  почти всю стратегическую авиацию, а также более 30 дивизий
и  несметное  количество  отдельных  частей,  военных объектов,  баз и
арсеналов.
     Ельцин ехал в Белоруссию,  мне кажется, как инициатор-авантюрист:
у него даже не было обстоятельного плана раздела Советской  Армии,  не
было и простейших расчетов возможных последствий этого дележа.  Словно
очумевший  от  манящего  запаха  кремлевской  самки-власти  мартовский
медведь,  он  рвался  к  ней  напролом сквозь густые и колючие заросли
проблем.
     Еще не  были  выработаны  единые принципы национализации частей и
кораблей  Советской  Армии,  военно-промышленных  предприятий,  баз  и
объектов,  дислоцировавшихся на территориях союзных республик.  Еще не
были    детально    просчитаны    военно-стратегические    последствия
Беловежского  пакта  для  России и других республик СССР.  Еще не были
согласованы "джентльменские условия" с главами всех  республик  Союза,
касающиеся  правовых  механизмов  роспуска  СА.  Еще  не были детально
проработаны многие сотни других военно-политических вопросов, а Ельцин
"бомбардировал"  Кравчука  и  Шушкевича  призывами  стать  хозяевами в
собственном доме.
     И он   достаточно   точно   сумел  сыграть  на  инстинктах  жажды
самостоятельной власти.  После Беловежской  пущи  началась  грызня  за
военное  наследство СССР,  вспыхнули межнациональные войны и конфликты
на территории бывшего СССР,  уже унесшие свыше 110 тысяч  человеческих
жизней.  Три  политика  за  один  вечер  самочинно  решили  судьбы 300
миллионов людей. Эта авантюра будет мстить нам, возможно, веками.
     Так кто  же выиграл после Беловежской пущи?  Россия?  Или Ельцин,
утешивший свое самолюбие тем,  что выгнал Горбачева из Кремля?  Да еще
10-15  процентов  проворных дельцов,  сумевших набить мошну увесистыми
капиталами. Да гигантская армия бандитствующей мафии...
     Когда стране  очень  плохо,  то о политике военный человек думает
чаще, чем о служебных обязанностях.

                ПОЧЕМУ АРМИЯ РАЗОЧАРОВАЛАСЬ В ЕЛЬЦИНЕ

     Августовские (1991 года) события в Москве стали совершенно  новой
точкой  отсчета в отношениях "Ельцин - армия".  И прежде всего потому,
что эти события получили в войсках резко негативную оценку.
     В высших  эшелонах военного ведомства часть генералитета считала,
что ГКЧП надо было действовать смелее  и  решительнее,  другие  вообще
отрицали  необходимость  ввода войск в столицу.  Но и те и другие были
едины в одном:  никакого военного путча не было  -  была  неудачная  и
плохо просчитанная попытка поддержать ГКЧП войсками.
     Ельцин же активно  акцентировал  внимание  на  том,  что  удалось
подавить именно военный путч.
     Армия очень тонко  чувствовала  искусственность  раздувания  шума
вокруг   августовских   событий,   испытывая   определенную   вину  за
свершившееся, но и одновременно - раздражение.
     Первое же  инициированное  Ельциным "военное" решение - назначить
главкома ВВС Евгения Шапошникова министром обороны  -  было  негативно
воспринято не только у нас в МО и ГШ, но и в войсках. Такое назначение
многие считали политически конъюнктурным и даже - дилетантским. Армия,
привыкшая,  что  ею  руководили  многоопытные сухопутные генералы,  не
хотела принимать  в  роли  нового  министра  "летуна",  возвысившегося
только   потому,   что  сумел  продемонстрировать  особую  преданность
Ельцину.
     И вся   дальнейшая   кадровая  политика  Ельцина  в  армии  будет
неизменно ориентироваться прежде всего на лояльность назначенцев. Дров
будет наломано много.
     Еще негативнее армия отнеслась к решению Ельцина  усадить  в  мае
1992 года в кресло министра обороны Павла Грачева - десантника, быстро
скачущего  по  ступеням  военной   карьеры   после   Афганистана,   не
обладавшего  еще  кругозором и опытом,  необходимыми для военачальника
такого масштаба.  К тому же -  с  весьма  посредственным  рейтингом  в
армии.
     Ельцин практически полностью отдал Министерство обороны на  откуп
своему   фавориту.   Именно   при   Грачеве   началась  великая  эпоха
реформаторского бардака,  которая продолжается до  сих  пор.  Он  стал
олицетворением  ельцинской  политики в военной области - импульсивной,
непродуманной,  малопрофессиональной,  грубой.  Негативно  относясь  к
Грачеву, армия так же стала относиться и к Ельцину.
     Зимой 1992-го политическая карьера  Ельцина  висела  на  волоске.
Несколько  тысяч представителей Вооруженных Сил,  съехавшиеся в Москву
на Всеармейское Офицерское собрание, яростно топали ногами, свистели и
зло  требовали,  чтобы  Ельцин  и  его  подельники по Беловежской пуще
немедленно прибыли в Кремлевский Дворец съездов.
     Увидев среди   многочисленных   гражданских   гостей   известного
бизнесмена Константина Борового, я спросил, какой интерес заставил его
прибыть  на  сугубо  военное  мероприятие.  Глаза  Борового  хитровато
заблестели, и он полушутя-полусерьезно ответил:
     - Нельзя быть вдалеке от места, где может поменяться власть...
     Над Кремлем витала гроза.  Казалось, еще немного - и оскорбленная
армия повернет историю в обратную сторону.
     Ельцин долго  не  появлялся.  Он,  по  признаниям  очевидцев,   в
состоянии  легкой  паники  выслушивал  информацию  о  ходе  офицерских
дебатов.  Когда же совсем  запахло  жареным,  он  решился.  Аппаратные
чиновники подготовили ему успокоительную речь с популистскими штучками
типа обещаний выдать всем желающим офицерам  валюту  на  строительство
частного жилья и т.д.  Его выступление прерывалось гулом негодования в
зале и весьма колючими репликами. Разошлись недовольные друг другом.
     Долгое время  между  Ельциным  и  Грачевым  соблюдалось  правило:
ежедневно,  примерно в 10.00,  министр обороны докладывал президенту о
положении дел в армии.  Какими были эти доклады?  Говорили, что Грачев
изо всех сил старался создать у Ельцина впечатление,  что  Вооруженные
Силы под его руководством находятся в высокой степени боеготовности и,
что он неизменно подчеркивал, надежно управляемы.
     Создавалась парадоксальная  ситуация:  президент  сообщал народу,
что   "боеготовность   Вооруженных   Сил    находится    на    уровне,
гарантирующем..." - а Грачев в секретных приказах бил в колокола из-за
снижающейся  боеготовности  войск:  армия  полураздета,   полуголодна,
полуоплачена,  полурасквартирована.  Сотни  шифрограмм  от командующих
военными округами и флотами сливались в гигантский стон.  В июле  1995
года  дошло  до  того,  что  во многих воинских частях солдатам вместо
хлеба стали выдавать сухари.
     Помню скандал,  связанный  со  взрывом  складов  на Тихоокеанском
флоте и трагедией на острове Русском.  Ельцин  тогда  сделал  небывало
резкую  выволочку  Грачеву.  Грачев  убрал командующего ТОФом адмирала
Георгия Гуринова.  Но был ли виноват Гуринов, если и в МО, и в Главном
штабе  ВМФ  до  сих  пор  хранится  ворох  шифрограмм,  в  которых  он
предупреждал  вышестоящее  начальство  и  о   возможных   последствиях
невнимания  к  социально-бытовым  проблемам гарнизона на острове,  и о
том,  что  флотские  склады  более  чем  в   шесть   раз   перегружены
боеприпасами? А Москва продолжала гнать туда эшелоны.
     После отставки Гуринова по флоту прокатилась волна протестов. Все
чаще   стало   звучать   колючее  сочетание  слов:  "антипрезидентские
настроения".
     Что же  в  1992  -  1996  годах  вызывало наибольшее недовольство
военнослужащих и членов их семей?
     Летом 1996  года  мне  довелось видеть конфиденциальный документ,
составленный,  судя по всему,  военной контрразведкой,  - "О характере
основных  критических  высказываний  военнослужащих в адрес президента
РФ". Ельцину инкриминировались:
     1. Причастность  к развалу СССР и его армии.  2.  Уступки США при
подписании договоров о  сокращении  вооружений.  3.  Слабая  забота  о
социальной   защите   военнослужащих.   4.   Заигрывание  с  армией  и
использование  ее  для  расстрела  парламента.  5.  Беспринципность  в
отношении  коррупции  и  протекционизма  в  армии,  грубые  просчеты в
кадровой политике.  6.  Пассивность при формировании военного бюджета.
7. Импульсивное решение проблем ВПК (приватизация, финансирование). 8.
Формирование  "параллельной"  армии.  9.  Отстраненность  от   военной
реформы.  10.  Неадекватная  реакция  на  вывод российских войск из-за
рубежа.  11.  Слабые позиции в отстаивании интересов РФ в отношениях с
НАТО  и  непоследовательность  в проведении военной политики России по
отношению к ряду стран  СНГ,  а  также  в  отстаивании  позиций  РФ  в
Югославии. 12. Юридически необоснованное и неподготовленное применение
силовых  структур  в  Чечне,  лояльное  отношение   к   просчетам   их
руководителей, приведшим к массовым человеческим жертвам.
     Судя по  некоторым  сведениям  из  надежных  источников,  сигналы
разведорганов   об   усиливающихся   антипрезидентских  настроениях  в
войсках,  все  больше   тревожили   начальника   Службы   безопасности
президента генерала Александра Коржакова,  который не раз ставил перед
Ельциным вопрос о том, что министр обороны теряет контроль над армией.
     Знал ли  обо всем этом Ельцин,  думаю,  можно судить по некоторым
признаниям самого президента,  его пресс-секретарей,  по аналитическим
материалам сотрудников аппарата президента,  по многочисленным письмам
кадровых и  отставных  военнослужащих,  справки  о  которых  регулярно
ложились на стол главы государства (копии поступали и к нам в МО,  и у
меня была возможность  систематически  читать  их).  Количество  жалоб
динамично росло.
     Я часто   задавал   себе   вопрос:   почему   молчит    Верховный
Главнокомандующий? Потом понял. Взяв власть, Ельцин часто не знал, что
с  ней  делать.  Очень  часто  он  превращал   власть   в   инструмент
самоспасения. Пожалуй, главным для президента было не то, что думала о
нем армия. Главным было - что думал о нем Грачев.

                       ДВЕ ПОЩЕЧИНЫ ПРЕЗИДЕНТУ

     Накануне парламентских выборов в  декабре  1993  года  в  войсках
прошла тихая,  ненавязчивая обработка личного состава: министр обороны
пообещал Ельцину надежную поддержку "Выбора России".
     После выборов  на одной из пресс-конференций Грачев проговорился,
что  армейские  социологические   службы   провели   "легкий   зондаж"
армейского  общественного  мнения.  Правда,  тогда он не сказал самого
главного -  что  зондаж  выявил  довольно  мрачную  картину:  армия  к
демократам   любовью   не   пылает.  Отвернувшись  от  лошади,  войска
отворачивались и от седока.  В сущности, речь шла о том, принимает или
нет армия ту политику, которую навязали стране Ельцин и его команда.
     Тогда у армии был,  пожалуй,  самый  главный  счет  к  Ельцину  и
ельцинистам  -  за  кровавый октябрь 1993-го.  И армия предъявила этот
счет сполна. Из войск в МО поступала информация, по которой можно было
судить о том, что почти 60 процентов избирателей в армии проголосовали
за Владимира Жириновского.  Вскоре на пресс-конференции Ельцин хотя  и
"срезал" эти результаты,  но признал, что каждый третий военнослужащий
отдал свой голос за лидера ЛДПР и что "это очень серьезно".
     Так армия   мстила   властям  за  то  положение,  в  котором  она
оказалась.  Она мстила  и  президенту.  Армия  не  любит  президентов,
приказывающих ей стрелять в свой народ.
     Хорошо запомнив выволочку,  сделанную ему Ельциным в  1993  году,
Грачев  решил  не повторять такой же ошибки в декабре 1995-го.  Теперь
роль "президентской партии" играл "Наш дом - Россия".
     Иногда мне  казалось,  что  провал  НДР  в  Вооруженных Силах мог
значить для Грачева гораздо больше, чем провал чеченской операции. Как
к  вопросу  "жизни  и  смерти"  относился к этому и начальник Главного
управления  воспитательной  работы  генерал  Сергей  Здориков.  Я  был
поражен   той   наглостью,   с   которой  здориковцы  внедряли  в  СМИ
"результаты" голосования в армии.  "От балды",  например,  были  взяты
данные  о  том,  что  более 70 процентов личного состава группировки в
Чечне проголосовали за НДР.  Таким же образом варганились и данные  по
другим группировкам, военным округам и флотам.
     Уже первые  итоги  голосования  показали,  что  на  Камчатке,  на
Сахалине,  в Приморье КПРФ и ЛДПР захватили лидерство.  У НДР было 5-6
процентов.    Ведомство    генерала    Здорикова     сообщало,     что
воины-дальневосточники  более 40 процентов голосов отдали за НДР,  что
армия предана президенту. Эта ложь ласкала ухо...
     Председатель комиссии  Минобороны  по  организации  парламентских
выборов  1995  года  генерал-полковник   Анатолий   Богданов   однажды
официально  заявил  в прессе,  что "армия проголосовала так же,  как и
весь народ".  Следовательно, учитывая всероссийские итоги голосования,
можно было утверждать, что Вооруженные Силы и во второй раз отказали в
доверии власти во главе с Ельциным.

                         МЮНХГАУЗЕН ИЗ КРЕМЛЯ

     Во время своей поездки по Поволжью в 1992 году Ельцин на одном из
заводов взобрался на стапель и громогласно заявил:  "Черноморский флот
был,  есть и будет российским!" Позже,  в июле  1995-го,  сразу  после
переговоров  с  президентом  Украины  Леонидом  Кучмой он сказал,  что
наконец-то в этой проблеме "поставлена точка". Но когда на другой день
в  Министерстве обороны России появились члены нашей военной делегации
и почти в один голос стали чертыхаться  по  поводу  того,  что  статус
флота  так  и  остался  неопределенным,  что  так  и повисли в воздухе
десятки политических,  экономических, военных проблем, я понял: Ельцин
в очередной раз врал.
     Это подтвердило и  заявление  командующего  ЧФ  адмирала  Эдуарда
Балтина,  сделанное  сразу  после  окончания  переговоров  в Сочи:  до
полного выяснения отношений еще далеко.
     В политической    несостоятельности   высказываний   Ельцина   по
Черноморскому флоту  можно  было  убедиться  еще  раз  летом  1995-го.
Готовился  очередной раунд наших переговоров с украинцами.  Многие мои
сослуживцы были абсолютно уверены,  что речь  пойдет  уже  о  каких-то
мелких  технических  деталях,  поскольку  мидовцы оптимистично уверяли
нас,  что "Борис Николаевич почти все основные вопросы в Сочи закрыл".
И  тут  неожиданно  из  Севастополя  поступила  шифрограмма  с текстом
выступления  первого   заместителя   главкома   ВМФ   адмирала   Игоря
Касатонова.  Кто-то  из  моих  сослуживцев  красным  фломастером жирно
подчеркнул вот эти слова:  "Переговоры по  Черноморскому  флоту  будут
непростыми,  а  наибольшую  сложность представляют вопросы определения
статусов флота и Севастополя..." Некоторые генералы и офицеры МО и ГШ,
прочитав эти строки, вытаращили глаза. Почти все они свято верили, что
недавние заверения Верховного Главнокомандующего  о  "точке"  -  сущая
правда.
     У меня очень часто создавалось впечатление,  что Ельцин давно  не
отвечает  за свои слова.  Перед расстрелом Белого дома он два-три раза
побывал в "придворных" частях и громогласно объявил,  что его выезды в
войска будут регулярными - примерно раз в месяц. После октября 1993-го
президент о своем обещании забыл.  В феврале 1995-го обещал, что через
три месяца выступит со своим видением новой концепции военной реформы.
Этого армия так и не дождалась.
     На Всеармейском  Офицерском  собрании  зимой  1992  года обещал в
течение шести месяцев снять жилищный кризис в армии  и  даже  подписал
Указ  по  обеспечению  военнослужащих  жильем  -  никаких результатов.
Повисло в воздухе и  обещание  платить  военным  долларами,  если  они
задумают строить личное жилье.
     Когда в  первый  раз  самолеты  НАТО  нанесли  удар  по  позициям
боснийских сербов,  Ельцин заявил, что он не был своевременно оповещен
об этой акции.  В это невозможно было поверить  хотя  бы  потому,  что
командующий  силами ООН имеет в своем штабе российского представителя,
который заранее знает,  куда и зачем  полетит  любой  самолет  в  зоне
конфликта.  Я знал, что нашему представителю, как говорится, не снести
головы,  если Москва своевременно не узнает о какой-нибудь готовящейся
военной акции под эгидой ООН.
     Другой случай.  После бомбардировки  Горажде  самолетами  НАТО  в
прессе  появилось  сообщение,  что  Клинтон  и  Ельцин якобы не смогли
своевременно переговорить  по  телефону  из-за  технических  ошибок  в
телефонной    сети.    Один   из   офицеров   Федерального   агентства
правительственной связи и информации рассказывал мне, что все это липа
чистейшей  воды,  так  как  канал  экстренной  связи между Клинтоном и
Ельциным является "горячей линией" ј 1 и сбои в нем недопустимы не  то
что  на 48 часов,  а на 4 минуты.  "Причины инцидента надо искать не в
технической,  а в политической сфере",  - сказал он.  К тому времени я
уже  знал,  что  "техническая  неполадка"  была  выгодна  Ельцину,  не
сумевшему воспротивиться напору Клинтона...
     ЕСЛИ ВЕРХОВНЫЙ  ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИЙ ЛЖЕТ СВОЕЙ АРМИИ,  ОНА НАЧИНАЕТ
ЕГО НЕНАВИДЕТЬ.

                       КАК ЕЛЬЦИН НАДУЛ РО ДЕ У

     Сведения о том,  что в ходе визита в  Южную  Корею  (ноябрь  1992
года)    президент    России    передаст   Сеулу   магнитные   записи,
зафиксированные "черным ящиком" сбитого "Боинга-747", стали сенсацией.
Записи  были приняты южнокорейской стороной с огромной благодарностью.
Передачу их видели  по  телевидению  сотни  миллионов  людей  планеты.
Президент  России  торжественно  извлекал  из  чемоданчика  кассеты  и
сооружал из них пирамидку на глазах сияющего Ро Де У.
     И вот  не  прошло  и трех недель,  а мир облетела новая сенсация:
пленки были...  фальшивыми. Окажись президент любой страны в ситуации,
в   которую   влип   Ельцин,  он  бы  немедленно  освободил  с  постов
руководителей внешнеполитического и военного  ведомств.  И  принес  бы
публичные извинения обманутым корейцам. Ельцин этого не сделал.
     В 1993 году я попытался самостоятельно  докопаться  до  истины  и
вышел  на  контакты  с  офицерами  одного  из  управлений МО,  которые
участвовали в подготовке визита Ельцина в Сеул. Из разговоров с ними у
меня еще больше укрепилось сомнение в подлинности пленки...
     Во время визита в Южную Корею Ельцин пустил еще одного  "петуха".
Чтобы  как-то  задобрить  южных  корейцев,  страшно обидевшихся на нас
из-за сбитого "Боинга",  президент РФ пообещал им, что на Тихом океане
подводный флот более строиться не будет.  Я не знаю, в каком состоянии
Ельцин делал это заявление,  но зато хорошо помню,  что в Министерстве
обороны  и  Генштабе  оно  вызвало  взрыв негодования.  Главком ВМФ РФ
адмирал флота Владимир Чернавин на вопрос,  кто решил  оставить  самый
большой   российский   океанический   регион   без   собственной  базы
строительства подводного флота,  заявил, что сам впервые узнал об этом
из газет и намерен лично обратиться к Ельцину.  Потом оказалось, "идея
родилась спонтанно в голове Козырева и очень понравилась президенту".
     Вскоре из  Комсомольска-на-Амуре  в  Главный  штаб  ВМФ поступила
информация  о  том,  что  руководству  завода,  строящего  атомные   и
дизельные  подводные  лодки,  из  правительственного аппарата прямиком
"поступило  распоряжение"  резать  стапеля  и  недостроенные   корпуса
кораблей.  Я  до  сих пор убежден,  что от этой катастрофы Россию спас
лишь случай:  в то время на Дальнем Востоке  гостил  Руцкой.  Один  из
военных  советников  вице-президента  позже  рассказал мне,  что после
возвращения из Комсомольска он "так наехал  на  Ельцина",  что  тот  в
очередной раз стал кричать, что его "опять подставили".

                      ПРИКАЗ - "ЗАМОЧИТЬ" ЧЕЧНЮ

     На мой взгляд,  военный поход на Чечню с юридической точки зрения
можно квалифицировать как бандитизм в особо крупных  масштабах.  Когда
Ельцину  стало  окончательно  ясно,  что  оппозиция  с помощью русских
танков и солдат не способна завалить режим Дудаева,  он  созвал  Совет
Безопасности  - всего лишь совещательный орган при президенте (тогда у
нас не было Закона о СБ) - и буквально  выдавил  из  всех  его  членов
согласие на карательную операцию.  После короткого трепыхания сдался и
Грачев.
     Позже выяснилось,   что  благословивший  эту  операцию  президент
нарушил  более  двух  десятков  российских  и  международных  законов,
пактов,   соглашений,  положений,  договоров,  конвенций  и  т.д.  Мне
противно было смотреть на одного  из  наших  минобороновских  юристов,
который  в  ходе  "неформальных"  застолий  с  возмущением  говорил  о
преступном авантюризме президента и СБ,  а потом готовил документы,  в
которых  не  было  и  тени сомнения в правовой обоснованности действий
Ельцина.  НЕТ ОТВРАТИТЕЛЬНЕЙ ВЛАСТИ,  ЧЕМ ТА,  КОТОРАЯ ПРИУЧАЕТ  СВОИХ
ГЕНЕРАЛОВ ЛИЦЕМЕРИТЬ.
     Войсковая группировка сшивалась на  живую  нитку  и  представляла
собой уродливое,  плохо обученное вооруженное стадо,  которое послушно
двинулось к чеченским границам, еще слабо предвидя, что его ждет.
     Я думаю,  что Грачев совершил преступление, отдав 11 декабря 1994
года приказ на ввод войск. Но большая вина лежит на совести начальника
Генерального   штаба   генерала   Михаила   Колесникова   -   главного
организатора войсковой операции.  Он сводил воедино,  координировал по
рубежам и времени весь сценарий, торопил войсковых командиров, и он же
оценивал  результаты  разведки  и  прогнозировал  возможный   характер
развития  событий.  За  спиной  Колесникова  стояла  группа  генералов
Главного оперативного управления Генштаба - Виктор Барынькин, Анатолий
Квашнин, Леонтий Шевцов и другие. Страна должна знать своих "героев".
     И лишь два тертых афганской войной генерала - Георгий  Кондратьев
и Эдуард Воробьев - в то время не пожелали пойти на сделку с совестью,
отказавшись  возглавить  во  всех  отношениях  "сырую"  и  политически
сомнительную операцию.
     Чем больше гибло наших солдат и офицеров в Чечне,  тем чаще  люди
задавались  вопросом:  а по закону ли началась вся эта страшная бойня?
Армия хотела быть уверенной,  что не совершает заказное убийство, а по
всем  правовым  нормам  действительно  восстанавливает конституционный
порядок в Чечне. И потому ждала, что же ответит Конституционный суд на
запрос  верхней палаты парламента.  А суд топил разбирательство в куче
технических   деталей   и   откровенно   манипулировал    результатами
расследования в пользу Ельцина.

                        КИЗЛЯР И ПЕРВОМАЙСКОЕ

     После трагедии  в  Кизляре  Ельцин собрал Совет Безопасности,  на
котором  стал  распекать  наших  силовиков.  Больше  всего   досталось
главкому  погранвойск  генералу  Андрею  Николаеву - якобы за то,  что
пограничники пропустили бандитов  "аж  через  две  границы".  Хотя  по
большому счету виноваты были прежде всего Куликов, Грачев, Барсуков.
     Потом был позор Первомайского.  Когда колонна с бандой Радуева  и
заложниками  двинулась из Кизляра в сторону Чечни,  многие генштабисты
дружно  заговорили  о  том,  что  появилась  возможность   преподнести
наконец-то поучительный урок дудаевцам. "Сопровождать" банду Радуева в
Дагестан прибыл лично начальник Главного управления  охраны  Барсуков.
Ему, как одному из "любимых отпрысков царя", нагнали войско, более чем
в восемь раз превосходившее радуевскую банду.  Министр внутренних  дел
Куликов  при  сем  играл  роль "правой руки" Барсукова - и это еще раз
убеждало россиян в мысли,  что уж  два  генерала  армии,  которым  еще
недавно лично президент вручил в Барвихе маршальские звезды, какого-то
там бандита "в телогрейке и с бородой" основательно проучат.  Весь мир
следил  за  движением  полководческой  мысли  главного  охранника.  По
большому счету то был поединок не "Барсуков -  Радуев",  а  "Россия  -
Терроризм".
     Мое воображение уже рисовало картину:  из глубокой земляной  норы
генерал   Барсуков   под  пулеметное  стрекотание  десятков  телекамер
извлекает сдающегося в плен Радуева.  Его банда разгромлена. Президент
шлет приветствие войскам и лично руководителю операции.
     Тройным кольцом  оцепив  Первомайское,  Барсуков  несколько  дней
ковырялся   подле   него,   дав   возможность   Радуеву   основательно
осмотреться,  окопаться, отоспаться. Наши генштабовские аналитики, уже
немало  поднаторевшие  на  уроках чеченской войны,  сразу предсказали,
что,  дав возможность Радуеву  забраться  в  село,  Барсуков  допустил
просчет,  не  простительный  даже  командиру  взвода,  хотя  бы неделю
повоевавшему в Чечне.  Радуева следовало бы вывести в чистое поле, где
все его три сотни боевиков бегали бы под огнем наших войск с земли и с
воздуха,  как крысы  по  ровному  столу.  Но  о  каком  полководческом
искусстве  можно было говорить,  если генерал Барсуков всю свою службу
провел на кремлевском паркете под громкие залпы праздничных салютов  и
бутылок шампанского?
     А Верховный  Главнокомандующий  Ельцин   с   повадками   опытного
охотника-байкаря  в  это  время  рассказывал  зевакам  в  Кремле,  как
великолепно подготовлена  операция,  как  38  снайперов  день  и  ночь
непрерывно следят за своими целями, сопровождая каждое их передвижение
(в том числе и в туалет?),  как будут задымляться  улицы  села,  чтобы
заложникам  было  проще уйти незамеченными.  Весть о славной "виктории
при Первомайском" с часу на час должна была поступить из Дагестана.
     Но вместо  нее  пришло  позорное  сообщение  о  том,  что Радуев,
проскользнув сквозь тройное  кольцо  стороживших  его  войск,  ушел  в
Чечню.  "Великолепно  подготовленная"  операция  обратилась  в конфуз,
после  которого  лучшее,  что  оставалось  сделать  Барсукову,  -  это
где-нибудь под дагестанским кустиком приставить пистолет к виску...
     Многие генералы и полковники  Минобороны  и  Генштаба  мучительно
ломали головы над тем,  как мог Радуев выскользнуть из тройного кольца
с сотней своих бойцов,  да еще при  этом  вывести  почти  сто  человек
заложников?! Рисовали схемы, делали расчеты. И ничего не могли понять.
Ведь у нас были вертолеты, осветительные бомбы, боевые машины.
     А меня  жгла  постыдная  догадка:  а  не  "расступились"  ли наши
войсковые командиры перед радуевцами? Отличный повод "кинуть на камни"
паркетного  полководца,  отомстить  Ельцину за "уворованную победу" по
весне 1995-го...
     Это только версия. Истины никому не узнать.

                       НАКАНУНЕ "ГОРЯЧЕЙ ЗИМЫ"

     Осенью 1995  года  среди  офицеров Минобороны и Генштаба все чаще
можно было слышать разговоры о том,  что Ельцин выработался, а страной
уже  управляет  не  он,  а  придворная команда во главе с Коржаковым и
Илюшиным.  Что  касается  армии,  то  Ельцин,  если  бы  не  чеченская
кампания,  возможно,  вообще не вспоминал о нас. Мы хорошо видели, что
президент всецело сконцентрировался на том, чтобы не допустить прихода
к  власти  оппозиционных  сил,  и потому активно заигрывает с прессой,
губернаторами, партиями демократического толка.
     И вдруг...  Он  в  очередной  раз  попал в кремлевскую больницу с
острым приступом ишемической болезни сердца.  Кремлевская свита срочно
собралась  на совещание.  Надо было решать вопрос о том,  кто временно
будет  исполнять  обязанности  главы  государства.  По  логике   вещей
выходило,  что  Черномырдин.  Но  это  был нож в сердце президентскому
окружению.  Там понимали: случись что, ЧВС будет у руля, всех попросят
на  выход.  С  вещами.  И потому для информационных агентств придумали
кощунственное по сути своей заявление:  президент продолжает управлять
государством. А Ельцин лежал под капельницей...
     С той минуты,  26  октября  1995  года,  когда  из  Кремля  стали
раздаваться  противоречивые заявления о здоровье президента,  я понял,
что правду узнаем только тогда, когда Ельцина не станет...
     ПРАВДЫ ОБ ИСТИННОМ СОСТОЯНИИ ЗДОРОВЬЯ ПРЕЗИДЕНТА У НАС В ГЕНШТАБЕ
И  МИНОБОРОНЫ  НИКТО  НЕ  ЗНАЛ.  Когда  же  нам  из   ФАПСИ   принесли
радиоперехват,  в  котором  говорилось,  что  в  английском парламенте
некоторые   сенаторы    потребовали    определить    новую    политику
Великобритании  по  отношению  к  России "в связи со смертью Ельцина",
наше руководство занервничало и  бросилось  к  "кремлевкам"  -  срочно
звонить знакомым чиновникам в президентском аппарате. Чиновники в один
голос твердили,  что Борис Николаевич  быстро  поправляется  и  совсем
скоро приступит к нормальной работе.
     Для нас, военных, главным было - контролирует или не контролирует
Ельцин ядерную кнопку.  В это время министр обороны находился в США, и
это еще больше обостряло  вопрос.  Вздох  облегчения  наступил  тогда,
когда  стало  известно,  что в кремлевской больнице находился дежурный
офицер с ядерным чемоданчиком.
     Ельцин лежал   под   капельницей,   а   Коржаков,   рассказывали,
распорядился сообщить в СМИ,  что президент продолжает  контролировать
ситуацию  в стране.  По этому поводу у нас в ГШ острословы зло шутили:
"Не приходя в сознание, президент управляет страной".
     По мере  приближения  выборов  в придворных московских дивизиях -
Таманской и  Кантемировской,  а  также  в  столичной  бригаде  особого
назначения  (Теплый  Стан),  в спецназах,  расположенных в Кубинке и в
Сокольниках,  стали происходить вещи,  которые не  могли  не  привлечь
внимание    профессионалов:   личный   состав   укомплектовывался   до
стопроцентного штата, чаще обычного проводились тренировки по сигналам
тревоги.  В  конце  октября  военным  в  1,5  раза  повысили  денежное
содержание.
     А тут  еще  некоторые депутаты Совета Федерации активно пробивали
новый федеральный закон  "Об  обороне",  в  котором  предусматривалась
возможность использования армии "не по назначению". И если учесть, что
столь крупный политический вопрос вновь отдавался на откуп  президенту
и   верхней  палате  парламента,  возглавляемой  активным  сторонником
Ельцина Владимиром Шумейко, то нетрудно было догадаться, что "все идет
куда надо".
     К тому же Шумейко стал все чаще будировать вопрос о необходимости
переноса  выборов,  и  именно этой теме почти полностью была посвящена
беседа президента со  спикером  во  время  их  встречи  в  кремлевской
больнице.
     Были и  другие  настораживающие  признаки  "горячей  политической
зимы".
     Неожиданно для  многих  силовиков  министру  внутренних   дел   и
директору ФСБ Ельцин присвоил воинские звания генералов армии (кстати,
минуя Высшую аттестационную  комиссию  при  президенте,  что  еще  раз
подчеркнуло  грубую  узурпацию  власти  Ельциным  и  отказ  от условия
"играть по правилам"). А Черномырдин подписал постановление, в котором
было  много  статей,  вводимых  при  чрезвычайном положении (например,
милиция и разведка могли без санкции прокурора обыскивать граждан  где
угодно и когда угодно).
     Все это напоминало мне "осенние маневры" 1993 года.  И можно было
сделать  один,  главный  вывод:  Ельцин  и  его  окружение  испытывают
серьезный дискомфорт в связи с предстоящими  выборами  в  парламент  и
готовятся к худшему для себя варианту развития событий.
     20 декабря 1995 года,  еще находясь на лечении в Барвихе,  Ельцин
изъявил  желание принять группу известных генералов армии и вручить им
маршальские звезды.  В их числе оказались начальник Генерального штаба
Михаил  Колесников,  директор  Федеральной  службы безопасности Михаил
Барсуков,  директор Федеральной пограничной службы Андрей  Николаев  и
министр внутренних дел РФ Анатолий Куликов.
     Факт этот  вызвал  в  нашем  ведомстве   недоумение.   Во-первых,
странно,  что  церемония  награждения  проходила  не  традиционно  под
сводами Георгиевского зала Кремля,  а в санатории.  Во-вторых,  почему
через три дня после выборов в Госдуму, результаты которых, безусловно,
никак не могли удовлетворить  Ельцина?  Случайно  ли  он  акцентировал
внимание  "именинников" на особой значимости вручаемой им награды и на
том,  что  они  возглавляют  "важнейшие  силовые  структуры,   которые
обеспечивают   обороноспособность   страны  и  ее  защиту  от  внешних
потенциальных противников,  внутреннюю безопасность  от  экстремистов,
бандитов, террористов, безопасность граждан от хулиганства..."? Тут же
Ельцин недвусмысленно  дал  понять,  что  он  не  допустит  победы  на
предстоящих президентских выборах кандидата от компартии,  ибо, по его
мнению, марксистская идеология является преступной.
     Поневоле возникали ассоциации с осенью 1993 года, когда, пообещав
устроить своим противникам  "жаркую  осень",  президент  щедрой  рукой
одарил генеральскими звездами полторы сотни военачальников и войсковых
командиров и одобрил повышение денежного  содержания  личному  составу
армии.
     А тем  временем  у  нас  в  Минобороны  и  Генштабе  все  упорнее
разгуливали  слухи  о  "странных и непонятных маневрах":  "придворные"
дивизии  переводились  на  новые  штаты  и  укомплектовывались  боевой
техникой  и горючим до 100 процентов.  Офицеры отзывались из отпусков.
Руководство МО - и  особенно  Главная  военная  инспекция  -  допекало
проверками   Московский   военный   округ,   акцентируя   внимание  на
недостатках управления.  За всем этим кое-кто даже  усматривал  подкоп
под  командующего МВО генерал-полковника Леонтия Кузнецова - в октябре
1993 года он, по словам Грачева, "проявлял некоторую нерешительность и
колебания".  Уже  откровенно  поговаривали  у  нас  о  том,  что место
Кузнецова может занять "молодой и решительный" генерал Валерий Евневич
(руководитель оперативной группы наших войск в Приднестровье), который
был  на  короткой  ноге  с  помощником  президента   по   национальной
безопасности Юрием Батуриным.
     Вновь стало  попахивать  кровью.  Еще  по  множеству   прямых   и
косвенных   признаков  можно  было  судить,  что  Кремль  основательно
готовится  к  очередной  схватке  за  удержание  власти   (в   войсках
значительно    возросла    интенсивность    прослушивания   телефонных
разговоров,  сбора  информации  о  нелояльных  к  режиму  офицерах   и
генералах).
     В конце    декабря    1995    года    в    Генштаб    просочилась
"развединформация"  о  том,  что лидер коммунистов Геннадий Зюганов на
базе  одной  из  военных  академий  "провел  консультации  с   группой
генералов"  и  что  разрешение  на  эти консультации были получены "на
уровне главнокомандующего видом Вооруженных Сил". Было ясно, что лидер
КПРФ  в  ответ  на  угрозу  Ельцина  не допустить победы коммуниста на
предстоящих президентских выборах ищет пути  влияния  на  армию.  Наша
разведка  донесла,  что  Зюганов  заявил генералам:  "Не президент,  а
только  народ  может  определить,  кого  он  хочет  видеть  во   главе
государства.  Это  и  будет подлинно демократический выбор".  Генералы
согласно кивали головами...
     Шли последние дни 1995 года. В Чечне день и ночь гремели выстрелы
и взрывы.  На аэродроме в Грозном солдаты и офицеры продолжали грузить
в военно-транспортные самолеты новые цинковые гробы.  Армия проклинала
тех, кто начал эту "непонятную и бессмысленную войну". Президент давил
на  правительство,  с  тем чтобы в 1996-м была резко повышена зарплата
военным.  Ельцин шел им лично апробированным  путем:  когда  армия  не
лояльна к главе государства, он ее покупает...
     В двадцатых числах января 1996 года в Москве состоялось очередное
заседание  глав  государств  СНГ,  на  котором  обсуждались  и военные
вопросы.  Спичрайтеры подсунули Ельцину текст выступления,  которое  в
очередной раз оказалось "проходным".  Вероятно,  сообразив, что оно не
произвело  на  присутствующих  должного  впечатления,   Ельцин   вдруг
ударился  в  длинный и подробный рассказ о событиях в Первомайском.  В
его речи заметно бросалось в глаза то старческое, что подкрадывается к
человеку  исподволь.  Он  повторял  одни  и  те  же  слова,  по-детски
восхищался  банальными  вещами,  как  сенсацию  подавал   давно   всем
известное,    сопровождая   свои   "байки"   жестами,   которые   явно
свидетельствовали о спаде интеллекта и самоконтроля...

----------------------------------------------------------------------
     Главы из   книги   Виктора   Баранца  "Рыцари  и  негодяи"  будут
опубликованы в следующих номерах "Совершенно секретно".
----------------------------------------------------------------------

     Из досье  автора:  полковник  Виктор  Баранец.  С  1983  года - в
центральном  аппарате  Министерства   обороны.   Советник   начальника
Генштаба, старший офицер отдела референтов министра обороны, начальник
Информационно-аналитического  отдела  Управления  информации.  Ныне  -
заместитель начальника пресс-службы МО РФ.  Участник боевых действий в
Афганистане.  Награжден орденом "За службу Родине в Вооруженных  Силах
СССР" III степени и многими медалями.

                        "СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО"
                                4-3-97

                              Время "Ч"
----------------------------------------------------------------------
                            Виктор БАРАНЕЦ

                            АРМИЯ И ЕЛЬЦИН
                Записки полковника Генерального штаба
----------------------------------------------------------------------
                           Начало в ј 2/97
----------------------------------------------------------------------

     Как сотни тысяч офицеров,  я жил надеждой на то, что развал армии
удастся  остановить.  Но  ни  письма   с   Арбата   в   президентские,
правительственные, парламентские инстанции, ни самые жесткие обращения
коллегии МО,  ни убийственные по откровенности заявления министра, его
заместителей и главкомов ничего не меняли. И тогда я решил, что пришел
и мой черед "бросаться под танк".  У меня было единственное  оружие  -
дневник.  Конечно, "крамольные" строки о покушении можно было запросто
убрать.  Да,  но ведь "преступная  мысль"  еще  не  есть  действие,  а
откорректированная   исповедь   -   это  уже  фальшивка.  Согласитесь,
искренность гораздо ценнее лицемерия.  Я понимал,  что  за  публикацию
дневника придется заплатить, но никогда не думал, что цена будет такой
высокой.  Мгновенное освобождение от должности,  приказ об увольнении,
демонстративное  конвоирование  из  здания  Минобороны  и унизительная
процедура лишения служебного пропуска.  Теперь - "наружка" и "хвосты",
круглосуточная  прослушка  домашнего  телефона,  причем  не тайная,  -
разговоры с друзьями и родственниками часто с издевками  перебиваются.
Теперь  и я узнал,  что такое "привет от Максим Максимыча".  Это когда
среди ночи  врубается  на  полную  мощь  телефонный  звонок,  когда  в
почтовом  ящике  нахожу свой портрет в траурной рамке,  а в телефонной
трубке звучит похоронный марш и дочери кто-то советует: "Передай отцу,
есть  очень удобное место на Митинском кладбище".  Все нормально.  При
Ельцине мы обрели свободу слова,  очень во многом реальную. Я хотел бы
видеть того американского полковника,  который посмел бы изложить свои
мысли о Клинтоне.  За предоставленное мне право говорить в глаза моему
президенту  все,  что  я  думаю,  я был готов драться хоть с оружием в
руках.  Можете и сейчас считать  меня  по  этой  части  самым  большим
ельцинистом.  И  мало доблести будет в том,  когда мы станем "нести по
кочкам" человека,  после того как он уйдет с политической  сцены.  Мои
мысли можно принимать или отвергать. Но я никогда не соглашусь с теми,
кто хочет заставить меня изменить позицию. Это мое право.
----------------------------------------------------------------------

              РУССКИЙ ОФИЦЕР ЛЮБИТ СВОЮ РОДИНУ БЕСПЛАТНО

     24 января  1996  года  Борис Ельцин в Кремле за закрытыми дверями
встретился с министром обороны генералом армии Павлом Грачевым. Вскоре
стало  известно,  что беседа шла об углубляющемся кризисе в финансовой
сфере армии:  справка,  которую накануне подготовили Грачеву в Главном
управлении  военного бюджета и финансирования МО,  свидетельствовала о
жуткой ситуации  с  выплатой  денежного  содержания  военнослужащим  и
гражданскому персоналу.
     И вот  уже   дикторша   телепрограммы   "Время"   несет   войскам
архирадостную  весть:  во  время встречи с министром обороны президент
твердо  заявил,  что  все  задержки  военным  по   выплате   денежного
содержания будут в ближайшее время ликвидированы.
     Что-то подобное мы слышали еще осенью 1995 года,  когда эти долги
государства  армии  перевалили  за 2,5 триллиона рублей.  Тогда кто-то
убедил Ельцина,  что один из основных виновников  такого  положения  -
начальник  Главного  управления  военного  бюджета и финансирования МО
генерал-полковник Василий Воробьев.  В ноябре вышел президентский указ
о  смещении  Воробьева.  Ему  инкриминировалось  невыполнение  решений
правительства. В чем именно оно заключалось, Кремль умалчивал. Судя по
тому, что Воробьева не уволили из армии, а всего лишь "вывели за штат"
и стали...  подбирать новую должность,  было абсолютно ясно,  что идет
игра, о которой Ельцин мог и не знать. Было понятно и другое: тот, кто
отважился  на  столь  опасные  маневры  за  спиной  президента,   явно
заинтересован  в  спасении  Воробьева  и  занимает  сильные  позиции в
Кремле.  Вскоре по МО поползли слухи о  причастности  нашего  главного
военного казначея к прокрутке бюджетных денег в коммерческих банках, а
затем газета администрации президента сболтнула больше  положенного...
Но всей правды так никто и не сказал.
     И хотя Воробьева убрали, веры в то, что государство сможет быстро
рассчитаться с армией, было очень мало.
     Наши офицеры,  побывавшие в округах и на флотах,  тоже  сообщали,
что  там  не  возлагают  больших надежд на твердые обещания Верховного
главнокомандующего.  Уже не верят в них и очень многие в Минобороны  и
Генштабе.  Время идет - денег не выдают.  Кто попроворнее - ударился в
тайный "левый" промысел.  Наиболее  удачливы  те,  у  кого  есть  своя
машина.  Но  и им с каждым днем все труднее - слишком много становится
конкурентов  в  Москве.  Да  и  не   каждый   начальник   отваживается
систематически прикрывать "извозчиков" - кто-то же должен и вкалывать.
     И все же идеи учения  чу-чхе  (опора  на  собственные  силы)  все
больше  овладевали  умами моих сослуживцев.  Левые приработки - что-то
вроде спасательного круга в бурном океане российского рынка.
     Однако иные,  даже самые умные полковники, имеющие красный диплом
академии Генштаба,  были совершенно  беспомощными  в  применении  идей
чу-чхе  для  выхода из финансового кризиса.  У одних было слишком мало
практической сноровки,  у других - слишком много совести.  Они  иногда
пытались найти свой выход из положения. Вот кто-то опять подает идею о
забастовке. Но бастовать нам запрещено. Отметается. Хочешь бастовать -
надевай  гражданку  и  иди  к  Белому  дому устраивать пикеты вместе с
зависимыми  и  независимыми   военными   профсоюзами.   Можешь   вволю
наораться, но денег в финчасти от этого не прибавится.
     Мой сослуживец притащил из  управления  кадров  стандартный  лист
контракта  и  пытается  найти  там  графу с обязательствами Минобороны
своевременно выплачивать денежное содержание тому,  кто подписал с ним
договор.
     - Пойди и вытри  этим  контрактом  задницу!  -  советует  товарищ
въедливому правдоискателю.
     Денег офицерам Минобороны и  Генштаба  не  платят  уже  четвертую
неделю.   Некоторые  начальники  даже  стесняются  давать  подчиненным
задания, зная, что могут нарваться на неприятные комментарии.
     И тем  не  менее  наш  "мозговой  трест" день и ночь пашет во всю
мощь.  Чем хуже становится положение  дел  в  армии,  тем  напряженнее
работа.  Сюда,  в кабинеты и оперативные службы нашего "Пентагона", по
сотням,  тысячам не видимых миру каналов стекается военная информация,
которую надо принять, осмыслить, выработать единственно верное решение
и  выдать  его  в  войска.  Сбежал  из  части  солдат  с  автоматом...
Застрелился  офицер...  Нет  горючего  для  выхода  подлодки на боевое
дежурство...  Из-за нехватки  денег  заморожено  строительство  жилого
городка...  Нечем  прикрыть огромный кусок воздушной границы...  Сразу
пятьдесят молодых офицеров подали рапорты с просьбой об  увольнении...
Иностранная   подлодка  нагло  пасется  в  наших  терводах...  Натовцы
проводят инвентаризацию чешских и  польских  аэродромов...  В  учебном
центре под Стамбулом появились новые эмиссары из Чечни...
     Все задачи - неотложные.  Если кто-то по  неопытности  спросит  у
начальника,  к какому сроку надо выполнить задание,  получит фирменный
ответ:  "Ко вчера!" Здесь никто не работает по восемь часов  в  сутки.
Здесь  люди  работают столько,  сколько нужно.  Очень многие уже давно
забыли,  что такое "нерабочий день". Если ты хоть раз не спал на своем
рабочем  столе  или  на поставленных "коробочкой" стульях под шинелью,
провонявшей сигаретным дымом, - ты здесь не "свой".
     После бессонной  ночи  полковник Генштаба с чувством выполненного
долга,  с отупевшей головой и воспаленными белками  глаз  выпадает  на
Новый  Арбат.  Он спит на ходу и потому слегка задевает плечом кого-то
из прохожих. И слышит:
     - Пьянь беспробудная!
     Зря ты так,  тетя.  Сейчас полковник абсолютно трезв.  А  если  и
выглядит захмелевшим, то это от счастья служить родине в кредит.
     Но даже если нам не  будут  платить  годами,  деньги  на  бутылку
всегда найдутся. Ставят отличники чу-чхе.
     С треском  свинчивается  золоченая  голова   "Распутина".   Нежно
булькает в граненый стакан "огненная вода". Кто-то запевает: "На свете
нету лучше красоты, чем красота граненого стакана!" Эти приятные слуху
многих  мужиков  звуки вдруг заглушает знакомый вой сирены - опять под
нашими окнами какая-то шишка торопится в Кремль.
     Мой товарищ  подходит  к окну с пустой бутылкой и замахивается на
мчащиеся кремлевские тачки. Водочные капли падают ему на погон.
     - Ты   похож   на  Сережку  Тюленина,  -  говорит  один  из  нас,
похрустывая маринованным  болгарским  огурчиком.  -  Помнишь,  как  он
забросал немецкую комендатуру бутылками с зажигательной смесью?..
     Отставной полковник Петрович всегда умел после первого же стакана
придать нашим застольям глубоко философский и актуальный характер.
     - Только русский офицер любит родину бесплатно, - говорит он.
     Что будет дальше,  я уже знаю.  После того как мы в очередной раз
отмутузим  родное  правительство  за  невыполнение  военного  бюджета,
погадаем об очередной отставке Грачева, отчихвостим козыревский МИД за
невнятную позицию в отношении НАТО и договора СНВ-2, обменяемся новыми
данными  о происках иностранных спецслужб против России,  разговор так
или иначе выйдет на президента.  На этот раз офицерский диспут  принял
все же неожиданный характер.
     С заседания земельной комиссии центрального  аппарата  Минобороны
возвратился наш представитель.  Полковник сообщил, что наше управление
снова "в пролете" - ни одного участка земли не выделили. А в очереди -
человек двадцать.  Причем почти все прослужили в армии больше двадцати
лет  и,  согласно  указу  президента,  некогда  с  огромным  восторгом
встреченному  личным  составом МО и ГШ,  имели право на клочок земли в
Подмосковье.  Не получили своих законных земельных наделов даже многие
из  тех,  кто  отбарабанил тридцать и больше лет.  А ведь наши офицеры
знали: после сокращения многих частей под столицей земли высвободилось
столько,  что  хватило  бы на два Министерства обороны.  Но со времени
издания ельцинского указа  минуло  более  трех  лет,  а  нам  говорят:
"Ждите".
     Кто виноват?  Знамо дело - президент. Указ издал, а выполнения не
добился.  Пошло-поехало.  Петрович  старше  и  мудрее всех.  Он стучит
вилкой по столу и говорит:
     - А при чем здесь Ельцин?
     Все дружно  замолкают.  Остановив  атаку,   Петрович   решительно
переходит в наступление:
     - Вы что, хотите, чтобы Верховный главнокомандующий ваш земельный
список контролировал или колышки в землю вбивал?
     Кто-то с плохой дикцией замечает:
     - Петрович, ты что... эдвакат?
     Явно не  Цицерона  тут   же   поддерживают   два   контратакующих
полковника:
     - А почему у некоторых  наших  генералов  по  нескольку  участков
земли?
     - Четыре продал - на пятом хоромы построил! Положено десять соток
- выделили по двадцать! Поехали, если хочешь, я сам покажу!
     Безземельные правдоискатели расходятся злые и возбужденные.

                     СТРАШНЕЕ АМЕРИКАНСКИХ РАКЕТ

     У входа   в   Министерство   обороны   (со   стороны   кинотеатра
"Художественный") топчется на морозе группа телевизионщиков - проводят
опрос:  "За кого вы будете голосовать?" Офицеры  при  виде  телекамеры
ведут  себя  по-разному:  одни отворачиваются и проходят мимо,  другие
решаются отвечать.  Только ведь надо быть слишком  рисковым,  чтобы  в
этой ситуации на вопрос: "Вы будете голосовать за Ельцина?" - ответить
в камеру: "Нет". И все же таковые находятся.
     ...Мне вспоминается июнь 1991 года.  Кинотеатр "Октябрь". Встреча
с кандидатом  в  президенты  России  Борисом  Ельциным.  Многотысячная
толпа,  полный  аншлаг.  Если  бы  в  тот день для встречи был выделен
стотысячный стадион в Лужниках,  и там не хватило бы мест. Мне повезло
- я даже сидел.  На грязном, затоптанном тысячами ног ковре. И смотрел
на Ельцина,  как смотрели,  наверное,  в  свое  время  инфантильные  и
восторженные курсистки Санкт-Петербурга на Блока и Есенина.
     Ему почти не давали говорить. Что ни слово - взрыв аплодисментов.
Одному  (единственному) из присутствующих,  генералу,  дали слово.  Он
встал и сказал:
     - Борис  Николаевич,  я  бы  хотел  проинформировать  вас  и моих
соотечественников,  что  в  армии  есть   демократически   настроенные
офицеры,  генералы,  солдаты,  сержанты и прапорщики.  Они имеют честь
служить вместе с вами на благо  нашего  Отечества  и  любимого  нашего
народа.  Мы  обращаемся  ко  всем  военнослужащим армии и флота,  к их
семьям,  близким и друзьям - на выборах действовать не  по  приказу  и
инструкции,  а по долгу совести.  Мы считаем,  что человеку,  которому
была уготована политическая смерть,  удастся возродить наше Отечество,
его величие и славу.
     Если бы   во   время    этой    "молитвы"    начальник    кафедры
партийно-политической   работы   Военно-политической   академии  имени
В.И. Ленина генерал Владимир Дудник стоял перед Ельциным  на  коленях,
зал принял бы это как совершенно естественное действо.
     Прошло пять лет,  и тот же генерал Дудник  уже  не  "молился"  на
своего идола, а метал в него громы и молнии:
     - Сегодня ясно,  что Ельцину не удалось возродить величие и славу
Отечества.  Вместо  обещанной  демократии  мы получили болтовню о ней.
Вместо благосостояния - обнищание и без того нищих, вместо просвещения
-  государственную  ложь  без  меры и конца.  Вместо славы и величия -
национальный позор.  Вместо обещанной военной реформы - бесконечную  и
бесславную  войну,  новых  вдов,  новую  кровь и бесчисленные слезы...
Скажем ему спасибо за то,  что он сделал в начале пути к демократии, и
попросим: освободите дорогу другим.
     Дудник не одинок. Дудников у нас миллионы.
     Когда мы  избирали  Ельцина  в первый раз президентом,  я бегал с
переносной урночкой по квартирам,  где лежали на  "утках"  неподвижные
седоволосые  старики,  и  радовался  каждому бюллетеню,  опускаемому в
ящик.
     Потом кумир просил меня "потерпеть до осени".
     Я терпел.
     Потом он обещал мне военную реформу.
     Я верил.
     Когда-то преподаватели  меня  учили:  можно  обмануть  человека -
нельзя обмануть народ.  Теперь я знаю:  народ обмануть  можно.  В  том
числе и военный. И не однажды...
     ...Я вновь прокручиваю пленку с  записью  выступления  Ельцина  в
Кремле 23 февраля 1996 года.
     "Сегодня российским воинам,  как и всему народу, приходится очень
нелегко.  Российские  воины  могут  быть  уверены,  что  государство и
общество  поддержат   их   не   только   словами   признательности   и
благодарности.   Самое   серьезное  внимание  будет  уделено  насущным
армейским   проблемам,   своевременному   бюджетному    финансированию
приоритетных  направлений  военного строительства,  решению социальных
проблем военнослужащих и членов их семей..."
     Не так  давно  к  нам  в  Минобороны  приезжала  немецкая военная
делегация.  За чашкой чая разговорились с германским полковником. Ганс
говорил:
     - Я на слюжбе думать только слюжба.  Ты на слюжба думать  дэньги,
квартира, кюшат, адэжда. Это пльохо.
     Пльохо, Ганс. Очень пльохо. Я и без тебя это знаю.
     Я знаю,  что  настоящий  офицер  чаще  всего должен думать о двух
вещах.  О службе и о женщинах.  Наверное,  только тогда  армия  станет
армией.  Что  же  это  за армия,  если о деньгах думается чаще,  чем о
женщинах?
     Теперь я  понимаю:  нехватка  денег  для  армии  сегодня  для нас
страшнее американских ракет.  Отсутствие денег  -  вот  то  чудовищное
универсальное  оружие,  которое день за днем убивает мою армию.  Из-за
этого солдаты выходят грабить на дорогах, стреляются офицеры, замирают
полигоны, самолеты и корабли, пишут рапорты лейтенанты, живут по чужим
углам полковники,  взрываются ракетные  установки  и  разведывательные
спутники, голодают и разваливаются семьи, продаются уникальные военные
технологии и военные тайны,  разворовывается  оружие,  превращаются  в
торгашей генералы.
     Это универсальное оружие убивает не только армию.  Оно уничтожает
и Россию как государство.
     Подумаем и о потомках.
     Песню "Вставай,  страна огромная" лучше всего петь вовремя. Хотя,
конечно, лучше вообще не петь ее без повода. Но помнить надо наизусть.
     Я знаю, тогда из Кремля нам скажут:
     - Дорогие российские воины! Ваш долг перед Отечеством...
     А у меня сегодня долг перед сослуживцем. "Лимон".
     Еду занимать деньги к Таньке-челночнице, бывшей жене моего друга.
     - О,  господин полковник!  - закатывает глазки Танька,  кутаясь в
махровый купальный халат. - Прошу в мой штаб.
     "Был бы я господином, ты бы ко мне ходила, - думаю я. - Пока же я
- товарищ. И меня приперло".
     Танькин "штаб"  и  мой  "сарай"  - приемные покои короля Брунея в
сравнении со студенческой общагой.  Одни дверные ручки,  по-моему,  не
дешевле "мерседеса".
     Танька наливает кофе и садится напротив  меня,  закинув  ногу  на
ногу  так,  что  я  вижу кружевные краешки ее белоснежных трусиков.  С
такими ногами и без ходок в Турцию  можно  было  стать  миллиардершей.
Отвожу глаза и мычу что-то о глубоком финансовом кризисе.
     - Какие проблемы, полковник?! - Порывшись в сумке пухлой ручкой с
бриллиантовым   булыжником  на  пальце,  она  небрежно,  словно  пачку
салфеток,  швыряет на стол толстую пачку денег.  - Бери все. Я сегодня
добрая. Народ и армия едины!
     Уже в дверях, расшаркиваясь, обещаю, что "сразу после получки"...
     - Сразу  после получки поможешь мне племянника от армии отмазать,
- неожиданно заявляет Танька.  - Тогда еще десять таких  батонов  дам,
полковник. Даже пятнадцать.
     Щелкает дверной замок.  У меня в руках уже не деньги  в  долг,  а
считай что взятка. "Опять по пятницам пойдут свидания..."
     Иду и соображаю:  отмазка от священного  долга  перед  Отечеством
стоит всего полтора десятка миллионов. Подешевело...

                       "ТЕАТР" ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

     Генералы и  офицеры  Минобороны и Генштаба в первой половине 1996
года чем-то напоминали мне спецконтингент театральных зрителей. Однако
они  не только смотрели остросюжетную политическую драму "Россия перед
выбором", но и сами участвовали в ней.
     Причем по  ходу  развития  событий  действующее  лицо,  именуемое
армией и в начале действа появлявшееся лишь "в  эпизодах",  к  моменту
кульминации начинало становиться одной из заметных фигур на сцене...
     В больших и маленьких кабинетах большие и  маленькие  специалисты
ежедневно  просчитывали  варианты  развития событий.  Но и те и другие
сходились во мнении,  что политическая ситуация, сложившаяся в России,
делала весьма проблематичной победу Ельцина на выборах. Провал "партии
власти" на парламентских выборах,  чеченский кризис,  выигрышный выход
из  которого  Ельцину  найти было крайне трудно,  углубляющийся развал
экономики,  потеря опоры в лице старой демократической гвардии, мощное
усиление  позиций  коммунистов  и  национал-патриотов в парламенте и в
стране - все это превращало шансы Ельцина на продление  президентского
мандата почти в призрачные.
     Но он все же  бросил  очередной  вызов  судьбе.  Нельзя  было  не
видеть,  что  Ельцин стремился ради победы на полную мощь использовать
преимущества своего "служебного положения":  он пошел  на  откровенную
"покупку"    электората   с   помощью   обещаний,   денежных   подачек
банкротствующим предприятиям и других конъюнктурно-популистских  шагов
(разоблачение    некоторых   коррупционеров,   снятие   с   должностей
руководителей, ответственных за провалы в экономике и финансовой сфере
и  т.д.).  Ельцин  наверняка хорошо знал,  что легче всего "ловится на
удочку" интеллигенция.  У нее к президенту была  главная  претензия  -
война в Чечне.  Ельцин тут же объявляет о своем плане ее окончания,  и
интеллигенция   "горячо   поддерживает    мужественный    шаг    главы
государства".
     ...Моим сослуживцам из Генштаба этот план до лампочки: они знают,
что  пока  такого  не  существует  в  природе.  Генштабовские головы и
компьютеры уже перебрали, наверное, миллиона три комбинаций, и ни одна
из них не устраивала полностью ни Ельцина,  ни дудаевцев. Уйти - сдать
Чечню.  Остаться - продолжение войны. Возникла ситуация, очень похожая
на то, если бы человеку предлагали на выбор отпилить руку или ногу. Но
если все-таки уходим,  то ради чего  "приходили"?  В  МО  и  ГШ  часто
позванивают из Кремля. Все чаще вызывают наших на консультации.
     Генерал, побывавший в Кремле, приехал мрачный. Сказал:
     - По-моему, Ельцин и сам не знает, что делать.
     - Ельцин  размышляет  над   генеральным   вариантом   выхода   из
чеченского  кризиса.  -  Так  пресс-секретарь Сергей Медведев объяснял
затянувшееся молчание своего патрона.
     Он напоминал мне адъютанта Петьку, который с крыльца дивизионного
штаба кричал бойцам:
     - Тихо!!! Чапай думать будет.
     Но уже приближался конец марта, а Ельцин по-прежнему молчал. Пока
президент  размышлял,  наши  изо всех сил стремились добить дудаевские
отряды.  В   Кремле   говорили   о   важности   политических   методов
урегулирования конфликта в связи с выборами.  А в чеченских предгорьях
разъяренная армия  вырубала  селения.  Было  ясно:  генералы  задумали
вынудить  чеченцев  "сдаться".  О масштабах и интенсивности боев можно
было судить хотя бы по  тому,  что  в  двадцатых  числах  марта  резко
поползла  вверх  кривая  гибели  наших  военнослужащих.  В  те дни был
установлен первый весенний "рекорд" - за один день 27 трупов.
     А Киселев в своих "Итогах" каждое воскресенье убеждал Россию и ее
армию, что рейтинг Ельцина растет как на дрожжах...
     В Министерство  обороны и Генштаб по конфиденциальным каналам все
чаще и чаще просачивались сведения,  что в Кремле денно и  нощно  идет
активнейшая  работа по созданию "управляемой системы" выборов.  Кто-то
из наших проговорился,  что на прошлых выборах  упрятали  от  подсчета
почти   два   миллиона   "ненужных"   голосов.   Так   что   по   этой
чаконфиденциальным каналам все чаще и чаще просачивались сведения, что
в Кремле денно и нощно идет активнейшая работа по созд
     - Запомни,  сынок. Бывают президенты, которые покупают. Но бывают
и такие, которых покупают.
     ...Бывают в жизни России такие события,  от которых у нас в МО  и
ГШ  начинает пахнуть пороховой гарью октября 1993 года.  15 марта 1996
года Государственная дума приняла заявление о  денонсации  Беловежских
соглашений.  Кремль  сильно занервничал.  К нам на Арбат пошли суровые
сведения:  некоторые горячие головы подталкивают президента к введению
чрезвычайного положения.  Вскоре стало известно: на тайное совещание в
Кремль были вызваны все силовики.  За исключением Грачева. Пал Сергеич
уже "настрелялся" и выводы для себя сделал.  Наши "надежные источники"
в  Кремле  сообщили,  что  там  произошла  схватка  между  Ельциным  и
министром  внутренних дел.  Рассказывали,  что генерал Куликов остудил
горячие  головы,  которые  подталкивали  президента  к  силовым  мерам
"наведения   порядка".   Он   признался,  что  в  армии  очень  сильны
антиправительственные  настроения  и  что  она  вряд  ли  выступит   в
поддержку ЧП.
     Судя по реакции президента,  на  такую  позицию  Куликова  он  не
рассчитывал.
     - Я вами недоволен, министр, - рубанул Ельцин.
     Идея ввода  ЧП  скончалась,  не  приходя  в  сознание.  Но  слова
Куликова о нелояльности армии, видимо, серьезно встревожили Б.Н. и его
команду.  Уже  вскоре  помощник  президента  по экономическим вопросам
Александр Лившиц провел у нас в  Минобороны  встречу  с  генералами  и
полковниками.   Такие   же  встречи  провели  помощник  президента  по
национальной  безопасности  Юрий   Батурин   и   глава   администрации
президента  Николай  Егоров.  Слушая  их,  я  понял  одно:  идет явная
"лоялизация"   сознания   армейского   руководства   с   прицелом   на
президентские выборы.

                         АРБАТСКИЕ ГАДАЛЬЩИКИ

     Чем ближе выборы, тем чаще в генштабовских кабинетах поговаривают
о том,  как бы дело не дошло до очередного ввода танков в  Москву.  Мы
люди военные,  и умение предвидеть возможные варианты развития событий
- наша профессия. Не менее искусные прогнозисты сидят и в Кремле. Один
из  моих  сослуживцев-аналитиков намекает:  "вверху" просят просчитать
возможные варианты поведения армии в различных ситуациях.
     Вскоре следует  звонок,  подтверждающий  просьбу.  Она становится
заданием.
     Мы с другом "морщим репу",  насилуем компьютеры.  Где-то в других
кабинетах десятки людей занимаются тем  же.  Обмениваться  информацией
нельзя.  Конкурс.  На альтернативной основе.  Генштаб гадает.  Задание
особой важности. Друг говорит:
     - Как будем писать - как "верхам" хочется или как мы думаем?
     - Второй вариант.
     Поехали...
     "Вероятные действия  армии   в   случае   отсрочки   или   отмены
президентских выборов.
     а) Если Ельцин не захочет довести дело до выборов...
     б) Если на выборах победит соперник Ельцина...
     в) Если Ельцин пойдет  на  фальсификацию  итогов  голосования,  а
оппозиция уличит его в этом...
     г) Если поддерживающие Ельцина силы предпримут попытку устранения
его главного соперника на выборах..."
     У меня сохранился черновик нашего опуса.
     В каком виде он дошел "вверх",  я не знаю, но неприятности у меня
были серьезные.
     ...От работы меня отвлекает тихий шорох в углу кабинета.  Там, на
тумбочке,  лежит  копия  одного  из  указов  о  реформировании  армии.
Огромная  генштабовская  мышь  самозабвенно  грызет  бумагу.  Я  боюсь
пошевелиться. "Приятного аппетита, коллега..."
     Какие бы  прогнозы  ни строили аналитики в тот период,  их осевая
линия неизбежно проходила через Чечню. Россия ждала: что же предпримет
президент?
     Гражданские и военные ждали главного - мира.
     Ельцинский план   урегулирования   чеченского   конфликта   начал
рушиться сразу после ввода его  в  действие.  Уже  через  сорок  минут
пополуночи  2 апреля на Центральном командном пункте Генштаба раздался
звонок из штаба Объединенной группировки в Чечне, и дежурный доложил о
нападении дудаевцев на позиции наших войск.
     - Я не удивлюсь,  если кто-то из Кремля поползет к  дудаевцам  на
коленях и попросит прощения,  - зло сказал мне по телефону дежурный по
Центральному  командному  пункту  Генштаба.  Красным  фломастером   он
подчеркивал в новой шифровке данные об убитых и раненых...
     Мой сослуживец,  на  следующий  день  возвратившийся  из   Чечни,
рассказывал:
     - Сижу с офицерами в штабной  палатке.  Смотрю  телевизор.  Какой
канал ни включаем,  везде:  "В Чечне уже не стреляют". И тут же звонок
полевого телефона: начальник разведки дивизии и его заместитель попали
в чеченскую засаду и погибли...
     Все остальное известно.
     О закулисных сторонах чеченской войны - отдельный разговор.
     Но нам никогда не уйти от ответа на главный вопрос: можно ли было
обойтись без войны?
     Убежден на сто процентов - да.
     Начать войну - ума не надо. Договориться - очень трудно. Но лучше
сто лет договариваться, чем хотя бы один день воевать.
     И еще. Я не думаю, что всю вину за чеченскую войну надо сваливать
на президента.  Львиная доля ответственности лежит на  совести  "серых
кардиналов",  удивительно  ловко  пристроившихся за спиной Ельцина,  в
тени. Но свет правды Истории скоро высветит их. И тогда мы узнаем, кто
и как докладывал президенту о ситуации в Чечне, кто и как "подогревал"
его до того момента, когда прозвучала роковая команда Грачеву:
     - Действуйте!

                         ИТОЖА ТО, ЧТО ПРОЖИЛ

     Совсем скоро  исполнится  пять лет Вооруженным Силам России (хотя
это жуткая нелепость:  армия вроде  сосунок,  а  древнему  российскому
флоту уже аж 300 лет).
     Самое мерзкое дело - осуждать армию,  в которой служишь,  власть,
которой  подчиняешься.  Но  если  мы мечтаем выбраться из пропасти,  в
которой оказались страна и  армия,  нам  нужна  беспощадная  правда  о
реальном положении дел.  Наверное, я далеко не Колумб по этой части. И
всего лишь хочу сказать о состоянии дел так,  как оно мне видится. Как
оно мне виделось накануне президентских выборов 1996 года.  В то время
в "Красной звезде"  появились  слова  одного  из  наших  генштабовских
офицеров:
     - За свое унижение армия будет мстить у избирательных урн...
     7 мая  1992  года  президент  РФ  Борис  Ельцин  подписал  указ о
создании российской армии.  И  стал  ее  Верховным  главнокомандующим.
Фактически - первым лицом, которое в соответствии с Конституцией несет
главную ответственность за состояние Вооруженных Сил.  У президента  -
Верховного главкома были в руках все рычаги, чтобы, приняв генеральный
план переустройства армии, шаг за шагом ее реформировать.
     Время подводить итоги.
     Перед вами - статистические  данные  и  факты,  почерпнутые,  как
говорится,    из    достоверных   источников.   Своеобразный   диагноз
профессионального и морального состояния армии на сегодняшний день.
     За минувшие  пять лет на 50-55 процентов снизилось финансирование
Вооруженных Сил, что привело к беспрецедентному подрыву боеспособности
войск  и  поставило  под  угрозу обеспечение национальной безопасности
государства.  Более  70  процентов  учений  с  боевой  стрельбой  были
переведены  в  ранг  командно-штабных (то есть проводились на картах).
Налет большинства боевых летчиков стал составлять 15-20  часов  в  год
вместо  150  минимально необходимых для поддержания мастерства.  Из-за
разрушения единой системы ПВО  бывшего  СССР  37  процентов  воздушной
государственной    границы    оказались    неприкрытыми.    Российский
Военно-воздушный флот все больше становится прибрежным,  и, если темпы
его  развала  будут  сохраняться,  к  2005  году он окажется по уровню
боевого потенциала только на двадцатом месте в мире (за 1991-1995 годы
со второго он переместился на восьмое место).  Угроза перевода статуса
из флота во флотилию нависла над ЧФ и БФ.
     Из 130 триллионов рублей,  запрашиваемых Министерством обороны на
1996 год,  выделено чуть более 80.  Из 160 запрашиваемых на  1997  год
армия  получит чуть больше 102.  В переводе на доллары это примерно 17
миллиардов.  (Для  сравнения.  Средства,  выделяемые  из  национальных
бюджетов на оборону, составляют: США - 260, Франция - 43, Япония - 42,
Германия - 35, Англия - 34.)
     Стало массовым  явлением  пренебрежение  к Конституции и Закону о
военной службе и воинской обязанности.  Ежегодно от  23  до  28  тысяч
граждан призывного возраста уклоняются от службы в армии.
     Число бесквартирных  военнослужащих  и   гражданского   персонала
возросло    до   160   тысяч   (120+40).   Государственная   программа
строительства жилья провалена.  В то  же  время  громадные  финансовые
средства,  вырученные  от  продажи  излишков  войскового  и  флотского
имущества,  оружия и боевой техники, уходят на сторону, прокручиваются
высокопоставленными   должностными   лицами   МО   РФ  в  коммерческих
структурах. "Военные" деньги, исчисляемые десятками миллионов немецких
марок, прокручивались в коммерческом банке с ведома бывшего начальника
Главного управления  торговли  МО  РФ  генерала  В.Царькова.  Огромные
рублевые и валютные суммы прокручивались также в других банках и через
счета товарищества с ограниченной ответственностью "Надежда".
     Произошло глубокое   сращивание   многих  представителей  высшего
генералитета с преступным российским и иностранным бизнесом. В течение
1992-1995 годов  были  выявлены факты строительства многими генералами
собственных дач за  счет  сомнительных  финансовых  источников  и  при
использовании труда военнослужащих. Только в ближнем Подмосковье таких
дач свыше двухсот.  При денежном содержании от 250 до 280 тысяч рублей
в месяц  (1992-1993  гг.) некоторые высшие чины Вооруженных Сил сумели
за рекордно короткие сроки  возвести  загородные  дворцы,  оцениваемые
специалистами  от  300  до  650  тысяч  долларов  (см.  21-й  километр
Можайского шоссе, Барвиха, Архангельское и т.д.).
     Некоторые генералы   Генштаба,   уличенные  в  преступлениях  (Ф.
Марковский),  тихо увольнялись  из  Вооруженных  Сил  без  возбуждения
уголовных дел.
     Катастрофических масштабов   достигла   проблема   перевооружения
армии.  Практически  во  всех  видах Вооруженных Сил до 5-10 процентов
снизился уровень поступления новых видов оружия и  боевой  техники  (в
США он равен 60-65 процентам и продолжает расти).  Сорваны все полтора
десятка программ перевооружения армии, принимавшиеся в 1992-1994 годы.
     Пришел в  упадок военно-промышленный комплекс.  К концу 1995 года
почти на 20 процентах  российских  оборонных  предприятий,  обладающих
уникальными военными технологиями, были созданы совместные предприятия
с  участием  иностранного   капитала.   При   лоббировании   некоторых
правительственных чиновников в США были проданы лучший в мире ракетный
комплекс  С-300  и  технологии  изготовления   уникального   ракетного
двигателя    РД-180,    что,    по    мнению    бывшего   председателя
Госкомоборонпрома  РФ  Виктора  Глухих,  нанесло  непоправимый   ущерб
обороноспособности государства.  Из-за несогласия, в частности, с этим
решением Глухих был снят с должности  указом  президента.  Под  крышей
подставных  фирм иностранные специалисты стремятся за бесценок скупить
наши лучшие оборонные центры.  Было намерение продать  с  аукциона  за
несколько   десятков   миллионов   долларов   ОКБ  Сухого,  хотя  даже
американские эксперты  признали,  что  стоимость  авиаконструкторского
объединения не менее 18 миллиардов.
     Резко упал престиж  военной  службы.  Из-за  грубейших  нарушений
Закона  о  бюджете  в  войска  и  на  флоты  своевременно не поступают
финансовые   средства   даже   на    выдачу    денежного    содержания
военнослужащим.  Был период,  когда сроки задержки выплаты возросли до
двух,  четырех,  а в ряде гарнизонов  -  до  шести  месяцев.  Выявлены
случаи,  когда  огромные  финансовые  суммы,  отправляемые из Москвы в
военные округа и флоты, не поступали адресатам по полтора года. Тысячи
офицеров и прапорщиков, высококлассных боевых специалистов вынуждены в
качестве  грузчиков,  охранников  коммерческих   структур,   подсобных
рабочих  подрабатывать  на  стороне.  Многие  офицеры  покончили жизнь
самоубийством, не имея возможности прокормить семью (в  конце  1996  -
начале 1997 года отмечен резкий рост суицидов).
     Уровень материально-технического снабжения войск достиг  рекордно
низкой  отметки.  Даже  неприкосновенный  запас,  имеющий  для армии и
государства стратегическое значение,  уже съеден больше чем  на  50-60
процентов. Скоро армия, как горько пошутил генерал Лебедь, перейдет на
трехразовое питание - по понедельникам,  средам и пятницам.  Уже дошло
до того,  что не хватает военной одежды, и офицерам, словно махновцам,
Грачев разрешил ходить в смешанной форме одежды.
     Из Вооруженных  Сил  РФ  "удалены"  многие талантливые российские
военачальники и  флотоводцы,  стремившиеся  проводить  в  жизнь  такую
политику, которая бы наилучшим образом отвечала национальным интересам
России (адмиралы  Г.  Гуринов,  Э.  Балтин,  генералы  Б.  Громов,  В.
Миронов, Г. Кондратьев, Э. Воробьев, А. Лебедь).
     Небывалых масштабов достигла моральная деградация  армии.  Только
за   1994-1995  годы  преступность  возросла  на  30-35  процентов.  В
1992-1995 годах происходило скрытое и  явное  массовое  разворовывание
имущества,  техники  и  вооружения  армии и флота.  Даже в центральном
аппарате МО РФ из комнаты  хранения  оружия  было  похищено  около  20
единиц личного табельного оружия высшего руководящего состава. Уже нет
ни одного военного округа или флота,  в которых бы  не  расследовались
грязные   коммерческие  махинации,  к  которым  причастны  руководящие
должностные лица. В подпольном бизнесе участвуют некоторые командующие
округами и группами войск, начальники центральных и главных управлений
МО.
     Только наивный   человек  мог  не  понять:  уровень  развала  был
настолько глубоким,  что в июне 1996-го президент на  поддержку  армии
рассчитывать не мог...

                      НАДЕЖДА УМИРАЕТ ПОСЛЕДНЕЙ

     Еще в  середине  мая  в  Минобороны и Генштаб из штаба по выборам
Ельцина  поступила  большая  партия  агитационных  брошюр.   Всю   эту
макулатуру по указанию руководства МО предстояло распихать по войскам.
     Одна из брошюр называлась "Пятьдесят  семь  вопросов  избирателей
Президенту России". На 52-й странице такой вопрос: "Сегодня наша армия
находится в тяжелейшем состоянии,  потеряла свой  авторитет  защитницы
Отечества. Что делает государство для исправления такого положения?"
     Ельцин так и не ответил.  Он ловко заглянул  в  далекое  будущее,
когда решится вопрос с созданием "гибкой и честной системы прохождения
службы" и когда осуществится "усиление роли как государственного,  так
и гражданского контроля за деятельностью Вооруженных Сил".
     Я подумал  тогда:  полковник  Генштаба  разработал   бы   систему
прохождения  службы  и  усиления  гражданского  контроля над армией за
месяц.  Ельцин не смог сделать это за полдесятка  лет,  имея  в  своем
распоряжении целое Министерство обороны вместе с Генштабом...
     ...16 июня.  Страна и армия должны дать ответ на вопрос: согласны
ли идти в историю с Ельциным...
     Как и прогнозировали аналитики МО и ГШ,  в  первом  туре  выборов
Ельцин  не  сумел вчистую победить своего главного соперника Зюганова,
хотя наши источники в Кремле сообщали,  что  президент  изо  всех  сил
ориентировал свой штаб на достижение именно такого результата.
     Результаты голосования в армии,  как и  следовало  ожидать,  были
"сенсационными":  комиссия  МО  сообщила,  что  военные  дали почти 80
процентов голосов за Ельцина.  Такая фальсификация  вызывала  открытое
раздражение  у  людей.  Александр Лебедь заявил в прессе,  что вся эта
ложь о 75 процентах "за Ельцина"  в  Вооруженных  Силах  -  измышления
начальника  Главного  управления воспитательной работы генерала Сергея
Здорикова,  который  "доживает  последние  дни".  Офицеры  одного   из
управлений  Генштаба,  задействованные в системе электронного подсчета
голосов,  признавались,   что   "идет   откровенно   грязная   работа"
практически на всех региональных участках.
     И все  же,  наверное,  кто-то  сумел  сообщить  Ельцину  истинные
результаты  голосования.  Он занервничал.  Занервничал настолько,  что
решил сдать непотопляемого Грачева.
     После смещения  Грачева  18  июня  1996 года армии уже было не до
выборов.  Она, как нищий, попавший в богатый цирк, раскрыв рот, ждала,
кто же появится вместо "самого сильного министра"?
     Ельцин медлил с замещением вакансии главного силовика, и это было
небезопасно.  В Кремль и Барвиху пошли шифровки о том, что затягивание
назначения нового министра обороны ведет  к  ослаблению  управляемости
Вооруженных  Сил,  в  которых  и без того тотальный развал.  Некоторые
главкомы,  звонившие  в  Кремль  и  говорившие  с  Батуриным,  открыто
признавались,  что "промедление опасно".  Видимо, Батурин все же сумел
убедить Ельцина,  что надо отреагировать.  И Ельцин  отреагировал:  он
прислал начальнику Генштаба успокоительное письмо с обещанием в скором
времени назначить человека, способного на реформы.
     Назначение нового  министра  обороны  затягивалось до неприличия.
Пошли  слухи,  что   отлично   отрекомендованный   секретарем   Совета
безопасности  начальник  академии Генерального штаба генерал-полковник
Игорь Родионов вызывает у президента,  Чубайса и Батурина опасения как
"человек Лебедя".
     Один из главкомов, побывавших в те дни в Кремле, сказал мне то ли
шутя, то ли серьезно:
     - Президент  думает,  какого  министра  назначить:   умного   или
"своего".
     К тому времени  уже  было  известно,  что  Родионов  произвел  на
Ельцина  очень сильное впечатление своими обстоятельными суждениями по
военным вопросам.
     У нас в МО шутили: "своих" у президента много, да "чистых" нет.
     Тут у Ельцина,  очевидно, были проблемы: за "претендентами", даже
в   звании  генералов  армии,  числилось  немало  грехов,  хотя  в  их
верноподданничестве можно было не сомневаться.
     В этом  отношении репутация Родионова была безупречна,  и Ельцин,
наконец,  решился.  17 июля 1996 года генерал-полковник Игорь Родионов
стал министром обороны России.
     Поздравляя его с назначением, Ельцин посоветовал:
     - Игорь  Николаевич,  не  повторяй  ошибок Грачева - не светись в
телевизоре...
     Совет был странным. Пост-то один, да ведь головы очень разные.
     Начиная с 1992 года мне трудно припомнить  другой  такой  случай,
когда   бы   кадровое  решение  президента  с  таким  одобрением  было
воспринято МО,  ГШ,  да и армией в  целом.  Пожалуй,  лишь  назначение
генерал-полковника  Виктора  Дубынина  в  июне  1992  года начальником
Генштаба может в чем-то сравниться с ним. Приход Родионова в МО вселял
надежды.

                         ЗАЕЗЖЕННАЯ ПЛАСТИНКА

     18 июля  1996  года  в  подмосковном санатории Барвиха состоялось
заседание коллегии МО РФ.  То был  беспрецедентный  случай  в  истории
высшего  коллегиального  органа  Вооруженных  Сил:  можно  сказать,  с
санаторной койки им еще никогда не руководили.  Судя по всему, Батурин
подготовил  Верховному  главнокомандующему  текст выступления.  Ельцин
появился в зале бледный и натужно улыбчивый.  Левая его рука почти что
плетью висела вдоль туловища.  Поприветствовал генералов, сел во главе
стола, достал бумажки и, сказав несколько слов "от себя", стал читать:
     - Прежде  всего  хочу  представить  вам  нового  министра обороны
России генерал-полковника Родионова Игоря Николаевича.  Вы его  хорошо
знаете.   Он  последовательно  прошел  все  командные  должности.  Был
командующим  40-й   армией   в   Афганистане,   командующим   войсками
Закавказского  военного  округа.  Последние  годы  возглавляет Военную
академию Генерального штаба.
     Перед военным   ведомством  сегодня  стоят  непростые  задачи.  В
строительстве Вооруженных  Сил  не  все  складывается  благополучно...
Имеет   место   частичная   разобщенность  и  нескоординированность  в
деятельности силовых структур.  Особо хочу сказать о моральном климате
в  армии.  Офицерский корпус,  как ржавчина,  разъедает коррупция.  Не
удается остановить и такое уродливое явление,  как торговля оружием  с
армейских  складов.  Среди  рядового  состава  никак не удается изжить
дедовщину.
     В армии  должен  быть  наведен  элементарный  порядок!  Вот  ваша
первейшая задача, товарищ министр! Глубоко убежден, что решить все эти
проблемы  невозможно  отдельными  частичными  мерами.  Нужна  глубокая
военная реформа...
     Президент очень  во многом повторял то,  что говорил еще в ноябре
1992 года на коллегии Минобороны:
     "...У нас  почти  нет  боевых  соединений  на  Западе и Юге.  Как
оказалось,  будет  правильным  не  плодить  множество   гарнизонов   с
неукомплектованными частями и соединениями, а довести до полного штата
определенное количество частей.  Разложение некогда стройного военного
механизма  в  отдельных  воинских соединениях заходит так далеко,  что
несет потенциальную опасность как для российского общества,  так и для
армии.  Нельзя  откладывать военную реформу до конца XX века!  Хищение
оружия и  военной  техники  с  целью  перепродажи  приняло  угрожающие
размеры".
     Ничего не изменилось...
     Потом была  операция  на сердце.  Потом был новый указ по реформе
армии,  после которого тоже ничего не изменилось. Потом было несколько
новых  встреч Ельцина и Родионова.  И опять ничего не менялось.  Армия
продолжала разваливаться уже сама по себе.  Без президентских  указов.
Нас обманули.
     Сознавать, что ты оказался одураченным, неприятно. Но этого мало.
Опять  и  опять  задаю  себе  вопрос:  в чем же секрет фокуса?  С моей
невысокой  колокольни  мне  видится,  что  была  лишь  спекуляция   на
безграничном доверии народа.
     Итог виден всем.

     P.S. В конце февраля нынешнего года президент пригласил в  Кремль
командующего     войсками     Дальневосточного     военного     округа
генерал-полковника Виктора Чечеватова.  Когда я встречался  с  ним  на
Дальнем Востоке,  Виктор Степанович по большому секрету признался мне,
что обладает даром ясновидения.  К тому времени мне было известно уже,
что во время неоднократных нерекламируемых встреч с Ельциным Чечеватов
предсказывал ему многие драматические повороты судьбы.

                        "СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО"
                                4-5-97

                              Время "Ч"
----------------------------------------------------------------------
                            Виктор БАРАНЕЦ

                            "ЩЕНОК ИЗ МК"
               (Записки полковника Генерального штаба)
----------------------------------------------------------------------

                          Персона нон грата

     Долгое время я знал его всего лишь по фамилии.
     Знал, что есть такой корреспондент газеты "Московский комсомолец"
Дмитрий   Холодов,  который  много  пишет  об  армии.  Материалы  были
критическими,  и в них часто сообщалось такое,  о чем даже генералы  и
офицеры центрального аппарата МО и ГШ не подозревали.
     Осведомленность его   в   наших   "семейных"    министерских    и
генштабовских делах нередко поражала.
     Я знал,  что некоторые помощники Грачева активно  ищут  источники
Холодова у нас на Арбате.  Знал и то,  что не все,  кому это поручили,
проявляют особую ретивость.  И понимал, почему это происходит. В наших
спецслужбах  осталось  очень  много порядочных людей (если не сказать,
абсолютное большинство),  которым по убеждениям противно  "воевать"  с
теми, кто мешает спокойно жить проворовавшимся арбатским чиновникам.
     Кроме того,  материалы Холодова, часто подкрепляемые документами,
помогали  сотрудникам  спецслужб  получать очень ценную дополнительную
информацию,  необходимую для работы.  Дима  своими  материалами  часто
давал им очень ценные "зацепки" при раскручивании сложных дел, выводил
на нужные следы.
     Особенно допекал   он   Грачева   и   Бурлакова.  У  меня  иногда
создавалось впечатление, что Холодов работает с ними в одном кабинете,
ест в одной столовой и моется в одних и тех же банях.
     Позже, когда мы с Димой ближе познакомились,  я убедился,  что на
него  работает  очень  много информаторов.  В его потрепанных записных
книжках  значились  фамилии  многих  десятков  людей,  с  которыми  он
поддерживал связь.
     Относились к нему по-разному.  Те,  кого Дима постоянно  щипал  и
бил,  кричали,  что  он  "развел  стукачей"  и  "лазает  по  армейским
помойкам".  Те, кто боролся с "военной нечистью", были его союзниками.
Но...  Могучие  мужики  с  генеральскими  и  полковничьими погонами на
плечах остерегались ставить собственную фамилию  под  разоблачительным
материалом для газеты. Ибо тогда в лучшем случае - гражданка. В худшем
- легкий хлопок в  подъезде  и  черная  рамка  на  последней  странице
"Красной звезды".
     Однажды я подготовил для публикации материал  о  том,  что  в  МО
существует финансовая мафия.
     Предложил его своему надежному другу,  который в то время работал
военным  обозревателем  одной  из  крупных  российских газет.  Главный
редактор газеты печатать статью не решился.
     Тогда мой друг посоветовал показать ее Холодову.
     В назначенный день мы с Димой встретились в условленном месте.
     Прочитав материал, он посмотрел на меня пристально:
     - Здесь все правда?
     - Я все-таки полковник...
     - До публикации, - сострил он.
     По дороге  к  метро  он  жадно  расспрашивал меня о житье-бытье в
Минобороны.  Его, к примеру, интересовало местонахождение строительной
организации МО, которая под видом возведения важных оборонных объектов
строила дачи для министерских генералов. Он хотел знать, почему вместо
детей  офицеров-афганцев  и  чернобыльцев  на  отдых за границу летали
здоровые дети минобороновских чинуш.  Правда ли,  что сынок одного  из
главкомов  разводит  коммерцию  и  отец  потихоньку отваливает ему для
прокрутки военные деньги?
     У метро    обменялись    телефонами.    Для   пущей   конспирации
договорились,  что Дима будет звонить мне из уличных автоматов,  а при
необходимости    будем    встречаться    в   парикмахерской   напротив
"Художественного".  Присвоили друг другу клички - он стал Андреем, я -
Владимиром.
     Статья с заголовком  "Когда  генералы  блефуют"  и  подзаголовком
"Военная  мафия  крутит  деньги"  вскоре  появилась  в "МК".  Прочитав
подпись "Баратынов",  я ужаснулся.  Псевдоним был прекрасной  наводкой
(некоторые сослуживцы в тот же день меня "поздравили").
     Я срочно  пригласил  Диму  "постричься".  И  высказал  ему   свое
недовольство. Он стал по-мальчишески оправдываться.
     - Я ведь хотел,  чтобы  было  поблагородней,  позвучнее.  Был  же
Баратынский... Офицер, поэт...
     Вскоре Дима вновь предложил встретиться.  Увиделись там  же  -  в
парикмахерской.  Он показал мне материал, поступивший в "МК" от группы
офицеров МО и ГШ.  Речь шла о том,  что якобы любимец министра обороны
начальник  Управления  военного  строительства  и  реформ  МО  генерал
Геннадий Иванов (он был еще и помощником министра по военной политике)
вместе  с  большой  группой  подчиненных  умудрился  в обход земельной
комиссии центрального аппарата отхватить участок,  которого бы хватило
на нескольких офицеров.
     Дима попросил  меня  перепроверить  факты.  С  помощью   знакомых
офицеров   МО  и  ГШ  я  быстро  установил,  что  Холодов  располагает
достаточно достоверной  информацией.  Ее  подтвердили  и  в  земельной
комиссии центрального аппарата...
     Мы контактировали  вплоть   до   октября   1994   года.   Правда,
сотрудничество наше носило импульсивный характер. Нередко Дима надолго
исчезал  из  поля  моего  зрения  и   появлялся,   когда   надо   было
перепроверить очень серьезный критический сигнал из войск или уточнить
какие-то детали в его материалах.
     ...В октябре  я собирался в отпуск и поехал в ГУМ купить подарки.
До этого Дима долго не выходил на связь.  Но хорошо помню,  что еще до
своей  поездки  в  Чечню  сказал  мне,  что скоро выдаст "убийственную
сенсацию".  Я поинтересовался,  о чем.  Он ушел от ответа, а я не стал
настаивать. Спросил только: надежен ли источник?
     - Сто процентов, - гордо ответил он.
     Набродившись по  ГУМу,  я  пил  пиво  у стойки одного из буфетов.
Громко орало радио. Буфетчица подошла к приемнику и стала искать новую
волну.  И  вдруг  из  радиогама  вырвался энергичный и тревожный голос
диктора, сообщавшего о взрыве в "МК" и о том, что тяжело ранен военный
корреспондент Дмитрий Холодов.
     Что нужно было сделать в тот черный день  17  октября?  Бежать  к
Степашину  и  рассказывать о своих контактах с Холодовым?  Но я еще не
знал   подробностей   покушения   на   него.   Рассказать   о    своих
предположениях?  Но  Дима  особенно о своих связях не распространялся.
Разве что несколько раз похвастал,  что у  него  везде  есть  надежные
люди.
     И я  стал  вспоминать  все  наши  встречи   и   разговоры,   даже
пятистепенные   детали,  склеивать  из  них  какое-то  подобие  версий
убийства Димы.

                         1. Чучковская версия

     Летом 1994  года  Холодов  каким-то  образом  сумел  пробиться  в
отдельную  бригаду  специального назначения Главного разведывательного
управления Генерального штаба (в/ч  54607)  и  дать  оттуда  несколько
материалов  (листайте  "МК" за май-август 1994 года).  Это насторожило
меня,  и я даже стал подумывать о сворачивании наших контактов. Решил:
Димку  просто  таким  образом  купили.  Ведь  была же у нас в МО целая
группа прикормленных журналистов,  им  оказывались  знаки  повышенного
внимания,  а они всегда писали именно то,  что хотелось министру и его
окружению. Холодов писал "не то" и "своим" у нас не был.
     А тут   Дима   вдруг   стал   рассказывать   о  военных  с  таким
восхищением...
     Любопытно, за  какие  такие заслуги еще вчера ненавистный Холодов
был  допущен  в  чучковский  спецназ,  элитную  воинскую  часть?  Этот
узелочек стоит того, чтобы его сыщики развязали.
     Итак, что же или кто же завлек Диму в  Чучково?  Сам  он  говорил
загадочно:  "Свои надежные люди". И наотрез отказывался уточнять - кто
именно.  Так,  может быть,  с этого и  начиналась  трагедия?  Завлечь,
приручить, устранить.
     Но тут есть один очень принципиальный  момент.  В  печати  как-то
промелькнуло,   что   Холодов  вышел  на  опасный  след:  в  одном  из
спецподразделений якобы за большие деньги готовили "бойцов". По версии
- Чучково.
     Сам по себе факт подготовки "бойцов" в войсковой части за большие
деньги возможен. Сейчас в армии за большие деньги все можно.
     Тут копать надо капитально.
     Я уже слышу возмущенные голоса наших спецназовцев - мол,  все это
грязь на чистые эполеты и т.  д.  Повторяю:  я всего  лишь  выстраиваю
версии, и ничего более.
     Но тот  факт,  что  Дима  продолжительное  время   "охотился"   в
чучковском  спецназе  и  не  только  писал о высококлассной подготовке
специалистов,  но и выведывал кое-что  похлеще,  нельзя  оставлять  за
рамками  следствия.  Тем  более  что именно в чучковском спецназе была
выявлена   и   арестована   группа   лиц,   занимавшихся    преступной
деятельностью. Нельзя исключать, что Холодов вышел на ее след до того,
как в части появились следователи...
     По данным источников Генеральной прокуратуры РФ.
     ...В ноябре 1994 года разоблачена преступная  группировка  в  в/ч
54607  (отдельная  бригада  специального назначения Генштаба ВС РФ) во
главе с полковником Н. (Владимиром Кузнецовым, заместителем начальника
технического  отдела  части.  -  Авт.).  Арестовано  9 человек,  среди
которых 6 офицеров и прапорщиков и 3 гражданских лица.  За неполные  6
месяцев  1994  года  со  склада  в/ч  54607  исчезло  300  килограммов
взрывчатки,  десятки  тысяч  патронов  и  большое  количество  другого
военного имущества, включая и комплекты маскировочных сетей. Хищения в
бригаде начались с марта 1993 года. Одна часть боеприпасов списывалась
как израсходованная на учениях.  Другая часть оформлялась как выданная
по   распоряжению   командования   вышестоящего   подразделения   ГРУ.
Непосредственно  выдачей боеприпасов по подложным документам занимался
прапорщик  С.  Наряду  с  обычным   тротилом   десятками   килограммов
похищалась  и  продавалась  взрывчатка  типа  ПВВ (пластит).  Справка:
пластит  -  одно  из  наиболее  мощных  простых  взрывчатых   веществ.
Например,  для  полного  уничтожения  автомобиля типа "мерседес" нужно
300-350  граммов  тротила,  а  таким  же  количеством  пластита  можно
превратить  в руины целую хрущевскую пятиэтажку.  Похищенная на складе
ОБСН ГРУ взрывчатка в  больших  количествах  продавалась  криминальным
структурам Москвы и России.  Помимо этого, "торговцы" обучали боевиков
приемам обращения с ней.  Преступная группировка доставляла взрывчатку
и в "горячие точки" РФ. Государственная цена пластита за 1 кг (в ценах
1993 года) составляла 2700 рублей.  На "черном рынке" он шел в 10  раз
дороже.  Организатор  преступной  группировки  в 1993-1994 годах купил
себе три иномарки.
     В ходе    расследования    уголовного   дела   установлено,   что
военнослужащие в/ч 54607  систематически  похищали  из  части  гранаты
РГД-5, штык-ножи разведчика АН-43, резервуары для воды и даже лопаты.
     50 тротиловых шашек и 25 электродетонаторов были проданы  за  570
тысяч  рублей,  20 гранат - за 250 тысяч,  а 3 тысячи патронов однажды
были проданы за 2 миллиона рублей.
     Организатор группы  обвиняется по пяти статьям Уголовного кодекса
РФ: хранение и хищение боеприпасов и взрывчатки; хищение госимущества,
злоупотребление  служебным  положением  и перевозка взрывчатых веществ
авиатранспортом.
     Материалы уголовного дела были переданы в военный суд.
     Тут важно знать ответ на один весьма важный вопрос: соответствует
ли  химический анализ взрывчатки,  с помощью которой был убит Холодов,
той, что распродавали спецназовцы?
     Это, разумеется,  даст  следователям  еще  один  серьезный ключ к
поиску преступников.  Тем более что взрывчатка в роковом  "дипломате",
принесенном Холодовым в "МК",  и та,  что похищалась со склада бригады
накануне гибели журналиста, поступала с одного и того же завода...
     Впрочем, верх   невежества   -  поучать  следователей.  Наверное,
справедливо один из них сказал мне:
     - Не учи папу детей делать...
     И я не обиделся.
     Я долгое  время  был  уверен,  что полковник Н.  (Кузнецов) - вот
ключевая фигура,  вот "конец ниточки",  который может указать наиболее
перспективный путь в разматывании дела о гибели Холодова.
     Следствие же пришло  к  предварительному  выводу,  что  полковник
(мастер  по  подготовке  взрывающихся  чемоданов)  не виновен в гибели
Холодова:  "Экспертиза не нашла на  вещах  и  в  автомашине  Кузнецова
следов тротила, погубившего журналиста".
     И еще:  "Кузнецов  отрицал  свою  причастность  именно   к   тому
чемодану, который взорвался 17 октября 1994 года..."
     Будто опытнейший разведчик-пиротехник должен  был  обсыпать  свою
одежду и сиденья в автомобиле толстым слоем пластитовой или тротиловой
пыли.  А  затем  признаться  следователям,  что  именно  он  изготовил
чемодан, который взорвался в руках Холодова...
     Но истина - в руках следователей.
     Тут есть  и еще один принципиально новый аспект версии:  Холодова
не "завлекли" в свое время в Чучково, он сам через своих осведомителей
в  ФСК  вышел  на  сенсацию,  связанную  с  разоблачением  похитителей
пластита.  Очень уж интересно совпали начало разматывания этого дела и
творческая активность Холодова в Чучкове.
     Офицеры чучковской бригады  в  ходе  расследования  "пластитового
дела" не скрывали, что Холодов об этом знал.
     Логика подсказывает самые  элементарные  ходы:  Дима  наезжает  в
Чучково,  пишет о разведчиках хвалебные оды и одновременно разматывает
"пластитовый скандал", который только-только начинался. Группа воров в
погонах  понимает,  что  без публикации в "МК" не обойдется.  И Дима -
один из тех,  кто может "засветить малину" и перекрыть дающий огромные
доходы пластитовый бизнес.
     И районная,  и махачкалинская мафии, которым сбывалась взрывчатка
(это зафиксировано в деле),  вот-вот могли остаться на голодном пайке.
Выход?  Убрать Холодова.  А убрать есть кому:  полковник Н.  не только
таскал бандитам взрывчатку, но и обучал их искусству взрывного дела.
     Холодов к тому времени уже  успел  "сесть  на  хвост"  еще  одной
сенсации  -  якобы  из  чучковской  бригады  на полигон Кантемировской
дивизии доставлялись взрывчатка и оружие для обучения  боевиков  секты
"Аум Синрике". Не слабо, Дима. Слишком много ты узнал...
     Военный обозреватель  "Российской  газеты"  (27.12.95)  по  этому
поводу писал:
     "Почти уверен,  что и эта версия убийства журналиста лопнет,  как
мыльный  пузырь.  Основание  такой  уверенности - приватный разговор с
одним из высокопоставленных сотрудников ГРУ. Он сказал мне:
     - Мы  хорошо  знаем  все,  что  было  известно ему.  Не владел он
информацией,   которая   сколько-нибудь   существенна   для   военного
ведомства.   Ищите   причину   убийства  Холодова  в  другом.  Кому-то
потребовалось взорвать обстановку в стране".
     Я знал,  что не однажды офицеры ГРУ и ФСК лихорадочно разыскивали
Диму, чтобы "дополучить" у него недостающую информацию по раскрываемым
ими делам. Если "знали все", зачем разыскивали?
     Например, когда Дима начал раскручивать тщательно скрываемое в МО
и  ГШ  дело о попытке провоза через авиабазу Чкаловское стратегических
материалов в Германию?  А "пропавший" эшелон  со  стройматериалами  из
Западной группы войск? А деньги, переведенные бельгийской фирме?
     "Не существенная для военного ведомства информация"?
     До окончания суда было еще ой как далеко,  а полковник Н.  упорно
не  хотел  "колоться"  насчет  того,  кому   именно   в   районной   и
махачкалинской  бригадах продавал пластит,  кого именно учил взрывному
делу.
     А в прессу просачивались все новые и новые сенсационные сведения.
Оказывается,  минер  в  полковничьих  погонах  беспрепятственно,   без
досмотра   садился   в   самолеты   до  Махачкалы  с  сумкой,  набитой
взрывчаткой.  У него,  оказывается, была бронь, "полученная в аппарате
президента"...

                         2. Чеченская версия

     Еще до  чеченских  событий  Холодов вышел на след одной столичной
группировки, которая занималась продажей оружия на Кавказе. Однажды он
проговорился  о  каком-то  начальнике  склада,  прапорщике,  обещавшем
рассказать "что-то такое..."
     На него   Диму  должна  была  вывести  знакомая  девушка.  (Когда
начнется  следствие,  в  "Комсомольской  правде"  мелькнет   об   этом
информация.)
     Речь, насколько мне помнится,  шла о том,  что  существует  канал
перекачки оружия из Москвы и других городов в Чечню.  Само по себе для
меня это сенсацией не являлось,  но  показалось  очень  странным,  что
прапорщик  решил "расколоться" перед незнакомым журналистом.  А может,
он был родственником девушки?  А может,  прапорщика и девушки не  было
вовсе? Но в печати прошла информация, что Холодов со знакомой девушкой
ходил в гости к прапорщику (в уголовном деле,  насколько мне известно,
прапорщики фигурируют). Значит, нить с девушкой можно разматывать.
     Первое - у Димы знакомых девушек было не так много.  А  второе  -
эту версию,  на мой взгляд,  следует разрабатывать,  чтобы ответить на
важный вопрос: ПОЧЕМУ ИМЕННО Холодов поехал в Чечню?
     Нельзя исключать, что он проверял каналы доставки оружия (причина
- полученная информация).  Были ли тогда такие каналы?  В  "Московском
комсомольце" можно найти не одну публикацию о том,  что мафия оружие в
Чечню перекачивала. "МК", 19 июля 1995 года:
     "...Оружие в Чечню поставляла предпринимательница-москвичка.
     Сразу по трем статьям Уголовного кодекса  обвиняется  Генеральной
прокуратурой   РФ  москвичка  -  владелица  нескольких  частных  фирм,
специализирующихся в области оружейного бизнеса.
     Как сообщили  "МК"  в  Генпрокуратуре,  женщина вполне официально
возглавляла частные оружейные фирмы в  Москве,  Ижевске  и  на  Кипре.
Однако   одновременно   ее   фирмы,   как   выяснилось,  занимались  и
нелегальными поставками оружия в Чечню.
     Следствие установило,  что она заключила два контракта с Ижевским
механическим заводом на приобретение 25  тысяч  пистолетов.  Контракты
были  заключены  от  имени  зарегистрированной  ею  кипрской  компании
"Лоре-трейдинг-ЛТД" с нарушением действующего законодательства.
     На заводе  предпринимательница  получила  две партии оружия (4350
боевых  пистолетов  марки  ИЖ  70-01).  Оружие   на   самолетах   было
переправлено  в  Грозный и продано чеченцам через тамошнего сообщника,
который сейчас находится в розыске..."
     Период наиболее   бурной   и   "плодотворной"  деятельности  этой
группировки,  как показало следствие,  приходится на то  время,  когда
Холодов  стал проявлять повышенный интерес к тайным поставкам оружия в
Чечню.
     Я по  своим каналам стал наводить справки о технических качествах
пистолетов,  фигурирующих в деле.  Одни специалисты говорили,  что они
относятся  к  разряду стартовых,  другие утверждали,  что "эту систему
очень просто превратить  в  боевую  путем  рассверливания  ствола  или
замены его".
     Вся эта история напомнила  мне  случай  с  задержанием  в  районе
германской  авиабазы (в то время принадлежавшей Западной группе войск)
подполковника Анатолия Голубева с 10 тысячами пистолетов, которые тоже
по накладной именовались "спортивными"...
     Так или  иначе,  чеченская  версия  тоже  требует   основательной
проработки.  Ибо  нельзя  исключать,  что  Дима слишком далеко зашел в
раскапывании "дела".  Если мне не изменяет память,  то  самое  большое
интервью Дудаев дал именно Холодову.  Кто знает, что мог услышать Дима
в теплой компании  окружения  президента  Чечни,  когда  хмель  кружил
головы и развязывал языки.
     Дима был сверхлюбопытным журналистом.
     В криминальном  государстве  за  такое любопытство расплачиваются
жизнью...

                         3. Чкаловская версия

     То ли в "Шпигеле",  то ли в "Штерне" появился однажды материал  о
том,   что   на   подмосковной   базе   Чкаловское  органы  российской
контрразведки задержали высокопоставленного генерала,  который пытался
вывезти в Западную группу войск "стратегические материалы".
     Дима попросил меня  помочь  перевести  статью,  вернее,  лишь  те
места,  где речь шла о фактах коррупции в ЗГВ и о задержании одного из
высокопоставленных генералов МО.  Потом, работая над своим материалом,
он,  видимо,  запутался  в листках и тот абзац,  в котором шла речь об
одном из бывших замов главкома ЗГВ Бурлакова,  соединил с  абзацем,  в
котором   говорилось   о   председателе   военно-охотничьего  общества
Минобороны генерале Магонове.  И получалось,  что именно  Магонов  был
задержан  при  попытке вывезти "стратегические материалы".  Разразился
скандал.  Генерал  Магонов  грозил  судом.  (Насколько  мне  помнится,
немецкий  журналист  утверждал,  что  якобы  Магонов был лишь косвенно
причастен к какой-то  сделке,  связанной  с  доставкой  в  Германию  и
продажей   там   охотничьих  домиков  председателем  общества  военных
охотников и рыболовов подполковником штаба ЗГВ Анатолием Голубевым.  К
тому времени уже и без немецкого журнала в МО знали,  что подполковник
Голубев попал "под колпак"  немецкой  полиции  за  продажу  охотничьих
домиков, а затем вновь зафигурировал в деле о 10 тысячах пистолетов.)
     Дима был в панике,  говорил,  что  звонил  в  Германию  знакомому
российскому  журналисту  и  тот  подтвердил,  что  журнал  располагает
фактами,  подтверждающими лишь продажу охотничьих домиков  в  Германии
Голубевым,  а  Магонов  якобы  называется  всего  лишь как "куратор" в
организации  военных  охотников,  продающей  домики.   Все   выглядело
логичным:   нижестоящий  охотничий  коллектив  МО  согласовывает  свои
действия с вышестоящим...
     И тогда  я  посоветовал  Диме  обратиться  к  нашим спецслужбам и
честно открыть  карты.  Тем  более  что  Дима  уже  располагал  новыми
сведениями,  которые  могли  представлять  большой  интерес  для наших
спецслужб,  занимающихся делом о вывозе  стратегических  материалов  в
Германию.
     У Димы состоялось несколько встреч с офицерами контрразведки,  и,
как  мне  помнится,  у генерала Магонова пропало желание выколотить 10
миллионов из Холодова.
     Как они разошлись,  я не знаю.  Но дело было закрыто. Позже стало
известно,  что подозрения,  вызванные публикацией в "МК",  с  генерала
Магонова сняты...
     После этого Дима осмелел и стал выходить на следственные  органы,
чтобы все-таки выяснить,  кто именно был арестован в Чкаловском, какие
"стратегические материалы" пытался вывезти.  И главное - выяснить, чем
дело закончилось.  Но тут перед ним оказалась уже непробиваемая стена.
Его и близко не подпускали к этому делу.
     Однажды он   признался   мне,  что  ему  позвонили  на  работу  и
посоветовали не связываться  с  "чкаловским  делом".  Ему  со  многими
делами советовали "завязывать".
     Но он продолжал копать дальше.  И, казалось, уже никто не мог его
остановить...

                         4. Германская версия

     Пожалуй, никого   так   не   допекал   Дима  своими  критическими
материалами,  как министра обороны РФ генерала армии Павла  Грачева  и
бывшего  главкома  Западной  группы  войск  генерал-полковника  Матвея
Бурлакова.
     И уж совсем разобидел он генералов,  когда однажды пронюхал,  что
летом 1994 года якобы  бесследно  исчез  куда-то  чуть  ли  не  эшелон
строительных  материалов,  отправленных  из  ЗГВ.  Плюс  ко всему стал
раскапывать дела,  связанные с бесконтрольностью  вывоза  из  Германии
различных ценностей типа старинной мебели, зеркал, картин, скульптур и
т.  д.  И кое-что выкопал. Ему стало страшно интересно, где, например,
генералы  доставали  по  600-700 тысяч долларов на строительство своих
загородных домов в несколько  этажей,  если  оклад  был  примерно  276
долларов  в  месяц.  Дома  росли  не  по  дням,  а  по  часам.  Откуда
стройматериалы?
     Дима побывал на 21-м километре Можайского шоссе, и многое там его
поразило...  И когда побродил по подмосковным Барвихе и Баковке  и  по
другим   райским  местам  жизни  и  отдыха  генералитета,  то  задался
вопросом: ну откуда и дровишки, и бетонные плиты, и железо, и трубы, и
заграничная волшебная сантехника?
     Ответов не было.  А Диме очень хотелось их получить.  И  стал  он
задавать  разные  нехорошие  вопросы строителям,  охранникам,  жильцам
дачных дворцов, проситься посмотреть "внутренности".
     В связи  с  этим  Дима  рассказал  мне  об одном забавном случае.
Пробравшись в очередной раз в Баковку, он попросил владельца чудо-дачи
показать  документы,  которые  подтверждали  бы,  что  ее  хозяин  все
стройматериалы купил за собственный счет.  Охранники выставили Диму за
ворота  и надавали тумаков.  Стали появляться соседи,  останавливаться
прохожие.  Тогда Диму завели  во  внутренний  дворик  дома,  проверили
удостоверение корреспондента "МК" и посоветовали:
     - Слушай,  парень,  вот тебе 500 баксов.  Исчезни раз и навсегда.
Иначе за твою безопасность не отвечаем.
     Дима на такую сумму не согласился.  Тогда  генерал  пообещал  ему
устроить бесплатную поездку за рубеж.  И опять не договорились.  Так и
расстались.
     Ранней осенью  1994 года Дима уже конкретно выходил на германские
стройматериалы и ценности.  Ранней осенью 1994 года в Москву  прибывал
руксостав  ЗГВ.  И он уже знал,  что у следователей будет к нему очень
много вопросов не только по сомнительным контрактам,  стройматериалам,
но и по первичным капиталам,  которыми располагал Фонд Союза ветеранов
Западной группы войск.
     Диме страшно хотелось знать все: какие добровольные взносы внесли
офицеры-ветераны ЗГВ в фонды Союза?  Сколько тысяч марок  дали  немцы?
Почему они презентовали фонду машины? Почему есть Союз ветеранов ЗГВ и
нет союзов ветеранов бывших Южной,  Северной, Центральной групп войск?
Ему  хотелось  посмотреть  документацию  о  расходах  и  проверить  ее
достоверность.
     Вопросов было  очень  много.  Ответов было очень мало.  И злился,
очень злился руксостав на этого "щенка из  "МК",  который  так  портил
обедню.
     А тут  еще  "щенок"  стал  раскапывать  документы,  связанные   с
результатами   голосования   по  Бурлакову  на  высшей  аттестационной
комиссии  при  президенте,  с  представлением  министра   на   бывшего
командующего ЗГВ на должность зама министра...
     Терпение закадычных друзей было на пределе.
     Приближался октябрь 1994 года.
     Однажды Холодову позвонили на работу и спросили:
     - Ты еще жив?..

                       5. Сокольническая версия

     В 1995  году  в "Известиях" появилась статья с явными намеками на
то,  что следы убийцы ведут в сокольническую часть  ВДВ  и  что  якобы
офицер, убивший Дмитрия, уехал из Москвы и воюет в Чечне...
     Через некоторое время в  контексте  этой  версии  стали  мелькать
фамилии  майора  Ожегова (изменена в интересах следствия) и полковника
запаса А. Сидоренко.
     Существует уголовное дело полковника запаса Александра Сидоренко,
которое рассматривалось в ходе расследований по убийству Холодова.
     Известно, что при задержании у Сидоренко обнаружили 13 запалов, 4
взрывателя   замедленного   действия,   4   капсюль-детонатора   и   2
электродетонатора  и  еще  кое-что.  Все  23  изделия  - промышленного
производства.  Плюс - пистолет Макарова и свыше 200 патронов к нему  и
несколько  десятков  патронов  к другим видам нарезного огнестрельного
оружия.
     Следователи еще  основательно  прорабатывали все связи Сидоренко,
изучали показания свидетелей,  когда  информация  по  уголовному  делу
выплеснулась в прессу и появился материал, в котором утверждалось, что
это фальшивый след,  на который  следствие  вывел  солдат-сверхсрочник
Маркелов, решивший хорошо заработать, - "МК" пообещал большую денежную
награду тому, кто поможет найти убийцу...
     Согласитесь, что   преждевременное   разбалтывание,  в  сущности,
конфиденциальной информации,  относящейся к ходу расследования,  может
сильно навредить следователям.
     Но тем не менее это произошло.
     Вот некоторые выдержки из одного любопытного документа,  оригинал
которого  хранится  в  документах  следствия  Генеральной  прокуратуры
России.

     "Командиру в/ч...
     Рапорт...
     Идея дать информацию по факту убийства  Д.  Холодова  возникла  у
меня  в  связи  с  материальными  затруднениями.  Когда  я  работал  в
Воронеже,  у меня произошел конфликт с одной из  преступных  групп,  в
результате  которого  они  вымогали  у меня деньги.  В это время очень
много говорили об убийстве Д.  Холодова,  и  я  решил  воспользоваться
ситуацией, выйдя на контакт с представителем редакции газеты "МК"...
     ...В процессе  разговора  следователь  несколько   раз   заострял
внимание и переспрашивал о вышеуказанных деталях.
     Также он задавал вопрос о поведении Ожегова в день убийства...  Я
ответил, что в этот день Ожегов приехал утром в расположение и до 9.00
он уехал на своей машине вместе с дипломатом в руках...
     Я очень сожалею о том, что сделал, и глубоко раскаиваюсь по части
содеянного мной.
     Ефр. с/cл. Маркелов А.Е."

     Маркелов - личность очень туманная. В ходе следствия неоднократно
менял  показания или вообще отказывался от ранее данных.  Следователям
еще предстоит сильно поломать голову над его "ребусами". Тем более что
ефрейтор в ходе своих показаний якобы утверждал,  что именно Сидоренко
уговорил его пойти в "МК" на покаяние (хотя Сидоренко, оказывается, не
помнит даже фамилии Маркелов).
     Адвокат Сидоренко и ставшие на его сторону  некоторые  журналисты
яростно  доказывают,  что  надо отделить дело полковника от уголовного
дела об убийстве Холодова.  Уже стали появляться явно заказные  статьи
на  сей счет.  Беспощадной критике подвергается работа следователей во
главе с Леонидом Коноваловым.  Хотя кому неясно:  когда  разматывается
уголовное  дело,  главное  слово  принадлежит профессионалам-сыщикам и
суду, а не заказным борзописцам...
     А как  же с загадочным майором Ожеговым?  И почему вообще один из
следов привел следователей Генпрокуратуры в Сокольники?
     Вообще надо сказать,  что у Холодова очень не просто складывались
отношения  с  руководством   части,   в   которой   служил   Маркелов.
Сокольнические  командиры  однажды  даже  оказывали  давление на Диму,
уговаривая его поместить компромат на  командира  бригады  связи  МВО,
которую   в   конце   концов  удалили  из  городка,  разместив  в  нем
десантников...  Дима не один раз бывал у них.  Им было что  рассказать
молодому  журналисту,  любящему  собирать  "крутую" информацию.  В том
числе и такую,  которая могла повергнуть в шок...  Особенно - по части
некоторых  секретов,  связанных  с  "горячими точками",  среди которых
была, естественно, и Чечня...
     В сокольнической  версии  майору  Ожегову,  на мой взгляд,  будет
отведено свое место. Какое? Об этом скажет следствие.
     Только следствие...
     Еще не  время  раскрывать  все  детали,  которые   могут   помочь
следствию. О них должны знать только те, кто продолжает упорно идти по
следу убийц.
     Работа проведена гигантская, но очень многое все еще неясно...

                        "СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО"
                                5-4-97

                              Время "Ч"
----------------------------------------------------------------------
                            Виктор БАРАНЕЦ

                        АРМИЯ И ВОЕННАЯ МАФИЯ
               (Записки полковника Генерального штаба)
                          Начало в ј 2, 3/97
----------------------------------------------------------------------

                  ОФИЦЕРСКАЯ ЧЕСТЬ - УЦЕНЕННЫЙ ТОВАР

     Есть у Александра Ивановича Куприна рассказ "Брегет".  О том, как
корнет  граф  Ольховский  выиграл  в  карты старинные часы с резьбой и
украшениями,  а когда захотел похвастаться ими перед  сослуживцами  во
время очередной попойки, брегета у него не оказалось.
     Офицеры решили обыскать друг друга.  И  только  поручик  Чекмарев
наотрез отказался.  На беду у него в кармане были точно такие же часы.
Подарок деда. Покажи он их товарищам - признали бы его вором. Позор на
всю жизнь.
     Поручику предложили покинуть компанию. Он не смог пережить такого
унижения и застрелился. А брегет Ольховского нашелся в тот же вечер...
     Высоко ценилась в старой русской армии офицерская  честь.  Не  то
что в нынешней.
     Лет семь назад на калининградской барахолке  рядом  с  армейскими
сапогами  и флотскими тельняшками я увидел офицерский кортик.  Если бы
мне довелось тогда увидеть бредущий следом за чьим-то гробом  оркестр,
наяривающий веселенькую мелодию, удивление было бы гораздо меньшим.
     Покойный ныне капитан 1-го ранга Алексей Крысов рассказывал,  что
даже  в блокадном Ленинграде старые морские офицеры умирали от голода,
но кортиков на базарах никто не продавал...
     Нередко слышу: "Чему тут удивляться? Жизнь вынуждает".
     Но тогда "жизнью" можно оправдать  и  прогрессирующее  разложение
совести в офицерских рядах, и процветающее в армии воровство, и разгул
коррупции... А может, прав тот, кто сказал однажды: "У ворующей власти
не может быть неворующей армии"?
     Бывают в Министерстве обороны совещания,  на  которые  съезжается
весь высший руководящий состав Вооруженных Сил.  Еще в грачевскую пору
сидел  я  на  таком  совещании,  всматривался  в  лица   генералов   и
припоминал, кто из них и за что проходил хоть однажды по какому-нибудь
уголовному делу или пеленговался контрразведкой,  в  чем  его  уличала
пресса, какие слухи ходят о нем в МО, ГШ и в войсках.
     Очень интересное кино получалось.
     Один, используя служебное положение, содействовал противозаконной
приватизации армейских объектов недвижимости коммерческой фирмой.
     Другой во  время  служебной поездки за рубеж принял дорогостоящий
компьютер,  предназначенный Министерству обороны РФ.  Обязан был сдать
его по описи на склад. Не сдал.
     А в   Финляндии   получил   охотничий    нож,    инкрустированный
драгоценными камнями... На склад не сдал. Присвоил.
     Вот этот справа участвовал в махинациях,  связанных с размещением
крупных валютных средств Минобороны на счетах коммерческих банков...
     Тот, что  сидит  с  ним  рядом,  используя  служебное  положение,
построил  дачу стоимостью в 500 тысяч долларов.  От декларации доходов
уклоняется. И пошло-поехало!
     Обманным путем   приобрел  несколько  квартир.  При  окладе  в  3
миллиона рублей  построил  две  дачи  и  три  гаража...  Участвовал  в
лоббировании  контракта,  связанного  с  продажей  уникальной  военной
техники  иностранной  фирме,   что   могло   нанести   большой   ущерб
безопасности  государства.  В  последний  момент сделка была пресечена
органами  контрразведки.  Ушел   от   наказания   благодаря   высокому
покровительству в "верхах"...
     Но были и  другие,  те,  кого  в  шутку  называли  "белые  вороны
Минобороны":
     ...заняв высокое служебное положение в аппарате министра  обороны
РФ,  категорически  отказался от получения новой квартиры,  досрочного
присвоения очередного воинского звания...
     ...во время  инспекторских  поездок в войска выставил из кабинета
заместителя начальника штаба армии,  прибывшего  с  презентом  в  виде
портфеля с красной икрой...
     ...отказался визировать документ,  в соответствии с которым  один
из  объектов  недвижимости  МО  в  Москве  за  бесценок  мог достаться
коммерческой фирме. После требования вышестоящего начальника поставить
визу подал рапорт об увольнении.
     Далеко не все генералы - "ворующая братва в лампасах".  Не каждый
сидящий в иномарке - преступник. И все же никуда не деться от фактов.
     Знакомый следователь по особо важным делам рассказывал, что когда
судили одного генерала, транспортными самолетами вывозившего мебельные
гарнитуры из Западной группы войск, он кричал:
     - Пусть сначала государство даст армии необходимое! Я не воровал,
я забирал то, что мне положено!
     И хоть  пекся  он  об "интересах армии" уже на скамье подсудимых,
прибрав гарнитуры себе, мне кажется, в чем-то он прав...
     Скажете, государство  "недодает" десяткам миллионов,  а воруют не
все.  Согласен.  Только я о другом. Когда директор завода крадет вагон
леса,  обороноспособность  страны не страдает.  Но если майор Иванов с
прапорщиком Петровым вытащат из  боевого  самолета  блоки,  содержащие
драгоценные  металлы,  то истребитель по боевой тревоге уже не взлетит
на перехват нарушителя. Это совсем иное воровство.
     Еще в  феврале  1993  года министр обороны Павел Грачев сообщил о
начале разбирательства по криминальным  делам  46  высших  офицеров  и
генералов.  Еще почти три тысячи офицеров были уличены в махинациях на
"черном рынке".
     И вот  уж  который  год военные прокуратуры - от Главной до любой
гарнизонной - задыхаются от бурного потока уголовных  дел  по  "фактам
индивидуальных   и   коллективных   хищений,   махинаций,  незаконного
использования войсковых и флотских материальных и финансовых средств".
     Пока только  одному  генералу  -  липецкому  военному комиссару -
хватило мужества приставить ствол к виску, когда понял, что честь свою
уже не отмоет.
     Если бы так же поступили все проворовавшиеся, вопрос о сокращении
армии мог бы решиться сам собой...
     Судя по характеру уголовных преступлений,  совершенных  военными,
нельзя  не  заметить,  что  все  они включены в единую систему,  где у
каждого  своя  роль   -   заказчика,   посредника,   исполнителя   или
прикрывальщика.  Как  говорится,  налицо  все  признаки "неформальной"
организации,  которую в  России  и  армии  с  некоторых  пор  прозвали
"военной  мафией".  Она  имеет  разветвленную  сеть  своих центральных
"штабов" и региональных "филиалов" и все  более  тесно  сращивается  с
коррумпированными  элементами  в структурах государственной власти,  а
также с отечественным и зарубежным гражданским криминалом.
     У каждого  явления  свои истоки.  Военную мафию в России в начале
90-х  годов   породил   целый   букет   политических,   экономических,
социальных, военных, юридических и иных факторов.
     После того  как  прекратила  существование  гигантская  Советская
Армия, ее "имущественной наследницей" стала армия российская.
     И вот парадокс:  владея  сверхизбыточными  запасами  движимого  и
недвижимого имущества, оружия, техники, продовольствия, армия с каждым
днем все больше нищала,  даже несмотря на то, что серьезно сокращалась
- с 1992 по 1995 год на 1 миллион 200 тысяч человек.
     В конце  1991  года  Министерству  обороны  разрешили  заниматься
реализацией  излишков  военного  имущества на коммерческой основе.  Но
бизнес этот принял такие масштабы,  что вскоре "для придания  контроля
этому  процессу"  при  Министерстве  обороны президентским указом было
создано специализированное государственное  хозрасчетное  предприятие.
Его генеральный директор Валентин Голубев рассказывал:
     - Реализацией  военного  имущества  занимались   командиры   всех
рангов,  продавалось  оно  как и кому угодно...  Указ привел в порядок
нормативную   базу...   Это   должно   было   оградить   военных    от
непосредственного   соприкосновения   с   покупателями,   то  есть  от
коммерческой деятельности,  которой военные не имели и не имеют  права
заниматься...   Но   и   поныне   не  прекращаются  попытки  отдельных
высокопоставленных военачальников взять торговлю в свои руки. Отсюда и
криминал... Сегодня никто не может сказать точно, что же на самом деле
есть в армии.
     Недавно новое  руководство  Министерства  обороны  и Генерального
штаба попыталось разобраться,  куда уходили  астрономические  денежные
суммы,  вырученные  от  реализации  излишков  войскового  и  флотского
имущества  в  стране  и  за  рубежом,  как   осваивались   деньги   на
строительство  жилья для выведенных из Германии войск,  где сейчас все
то добро,  которое  эшелонами  несколько  лет  подряд  развозилось  по
гарнизонам.  Я  видел  много  отчетных  документов,  в  которых  часто
мелькало: "Контроль не обеспечивался".
     Теперь ясно:  вот  это  и  способствовало  тому,  что  в  войсках
нарождался клан особо прытких людей, ловко использующих свое служебное
положение,  корпоративные связи и беспомощность власти для того, чтобы
поймать золотую рыбку в мутной воде.
     Сотни, тысячи   коммерческих   структур   в  виде  представителей
совместных  предприятий,  обществ  с  ограниченной   ответственностью,
концернов,    финансово-промышленных    групп,   коммерческих   банков
потянулись к армии.  А она пускала в продажу все,  что только могла, -
от зимних кальсон до списанных авианосцев.
     В ту пору в Верховном Совете России один из депутатов с  тревогой
сказал:
     - Наша  армия  стала  военной  биржей,  а  ее  штабы   напоминают
коммерческие конторы...
     Указ президента,  запрещающий коммерческую деятельность в  армии,
ничего,  в  сущности,  не  изменил:  началась  игра  в подставных лиц.
Испытавшие сладость легких денег уже не могли остановиться.

                         ИГРУШКА ДЛЯ МИНИСТРА

     Когда у министра обороны генерала армии  Павла  Грачева  появился
служебный "мерседес-500SL", многие офицеры и генералы задавали вопрос:
откуда?
     Вопрос этот,  в  общем-то,  был дурацким:  немецкое происхождение
"мерса" и широко известная дружба Грачева с главкомом Западной  группы
войск генерал-полковником Матвеем Бурлаковым говорили о многом.
     Догадки вскоре стали подтверждаться  фактами.  Не  все  свидетели
этой  истории умели держать язык за зубами:  то какую-то важную деталь
выдаст дежурному офицеру водитель серебристого  авто,  то  подвыпивший
штабист из ЗГВ, заехавший с презентами на Арбат, "по большому секрету"
проболтается о своей причастности  к  загадочной  покупке  в  магазине
знаменитой немецкой компании.
     А тут  еще  сообщение  по  телевидению:  на  авиабазе  Чкаловской
приземлился  военно-транспортный  самолет из Германии,  и таможенники,
увидевшие в его грузовом отсеке две сногсшибательные машины, почему-то
разбежались.  Диктор ТВ пообещал:  редакция будет следить за развитием
этой детективной истории.  Но больше никаких подробностей  из  "ящика"
никто так и не услышал.
     Когда начнется  раскрутка  уголовного  дела,  в  его   материалах
появится, в частности, такой вывод следователя:
     "Отсутствие документов,  подтверждающих   прохождение   автомашин
"мерседес-500SL"   через   таможенный   контроль   и   их   стоимость,
свидетельствует о наличии признаков контрабанды в крупных размерах".
     Профессиональный сыщик констатировал факт преступления.
     Оставалось найти преступников.
     Когда во  внутреннем  дворике Минобороны появился "мерседес-500",
Грачева позвали  на  смотрины.  Начальник  аппарата  министра  генерал
Валерий   Лапшов   рассказывал   потом,  что  Павел  Сергеевич  был  в
неописуемом  восторге  и  даже  лично  проехался  по  дворику,  вокруг
сохранившейся наземной постройки бывшей станции метро.
     С того дня "мерс" стали регулярно  подгонять  к  так  называемому
"крыльцу" - специальному крытому подъезду. Грачев какое-то время ездил
на нем  без  номеров,  и  некоторые  придворные  расценивали  это  как
пижонство.
     Бывший министр  обороны  маршал   авиации   Евгений   Шапошников,
назначенный на новое место службы в Главкомат ОВС СНГ,  забрал с собой
не менее престижную машину.  "Мерс"  был  как  бы  местью  Грачева  за
отнятую у него игрушку.
     Вскоре по этажам Минобороны стала разгуливать еще одна  пикантная
новость:  в  немецком  журнале  офицеры Управления внешних сношений МО
обнаружили материал,  в котором  рассказывалось,  что  "мерседес"  был
куплен  при участии представителей командования Западной группы войск.
Затем и в московских газетах замелькали язвительные заметки. Шум дошел
до  Верховного  Совета.  От  Грачева потребовали объяснений и получили
весьма "убедительный" ответ:  машина приобретена по разрешению  Бориса
Николаевича.
     Но каких-либо документальных подтверждений такого  разрешения  до
сих пор найти не удалось. Зато были другие документы...
     Из материалов уголовного дела ј  92621  (Генеральная  прокуратура
Российской Федерации).
     "...Оплата автомашины "мерседес-500 SL",  отправленной в Чкаловск
17  августа  1992 года,  была произведена в сумме 160099,60 DМ 18 июня
1992 года на расчетный счет фирмы "Мерседес-Бенц" ј 922996600 по  чеку
ј  3083001  от 15 июня 1992 года испанского банка "Бильбао Бискайа" на
сумму 175000 DМ.
     Денежный чек   был   выдан   17  июня  1992  года  генерал-майору
Бурмистрову директором испанской фирмы "Трансидер"  Мигелем  Агирре  в
качестве  авансового платежа по предварительному соглашению от 17 июня
1992 года между Управлением  по  реализации  имущества  ЗГВ  и  фирмой
"Трансидер" на продажу последней материальных ценностей ЗГВ..."
     Наши офицеры из Управления делами МО,  участвовавшие в  слушаниях
по  уголовному  делу ј 92621,  заливаясь от смеха,  рассказывали,  как
нескладно оправдывались свидетели - министр обороны,  главком Западной
группы войск и их "сподвижники" по махинации.
     Грачев показывал,  что "мерседесы" куплены на выручку от  продажи
резиновой  крошки  от  автомобильных  скатов (даже если собрали бы все
скаты ЗГВ, денег на две машины не хватило бы).
     Бурлаков уверял, что машины приобретены на выручку, полученную от
немцев за рекламные щиты,  развешанные на заборах русских гарнизонов в
Германии...
     Еще один свидетель твердил,  что машины куплены за  счет  продажи
ненужных  Группе  войск  металлических  емкостей.  Только этот генерал
говорил правду.  И то не  всю.  Следствием  было  установлено,  что  к
стальным   емкостям  "добавились"  партия  стальных  труб,  двигателей
бронетанковой техники и большое число автомобилей "Урал".
     По закону  деньги,  вырученные  от  продажи  войскового имущества
Группы,  должны были идти на  строительство  жилья  для  бесквартирных
военнослужащих.  Их  использование  на иные цели,  по мнению некоторых
юристов,  влекло за собой уголовное наказание сроком от двух  до  пяти
лет.
     Грачев пытался доказывать, что "мерс" ему был нужен как подвижной
командный  пункт.  И еще потому,  что председатель правительства якобы
рекомендовал ему ездить на иномарке,  а президент чуть ли не приказал.
Но  ему  мало кто верил.  Подвижной командный пункт был сконструирован
для министра обороны еще до Грачева. На надежной отечественной машине.
Боеготовность армии это никак не подрывало.
     Тогда ради чего была затеяна вся эта афера?  Только чтобы сказать
маршалу Шапошникову: "А у меня лучше игрушка есть"? Возможно, и так. И
генералы бывают обидчивы и капризны, как дети.
     По строгому счету Грачеву грозило наказание.  Такой поворот дела,
конечно,  не  вдохновлял  ни  его,  ни  Бурлакова.  И   вскоре   после
"нерекламируемого контакта" министра обороны с и.о. Генпрокурора стали
происходить  странные  вещи:  следователи  уже  не  употребляли  слово
"преступление",  обходились  "превышением должностных полномочий".  По
Министерству  обороны  пополз  слух:  Грачева  обязали  возвратить   в
государственную  казну  150 тысяч дойчмарок.  И на том была поставлена
точка.  Из какого кармана расплачивался министр?  Если бы  следователи
Генпрокуратуры могли пойти по следу...
     Шлейф слухов  о  неприглядных  делах  министра   становился   все
длиннее,  у военных и гражданских блюстителей закона возникало к Павлу
Сергеевичу все больше вопросов.  Например, на каком основании его сын,
юный  старлей  Грачев,  поселился  в  элитной генеральской квартире на
Рублевке?  На каком основании сам он во время  отдыха  на  Кавказе  "с
барского  плеча"  подарил  работникам  одного  из  заповедников партию
дорогостоящего стрелкового оружия? За какие заслуги осчастливил личным
оружием  некоторых  своих помощников и журналистов?  С его ли ведома в
доме МО по Рублевскому  шоссе  была  продана  за  900  тысяч  долларов
огромная площадь под коммерческий магазин?
     Вопросы были - ответов не было.
     В МО и ГШ поговаривали, что на многие неблаговидные дела министра
подталкивала свита...

                            ГЕНЕРАЛ У ДАЧИ

     В Минобороны  по  рукам  ходил  большой  цветной  фотоснимок,  на
котором  было  изображено  огромное,  в несколько этажей,  строение из
красного кирпича. На обратной стороне снимка надпись: "Строящаяся дача
министра обороны".
     Реагировали по-разному:  кто завистливо  прицокивал  языком,  кто
чертыхался, кто прикидывал, сколько может стоить этот красный коробок.
Мнения доморощенных специалистов резко разошлись: одни утверждали, что
дача потянет на 800-900 тысяч долларов, другие в сердцах замечали, что
проще вычислить стоимость гостиницы "Россия"...
     Позже, на  офицерской пирушке по случаю какого-то праздника,  эта
тема  всплыла  вновь.  А  присутствие   за   столом   полковников   из
хозяйственного управления Генштаба придавало разговору весомость - эти
люди были посвящены во многие арбатские тайны.
     Под рюмочку-закусочку стали вспоминать,  что первым приобретением
Грачева была служебная дача,  которую он приватизировал на заре  своей
министерской карьеры по стоимости, вызвавшей зависть неблагожелателей.
Однажды сам Павел Сергеевич сказал,  что "по нынешним меркам эта  дача
является  весьма средней".  Скромничал министр,  сбивал цену:  на этой
даче  не  стеснялся  жить  член  Политбюро  ЦК  КПСС  Демичев.  Кто-то
просигнализировал  в  правоохранительные  органы  и  одновременно  - в
прессу.  Разгорелся скандал.  Вознамерившаяся  было  проверить  сигнал
Главная   военная   прокуратура   тут  же  осеклась:  строгая  команда
Генпрокуратуры РФ "Стоп!" остудила пыл.
     Но въедливые  правдоискатели  продолжали  гнуть  свое и требовали
ревизорской проверки расчетов стоимости приватизированного строения  ј
6 в поселке Дачная Поляна.  И так они достали министра,  что, говорят,
он не выдержал и бросил в сердцах:  если надо, буду защищать свое хоть
с пулеметом.
     ...Неспешно текла застольная беседа.  После очередного  перезвона
наполненной   тары   аудитория   вновь  обращала  соловеющие  взоры  к
"хозушнику".
     - Значит,  так,  второй дачей Грачева считалась первая служебная,
или  государственная.  Она  относилась  к  объектам  особой  важности,
поскольку  там  располагался один из специальных узлов связи - министр
обороны и среди ночи  должен  иметь  возможность  управлять  войсками.
Естественно,    круглосуточная    охрана.   "Мне   приказано   Борисом
Николаевичем жить на этой даче", - признался однажды Павел Сергеевич.
     Тут в разговор вклинился друг "хозушника":
     - Такого приказа не могло быть в природе! Дача не входит в реестр
загородных строений президентского и правительственного аппаратов, она
пока на балансе Министерства обороны. Да и нет ни одного документа, из
которого следовало бы,  что Ельцин "приказывает" министрам жить на той
или иной даче.
     Опять выпили.  Опять закусили.  Хорошо сидим. Кто-то спрашивает у
главного героя вечера:
     - А дача в Архангельском? Говорят, там есть еще одна дача.
     "Хозушник" не спешит с ответом, держит паузу. Публика ждет.
     - Значит, так, третья дача действительно в Архангельском. Она, по
словам Пал Сергеича, "для отдыхающих высокого международного ранга".
     Мне тоже  хотелось  встрять  в  разговор,  добавить,  как однажды
Грачев сказал об архангельском имении:  "Деревянный  домик,  красивый,
представляющий  определенную  историческую ценность".  Многие в МО уже
знали,  что его отремонтировали за счет Минобороны,  и  "в  результате
совершенно  безвкусного  ремонта  историческая ценность особняка стала
очень сомнительной".
     Но полковник перебил меня:
     - Хотите,  расскажу про четвертую дачу?  Ту,  на которой когда-то
жил Кондратьев, бывший замминистра обороны.
     Из хмельной перепалки "хозушников" мы узнали,  что  на  четвертой
даче  жители поселка не однажды видели старшего сына министра - Сергея
и что дача эта, возможно, будет приватизирована...
     - Это если Грачев успеет!
     - Во, что творится!
     - Мало ли что говорят!
     - Дайте же человеку рассказать!
     Рука полковника  тянется  к папке,  извлекает оттуда уже знакомую
всем фотографию красной коробки. Ну-у, про эту мы уже слышали.
     Выросла дача  как  на  дрожжах.  Будто  бы  с автономной системой
жизнеобеспечения и всей "инфраструктурой",  как в  загородных  дворцах
высшей  российской  элиты.  По  всем  расчетам  на "честные деньги" ее
строили  бы  лет  десять.  А  тут   никаких   перебоев   с   доставкой
стройматериалов или рабочей силы. Говорили, что "объект" находился под
личным   контролем   заместителя   министра   обороны   -   начальника
строительства  и  расквартирования  войск  генерал-полковника Анатолия
Соломатина.  Слышал я, у министра обороны вызвал негодование бездарный
проект  крыши  "Дома  культуры" (так назвали дачу завистливые соседи).
Дело в том,  что архитектор сварганил "ломаный вариант",  и  зимой  на
крыше накапливается снег. Самым лучшим признан проект "падающей" крыши
на  даче  командующего  войсками  ДальВО  генерал-полковника   Виктора
Чечеватова.
     Так что  "сенсации"  не  получилось.  Раздосадованный  "хозушник"
упрямо продолжает:
     - А хотите, я вам еще про одну грачевскую дачу расскажу?
     Но едва он открывает рот, мы хором:
     - Сами расскажем!
     В феврале    1996    года   депутат   Государственной   думы   по
Новороссийскому избирательному  округу  Нина  Зацепина  распространила
официальный документ,  из которого следовало, что генерал армии Грачев
П.С.  в  обход  закона  получил  земельный  участок  на   Черноморском
побережье.  Зацепина понимала, что на нее заведут уголовное дело, если
она предаст огласке непроверенные факты.  И она с документами в  руках
доказала,  что 13 апреля 1994 года администрация Геленджика издала ряд
постановлений  о  выделении  военнослужащим  Забайкальского   военного
округа,  увольняющимся  в запас,  земельных участков под строительство
частных жилых домов.  В одном  из  этих  постановлений  говорилось  об
увольнении  в  запас в IV квартале 1994 года "гражданина Грачева Павла
Сергеевича,  1948   года   рождения,   который   проходит   службу   в
Забайкальском военном округе, имеет более 26 лет календарной выслуги".
По распоряжению мэра Геленджика гражданину Грачеву П.С.  выделено 1050
квадратных метров земли в районе гостиницы "Чайка",  весьма престижном
районе города-курорта...
     Итоги проверки этих сведений,  как и следовало ожидать,  остались
неизвестными...
     Долго циркулировали   в   МО  и  слухи  о  загадочной  истории  с
грачевской фазендой.  Будто бы Грачев приобрел недвижимость за рубежом
-  на  Кипре (район Ларнаки).  Говорили,  что там же заимели фазенды и
другие генералы МО,  в их числе назывались бывший  начальник  Главного
управления военного бюджета и финансирования генерал-полковник Василий
Воробьев,  бывший начальник  Главного  организационно-мобилизационного
управления генерал-полковник Вячеслав Жеребцов.
     Слухи стали крепнуть после того,  как  группа  высокопоставленных
генералов МО вместе с женами неожиданно отправилась в поездку на Кипр.
     Потом даже  просочилась  информация,  будто  сведения   об   этом
поступили  в  аппараты  президента  и  главы кабинета министров,  была
организована проверка.  Затруднялась она тем,  что "русские имения" на
Кипре,  как  правило,  оформляются  на  подставных лиц.  Сыщики все же
"взяли  след"  и  даже  откопали  весьма   пикантную   подробность   -
прогулочная яхта одного из хозяев "русского имения" была пришвартована
рядом...
     Грачев пришел  в ярость,  когда узнал,  что является "владельцем"
такого числа объектов недвижимости.  В связи с этим в "Красной звезде"
даже был объявлен конкурс:  тот, кто найдет больше одной дачи, получит
все остальные. Охотников искать не было...
     В грачевские  времена  у  нас  на Арбате часто поговаривали,  что
Кремль использует столь убийственный  компромат  к  своей  выгоде.  Он
позволяет держать уличенных генералов на коротком поводке.
     У одного     из     высокопоставленных     офицеров      Главного
квартирно-эксплуатационного  управления  МО  РФ  я попытался выяснить,
каков же механизм возведения генеральских дач за государственный кошт.
Оказалось, все очень просто.
     По команде  из  Минобороны  или  Генштаба  стройорганы   выделяли
материалы - якобы для нужд боевой подготовки, ремонта казарменного или
жилищного фонда,  строительства  других  объектов.  "Особо  доверенные
лица"  получали эти материалы и переправляли в места строительства дач
и коттеджей.  Какая-то часть доставалась местным начальникам  -  чтобы
держали  язык  за  зубами  и контролировали безопасность махинации.  В
Подмосковье таким образом в 1992-1995 годах было возведено  свыше  200
дач  и  коттеджей.  Почти  95  процентов их хозяев не могут предъявить
правоохранительным органам документы,  полностью  подтверждающие,  что
материалы  куплены  на  собственные  сбережения  и  что к строительным
работам не привлекались военнослужащие или гражданский персонал МО.
     Дачу командующего  ДальВО  генерал-полковника Виктора Чечеватова,
рассказывают,  строили  специально  откомандированные  аж  с  Дальнего
Востока военнослужащие-москвичи.  В мае 1996 года Государственная дума
назначила расследование в связи с поступившими сведениями о  том,  что
сподвижник     Грачева    генерал-полковник    Жеребцов    использовал
военнослужащих на строительстве собственной дачи.
     Думцы наивны как дети.
     Наибольший размах  строительства   с   использованием   армейских
материалов   и   "рабсилы"   отмечен  в  населенных  пунктах  ближнего
Подмосковья: Архангельское, Барвиха, Баковка, Жуковка, Медвежьи Озера,
Николина   Гора,   дачный   генеральский  поселок  на  21-м  километре
Можайского  шоссе.  Сегодня  в  МО  приватизированы  практически   все
служебные  дачи.  Но  и это еще не все:  некоторые генералы умудрились
заполучить по нескольку земельных наделов - кто 15-20 соток,  а кто  и
гектар...
     Для справки.  Один  из  заместителей  министра  обороны  США   не
полностью  оплатил  мизерный  счет за пользование служебной машиной на
свадьбе дочери. Утром Билл Клинтон не пожал ему руку. К вечеру генерал
был уволен из армии...

                          "ГУЛЯЮЩИЕ" ДЕНЬГИ

     В середине  1992  года в Генштабе заговорили о том,  что огромные
суммы,  направляемые  Министерством  обороны  через  Центробанк  РФ  в
войска,  стали  на  долгое  время  исчезать из поля зрения руководства
военного ведомства.  Однажды "исчезла" сумма,  которой хватило  бы  на
месячное  денежное  содержание  личного  состава войск целого военного
округа.
     Начальник Главного  управления  военного бюджета и финансирования
МО генерал-полковник Василий Воробьев подтвердил, что деньги из Центра
поступали  в  войска со значительными задержками.  А потом на одной из
пресс-конференций    привел    конкретные     факты.     Перечисленные
Северо-Западной  группе  войск  в  апреле  1992 года 3 миллиона рублей
(тогда огромные деньги!) были зачислены на ее счет  только  в  декабре
1993-го. В ту же СЗГВ в ноябре 1992 года было перечислено 25 миллионов
рублей.  Адресату они поступили аж через 12 месяцев.  Воробьев главную
причину задержек видел в "неповоротливой банковской системе".
     Специалисты тогда же подсчитали,  что  из  25  миллионов  рублей,
"гулявших" неизвестно где почти год,  можно было накрутить левый доход
в 15-20 миллионов деревянных.  Спецслужбы при содействии  МО  и  ЦБ  в
течение  10-20  дней  (как  это делалось другими ведомствами) могли бы
установить,  где застряли "военные" деньги, кто и куда их направил. Но
хотело ли Минобороны искать?
     В Брянском гарнизоне,  который входит в Московский военный округ,
за март, апрель и май военнослужащие не получили зарплату даже в июне.
Она вдруг таинственно пропала где-то по пути из Москвы. Начался поиск.
И  вот  "разведка"  доложила:  "зарплата  не  пропала,  а  пустилась в
"самоволку".  Главный бухгалтер квартирно-эксплуатационного управления
МВО   подполковник   Жигачев   отдал  напрокат  875  миллионов  рублей
тамбовской  посреднической  фирме  "Нифко".  Там  зарплата  и  обитала
несколько месяцев, нагуливая проценты.
     Командующий войсками      Московского       военного       округа
генерал-полковник  Леонтий  Кузнецов "наказал" подполковника на полную
катушку - предупредил его о неполном служебном соответствии...
     В 1994-1996   годах   масштабы   прокрутки  военных  денег  стали
разрастаться стремительными темпами.  Речь шла уже о сотнях миллионов.
А нас приучили жить с пониманием "сложной ситуации".

                       ТАЙНА БЕЛЬГИЙСКОГО СЧЕТА

     В свое время просочилась информация, что по распоряжению генерала
В. Воробьева со счета ј 07010 в полевом учреждении ј 47659 Центробанка
РФ  в  Польше  (речь идет о деньгах,  поступивших от продажи имущества
ликвидированной  Северной  группы  войск)  было  снято  50  миллиардов
злотых.  Их  переконвертировали  в  9  миллионов долларов и перевели в
Западную группу войск.  Там пять из девяти обратили в немецкие марки и
положили  на  счет  ј 4004040004 в/ч 44601.  Остальные четыре миллиона
перевели в Бельгию на счет совместного предприятия, никакого отношения
к армии не имеющего.
     Министерство обороны факт  существования  счета  ј  400404004  не
опровергало,  как  и  факт  перевода  четырех миллионов в Бельгию.  Но
попытки выйти на  след  бельгийского  счета  активно  блокировались  в
военном  ведомстве  и  высших  госструктурах.  Все  же кое-какие следы
российские и зарубежные сыщики нащупали.
     Не секрет,  что  Западную группу войск успешно "доил" известный в
Европе бизнесмен Майк Брандвайн. Брандвайн официально признался, что в
Антверпене   ему  принадлежала  компания  "МЕ-S  Интернэшнл",  расцвет
которой пришелся как раз на то время, когда в Бельгию были перечислены
"польские" доллары.
     Сравнительно недавно российские сыщики обнаружили, что существует
московское   отделение   "МЕ-S   Интернэшнл",  регулярно  отправлявшее
переводы на миллионы долларов в  нью-йоркскую  компанию  "Слава  Инк".
Бельгийский   журналист   Алек   Лаллеман,  который  написал  книгу  о
Брандвайне,  пришел  к   выводу,   что   "Славу   Инк"   контролировал
небезызвестный  авторитет Вячеслав Иваньков.  Япончик.  А если учесть,
что Брандвайн,  как утверждают бельгийские следователи,  в свое  время
помогал  скрываться  в Бельгии наследному "папе" российской зарубежной
мафии Борису Найфельду,  который без ведома Брандвайна использовал его
компанию  "МЕ-S  Интернэшнл",  получавшую  "комиссионные" не только из
Москвы,  но и из Германии,  то станет ясно,  что клубок  спутан  очень
крепко.
     Компетентные специалисты утверждают,  что в переконвертировании и
переводе наших денег из Польши в ЗГВ ничего противоправного нет. Явные
признаки криминала содержались в  переводе  армейских  денег  на  счет
бельгийского СП, работавшего под крышей "МЕ-S Интернэшнл".
     О "пропаже" четырех миллионов долларов в  Москве  стало  известно
уже через несколько месяцев.  И что же?  Было назначено расследование,
от  генерала  Воробьева  потребовали  объяснений,  взяли  подписку   о
невыезде,  сыщики  вылетали  в Бельгию и изучили характер деятельности
загадочного СП?  Или Министерство обороны выступило  с  заявлением,  в
котором  растолковало  бестолковым  соотечественникам,  что "польские"
деньги переведены в Бельгию со строжайшим соблюдением таких-то  статей
таких-то законов РФ,  указов,  постановлений,  приказов и директив? Да
ничего подобного!  Молчал Ельцин,  молчал Грачев,  молчал  Центробанк,
молчал Совет безопасности. Россия - страна тайн.

                          СТРАТЕГИ МАХИНАЦИЙ

     Когда бывший  командующий  войсками  Северо-Кавказского  военного
округа генерал-полковник Алексей Митюхин недалеко от  Москвы  построил
себе  роскошную  дачу  с  помощью иностранной фирмы,  на Арбате многие
недоумевали:  как это можно - жить в Ростове,  а строить под  Москвой?
Митюхин  смог.  Не  смог  другого:  когда  пришел час профессиональных
испытаний в декабре 1994-го,  он оказался настолько  беспомощным,  что
Грачев был вынужден снять его с должности.
     Я не слышал,  чтобы в МО или ГШ кто-нибудь когда-нибудь говорил о
Митюхине-военачальнике.  Чаще всего шли совсем другие разговоры. Будто
бы Митюхину,  уезжавшему из ЗГВ  командовать  СКВО,  генерал  Бурлаков
подарил  двух  бронзовых  оленей.  Но  поскольку  это  были  раритеты,
немецкая контрразведка ударила в колокола. Главком приказал немедленно
и без шума вернуть их на место.
     Генштабисты, бывавшие в Ростове,  где  живет  пенсионер  Митюхин,
рассказывали,  что и по части приватизации генерал преуспел.  То домик
за счет войсковых средств отремонтировал и приватизировал,  то выкупил
целый ресторан - жене в подарок.  Но в чем-то,  очевидно,  дал Митюхин
маху:  слышал,  сейчас  трясут  его,  как  грушу,   правоохранительные
ростовские органы. Дай им Бог.
     Ползут слухи и о командующем войсками  ДальВО  генерал-полковнике
Викторе Чечеватове.  Рассказывают, еще в бытность командармом в ЗГВ он
умудрился вывезти из Германии уникальные фарфоровые часы. В мире таких
всего двое. Немецкие власти потребовали вернуть их. Пришлось, говорят,
тайком снаряжать самолет в Германию, чтобы побыстрее замять дело.
     Командовал Чечеватов войсками Киевского военного округа - уличили
его  в  махинациях  с  импортными  автомобилями.   Отмылся.   А   став
командующим  войсками  ДальВО,  влип  в  скандал с коммерческой фирмой
"Бизон",  через которую, как утверждают "клеветники из дальневосточных
газет", продавал военное имущество.
     Сравнительно недавно в МО поступили сигналы о новых  коммерческих
талантах  генерала:  по его распоряжению на деньги,  которые следовало
выдать  офицерам  в  день  получки,  была  закуплена  огромная  партия
импортных   консервов.   Просроченных.   Их   отказывались  есть  даже
полигонные собаки.  Но  консервы  все-таки  разослали  в  гарнизоны  и
пытались продавать втридорога.
     Когда в  1996  году   развернулась   предвыборная   президентская
кампания,  Чечеватов  возымел горячее желание возглавить Россию и стал
собирать  подписи  в  свою  поддержку.  От  старшего   офицера   штаба
Уссурийской армии я слышал, что подписи собирали в приказном порядке и
по строго установленной разнарядке.  В Москве затея Чечеватова кому-то
очень не понравилась.  И Чечеватов сделал красивый жест:  объявил, что
все "свои" голоса отдает в пользу Ельцина. Эта весть мигом долетела до
Кремля и вызвала там одобрение. Ждет теперь генерала дальняя дорога, в
Москве такие люди нужны.  Тем более что дача-дворец  в  Подмосковье  у
него уже есть.
     О силе генеральских  связей  свидетельствует  то,  как  он  сумел
отмазать от тюрьмы сына-офицера,  слушателя военной академии,  который
однажды  чуть  не   расстрелял   из   отцовского   боевого   пистолета
(подаренного,  кстати, Грачевым) водителя грузовой машины, подрезавшей
путь его "Ладе". Сына даже не выгнали из академии... Вскоре после того
случая  я  позвонил  военному  прокурору Мосгарнизона генералу Леониду
Объектову и спросил, как идет расследование уголовного дела.
     - Никак, - ответил генерал. - Задержанного приказали отпустить.
     Безнаказанность старших начальников  видят  их  подчиненные.  Это
размывает  в  сознании людей уважение к закону и убивает в них желание
соблюдать элементарные моральные нормы.
     Что с нами происходит?
     Иду по  генштабовскому  коридору,  навстречу  знакомый   генерал.
Озабоченный,  глубокомысленный вид.  Здороваемся.  Намекает,  что есть
"очень серьезный вопрос". Приглашает в свой кабинет.
     - Ты не поможешь решить одну проблему? Надо в подмосковных частях
найти емкость под бензин  на  50  тысяч  тонн.  Для  наших  друзей  из
коммерции. Обещают солидный гонорар.
     Стратегические проблемы. Генштаб. Серьезная работа!
     Что с нами происходит?!
     ...Вот дружно плачемся,  что второй  месяц  не  выдают  денежного
содержания. Скрипим зубами. А Ельцин приехал к нам как-то на совещание
и сказал:  "Я вам все дал".  А может,  оно так и есть? От Министерства
финансов  до  Министерства  обороны - рукой подать,  а деньги идут два
месяца.  Только почему-то иногда через  Ленинградский  военный  округ.
Туда долгое время в адрес одной из частей шли гигантские суммы.  Потом
вдруг оказалось,  что часть давно расформирована.  Но деньги шли, шли,
шли и совсем ушли. Кто виноват?
     Донесения с финансовых фронтов идут косяками.  Вот  она,  славная
летопись борьбы за народную копейку.
     ...Главный бухгалтер в/ч 64065 капитан С.  Назаров и гражданин С.
Сергиенко  по подложным документам перечислили 31,5 миллиона рублей на
расчетные счета четырех коммерческих фирм, где обналичили их и сами же
получили.
     ...Начальник финансовой службы 35-го отдельного полка  связи  ВВС
СФ  капитан  С.  Каюков перечислил со счета части в ТОО "Ипотечный дом
Инком" 27 миллионов рублей.
     ...Начальник 271-го  валютно-финансового  отдела  СЗГВ  полковник
Широков по предложению прибывших для проведения  проверки  должностных
лиц ГУВБиФ  полковников  Н.  Дегтярева  и Д.  Овчинникова перечислил в
коммерческие структуры более 1 миллиарда рублей.
     Но все это - детские забавы.
     Мой сослуживец уже год допекает меня вопросами.  Вот Ельцин еще в
ноябре  95-го  главного нашего финансового воротилу уволил.  А за что?
Почему я, полковник Генштаба, не могу знать, на чем попался мой боевой
товарищ? Может быть, я его ошибок не хочу повторить.
     Знает полковник,  что Воробьева убрали за неаккуратную  прокрутку
военно-бюджетных миллиардов.  Но ему хочется,  чтобы Грачев объявил об
этом на всю армию. Многого хочешь, товарищ.
     Начальник ракетно-артиллерийского  вооружения  одной  из воинских
частей  Сибирского  военного  округа  подполковник   Томсов   продавал
вверенное ему оружие. Следствием было установлено, что Томсову удалось
продать 165  автоматов  и  карабинов,  несколько  десятков  пистолетов
Макарова и гранатометов РПГ-7 со снарядами.
     Я бы Томсова не судил.  Я бы  ему  Героя  дал.  Если  у  человека
проявились такие таланты, значит, реформы для него не прошли даром.
     Ну а если серьезно, то картинка с натуры выглядит вот так.
     ...За последние   годы   число   хищений   оружия,  вооружений  и
боеприпасов в армии возросло в  25  раз.  Из  расследованных  военными
прокуратурами  только  в  1993  году 21446 уголовных дел 317 связаны с
хищениями  оружия  и  боеприпасов.  За  последующий  год   только   по
расследованным  данным  из российской армии похищено (или утрачено) 89
пулеметов,  1361  автоматов,  2431  пистолет,  337563  гранаты,  21606
килограммов взрывчатых веществ, 1 миллион 599 тысяч патронов.
     Похищают и тяжелое  вооружение  -  танки,  БМП,  зенитно-ракетные
комплексы.  Иногда  мне  кажется,  что  итальянские мафиози - сопливые
пацаны по сравнению с нашими комбинаторами в погонах.
     По данным следствия.
     Начальник тыла  Дальней  авиации  генерал-майор  Виктор  Юдин   и
начальник  Главного  управления  торговли  МО генерал авиации Григорий
Каракозов организовали  группу,  которая  похитила  шесть  контейнеров
парфюмерии,  поступившей  в адрес ВО "Союзхимэкспорт".  Так минобороны
Египта расплатилось за ремонт своих вертолетов.
     18 января  1992  года  вице-премьер  правительства РФ Егор Гайдар
подписал подготовленное группой распоряжение ј  106-р.  Согласно  ему,
вся парфюмерия, передавалась в собственность Минобороны РФ.
     В начале апреля участник группы майор Мартынов  в  порту  Измаила
получил контейнеры.
     Товар на сумму 4 миллиона долларов США был  реализован  офицерами
при посредничестве ТОО "Инвест".
     Казалось бы, следствие закончено. Но уголовное дело до сих пор не
закрыто. Генерала Юдина, которому следствие инкриминирует сразу четыре
преступления:  хищение,  дача взятки,  должностной подлог и незаконное
хранение оружия,  - дважды сажали и дважды отпускали. Вокруг него идет
какая-то странная возня. Пойманный за руку, он разгуливал на свободе и
даже   грозил   в  одном  интервью  в  случае  его  очередного  ареста
"рассказать кое-что такое",  что испортит  настроение  "очень  высоким
людям" в Минобороны и правительстве.
     ...Четыре года лишения свободы условно с испытательным сроком  на
три  года  -  такой  приговор вынесла летом 1995 года Военная коллегия
Верховного Суда России бывшему коменданту охраны Министерства  обороны
РФ генерал-майору Вячеславу Овсянникову.
     Детали его преступлений до сих пор держатся в строжайшем  секрете
даже  от  генералов и офицеров центрального аппарата МО и ГШ.  Почему?
Слишком много знает и  слишком  тесно  был  связан  с  высшей  военной
верхушкой  МО.  Но  шила  в мешке не утаить:  по коридорам МО и ГШ уже
давно гуляют "легенды" о том,  как генерал сдавал в аренду  загородные
благоустроенные военные "объекты" элитной московской публике,  как был
уличен в сделках,  связанных с продажей оружия,  как во время ареста в
его  сейфе  нашли баснословное количество долларов и бриллиантов,  как
установили,  что его чадо учится в заграничном  учебном  заведении  за
плату, которая не по зубам даже трем генералам.
     Публичной огласке в 1993-1995 годах было предано свыше 100 фактов
и    документов    серьезных    правонарушений,    допущенных   высшим
генералитетом.  Но можно по  пальцам  пересчитать  случаи,  когда  это
вызвало  серьезную ответную реакцию.  Власть бережет тех,  кто бережет
ее.
     Отставной генерал  Матвей  Бурлаков  стал президентом фонда Союза
ветеранов ЗГВ. Союз ветеранов сумел разместить в столичных банках свои
счета.  Откуда  деньжата?  Из  ЗГВ.  Сотрудники  фонда  с  пеной у рта
доказывают,  что первоначальный капитал -  это  взносы  членов  Союза,
пособия  от  немецких  друзей,  правда,  признают,  что часть капитала
получена от продажи излишков войскового имущества ЗГВ.
     Странные происходят   вещи.  Союз  ветеранов  ЗГВ  -  организация
общественная.  Основу  стартового  капитала  для  своего   фонда   она
получила, можно сказать, из государственной казны. Значит, государство
имеет право знать,  как и куда СВ ЗГВ расходует деньги.  Но  ни  одной
серьезной проверки не было. Почему?
     На Тихоокеанском      флоте      при      участии      начальника
поисково-спасательной  службы  капитана  1-го ранга Бориса Косика и не
без ведома бывшего командующего ТОФ  адмирала  Хватова  были  сданы  в
аренду   греческой   компании   "Эмэкс"   два  судна.  Уголовное  дело
закончилось практически ничем - Косик был уволен, а Хватова, повысив в
должности, перевели в Москву.
     Кто мог подумать,  что здесь вдруг вспомнят об отменном искусстве
адмирала  приобретать  квартиры  преступным  путем.  Открыли уголовное
дело.  Когда я был в  командировке  во  Владивостоке,  штабной  офицер
сказал мне:
     - Когда-то   я   молился   на   Хватова.   Сейчас   мне   хочется
застрелиться...

                          МАФИЯ И ГЕОГРАФИЯ

     "Интеграционный процесс"  в  среде военной мафии идет куда лучше,
чем  в  области  сотрудничества   армий   стран   СНГ.   Контрразведка
"засветила"   грандиозную   операцию   по   перевозке  большой  партии
вооружений из Казахстана в направлении границы с Северной  Кореей:  21
вагон и платформа.
     У сотрудников Дальневосточного таможенного  управления  глаза  на
лоб  полезли,  когда  они узнали,  что эшелон,  задержанный на станции
Ханко,  без сопроводительных документов беспрепятственно прошел  почти
пол-России.
     А между  тем  новые  факты  "военно-технического  сотрудничества"
московских и алма-атинских генералов стали поводом для расследования.
     Верховный суд Казахстана вынес приговор двум офицерам, виновным в
нелегальном   экспорте  оружия.  Бывший  замминистра  обороны  генерал
Валерий Сапсаев был приговорен к 8 годам лишения свободы,  а начальник
отдела   министерства   Жайлубай   Садибеков  -  к  4,5  годам.  Самое
интересное:  в качестве  посредника  при  заключении  сделки  выступал
высокопоставленный  российский  генерал  (по  некоторым сведениям,  он
имеет звание "генерал армии").
     Таинственные "генерал-коммерсанты"   из   Москвы   появлялись   в
Казахстане,  Молдавии,  Приднестровье,  на Украине.  Как  хитрые  лисы
вокруг  курятника,  они  не  раз  под  вымышленными  именами кружили у
белорусских военных заводов,  предлагая посреднические услуги.  Одного
из  них  засекли  белорусские органы государственной безопасности.  По
каналам  ФСБ  удалось  выяснить,  что  "благодаря"  его   деятельности
оказался втянутым в сомнительные аферы и генералитет Киргизии.
     Интересовался я  у  офицеров  военной  контрразведки,  почему  не
оглашаются фамилии тех,  кто занимается подобной деятельностью?  И мне
отвечали:
     - Еще хочется жить...

                          КОСМИЧЕСКИЙ БИЗНЕС

     В ноябре  1994  года  в  Министерство обороны для нерекламируемых
переговоров прибыли представители малоизвестной американской  компании
"Эриал  имиджес  инкорпорейтед".  С российской стороны была выставлена
смешанная бригада - сотрудники аппарата первого  заместителя  министра
обороны   РФ   Андрея   Кокошина,   картографического  управления  ГШ,
представители Военно-космических сил РФ  и  малоизвестной  организации
"Совинформспутник".
     В июле 1995-го между "Эриал имиджес" и  "Совинформспутником"  при
участии   представителей  Минобороны  РФ  был  подписан  контракт,  по
которому наше военное  ведомство  обязалось  предоставить  американцам
несколько сот фотографий, сделанных нашими спутниками из космоса, и не
позднее января 1996 года вывести на орбиту спутник  с  фотоаппаратурой
для    получения    снимков    территорий   и   объектов,   заказанных
представителями США. Контракт получил название СПИН-2.
     Идея его родилась давно.  Еще в 1992 году американские картографы
(а заодно и  служба  космической  разведки  ЦРУ)  получили  из  Москвы
великолепный "подарок" - наши контрабандисты в погонах сумели передать
в США огромное количество снимков из космоса.  Когда они были детально
изучены   и  расшифрованы,  у  американцев  "разгорелся  аппетит".  Но
поскольку российские спецслужбы вели расследование уголовного дела (до
сих пор безуспешно),  руководители "Эриала" решили:  зачем ждать новой
контрабанды, если можно в официальном порядке по дешевке купить нужные
снимки у русских, заставив их пахать на себя?
     Американцы не скрывали,  что  от  заказчиков  у  них  нет  отбоя.
Получены   запросы   из   Австралии,  Индонезии,  Малайзии,  Таиланда,
Голландии,  Германии и некоторых стран Ближнего Востока.  Общая  сумма
заказов  по  космическим съемкам уже превышает два миллиона квадратных
километров.
     Какой навар  будет  иметь наше Министерство обороны?  Просочились
сведения,  что американцы собираются платить нам по 1000  долларов  за
съемку  одного  квадратного километра указанной ими территории.  Это в
три раза  дешевле  обычной  аэрофотосъемки.  К  тому  же  Министерство
обороны    часть   выручки   будет   отчислять   "Совинформ-спутнику",
отвечающему за работу фотоаппаратуры.
     Размышляя об этой истории,  я пытался понять: почему США пошли на
столь унизительный для себя шаг? Ведь их космическая разведка ни в чем
не уступает российской.
     8 декабря 1995 года в Москву поступили сведения,  что 6 декабря в
00  часов  18  минут  по  московскому  времени  с военной базы ВВС США
Ванденберг    ракетой-носителем    "Титан-4"    осуществлен     запуск
разведывательного спутника типа "Киноул" для наблюдения за территорией
России.
     Спутник массой около 13 тонн имеет форму большого цилиндра длиной
15  и  диаметром  3  метра,  внутри  которого   размещена   сложнейшая
аппаратура.  Она  позволяет  получить детальное изображение объекта на
земной  поверхности  с  точностью  до  15  сантиметров.  Эти  спутники
способны  функционировать  на  низкой  околоземной  орбите  в  течение
нескольких лет...
     Известно, что с помощью спутников такого типа американцам удалось
получить фотографии советского стратегического бомбардировщика Ту-160,
авианесущего корабля   "Адмирал  флота  Н.А.  Кузнецов",  космического
корабля многоразового использования "Буран",  причем можно  было  даже
различить название на его борту.
     Надо хорошо знать американцев:  имея такие  возможности,  они  не
упустят  момента,  если  пахнет хорошим наваром.  Одним выстрелом трех
зайцев:  и куш солидный,  и  масса  дополнительных  разведсведений,  и
возможность разобраться в российской технологии.
     А нашим - лишь бы хоть  как-то  поправить  финансовое  положение.
Говорят,  только  начальник  Генштаба  генерал армии Михаил Колесников
поначалу противился этой затее и на одном из документов сразу начертал
отрицательную резолюцию. Но его "живьем" и по телефону стали уламывать
"заинтересованные лица".
     Я долго не мог понять:  почему десятки высокопоставленных военных
чиновников,  о  махинациях  которых  было  известно  всем,  вплоть  до
следователей по особо важным делам, оставались безнаказанными?
     Наконец понял:  власть никогда и  не  была  заинтересована  в  их
разоблачении. Своеобразная плата за то, что они служили ее опорой.
     Я часто встречаю этих людей в коридорах и кабинетах  Министерства
обороны  и  Генштаба.  У них приятные манеры,  они говорят подчиненным
"правильные" слова,  призывают крепить боеготовность,  "отдавать всего
себя" служению России. И я вынужден пожимать им руки!

Дуэль N 18
Date: 22-10-96
Title: БУНТ НА КОЛЕНЯХ (Открытое письмо  офицеров  генерального  штаба
министру обороны Российской Федерации)

     Господин министр!
     Вам хорошо известно о том,  что офицеры Генерального штаба  давно
требуют встречи с руководством Минобороны, чтобы услышать оценку того,
что происходит в стране и Вооруженных Силах. Ваши сетования на то, что
все   решения   принимаются   "рыжеволосым"   по   указке  заокеанских
покровителей хозяев Кремля,  не  освобождают  Вас  от  ответственности
перед  народом  России за состояние обороны и безопасности страны,  до
недавнего  времени  бывшей  великой  мировой  ядерной   державой.   Мы
понимаем,  что  "элитному" генералу недосуг выслушивать мнение рабочей
челяди, но Вам все  же  придется  ответить  на  ряд  интересующих  нас
вопросов.
     Зачем Вы приняли предложенную Вам должность министра обороны? Для
безмолвного созерцания окончательного до развала армии? Нам достаточно
было Грачева и Кокошина,  преуспевших в этом под руководством Козырева
и Батурина, неукоснительно выполнявших долгие годы указания Клинтона и
А. Гора.
     За последние  годы  начальником  Генерального штаба не принято ни
одного  решения  по  строительству  и  развитию  Вооруженных  Сил   и,
очевидно,  по  этой  причине  успешно  сохраняющего  прочность  своего
положения при всех перипетиях в  руководстве  Минобороны  и  страны  в
целом.
     Мы считаем,  что при наличии  достаточного  количества  способных
руководить   Вооруженными  Силами  генералов  назначение  Вас  на  эту
должность имело целью окончательно уничтожить реальную силу, способную
противостоять  планам этих кремлевских деятелей.  Для них самый важный
фактор  сейчас  -  время.  Каждый  день  безмолвного   созерцания   их
активности  приближает их к тому,  чего не удалось сделать еще никому,
начиная со времен Чингис-хана.
     Вы, в  прошлом  боевой  генерал,  за  годы  руководства академией
Генерального штаба полностью утратили аналитические способности. Но Вы
можете не понимать, что сейчас наносится главный удар по высшему звену
военного управления - Генеральному штабу.
     Несколько месяцев   офицеры   Генерального   штаба   не  получают
денежного довольствия. Это не случайно, и Вы это понимаете. Низведя до
скотского  состояния  народ нашей огромной России усилиями заокеанских
покровителей Кремля,  нельзя оставить работоспособным  мозговой  центр
Вооруженных Сил. Сломать, нарушить систему военного управления сегодня
означает, что завтра чубайсы и прочая сволочь под предлогом обострения
внутриполитических  ситуаций  призовут  на помощь натовские войска под
эгидой ООН,  возьмут под контроль все пункты управления,  все  объекты
военно-экономического   потенциала  страны.  Мы  не  думаем,  что  Вы,
господин министр, этого хотите.
     Мы не будем уговаривать Вас подать в отставку, не будем объявлять
голодовки,  хотя мы и наши семьи живем в самом дорогом  городе  и  уже
давно влачим нищенское, полуголодное существование.
     Мы требуем передать этим господам за кремлевской  стеной:  победу
им  не праздновать.  Хотя в коллективе Генерального штаба и продолжают
службу генералы и офицеры,  которые в тиши кабинетов тайком  от  всего
личного  состава  получили  ордена за участие в руководстве расстрелом
Белого дома,  основная масса генералов и  офицеров  сохранила  чувство
ответственности   за  судьбу  страны  и  ее  Вооруженных  Сил.  У  нас
достаточно сил и средств, чтобы заставить этих господ отказаться от их
замыслов.
     Устанавливаем им  срок  -  до  25  октября   полностью   погасить
задолженность  по  выплате денежного довольствия за август-октябрь.  А
если они что-либо попытаются объяснить вместо реального удовлетворения
наших  требований,  им  лучше до этого же срока ретироваться в местах,
где проходят обучение их дети, внуки и прочие отпрыски. Но и это их не
спасет.
     Пишем Вам  без  дипломатии.   Мы   не   учились   в   лондонских,
кембриджских  и  прочих  университетах,  а  нашим детям мы не смогли к
началу учебного года купить  даже  элементарные  необходимые  книги  и
школьные принадлежности.  Терять нам нечего.  А Вы,  господин министр,
найдите в себе силы  и  время  предстать  перед  голодным  коллективом
Генерального  штаба.  Ваша  должность  к  этому  обязывает.  Коллектив
офицеров Генерального штаба
     Господа! Некоторое время назад я обещал здесь публиковать отрывки
из  воспоминаний  Шмидта  Дзоблаева  -  осетинского старика (ему за 60
лет!), проведшего 8 месяцев в заложниках у чеченских головорезов.
     Сегодня я, наконец, начинаю эту публикацию.

     Большая просьба ко ВСЕМ:
     ПРОЧТИТЕ ЭТОТ МАТЕРИАЛ ЦЕЛИКОМ И ВНИМАТЕЛЬНО!
     ЭТО ДОЛЖЕН ЗНАТЬ КАЖДЫЙ ГРАЖДАНИН РОССИИ!!!

     На сем   я   свой  краткий  комментарий  кончаю.  Читайте  первый
отрывок...

     С уважением,                  Andrey Klochkov

======================================================================

                                           Шмидт Давыдович ДЗОБЛАЕВ

                         ВОСЕМЬ МЕСЯЦЕВ В АДУ
                         (исповедь заложника)

                                ЗАХВАТ

     В середине  декабря  1996-го  года  я  выехал  во Владикавказ для
подготовки конференции по проблемам Северного Кавказа.  Тогда  ко  мне
обратился  молодой  человек,  с который ранее рассказывал,  что создал
спортивный клуб,  около 100 членов  которого  готовы  влиться  в  нашу
организацию.  Он сказал, что Чечня хочет наладить отношения с Северной
Осетией и предложил  организовать  встречу  с  Яндарбиевым  (тогда  он
президентом  был)  и  с  Удуговым.  Договорились привлечь к участию во
встрече членов правительства Осетии.  Президент Осетии Галазов  решил,
что  надо налаживать отношения,  кто бы ни был в руководстве Чечни,  и
отправил  на  переговоры  своего  советника  по  правовым  вопросам  и
замминистра внутренних дел.
     Оказалось, что  нас  заманили  в  ловушку,  которую   подготовили
совместно  осетинская  и  чеченская  банды.  Они считали,  что за меня
Россия огромные деньги заплатит, а за чиновников - Осетия.
     Как только  мы  перешли  границу  с  Чечней,  "Урал"  перегородил
дорогу,  откуда-то  выскочили  человек  двадцать  с  гранатометами   и
пулеметами,  подняли страшный крик,  схватили нас,  вытащили из машин.
Меня ударили в подбородок и прикладом по печени. Забрали все что у нас
было - документы,  часы,  ручки.  Нам завязали глаза и связали руки, а
потом возили,  пока не  стемнело.  В  каком-то  лесу  нас  высадили  и
объявили, что мы приехали сюда со специальным заданием, а потому через
пару дней нас должны расстрелять. Пока же нам пообещали "беседы днем и
ночью".
     База бандитов  находилась  в  Шалинском  районе,   близ   селения
Чержень-юрт.  Это бывший пансионат какого-то предприятия. Там осталось
несколько полуразрушенных корпусов.  Поместили нас в местную тюрьму  -
комната, окошко, закрытое железным листом, на полу несколько матрасов.
С нас сняли одежду и обувь, головные уборы.
     На вторую  ночь  в  соседней  комнате  начались  переговоры между
группами,  организовавшими  похищение.  За  стеной,   видимо,   делили
предполагаемый выкуп. Стоял страшный шум, крики, ругань. Кто-то из нас
сказал,  что надо залечь на пол.  Это нас и  спасло.  Через  несколько
минут  командир захватившей нас группы (как потом выяснили,  его звали
Имали Даудов) закричал:  "Раз так,  мне деньги не нужны!"  и,  схватив
ручной пулемет,  забежал в нашу комнату,  с криком "Выходи строиться!"
от двери выпустил очередь наугад в темноту (была уже ночь).  Если б мы
стояли,  все  бы  погибли.  Тут  кто-то схватил его за плечо:  "Ладно,
хватит". Утром мы увидели, что все стены в дырках.
     Через два дня начали вести "беседы",  выяснять,  какой куш за нас
выплатят.  Я сказал,  что у меня у самого нет денег,  у  родственников
тоже. Ну, говорят, все равно получим за тебя столько долларов, сколько
сможем взять.  Потом мне все время повторяли:  "С тобой  будет  особый
разговор. У нас есть приказ Дудаева: расстрелять. Если хотят, чтобы ты
живым ушел, за тебя надо заплатить большой куш."
     Я ни разу не просил предъявить мне этот приказ, но всюду, куда бы
я не приезжал,  мне об этом приказе говорили.  Почему именно Дзоблаев,
есть же другие политики, которые выступали, как и я? Говорят: другие -
это просто шакалы.  У Дудаева,  видимо,  создалось  мнение,  что  меня
президент и администрация слушают.
     Через неделю боевики отпустили капитана ГАИ, которого замминистра
взял с собой. Он сказал: я соберу деньги. С этого момента меня держали
уже отдельно. Капитана отвезли к границе, а через два-три дня в Осетии
собрали миллиард. Я остался один.
     Меня держали отдельно,  потому что  считали,  что  я  -  советник
Ельцина.  Я  говорю,  что  такой  должности нет,  есть помощники.  Они
говорят: мы больше тебя знаем, ты работник службы безопасности России,
получил  задание  провести  здесь  какую-то операцию против чеченского
народа, может быть, даже сорвать выборы президента.
     Свою роль,  по  всей  видимости,  сыграл  тот  факт,  что с нашей
помощью была восстановлена деятельность Верховного совета Чечни, после
чего   Завгаева   назначили   главой  администрации.  Теперь  Завгаева
оплевывают за то,  что он мирные договоры подписывал  с  селениями.  А
народ  действительно  хотел  подписать  договор,  чтобы не воевать,  а
подчиняться законной власти.  Но после этого приходили боевики и брали
стариков,  подписавших договор,  за бороды... В начале войны я получил
из администрации президента телеграмму,  где предлагалось  представить
предложения   по   урегулированию  в  Чечне.  Мы  предложили  заняться
урегулированием внутричеченского конфликта. Там ведь оппозиция Дудаеву
была. Если бы Дудаев с ней общий язык нашли бы, и войны бы не было.
     После этого  вышло   распоряжение   президента,   которым   нашей
организации поручалось провести конференцию, на которой предполагалось
избрать комитет национального согласия.  Там  же  было  дано  указание
вице-премьеру   Сосковцу,  министру  национальностей  Егорову  оказать
содействие и принять участие в мероприятии. Никто из них палец о палец
не ударил. Это было в феврале 1995 года.
     25 марта 1995 мы провели конференцию  в  Пятигорске  и  подписали
Хартию национального согласия.  Участвовало 220 делегатов из Чечни, со
всех районов. Сами чеченцы объездили районы, избирали делегатов на эту
конференцию  и  приехали  с  мандатами.  Приехали главы администраций,
представители тейпов и интеллигенции.  До этого не было случая,  чтобы
чеченцев самих кто-то выслушал.  В Пятигорске впервые дали возможность
говорить все,  без  всякой  диктовки.  Все  знали:  стенограмма  будет
передана высшему руководству России, поскольку мы проводим конференцию
по заданию президента.  В Хартии говорилось,  что все вопросы в  Чечне
решаются в рамках Конституции Российской Федерации.  Но в связи с тем,
что и Филатов,  и Сосковец наши действия проигнорировали,  они сорвали
дело   внутричеченского  урегулирования  и  окончания  войны.  Никакой
финансовой поддержки не было.  Когда нам  решили  выделить  сорок  или
шестьдесят   миллионов,   Михайлов   (тогда   замминистра   по   делам
национальностей) взял эти  деньги  и  переправил  их  Автурханову  для
проведения  конференции.  Второй этап своей конференции мы провести не
смогли. Миннац проявил себя как министерство национального позора.
     Я и  не думал,  что бандиты захотят отпустить меня за собранный в
Осетии миллиард,  но потом они сказали:  - Мы за  миллиард  даже  полк
отпустили бы,  но, говорят, они не хотели тебя брать с собой. - Дело в
том, что советник президента Осетии Джикгаев, когда начались разговоры
о  выкупе,  с ходу сказал,  что я к Осетии никакого отношения не имею.
Пусть,  мол,  Россия за  него  платит.  Бандиты  сразу  мне  обвинение
предъявили: шпион. А советник еще им подтверждает: мы даже не знаем, с
какой целью он приехал сюда.  Если хотят они тебя живым получить.  Он,
наверное, перепугался,  а потому сказал:  -Вот его оставляйте,  он вам
нужен-.  Я ему говорю при  бандитах:  -Как  же  так,  когда  президент
Галазов пригласил тебя,  мы получили задание,  обговорили, из кабинета
Галазова вышли вместе-.  Позднее я узнал,  что этого  советника  после
возбуждения   уголовного   дела   следователь   прокуратуры  приглашал
рассказать как было дело,  но он отказался.  Тогда прокурор республики
пришел  к президенту Осетии Галазову,  пригласили и Джигкаева,  а он -
нахамил и ушел без объяснений.

                         ПЕРЕГОВОРЫ О ВЫКУПЕ

     Когда меня захватили,  боевики  примерно  через  пятнадцать  дней
связались с моими родственниками и потребовали от них два миллиарда.
     Боевики, которые меня держали,  встречались с боевиками,  которые
держали  первую  группу  ОРТ.  Консультировались о технологии передачи
денег.  И при этом они сказали:  Березовский заплатил. В Чечне все уже
знали, что Березовский за них заплатил. Они меня спросили: Березовский
за тебя может заплатить?  Я говорю - нет,  я его не знаю. Кстати, один
из  моих друзей обращался к Березовскому,  но он сказал:  Дзоблаевым я
заниматься не  буду.  Деньги  на  выкуп  собрали  родственники  -  250
миллионов.
     Потом родственники мне рассказывали,  что бандиты  связывались  с
ними  по  мобильному  телефону и приглашали на встречи.  Они говорили:
"Шмидт сказал,  что родственники у него богатые,  они не  только  один
миллиард,  они  несколько  миллиардов  могут  заплатить." Родственники
отвечают:  "Пусть назовет  имена  тех,  у  кого  он  знает,  что  есть
миллиарды."  Тогда  бандиты  говорят,  что даже труп не отдадут,  если
миллиард не будет заплачен.
     Они хотели несколько раз продать меня другим бандитам.
     Те говорили:  не отдавайте его родственникам, через четыре дня мы
вам принесем миллиард,  а в залог оставляем новый джип. Если не придем
через четыре дня, машина ваша. Миллиарда не принесли и джип продали за
шестьдесят   миллионов.  Потом  другой  дурак  нашелся  -  он  оставил
"жигули".
     Сфотографировал меня.  Говорит,  тебя  считают уже погибшим,  а я
сейчас поеду в Осетию и вернусь с миллиардом через  пять  дней.  Через
пять дней "жигули" продали за девять или десять миллионов.
     Я знаю,  что Аушев  интересовался  мной  и  просил:  выходите  на
Аушева.  Боевики не хотели этого делать, считая, что это пророссийский
президент. Потом мне сказали, что Аушев готов дать и деньги, и машину,
но командир боевиков отказался вести переговоры с Аушевым.
     В один из первых дней пришел ко мне  начальник  штаба  Радуева  и
сказал:  "Мы тебя расстреливать не будем, мы тебя обменяем. Есть очень
важный для нас человек, который арестован, в тюрьме сидит где-то, и мы
попытаемся  на  тебя  обменять."  Позднее,  когда стало известно,  что
радуевцы хотят меня не обменять,  а продать,  те бандиты, которые меня
захватили,  с  пулеметами  и  гранатометами  приехали в штаб Радуева и
сказали: вы его обещали расстрелять - не расстреляли, а за деньги мы и
сами  его отдадим.  Три часа я сидел в машине,  а в кабинете у Радуева
шел разговор.  Наконец,  радуевцы согласились отдать меня,  после чего
меня   из   радуевской   машины  пересадили  и  обратно  увезли.  Один
родственник  на  переговорах   вспылил:   "Хотите   его   расстрелять?
Расстреляйте!"  Он думал,  меня этим напугает.  Бандиты возвращаются с
переговоров и заявляют:  они не  хотят  тебя  брать,  вот  мы  тебя  и
расстреляем.
     Когда начались встречи с моими родственниками насчет  денег,  они
сказали  боевикам,  что больше ста миллионов не смогут собрать.  Когда
боевики приехали с этой встречи,  они настолько  были  возмущены,  что
смотрели на меня как звери. Говорят: как это так, это бесстыжий народ,
сто миллионов!  Хотя бы миллиард  сказали!  Как  денег  нет?  У  тебя,
наверное,  счета и в Москве, и в Швейцарии, и Галазов может заплатить.
На следующий день сказали,  что договорились с Радуевым сто  миллионов
не  брать,  а  если  не  дадут  больше - расстрелять.  Через день меня
отвезли в Гудермесский  район,  в  селение  Новые  Гордалы,  где  штаб
Радуева.

                          СРЕДИ ВАРВАРОВ (1)

     Боевики представления не имеют,  что такое суверенитет. Они живут
в лесу,  ничего не делая,  и говорят, что они свободны. -Ты не знаешь,
что такое свобода!  А вот мы свободны!- Я говорю: какая же это свобода
- вот здесь сидеть,  волками жить?  А они:  -Мы волки  и  есть.-  -Вот
живете  в лесу собачьей жизнью,  жизнью волка - один хлеб,  маргарин и
чай,  и  то  не  всегда  это  бывает,  и  вы  свободны?-  Один  только
семнадцатилетний боевик сказал: какая свобода, если я из своей деревни
в другую деревню без пулемета не могу  пройти?  Бандиты  с  пулеметами
ходят по улицам.  Милиция у них - те, кто ходит с наручниками у пояса.
Пистолет там - игрушка.  Даже автомат я  редко  видел.  А  вот  ручной
пулемет  -  обычное  вооружение.  Про  него  говорят - -красавчик-.  Я
сначала думал, что это фамилия конструктора фамилия.
     Патроны там  не  жалеют.  Там  после  окончания  военных действий
вооружений и техники оставили не меньше,  чем в первый раз  -  военные
машины, КАМАЗы, УАЗы, и т.д. Пистолет там ничего не стоит, это ерунда.
Даже  автоматы  я  редко  видел.  В  основном   -   ручные   пулеметы,
гранатометы.  Еще американское оружие видел там - винчестер, наподобие
нашего автомата. Они в совершенстве овладели нашим оружием и очень его
хвалят:  большое спасибо России,  что нам создали такое оружие.  А вот
конструктору гранатометов они хотя памятник поставить в Грозном.  Это,
говорят, было наше главное оружие.
     Я со счета дней сбился.  Они тоже дней недели,  чисел  месяца  не
знают, часов не носят. Хотя наши часы отобрали, никто их не носил.
     Там очень много людей,  которые вообще не хотят работать.  Только
грабежи,  разбои  -  за  счет этого жили и сейчас собираются жить.  Не
работают и говорят:  -Волки есть хотят!-  Новобранцам  только  обещают
платить,  но только звания дают.  За офицерское звание дают картошку и
маргарин.  Радуев лучше других кормит - там суп варят один-два раза  в
день.  Меня  охраняли восемь человек,  и это считалось работой.  Склад
оружия - охраняют,  базу - охраняют,  дороги -  охраняют.  Расставляют
людей на всякой навозной куче. Если кто близко подойдет - стреляют.
     Крадут не только людей.  Они связываются с  преступными  группами
других  кавказских  республик.  Угнали  машину и - в Чечню.  Вся Чечня
ездит на ворованных машинах,  никакой регистрации не требуется,  никто
их об этом не спрашивает, машины без номеров.
     На улицах полно частных  торговцев  бензином.  В  больших  котлах
варят его,  потом - в бутыли десятилитровые и на улицу выносит. Власти
хотят покончить с этим,  но не удается.  Шариатские суды - несерьезное
дело.  Коран на арабском языке,  переводы они не читают.  Когда меня к
Радуеву отправляли,  один командир открыл  Коран  и  говорит:  -Статья
первая  говорит,  что он предатель.  Приказ Дудаева - расстрел.- Такой
вот примитив.  Религиозное мракобесие именно в том и заключается,  что
под  прикрытием религии творят преступные действия.  Любые,  вплоть до
уничтожения людей,  издевательств.  Все это списывается на  Коран,  на
Аллаха.
     Один ихний теоретик (тоже с фамилией  Басаев),  которого  считают
там самым умным,  говорил мне:  Мы, как и наши предки - не бандиты. Мы
отбираем деньги у того,  у кого их много.  Захватываем не  всякого,  а
того,  за  кого  заплатят.  А это как раз Аллаху угодно,  потому что у
кого-то много,  у кого-то ничего  нет.  Я  говорю  ему:  а  почему  не
работаете?  Отвечает:  Вот  Аллах скажет,  что надо работать,  - будем
работать.  Хаттаб,  иорданский  террорист,   который   погубил   целый
российский полк под Рошни-Чу (его заместитель как-то раз ночевал в той
же  комнате,  где  были  мы),  как  пересказывают  бандиты,   говорит:
-Чечен-бардак-.  То есть, в Чечне бардак: нет имана, нет ислама. (Иман
- это когда человек перед тем, как принять ислам, очищает себя от всех
грехов,  расстается со своим прошлым.) Действительно, нет ни имана, ни
ислама, а есть война. Чеченцы воевать хотят, и никакого ислама нет.
     Куда бы  меня ни привозили,  всюду были попытки превратить меня в
верующего мусульманина.  Это было такое психическое  давление,  просто
страшно. Все я выдерживал, вот этого не выдерживал. За принятие ислама
они не обещали освобождения,  просто говорили,  что веры к тебе больше
будет.  Мы тебе, говорят, начнем доверять, а пока все, что ты говоришь
- вранье,  ты неправду говоришь.  Все время  говорили:  ты  согласись,
начни молиться.  Об этом - ежеминутно.  Надо, мол, образумиться. Аллах
сидит за седьмым небом на троне (это он мне объясняет!) и на  троне  у
него  написаны  слова:  -Воистину моя милость превосходит жестокость-.
Вот если ты примешь ислам,  то он смилостивится,  и простит тебе, хоть
ты и враг Чечни и Кавказа. И ты попадешь в рай.
     У Радуева был другой теоретик. Подвел меня к печке, показывает на
огонь.  Видишь,  говорит,  в этом пламени можно заснуть спокойно,  а в
аду,  куда ты попадешь,  у тебя будет мозг кипеть,  и ты не  умрешь  и
вечно будешь мучаться в страшной жаре. Поэтому, прими ислам.
     Там один русский был,  который называл себя украинцем.  Он до сих
пор  у  них как раб.  Хуже раба.  Он обрезание себе сделал,  чтобы ему
верили. Взял кухонный нож, водки выпил и отрезал... Я думал, что умрет
он.  Действительно,  мучился,  бледный,  штаны  не  мог одеть,  чем-то
прикрыл себя...  У Радуева видел  двух  русских  пленных.  Тоже  дрова
таскают,  печки топят, пищу готовят. Солдаты. Их все видят! А какая-то
комиссия ищет военнопленных!  Да они открыто ходят! Все видят, что они
русские,  знают,  что  они  солдаты (одежда на них не американская,  а
разорванные солдатские хэбэ.) В Кремле говорят:  -Мы  не  можем  найти
наших солдат-. Да их искать не надо!

                          СРЕДИ ВАРВАРОВ (2)

     У бандитов развит военный психоз.  Психологически они готовы идти
на  любое  преступление.  Меня  спрашивают:  ты  когда-нибудь   убивал
человека?  - Нет. - Голову отрезал? - Нет. - Ну-у, это такой кайф! Это
такой кайф!  Ты не знаешь!  У нас и не известно,  что пленных в Чечне,
даже тех, кто сдался добровольно, не только расстреливали. Им отрезали
головы.  Делали это перед строем,  а тех,  кто  терял  сознание,  тоже
убивали.  Не  говорили у нас и о том,  что очень многих пленных живыми
закопали в землю.  Мне показали дом,  где два  брата  во  время  войны
занимались  только  этим.  Закапывали  живыми в землю.  Показывали мне
одного - такой симпатичный на  вид.  Говорят,  он  70  голов  отрезал.
Взахлеб  рассказывают,  как они разрывали пленного снайпера,  привязав
его за ноги к двум машинам.  У них это все заснято на пленках.  Причем
снимали  все это журналисты из Москвы,  а потом отдавали или продавали
пленки чеченцам.
     Я часто  спрашивал у чеченцев,  читал ли кто-нибудь из них Коран?
Никто не читал.  Они говорили,  что и не надо его читать.  Потому  что
Коран,  якобы,  написал Аллах,  а Аллаху надо верить. Эти бандиты пять
раз в день делают намаз,  но в то же  время  любой  из  них  пойдет  и
отрежет голову человеку. Даже абсолютно ни в чем не винному.
     Они говорят,  что не пьют.  Я был у  Радуева  -  пили.  Коран  им
запрещает и курить.  Когда заместитель Хаттаба пришел в дом,  где меня
содержали,  и увидел у охраны карты,  он схватил их и изорвал -  Коран
запрещает. Потом достали другие. Анашу и гашиш постоянно курят.
     Ко мне однажды один боевик зашел бутылку водки распить.  К  тебе,
говорит,  никто не ходит,  а то узнают - плохо будет.  Говорит: у меня
плохое настроение,  вчера убил там  одного  своего...  А  зачем  убил?
Аллах,  воля Аллаха.  Заспорили,  пулемет схватил - и убил.  Я говорю,
что, кровная месть теперь? Нет, говорит, Салман сказал, что никто меня
не тронет. Я-то причем? Если б не воля Аллаха, я на курок бы не нажал.
Чеченское телевидение ежедневно передает войну и песни. Главный певец,
который  их  сочинял,  был  убит  в  Одессе.  Но успел несколько сотен
сочинить.  Одна -Боря-алкаш-,  ее каждый день передают по телевидению.
Культ  насилия,  войны.  И картины одни и те же,  которые наснимали во
время боев - их смотрят и смотрят.  Все время спят в  одежде,  пулемет
рядом.  В квартиру пришел - пулемет ставит рядом и нацеливает в дверь,
сам лег на пол и спит.
     Однажды один  боевик  зашел ко мне с пулеметом и говорит:  если я
сегодня кого-нибудь не убью,  мне будет очень плохо. Пустил очередь по
стене,  потом  выбежал  на улицу,  расстрелял там какую-то птичку.  На
другой день говорит:  вчера у меня было желание убить тебя,  надоело с
тобой возиться.  Радуев провел пресс-конференцию,  пригласил местных и
прибалтийских журналисты (российских не было),  и  сказал,  что  скоро
покажем  им  казнь советника президента.  Мне это стало известно.  Три
раза назначали казнь,  но почему-то не привели в исполнение. Вероятно,
банде, захватившей меня, нужны были деньги.
     Это тоже было в отряде у Радуева,  ночью. Охранники спали, а я не
спал.  Один из охранников вдруг выстрелил в меня через дверь.  Я ствол
автомата увидел,  когда из него вылетало пламя.  Я  чуть-чуть  изменил
позу - склонился набок, это меня и спасло. Пуля чиркнула по сорочке на
груди и вошла в стену.  Охранник бросил пулемет и выскочил  на  улицу.
Остальные встали, пошли за ним. Он, говорят, у нас контужен был. Утром
мне говорят:  -Если ты пожалуешься, он придет - гранату бросит, и тебя
не  будет,  и  нас не будет.  Не жалуйся.- У меня даже создалось такое
впечатление,  что они рады были бы,  если б кто-нибудь прикончил этого
психа. Его бы никто не судил, если бы он гранату бросил - невменяемый!
Когда я был у Радуева,  мне говорят:  -Возьми пулемет!- В руки  совали
или  оставляли  на койке.  Если бы я тронул оружие,  они бы сразу меня
прикончили.  И вот этот больной,  дает мне пулемет в руки: -Направь на
него, напугай его.- Там очень много людей со сдвинутой психикой. Очень
много. Это просто видно.
     Незаконные вооруженные формирования после войны не сложили оружия
и продолжают укреплять свои позиции,  не подчиняются властям.  Это уже
не боевики,  это бандиты в чистом виде.  Они друг друга боятся.  У них
интересы разные.  У каждого района свои.  Они захватывают и чеченцев -
из-за денег или тех,  которые, как они считают пророссийскими, служили
России или имели контакт с Завгаевым.  Одного я видел. Генерал Ермолов
изучил   чеченцев   досконально.   Он  тогда  писал,  что  этот  народ
перевоспитанию не подлежит. Ведь один из признаков нации - психический
склад.  Грузин русским никогда не будет,  русский французом никогда не
будет.  И чеченец тоже - какой есть от роду,  такой и останется.  Хоть
кровь  выкачай  и  влей  в него другую - все равно кровь переварится и
будет точно такая же,  как и была.  Психический  склад  у  этих  людей
абсолютно   определенный,  а  главная  его  особенность  -  никому  не
подчиняться.  Они говорят, что в Коране написано, что надо подчиняться
только Аллаху. Аллах и бандит, никого между ними быть не должно.
     Иногда мне приходилось жить в чьей-то квартире.  Видел  несколько
книг.  Одна из этих книг - -Кавказцы-, 1810-го года изданная. Там есть
глава,  где описывается похищение людей  еще  в  те  годы.  Технология
похищения, поведение бандитов - один к одному.

                           ВЛАСТЬ И БАНДИТЫ

     Боевики -  небольшая  часть  населения  Чечни.  Я  самих боевиков
спрашивал,  что будет, если сегодня провести референдум, остаться ли в
России или нет.  Они отвечают:  Дудаев нам еще говорил,  что двадцать,
самое большое,  тридцать процентов  настоящих  чеченцев,  остальное  -
дерьмо.  Большинство проголосует остаться в составе России. Власти нет
в Чечне.  Это  мифическая  власть,  никто  из  отрядов  не  собирается
подчиняться,  они действуют самостоятельно, вооружаются и считают, что
вот-вот будет война. Может быть, даже внутри Чечни.
     По местному  телевидению все время шли передачи,  где говорилось,
что  тех,  кто  похищают  людей,  будут  расстреливать.  Но  это  было
пустозвонство,  они сами это знали. Вся Чечня знала где я нахожусь - в
какой группе,  у какого командира.  И Масхадов,  и служба безопасности
знали.  Сотрудники  службы  безопасности  даже приходили в дом,  где я
находился.  Хозяин говорил тогда:  служба  безопасности  приехала,  не
выходи, сиди в углу и не вставай.
     Один раз подслушал  информацию  о  себе,  которую  передавали  по
местному  телевидению.  На  вопросы отвечал руководитель департамента.
Корреспондент задает вопрос: вы проводили операцию в Чержень-юрте, где
находился Дзоблаев?  Он говорит: да, мы проводили операцию, но его там
не застали,  оперативные данные оказались неверными.  А что  ждет  тех
людей,  которые держат заложников?  Только смерть,  говорит.  Масхадов
никогда не контролировал Чечню.  Когда война шла,  мы удивлялись,  что
переговорщики  из  Кремля  едут  к  Масхадову.  Масхадов имел такой же
отряд,  как все другие.  В каждом отряде свой штаб,  у Масхадова  свой
штаб.  Вот  он и был начальником штаба своих отрядов,  и все.  Никогда
Радуев ему не подчинялся, никогда боевики ему не подчинялись. Они были
едины только когда шли боевые действия.
     Масхадова избрали,  потому что Яндарбиев и  другие  были  слишком
воинственными:  -Мы  победили,  мы  еще  победим,  мы Россию на колени
поставим!-.  А Масхадов говорил,  что предстоят очень  трудные  мирные
переговоры,  что надо быть готовы к тяжелому разговору с Россией.  Еще
до выборов я сказал боевикам (которые все были за  Яндарбиева,  потому
что за него был Радуев), что изберут Масхадова.
     Масхадов? А кто такой для них Масхадов?  Он никто!  Они говорили,
что  в августе его прикончат,  если он так будет вести себя с Россией,
как сейчас ведет.  Боевики так говорят:  захотим Масхадова свергнуть -
наших  -рекламных  женщин-  за полчаса соберем,  они выйдут на улицу с
плакатами.  Масхадов  говорит,  что  если  Россия  и  Чечня  установят
дипломатические отношения,  будет стабильность на Северном Кавказе,  а
на деле это будет порядок,  в котором  бандитам  будут  отдавать  кому
таможенную   службу,   кому  полицейский  округ  -  в  зависимости  от
численности отряда. Он и гвардию свою создает из бандитов.
     Басаев выступал очень коротко, за него другие выступали. Потом он
абсолютно затих,  никаких агрессивных выступлений не делал.  За восемь
месяцев,  пока я находился в плену, ни одного агрессивного выступления
не было с его стороны.  Командир захвативших меня боевиков сказал, что
Басаев  посоветовал  ему  -отпустить этого человека-.  Знаю,  что и до
этого были случаи,  когда по  его  предложению  освобождали,  военных,
медиков и т.д.  Чего он хочет?  Может быть у него произошла переоценка
ценностей,  может быть у него ничего общего  с  этими  боевиками  нет?
Командир боевиков сказал: мы с Басаевым уже расстались.
     Лебедя они в расчет уже не берут.  Считают,  что он все делал для
себя,  из корыстных целей. Мы понимаем, говорят, мы об этом говорили -
не должен он подписывать такие документы.  Высмеивают его. Чего же он,
если  такой герой,  почему он не в Чечне свои документы подписал,  а в
Хасавьюрте, в Дагестане?

                             ВОЗВРАЩЕНИЕ

     В марте и апреле меня должны были продать одной из бандгрупп. Два
раза меня увозили. Один раз через Назрань хотели вывезти, но с полпути
вернулись обратно. Оказалось, слишком много денег запросили.
     Второй раз хотели вывезти через Братское,  где меня захватили,  и
через Моздок.  Сопровождали шесть машин,  нагруженных гранатометами  и
пулеметами.  Кому  будут передавать,  не говорили.  Заехали в районный
центр Знаменка,  Братское проехали. Между Братским и границей - балка,
и  в  этой  балке  две  ночи  мы  ночевали.  Туда должны были привезти
мобильный телефон,  по которому кто-то из осетинской банды должен  был
со  мной  переговорить,  и  если я согласен на их условия,  тогда меня
передадут. По их замыслу я должен был выступить по телевидению Осетии,
обратиться к народу.  Об этом мне рассказали потом. Рассказали со зла,
потому что подвели их.
     Один раз  объявили  мне  о расстреле,  а потом два дня снимали на
видеокассету.  Им надо было отснять всего десять минут.  Наверное  для
-осетинского  проекта-.  Мучили  меня  вопросами,  типа:  -Кто состоит
членом Совета безопасности?- -Вы же  сами  знаете.-  -Нет,  ты  должен
сказать это.- Я называю.  Потом:  -Скажи, что кавказские лидеры хотели
войны и написали тебе письмо.- Я говорю: -Я не знаю о чем вы говорите.
Знаю только,  что Руслан Аушев выступал по телевидению и говорил,  что
кавказские лидеры написали Ельцину,  чтобы навести порядок в Чечне.  О
войне там речи нет.- -Ну скажи об этом.- Потом:  -Ты должен обратиться
к российским политикам нерусской национальности,  чтобы они занимались
Северным  Кавказом.-  Сказал,  чтобы  больше  занимались национальными
проблемами,  Северным Кавказом.  Потом взяли  шкуру  волка,  в  голову
натолкали тряпок,  чтобы было видно,  что это волк, положили на диван,
усадили меня, тоже отсняли.
     Был там  один  человек,  который ко мне неплохо относился.  И вот
как-то подает мне бумагу и карандаш через окошечко комнаты,  где  меня
держали:  -Шмидт,  сегодня  ночью тебя расстреляют,  мы договорились с
Радуевым.  Вот тебе бумага,  вот тебе карандаш, напиши завещание-. При
это он знал, что завтра меня должны передать родственникам.
     Мне никогда   не   говорили   о   результатах    переговорах    с
родственниками.  Иногда говорили:  возможно,  завтра мы тебя отправим.
Только утром  за  полчаса  до  отправки,  зашел  командир  и  говорит:
одевайся,  сейчас  мы  тебя отдаем.  На границе был ингушский пост,  а
через метров пятьдесят - пост  российских  войск.  Бандиты  не  хотели
приближаться к российским военным, но те оказались на ингушском посту.
Люди,  которые меня привезли,  должны благодарить не Аллаха, а осетин,
которые не дал их расстрелять. Если бы не осетины, все бандиты были бы
уничтожены.  Хоть у них и были три машины, заполненные гранатометами и
пулеметами, они не успели бы развернуться.
     Когда вышел уже из машины - там-то я не ходил,  не шел,  вышел, и
чувствую, что это не походка, а что-то другое. Прошло два-три дня, и я
чувствую,  что у меня нет походки.  А потом боли в суставе - я  же  не
двигался,  мышцы,  наверное,  настолько  ослабли,  что  постоянно были
сильные боли.

                        ОНИ ГОТОВЯТСЯ К ВОЙНЕ

     Иногда мне кажется,  что от великого стыда и  позора,  того,  что
сейчас происходит,  земля стонет.  Мы, наверное, к такой грани придем,
когда наши внуки и дети будут плевать на наши могилы  за  то,  что  мы
допустили такое состояние страны.  Бандиты сами говорили, что их тогда
уже в горы загнали,  где кроме травы,  ничего нету.  И вдруг  команда:
российские войска уходят,  спускайтесь,  говорят,  с гор.  Спускаются,
рассыпаются по всем селениям,  вплоть до Грозного.  Потом  снова  была
война.
     После вывода российских войск,  обстановка в Чечне сложилась  еще
хуже,  чем  была при Дудаеве.  Нестабильность распространилась на весь
Северный Кавказ.  У Радуева проходят подготовку дагестанцы  -  молодые
люди,  которые не хотят служить в российской армии.  Они жили метров в
пятидесяти  от  дома,  где  меня  содержали.  Видел  я  там   и   двух
кабардинцев,  видел,  из них целый отряд создан. Целая группа осетинов
полностью прошла подготовку у Радуева. Местные власти уже не справятся
с этой ситуацией.
     Метастазы бандитизма распространились по всему Северному Кавказу.
В Осетии есть там две банды,  которые я знаю. Одна банда уже воевала в
Чечне против России, а другая банда готовит такую обстановку в Осетии,
какая была в Чечне при Дудаеве.
     Сейчас в армию Радуева вливаются молодые люди,  которые  в  войне
участия  не принимали,  жили в Москве,  в других регионах России.  Они
убеждены,  что война  не  закончилась.  Вся  Чечня  ходит,  боевики  в
американском камуфляже, которую купили в Турции.
     У них разведка во всех регионах,  которые их  интересуют.  Что  в
Москве  делается,  сегодня же вечером известно в Чечне.  Что в Осетии,
Дагестане делается - тоже.  О всех руководителях, о всех бандитах, кто
и  как  деньги  зарабатывает,  какие планы - все знают.  Я видел карту
Владикавказа  у  этих   боевиков,   где   расчерчено   местопребывание
правительства,  МВД, службы безопасности, штаб войск МВД, погранвойск,
58-й армии - все у них  там  расписано.  Карту  я  увидел,  когда  мне
сказали,  чтобы я показал,  как добраться до моих родственников, чтобы
говорить с ними о выкупе.
     После того,  как  Радуев объявил,  что пойдет на три города,  мою
охрану рано утром увезли в Грозный.  Когда он приехали,  глаза  у  них
горели,  такие радостные были,  будто на свадьбу собрались.  Говорили:
-Пойдем мочить Россию!- Повязку,  которую надевают во время  газавата,
многие  до  сих  пор наглаженный держат в карманах.  Они считают,  что
война с Россией не закончена.
     Главная идея, о которой постоянно говорят боевики, состоит в том,
что Чечня доказала  свое  лидерство  на  Северном  Кавказе,  что  надо
объединить весь Северный Кавказ во главе с Чечней.

                                 * * *

     Дзоблаев Шмидт   Давыдович,   генеральный   секретарь   Ассамблеи
национально-демократических и патриотических сил,  видный общественный
деятель,  известный в Осетии и Москве как решительный противник режима
Дудаева,  был захвачен бандитами в декабре 1996 г. и находился в плену
без малого восемь месяцев...


  С уважением,                  Andrey Klochkov
                                (2:5020/122.107, 2:5020/790.23)
                                (АКА: /960.23, /1109.23)
Дуэль N 16
Date: 24-09-96
Title: СОСТОЯНИЕ ТУЗЕМНЫХ  ВОЙСК  ЗАПАДА  В  РОССИИ  (О  ВЗРЫВООПАСНОМ
ПОЛОЖЕНИИ   В   АРМИИ)  Заявление  для  печати  председателя  Комитета
Государственной Думы по обороне Рохлина Л.Я.
Author: РОХЛИН Л.Я.

     Шесть дней  назад  в 242-м мотострелковом полку 8-го гвардейского
армейского корпуса  из-за  задержек  выплаты  денежного  содержания  и
связанного  с  этим  тяжелого  материального положения,  неспособности
обеспечить  семью,  голодных  обмороков  ребенка,  требований   хозяев
выселиться  (за  неуплату)  со  снимаемой квартиры,  старший лейтенант
Хорушев - заместитель командира роты по воспитательной работе покончил
жизнь самоубийством.
     И это не единственный случай в Вооруженных Силах.
     В этом  году в результате происшествий в армии и на флоте погибло
и умерло 329  военнослужащих.  Почти  треть  из  них  покончили  жизнь
самоубийством.  Резко - на 20 процентов увеличилось число самоубийств.
В большинстве случаев причиной  этих  трагедий  является  значительное
снижение  жизненного  уровня  военнослужащих,  бедственное положение с
обеспечением их всеми видами довольствия.
     Я как  бывший  командир  корпуса не могу оставаться равнодушным к
тому,  что сегодня не толк в Чечне,  Таджикистане,  в  других  горячих
точках, а в казармах, военных городках военнослужащие и члены их семей
теряют  здоровье  и  гибнут,   что   распадаются   офицерские   семьи.
Критическая   ситуация,  сложившаяся  в  армии,  требует  решительного
вмешательства Президента, Правительства и всего общества. Судите сами.
По  состоянию  на  19  августа  1996  года общая задолженность бюджета
Вооруженным Силам превысила 15 триллионов рублей.  А это  значит,  что
военнослужащим   по   несколько   месяцев  не  выплачивается  денежное
довольствие - единственный источник их существования,  по полгода-году
не  выплачивается  компенсация  за продовольственный паек,  за поднаем
жилья,  пособие на детей.  Вновь прибывшие к месту  службы  выпускники
военных  училищ не могут,  из-за отсутствия денег,  получить подъемное
пособие, беспроцентную ссуду на первоначальное обзаведение хозяйством.
     В большинстве  частей военнослужащие либо вообще не могут пойти в
отпуск,  либо не  могут  выехать  из  своих  гарнизонов:  транспортные
организации  не  принимают  перевозочных  документов  из-за нейроплаты
долгов Министерством обороны.  Тысячи военнослужащих с женами,  детьми
проводят  отпуска  на  вокзалах  и аэропортах,  надеясь на чудо.  Но у
Министерства обороны денег нет.
     Не редки случаи,  когда военнослужащие, получив известие о смерти
близких родственников,  не имеют возможности выехать,  чтобы проводить
их в последний путь.
     В семьях   военнослужащих   складываются   подчас   драматические
ситуации.  Например,  Капитан  Николай  Шароваренко  -  командир роты.
Служит в Калуге.  В Москву он приехал, отчаявшись на месте решить свои
проблемы. А проблемы у него такие же, как у многих сослуживцев. У него
двое детей.  Жену недавно прооперировали.  Врачи советуют улучшить  ее
питание. Как улучшить, когда за квартиру надо платить 400 тысяч рублей
в месяц,  а денежное довольствие, которое составляет 675 тысяч рублей,
он получал два месяца назад?  Что остается делать офицеру?  Сколько же
сил нужно иметь,  чтобы,  несмотря на все  это,  выходить  на  службу,
командовать ротой?
     Особенно острой  проблемой   стало   обеспечение   военнослужащих
жильем. Из-за тяжелых условий, сложившихся в бюджетном финансировании,
план всего на 40 процентов. Прослужив 20-30 лет, многие военнослужащие
не могут получить ни жилья, ни денег на его приобретение.
     Уникальное по своему  содержанию  письмо  я  получил  недавно  от
одного военного чиновника.  Суть письма, если коротко, такова: в связи
с  отсутствием  бюджетного   финансирования   оплата   военнослужащему
строительства   кооперативного  жилья  законных  оснований  не  имеет.
Похоже,  бюджетные  проблемы  стали  формировать  особый   взгляд   на
законность.  И  скоро мы услышим,  что в связи с отсутствием денег нет
законных оснований платить зарплату...
     С каждым днем растет число военнослужащих,  открыто высказывающих
неудовлетворенность тяжелым материальным  положением  и  возмущение  в
связи  с невыполнением государственных гарантий их социальной защиты и
защиты членов их семей.  Уже имеются случаи открытого протеста и  даже
создания стачечных комитетов.
     Приведу лишь некоторые примеры:
     Авиационный полк   войск   ПВО.   Курск.  26  июля  с.г.  женщины
блокировали  взлетно-посадочную  полосу  из-за  невыплаты  их  мужьями
денежного довольствия.
     Авиационная часть. Город Энгельс. 6 июня с.г. жены военнослужащих
также  блокировали  взлетную  полосу,  направили жалобу Президенту и в
Государственную Думу.
     Тихоокеанский флот.  Из-за невыплаты денежного  довольствия  жены
военнослужащих  предпринимали  попытку  не  допустить  выход подводных
лодок   на   боевое   дежурство.
     Уральский военный округ.  Жены военнослужащих с плакатами вышли к
зданию  администрации  города  Екатеринбурга  с  требованием  погасить
задолженность по денежному содержанию их мужьям.
     Поселок Серышово Амурской области.  Оттуда пришла телеграмма, что
семьи военнослужащих гарнизона голодают:  люди падают в обморок. Из-за
неуплаты  отключается  электроэнергия.  А  денежное   довольствие   не
выплачивается  с  мая.  Из города Борисоглебская поступила телеграмма,
что семьи военнослужащих авиационной части находятся на грани  голода.
Причина  -  та  же.  Чтобы  прокормить  семьи,  офицеры  и  прапорщики
вынуждены обращаться к командованию с просьбой о выделении им  времени
для  работы  в коммерческих структурах.  Стало привычным делом,  что в
крупных городах военнослужащие подрабатывают охранниками,  грузчиками,
санитарами...
     Я перечислил факты,  с которыми можно встретиться  в  частях,  не
выполняющих боевые задачи, живущих, так сказать, в мирной обстановке.
     А как  быть  тем,  кто  служит  в   Чеченской   республике,   кто
восстанавливает там конституционный порядок? Где им подработать?
     Из-за отсутствия финансового обеспечения  в  настоящее  время  не
могут   быть   уволены   75   процентов   солдат   и  сержантов  205-й
мотострелковой бригады  в  Грозном,  выслужившие  установленные  сроки
службы. В 506-м полку не может уволиться 200 человек.
     Ситуация схожа с пороховым погребом,  вокруг которого разжигается
огонь.  Отсутствие  финансирования  не  позволяет  не  только провести
реформу армии,  но даже осуществляет простое сокращение войск с  целью
экономии.
     В то же время  бесконтрольно  растут  другие  силовые  структуры.
Внутренние   войска   по   численности   достигли   сухопутных  войск.
Пограничники увеличили количество генералов, а, проще говоря, тех, кто
"тянет  одеяло  на  себя",  в два раза...  МЧС пытается увеличить свою
численность на 20 тысяч человек.  Все эти ведомства  преследует  лишь,
свои  узкие  интересы.  Над ними нет единого органа управления,  чтобы
остановить амбиции отдельных руководителей.  Нет  и  единой  концепции
безопасности  страны,  в  которой  каждой  из силовых структур были бы
очевидны рамки компетенции и ответственности.  И все это творится  при
существующей нищете государства,  в условиях нарастания недовольства в
армии.
     Чтобы предотвратить   последствия   такого  положения  дел  и  не
допустить пожара, необходимо:
     - срочно рассчитаться с долгами армии;
     - пересмотреть бюджет последнего квартала 1996 года;
     - установить бюджет армии на 1997 год не ниже 5,1 процента ВВП;
     - финансово обеспечить реформу армии;
     - создать  реальный  орган,  имеющий  власть  над  всеми силовыми
структурами,  позволяющих умерить амбиции  отдельных  руководителей  и
осуществлять экономию материальных средств в рамках государства.
     Спасибо за внимание.

     19 августа 1996 года.



Создан 09 июл 2012